Академическая мобильность в России: теоретико-правовые вопросы и пути совершенствования

На сегодняшний день общие тенденции развития современного отечественного высшего и послевузовского образования продиктованы во многом Болонским процессом [1], к которому наше государство присоединилось в 2003 г. Можно дискутировать по поводу тех или иных нововведений, привнесенных в результате этого в систему российского высшего и послевузовского образования, однако очевидно, что одно из направлений Болонского процесса, а именно академическая мобильность, является одной из наиболее актуальных, востребованных и престижных его составляющих, положительно воспринятых как студенческим сообществом, так и профессорско-преподавательским составом. Она заключается в предоставлении возможности студентам, магистрантам, аспирантам и преподавателям на определенный срок (как правило от одного учебного семестра до года) изменить основное место учебы (работы) в целях получения новых знаний, обмена опытом, участия в научных конференциях, защиты кандидатских и докторских диссертаций, представления научных достижений как внутри страны, так и за ее пределами.

Собственно, эти цели и были определены Болонским процессом, а именно: «Содействие мобильности путем преодоления препятствий эффективному осуществлению свободного передвижения. Обучающимся должен быть обеспечен доступ к возможности получения образования и практической подготовки, а также к сопутствующим услугам. Преподавателям, исследователям и административному персоналу должны быть обеспечены признание и зачет периодов, затраченных на проведение и стажировку в Европейском регионе» [2].

Наличие внутригосударственных (внутренних) и международных (внешних) программ академической мобильности способствует увеличению конкурентоспособности отечественного высшего образования, повышению его уровня до общепринятых мировых стандартов, расширению возможностей как для выпускников вузов (в получении престижной работы), так и для научной и исследовательской деятельности профессорско-преподавательского состава.

Следует отметить, что для российской высшей школы академическую мобильность нельзя считать абсолютно новым явлением, отдельные ее элементы в той или иной степени использовались задолго до принятия норм Болонского процесса. Так, еще в дореволюционной России начиная с 1865 г. в Петербургском, Московском, Новороссийском (Одесса) университетах и ряде других светских и духовных образовательных учреждениях на бесплатной основе осуществлялось обучение студентов из Албании, Сербии, Болгарии, Герцеговины, Боснии и других стран.

После Октябрьской революции 1917 г. эта практика была возобновлена. В 1921 г. в РСФСР был создан Коммунистический университет трудящихся Востока, где на бесплатной основе получали образование обучающиеся из Монголии, Турции, Афганистана, Персии, а в 1960 г. в Москве открылся широко известный Университет дружбы народов им. Патриса Лумумбы, который принимал на учебу студентов из дружественных Советскому Союзу стран.

Безусловно, назвать данную практику академической мобильностью в современном ее понимании не представляется возможным ввиду ряда причин. Во-первых, обращает на себя внимание то обстоятельство, что в основном такая «академическая мобильность» разрешалась за счет привлечения в Россию иностранных студентов, что, особенно в советский период, было продиктовано политическими мотивами распределения сфер влияния в чем бы то ни было между странами капиталистического мира и социалистического лагеря. Во-вторых, приведенные примеры указывают на отсутствие обмена между вузами, весь цикл обучения от начала до конца происходил в рамках одного образовательного учреждения принимающей стороны.

Внешняя академическая мобильность (возможность выезда для обучения за рубеж) в царской России была ограничена социальным и имущественным цензом, обучаться за границей могли себе позволить лишь представители высших сословий. В советский период этой привилегией могли воспользоваться только члены семей высшего партийного руководства.

С момента присоединения к Болонскому процессу на академическую мобильность как одно из средств повышения качества высшего образования и приближения его к признанным европейским стандартам возлагаются большие надежды. Однако сейчас эта система далека от совершенства. Как справедливо отмечается в научной литературе, возможность привлечения профессоров зарубежных университетов доступна ограниченному количеству российских вузов, а такие типы международных образовательных проектов, как совместные научные публикации профессорско-преподавательского состава с зарубежными коллегами, стажировки в иностранных вузах и участие в международных научно-исследовательских проектах и работах, являются прерогативой преимущественно сотрудников крупных вузов, специализирующихся на физико-математических и естественно-научных циклах дисциплин и областях научного знания [3]. Это неудивительно, поскольку академическая мобильность, по сути, предполагает обмен, который в идеале должен быть равноценным. Кроме того, при выполнении совместных научных исследований любая из принимающих сторон заинтересована в специалистах более высокого уровня, чтобы получить для себя максимальную пользу.

Относительно понимания вопроса о том, что представляет собой академическая мобильность, наблюдается отсутствие единства мнений, в том числе в научных кругах. Например, некоторые авторы данную категорию трактуют как совокупность установок и готовности к перемещению (т. е. потенциал), а также собственно территориальное перемещение (т. е. академическую миграцию) в целях получения образования, повышения квалификации и научно-образовательной деятельности как студентов, так и профессорско-преподавательского состава в системе образования и науки [4].

Н.С. Бринёв и Р.А. Чуянов под академической мобильностью понимают ограниченный во времени период обучения студента в государстве, гражданином которого он не является. Также подразумевается возвращение студента в свою страну по завершении обучения за рубежом [5].

М.А. Ставрук выделяет четыре подхода к определению содержания данного понятия: функциональный (академическая мобильность рассматривается через такие виды деятельности, как передвижение, обучение, получение знаний, участие в программах и т. п.); личностный (академическая мобильность как инструмент развития личностных качеств); культурологический (инструмент культурного интеллектуального обмена); виртуальный (академическая мобильность студентов в рамках дистанционного образования) [6].

О.О. Мартыненко, В.И. Богословский и многие другие исследователи в соответствии с основными документами, регулирующими деятельность в рамках Болонского процесса, определяют академическую мобильность как возможность для студентов (прежде всего), преподавателей, административно-управленческого персонала перемещаться из одного вуза в другой в целях обмена опытом, получения тех возможностей, которые почему-либо недоступны в своем учебном заведении, преодоления национальной замкнутости и приобретения общеевропейской перспективы [7, с. 30].

Из приведенных трактовок можно выделить следующие признаки академической мобильности:

• 1)    участник программы должен иметь постоянное место учебы (работы) вне зависимости от того, является это внутренней или внешней мобильностью;

• 2)    срочность – заключается в том, что перемещение участника ограничено временными рамками прохождения образовательной программы, по завершении которой он должен вернуться на основное место учебы (работы);

• 3)    приобретение дополнительного опыта (знаний) в ином учебном заведении, получение которого в собственном (основном) вузе по ряду причин недоступно или невозможно.

Следует отметить, что иногда под академической мобильностью понимается процесс постоянного обучения в зарубежном образовательном учреждении. На наш взгляд, этот вариант не является разновидностью академической мобильности, поскольку отсутствуют критерии временного изменения основного места учебы и срочности. По этой же причине мы не можем согласиться с приведенным выделением виртуальной (дистанционной) академической мобильности.

В научной литературе отсутствуют какие-либо серьезные дискуссии по вопросу определения разновидностей академической мобильности. Изучение данной проблемы позволяет выделить следующие ее виды:

• –    в зависимости от субъекта академической мобильности: студенческая, магистрантская, аспирантская, профессорско-преподавательская;

• –    от количественного состава участников мобильности: индивидуальная, групповая (коллективная);

• –    от целей академической мобильности: исследовательская; образовательная; направленная на повышение квалификации (переподготовка); для обмена опытом либо в целях преподавания (чтения лекций, проведения занятий или мастер-классов); участия в научных конференциях, симпозиумах или съездах; посещения библиотек, государственных архивов; защиты кан-дидатской/докторской диссертации;

• –    в зависимости от страны реализации академической мобильности: международная (внешняя), внутригосударственная (внутренняя);

• –    от территории реализации внутригосударственной академической мобильности: внутри одного населенного пункта (например, в другой университет или институт того же города в целях повышения квалификации, чтения лекций или участия в конференции); межрегиональная; региональная.

Несмотря на очевидные преимущества академической мобильности и многообразие предлагаемых вариантов ее реализации, существуют серьезные препятствия для ее полноценного внедрения в образовательный процесс высшей школы. Они обусловлены многими факторами, одним из которых является материальная (финансовая) составляющая вопроса. Как справедливо указывается в юридической литературе, финансирование, достаточное и своевременное, выступает одной из важнейших гарантий академической мобильности и представляет собой существенную проблему на пути развития этой компоненты Болонского процесса [8].

Если обратиться к зарубежному опыту, можно отметить, что вопросы финансирования академической мобильности разрешаются путем привлечения средств как государственных бюджетов, так и частных фондов, а также программ академической мобильности. Наиболее распространенными способами финансирования выступают национальные и межгосударственные программы поддержки. Самой известной среди них является финансируемая Евросоюзом программа Erasmus Mundus, основная цель которой заключается в укреплении сотрудничества и международных связей в сфере высшего образования для придания ему «отчетливой европейской направленности» [9]. Денежные средства участникам программы выплачиваются в форме стипендий и грантов.

Наряду с общеевропейскими существуют и региональные европейские программы поддержки академической мобильности, к таким можно отнести программу Nordplus, предоставляющую финансовую помощь в рамках студенческого обмена между университетами Балтийского и Скандинавского регионов (Дании, Норвегии, Швеции, Финляндии, Исландии, Эстонии, Латвии, Литвы). По этой программе университеты принимающих стран получают финансирование на каждого из обучающихся по обмену иностранных студентов стран – участниц проекта [10].

В рамках внутригосударственной поддержки финансирование академической мобильности, не охваченной специальными программами, может осуществляться также с помощью образовательных ваучеров, которые представляют собой денежные сертификаты, выдаваемые национальными органами исполнительной власти. Кроме того, финансовая поддержка реализуется в виде грантов, стипендий и кредитов на образование. Так, финансирование в рамках стипендиальной программы Prestige (Франция) осуществляется на условиях софинансирования: одну треть расходов покрывает программа, остальные две трети – принимающая сторона, которая по форме собственности может быть как государственной, так и частной [11].

Широко распространены стипендии и гранты французского правительства. Так, стипендия А. Лавуазье выплачивается соискателям научной степени для научных исследований, учебы или специализации за пределами Франции продолжительностью от 5 до 12 месяцев. CINERE-грант предоставляется выпускникам французских вузов для научных исследований или дальнейшей учебы за границей аналогичной длительностью [12].

В Норвегии финансовая поддержка академической мобильности оказывается государственным образовательным ссудным фондом Lanekassen, предоставляющим на эти цели гранты и займы [13]. В Чехии обучение в государственных вузах является бесплатным для всех студентов, в том числе иностранных, при условии знания последними чешского языка (на среднем уровне) и успешной сдачи вступительных экзаменов.

Схематично представленный опыт европейских стран в оказании финансовой поддержки академической мобильности позволяет сделать некоторые выводы и предложения в рамках исследования.

Понимая все различия условий, созданных для европейского образовательного пространства, и реалии, в которых находится система высшего и послевузовского образования России (за исключением нескольких ведущих университетов страны), считаем, что именно опыт европейских государств, апробированный на практике и демонстрирующий положительные результаты, может и должен быть применен при решении проблемы стимулирования академической мобильности в России, несомненно с корректировкой на внутренние обстоятельства.

В связи с этим представляется необходимой разработка эффективной системы финансирования академической мобильности вузов. На наш взгляд, данную проблему отчасти возможно решить за счет использования альтернативных механизмов финансирования посредством предоставления как частных грантов, так и государственных. Например, целесообразно разрабатывать на государственном уровне программы финансовой поддержки академической мобильности внутри страны по аналогии с уже существующими системами поддержки, направленными на иные цели (например, именные стипендии Президента РФ, гранты Президента РФ для НКО, гранты Правительства РФ и т. д.).

Необходимо организовывать программы финансирования внешней и внутренней академической мобильности молодых ученых (студентов, магистрантов, аспирантов), молодых кандидатов и докторов наук, а также признанных ученых в целях налаживания межвузовского и межрегионального академического сотрудничества в образовательной и исследовательской сферах, активизировать разработку совместных образовательных и исследовательских программ. Данные проекты позволят академическому сообществу развивать культуру формирования системы гибкого образовательного пространства так, как это было задумано в Болонском процессе, что, в свою очередь, поможет достичь цели повышения конкурентоспособности и престижности отечественного высшего образования.

Ссылки:

• 1.    Joint Declaration of the European Ministers of Education [Электронный ресурс] : 1999. June 19 // The European Higher Education Area. URL: https://ehea.info/Upload/document/ministerial_declarations/1999_Bologna_Declaration_English_553028.pdf (дата обращения: 11.02.2021).

• 2.    Ibid.

• 3.    Стуканова И.П., Стуканова С.С. Международная академическая мобильность в системе профессионального образования России // Актуальные проблемы и перспективы развития системы отраслевого транспортного образования : сборник статей II Всероссийской научно-практической конференции. Казань, 2020. С. 93–99.

• 4.    Международная академическая мобильность в России: тенденции, виды, государственное стимулирование / С.В. Рязанцев, Т.К. Ростовская, В.И. Скоробогатова, В.А. Безвербный // Экономика региона. 2019. Т. 15, № 2. С. 420–435.

• 5.    Бринёв Н.С., Чуянов Р.А. Академическая мобильность студентов как фактор развития процесса интернационализации образования [Электронный ресурс] // Демократизация и перспективы развития международного сотрудничества : сборник материалов международной научно-практической конференции. Омск, 2003. URL: http://prof.msu.ru/publ/omsk2/o60.htm (дата обращения: 11.02.2021).

• 6.    Ставрук М.А. Содержание и организация академической мобильности студентов Финляндии : дис. … канд. пед. наук. Сургут, 2011. 349 с.

• 7.    Богословский В.И., Писарева С.А., Тряпицына А.П. Академическая мобильность: реализация в Болонском процессе : методическое пособие. СПб., 2007. 55 с.

• 8.    Козырин А.Н. Финансирование академической мобильности в зарубежных странах // Реформы и право. 2011. № 1. С. 46–52.

• 9.    О программе [Электронный ресурс] // Сайт национального офиса программы Erasmus+. URL: http://erasmusplusin-russia.ru/index.php/ru/home-ru-ru (дата обращения: 11.02.2021) ; Программа Erasmus+ [Электронный ресурс] // EACEA. 2017. URL: https://eacea.ec.europa.eu/sites/eacea-site/files/highereducationbrochure_ru_print.pdf (дата обращения: 11.02.2021).

• 10.    Официальный сайт программы Nordplus [Электронный ресурс]. URL: https://www.nordplusonline.org/about/nordplus (дата обращения: 11.02.2021).

• 11.    The Post-Doc Prestige Programme [Электронный ресурс]. URL: https://www.campusfrance.org/en/PRESTIGE-pro-gramme-postdoc (дата обращения: 11.02.2021).

• 12.    Financial Support for French University Students [Электронный ресурс] // French Property. URL: http://www.french-prop-erty.com/guides/france/public-services/higher-education/assistance (дата обращения: 11.02.2021).

• 13.    About Lånekassen [Электронный ресурс] // Lanekassen. URL: https://lanekassen.no/en-US/presse-og-samfunnskon-takt/about-lanekassen (дата обращения: 11.02.2021).

Редактор: Тюлюкова Мария Олеговна Переводчик: Кочетова Дарья Андреевна