Женские учебные заведения в Забайкалье в 1860-х - начале 1880-х гг.: источники содержания

П ервые учебные заведения для девушек в Забайкалье стали появляться в 1860-х гг. – по мере осознания обществом необходимости женского образования: «Говорили дворяне, купцы, чиновники, мещане и даже сельские обыватели, которые сами были неграмотны, как и их дети – мальчики, но которые были очень обезпокоены судьбой неграмотных дочерей» [Линьков 1914: 253]. В 1861 г. женское училище было открыто в Верхнеудинске, в 1862 г. – в Троицкосавске, в 1866 г. – в Чите, в 1868 г. – в Нерчинске.

Одним из серьезных препятствий для учреждения женских школ на окраине империи являлось отсутствие должной финансовой поддержки со стороны государства. (Такая проблема, впрочем, стояла и перед учебными заведениями западных губерний.) Согласно Положению о женских училищах ведомства Министерства народного просвещения (МНП) от 10 мая 1860 г. забота о финансовом состоянии учебных заведений ложилась на попечительские советы, главной задачей которых служило «изыскание» средств для «ближайшаго содействия успешному развитию училища со стороны общества» ¹ . «Но, к сожалению, – как отмечалось в одной из местных газет, – положение ничего не говорит, откуда взять на все это средства» ² . Основными источниками доходов женских средних всесословных учебных заведений в 1860-х гг. были ассигнования от городского общества, плата за обучение, частные пожертвования и проценты с собственных капиталов. В отличие от европейских губерний империи, где действовало Земское положение 1864 г., Сибирь не могла рассчитывать на помощь земства, игравшего важную роль в расширении культурно-образовательного пространства.

Субсидии, поступавшие в 1860-х гг. от городского общества в пользу женских школ Забайкалья, складывалась из нескольких сумм: ежегодного пособия, выделяемого из городских доходов; сумм, поступавших с гильдейских сборов, и пособия от мещанского общества. Ежегодное пособие, зависевшее от состояния городского бюджета, компенсировало лишь малую часть расходов. Верхнеудинскому и Нерчинскому женским училищам выделялось по 200 руб., пособие Троицкосавскому женскому училищу составляло 375 руб. ³

Суммы, отчисляемые купечеством, тоже были невелики. В 1863 г. в Верхнеудинске в пользу женского училища с купцов 1-й гильдии взималось по 5 руб., 2-й гильдии – 3 руб., с приказчичьих свидетельств – по 50 коп. [Цыремпилов 2011: 340]. (Такие же суммы с купеческих капиталов отчислялись и в пользу некоторых женских учебных заведений Европейской России, например, Ростовского (на Дону) училища ⁴ .) В 1866 г. доход Верхнеудинского училища от сборов с гильдейских свидетельств составил 119 руб. 98 коп. ⁵ Но он был непостоянным и иногда в бюджет училища вовсе не поступал. В Нерчинске сборы с гильдейских свидетельств в пользу женского училища были выше: купцы 1-й гильдии платили 20 руб., 2-й гильдии – 10 руб. в год. Однако ежегодные взносы для училища делали только добровольно подписавшиеся, а, судя по суммам, получаемым училищем, таких было немного. В частности, в 1869 г. эта сумма не превышала 100 руб. ⁶ В последующие годы в сведениях о финансовом состоянии училища гильдейские сборы не фигурируют. По-видимому, они были включены в общую сумму, отчисляемую городским обществом, поскольку отдельные упоминания о них все же имеются. Например, в 1871 г. 12 купцов отчислили со своих капиталов 130 руб. ⁷

В отличие от других женских школ области, Троицкосавское училище пользовалось значительной поддержкой местного купечества: сборы с гильдейских свидетельств здесь превышали общие доходы других женских училищ. В 1864 г. они составили 1 275 руб. 35 ¾ коп., в 1865 г. – 1 238 руб. 75 коп., в 1869 г. – 949 руб. 34 коп.8 (для сравнения: общие доходы Нерчинского и Верхнеудинского женских училищ в 1869 г. составляли 880 руб. и 917 руб. 80 ½ коп. соответственно). Сделав миллионные состояния на чайной торговле, кяхтинское купечество не скупилось на поддержку женского образования. Городская общественность тоже хорошо понимала пользу его развития. Военный губернатор Забайкальской области Н.П. Дитмар, осмотрев- ший вверенный ему регион в 1868 г., отмечал: «…более всех сочувствия к делу образования, я нашел в Троицкосавском обществе» ‹…› Верхнеудинское общество оказывает к этому делу не простительное равнодушие». По мнению губернатора, дело было даже не в ограниченности средств, которых «у Верхнеудинского общества на многое безполезное достает»1.

В старых «купеческих» городах образовательные учреждения всегда могли рассчитывать на поддержку. Особая роль купечества в развитии образования объяснялась не только его финансовыми возможностями и влиятельным положением в городской среде, но и сложившимися традициями. Купечество являлось носителем и передатчиком определенной социальной культуры, системы специфических нравственных ценностей и представлений [Замула 2001: 28]. Собираясь открыть женскую школу в Томске, местное общество предложило в качестве одного из источников содержания добровольный сбор с купеческих капиталов: с купцов 1-й гильдии – 50 руб., 2-й гильдии – 25 руб., 3-й гильдии – 12 руб. 50 коп. По подсчетам общества, ежегодный сбор должен был приносить в пользу учебного заведения 1 300 руб. [Дунаева 2008: 44].

Укрепить финансовое положение женских учебных заведений позволяли и проценты с купеческих капиталов, пожертвованных в их пользу. Основной капитал Троицкосавского женского училища – 10 тыс. руб. – пожертвовали местные купцы, «полагая ежегодно вносить по 6% с него» ² . В 1864 г. данный источник дохода составлял 734 руб., в последующие – заметно уменьшился: в 1865 г. – 569 руб., в 1869 г. – 683 руб. 83 коп. Причина его нестабильности заключалась в том, что способ увеличения капитала был избран не самый доходный: он не был отдан в кредитное учреждение, а выдавался в ссуду разным лицам. Тем не менее проценты с капиталов играли весомую роль в доходной базе училища: в 1864 г. они составляли 17,3% всех поступлений, в 1865 г. – 13,6%, а в 1869 г. суммы двух капиталов становятся самым значимым источником содержания, составив 23% всех доходных поступлений.

Училище в Троицкосавске находилось в наиболее выгодном положении. Город с особым статусом чисто торгового поселения, не имевшего аналогов в Восточной Сибири, мог предложить специфические источники содержания женского училища, не характерные для других городов Забайкалья. К примеру, сумма ассигнований от Троицкосавского городского общества в пользу местного женского училища включала проценты с недвижимой собственности дворян, чиновников и других лиц, а также проценты с общественного капитала. Этот капитал в размере 5 тыс. руб. был внесен в банк под 5% в год. Половина доходных поступлений отчислялась в пользу учреждений, пожертвовавших эту сумму, а вторая в размере 125 руб. поступала в пользу женского училища. Особой статьей дохода для Троицкосавского женского училища стали и сборы с ввозимого в Россию чая. С байхового «ящика» купцы вносили по 3 коп., а с каждого кирпичного – по 1 коп. ³ Эти сборы занимали значимое место в доходных поступлениях училища. От кяхтинского купечества поступали и другие средства на содержание училища: ежегодные взносы от комиссионеров и кредитованных приказчиков, «торгующих от других лиц» (по 30 руб.); взносы от «доверенных», имеющих «хождение по делам в таможне» (по 6 руб.) ⁴ .

Плата за обучение как один из источников содержания женской школы зависела от финансового состояния учебного заведения и материального достатка горожан. Стабильное материальное положение позволяло женским учебным заведениям обучать воспитанниц бесплатно. По данным МНП, плата за обучение не взималась в Онежском и Мещовском женских училищах, в Сычовском, Шуйском, Жиздринском, Осташовском, Нахичеванском, Тарском и некоторых других учебных заведениях для девушек5. Изначально и в Верхнеудинском женском учи- лище предполагалось бесплатное обучение. Но за счет увеличения стоимости обучения решались многие финансовые проблемы женских учебных заведений. Попечительские советы самостоятельно устанавливали плату за обучение, но, как правило, за обязательные предметы в училищах 1-го разряда она не превышала 30 руб., а в училищах 2-го разряда – 15 руб. в год1.

СамаявысокаястоимостьобучениявЗабайкальебыланазначенавТроицкосавском женском учебном заведении: за обязательные предметы ученицы вносили по 15 руб., за необязательные – по 30 руб. в год ² . В Верхнеудинском женском училище с детей купцов и состоятельных чиновников взимали 12 руб., с мещан – 6 руб. [Цыремпилов 2011: 340]. В Нерчинской женской прогимназии (бывшем училище) плата составляла 5 руб. В приготовительный класс Читинского женского учебного заведения принимались ученицы с платою по 6 руб. в год. Бедные ученицы, как и в других учебных заведениях Российской империи, обучались бесплатно.

В указанный период статья «плата за обучение» не играла ключевой роли в содержании женских училищ Забайкалья. Если в соседнем Иркутске в 1863/1864 учебном году в пользу женского училища, где обучалось 107 воспитанниц, в качестве платы за обучение поступило 1 800 руб. (44% всех доходов) ³ , то в Троицкосавском женском училище в конце 1860-х гг. этот источник принес 720 руб. (12,5% всех доходов), а в училищах Нерчинска и Верхнеудинска – 100 руб. (11,4%) и 78 руб. (8,5%) соответственно ⁴ . Скромные поступления от платы за обучение объяснялись значительно меньшей численностью учениц женских училищ в Забайкалье и более высокой стоимостью обучения в Иркутском женском училище. В 1863 г. плата только за обязательные предметы во 2-м и 3-м классах составляла 21 руб. (отдельно оплачивались необязательные уроки: за французский язык брали 10 руб., танцы – 9 руб., рисование – 4 руб. 50 коп. в год) [Терновая, Терновой 2012: 155].

Источником содержания женских учебных заведений были и единовременные пожертвования разных обществ и лиц. Однако если в отдельных женских учебных заведениях Российской империи они составляли львиную долю бюджета, то в Забайкалье они были невелики. В 1860-е гг. в Забайкалье еще немногие горожане, располагающие достатком, пришли к пониманию пользы образования для женщин, роль которых в обществе традиционно ограничивалась ведением домашнего хозяйства и воспитанием детей. О единовременных пожертвованиях в пользу женских учебных заведений Забайкалья существуют лишь отрывочные сведения. В первой половине 1866 г. двумя лицами в бюджет Верхнеудинского женского училища была пожертвована сумма 79 руб. 25 коп., а в конце года, когда учебное заведение находилось на грани закрытия, едва удалось собрать 25 руб. ⁵

Затруднительное материальное положение вынуждало руководство обращаться и к другим финансовым источникам: к организации «продажных» библиотек, проведению лотерей-аллегри, которые устраивались во время городских ярмарок. Иногда способы поддержки училищ были сомнительного свойства. Например, в здании Верхнеудинского уездного училища по договоренности с распорядителем за определенную плату проводились общественные собрания и вечера. Однако они далеко не всегда были прибыльными, к тому же их участники вели себя непристойно. Как отмечал штатный смотритель училищ Н.В. Паршин, решившийся однажды на подобный заработок, «некоторые, явившись на бал и заигравшись в карты, пили по двое суток и разжигали в комнате самовар, ходили по комнате в нижнем белье, употребляли самую крупную брань, не смотря на то что у меня жена: бросали на пол закуренные сигареты и папиросы и обратили парадную лестницу в сортир. О черной лестнице я уже не говорю. На отказ прекратить балы, получался один ответ: “мы заплатили распорядителю деньги и знать ничего не хотим” (под- черкнуто в тексте. – Е.З.) ‹…› После таких безобразий я уже не решался повторять опыта»1.

Отсутствие в российском законодательстве указаний на финансирование женских школ вынуждало их к самостоятельному поиску источников поддержания своей деятельности, чем и объясняются различия в формировании доходных статей их бюджетов. В отличие от мужской школы, которая финансировалась из средств Государственного казначейства, женские школы вплоть до 1870-х гг. содержались преимущественно на местные средства и плату за обучение. В дальнейшем, хотя они стали получать финансовую поддержку государства, формирование их доходной базы в значительной степени было ориентировано на экономический потенциал городов, развитие банковской системы в регионе, частную и общественную инициативу, материальное обеспечение горожан.

Содержание женских училищ Забайкалья в целом отражало общероссийские тенденции. Однако, поскольку область, как и другие сибирские территории, была лишена некоторых источников финансирования, в частности поддержки земств, она в большей степени, чем западные губернии империи, зависела от помощи государства.