Анализ уровня виктимности населения Челябинской области

По данным официальной статистики за прошедшее десятилетие в России регистрировалось в среднем от 2,0 до 2,4 млн преступлений ежегодно. Ущерб, причиняемый обществу преступностью, огромен, только за один 2022 год он оценивался более чем в 700 млрд руб. [7].

Число потерпевших от преступных деяний в прошедшем десятилетии колебалось от 1,3 до 1,7 млн человек в год [3]. При этом необходимо учитывать, что статистические данные отражают только тех потерпевших, которые заявили о преступлении, и их заявление было зарегистрировано. Согласно всероссийскому опросу Института проблем правоприменения (ИПП), только половина потерпевших сообщает о преступлениях в полицию. Поэтому проблемы общественной опасности, вызванные преступностью, гораздо шире. По оценкам экспертов ИПП, реально в год совершается около 12,9 млн преступлений [1].

С целью создания фактологической основы разработки и повышения эффективности мер борьбы с преступностью в настоящее время в общемировой практике часто используется виктимологический анализ. Виктимо-логические исследования позволяют лучше понять преступность, оценить уровень безопасности и условия жизни населения. Подобные исследования дают возможность отразить преступления, которые не всегда фиксируются или регистрируются правоохранительными органами, а также содержат дополнительную информацию о характере совершенных преступлений [13].

Предметом изучения виктимологии являются лица, которым причинен вред (физический, материальный, моральный); их поведение (до и после, а также в процессе преступного деяния); отношения преступника и жертвы до момента преступления; ситуации причинения вреда [3, с. 12–13].

Виктимология – это сравнительно новое направление в криминологии. Датой рожде- ния виктимологии считается 1941 год, когда была опубликована статья немецкого криминолога Ганса фон Гентинга «Преступник и его жертва». Само понятие «виктимность» ввел в научный оборот Л. Франк [5].

Виктимность можно охарактеризовать как степень риска, вероятность стать жертвой преступления. Различают следующие виды виктимности: индивидуальная (исследует потенциальные возможности отдельного лица стать жертвой преступления); видовая (изучает жертвы по видам преступлений); групповая (определяется ролевыми, социальными, демографическими, биофизическими характеристиками жертвы), массовая (описывает реальные или потенциальные угрозы для определенной социальной группы). Данное исследование посвящено изучению массовой криминальной виктимности.

Массовая виктимность включает в себя совокупность потенциала уязвимости, реально существующего у населения в целом и отдельных его групп (общностей); деятельного, поведенческого компонента, реализация которого связана с актами опасного для действующих индивидов поведения, выражающегося в совокупности таких актов; совокупности актов причинения вреда, последствий преступлений [8].

Массовая виктимность выражается в совокупности всех жертв и актов причинения вреда преступлениями физическим лицам на определенной территории в определенный период времени. Массовая виктимность включает в себя отдельных лиц с их индивидуальной виктимностью, которые выступают элементами общей совокупности.

Массовая виктимность характеризуется состоянием, уровнем, структурой и динамикой.

Состояние виктимности – это выраженное в абсолютных цифрах число преступлений, повлекших причинение вреда, и число потерпевших от этих преступлений. В Челя- бинской области за последние 10 лет ежегодно в среднем регистрировалось от 62 708 до 70 602 преступлений. Количество потерпевших варьировалось от 37 853 до 55 037 человек в год [15].

Уровень (или коэффициент) виктимности рассчитывается как отношение количества преступлений за определенный период времени на той или иной территории к общей численности населения на тысячу, десять тыс. или сто тыс. человек. В нашей области за анализируемый период самый низкий уровень криминальной виктимности (число зарегистрированных потерпевших на 100 тыс. населения) был отмечен в 2022 году (1 107 чел.), а самый высокий в 2015 году (1 547 чел.). Среднероссийский уровень виктимности за анализируемый период изменялся в пределах 910 (2018 году) – 1158 (2015 году) человек на 100 тыс. населения [15].

Коэффициент виктимности позволяет измерить степень угрозы, которой подвергаются жители региона. Чем выше значение коэффициента виктимности, тем больше вероятность преступлений и нарушений безопасности. Низкий уровень коэффициента виктимности может указывать на устойчивое общественное благополучие.

Массовая виктимность имеет сложную структуру и в какой-то степени зеркально отражает структуру преступности. Структура виктимности может быть определена по различным признакам: полу, возрасту, образованию и другим параметрам, относящимся к потерпевшим; признакам, относящимся к преступникам, причинившим вред, а также преступлениям. Она отражает удельный вес отдельных видов преступлений в общем количестве преступлений; удельный вес различных групп потерпевших в отдельных видах преступлений; удельный вес различных групп потерпевших от отдельных видов преступлений в различных группах и в общем количестве потерпевших и т.д.

В структуре виктимности в Челябинской области по половозрастным признакам самые высокие показатели наблюдались у мужчин (что соответствует общероссийской тенденции): от 1 200 до 1 719 чел. (на 100 тыс. соотв. населения). У женщин этот показатель в нашем регионе за прошедшие годы варьировался от 1029 до 1451 чел., а в группе несовершеннолетних – от 297 до 551 чел. Негативной тенденцией является то, что начиная с 2020

года уровень криминальной виктимности среди несовершеннолетних имел стабильную положительную динамику. Количество погибших или получивших тяжкий вред здоровью среди потерпевших с 2015 года снизилось с 74 до 40 человек на 100 тыс. населения [15].

В России в структуре преступности треть всех регистрируемых преступлений составляют кражи, пятую часть – мошенничество. В Челябинской области наиболее часто регистрируемыми видами преступлений являются кражи, мошенничество и незаконный оборот наркотиков. Процент краж за анализируемый период в области колебался от 37 % (2022 году) до 44 % (2015 году) от числа всех зарегистрированных преступлений, мошенничество – от 9,3 % (2018 году) до 14,7 % (2022 году), незаконный оборот наркотиков – от 9,1 % (2015 году) до 12,9 % (2017 году) [15].

Начиная с 2018 года в нашей области, как и в среднем по России, произошел быстрый рост киберпреступлений – в три раза. На данный момент доля киберпреступлений в отношении пенсионеров по старости в Челябинской области от всех киберпреступлений составляет 11 %. При этом в статистику попадают только зарегистрированные случаи. В случае с киберпреступностью люди зачастую испытывают стыд, что были обмануты, и не готовы заявлять о преступлениях. Кроме того, часто они не видят смысл в этом, поскольку не верят, что преступление будет расследовано [15].

По данным общероссийских виктимоло-гических исследований более половины преступлений совершается в домах или в непосредственной близости от дома. В общественных местах или организациях происходит еще 40 % преступлений. Нападения чаще совершаются в темное время суток, мошенничества – в светлое, для других преступлений распределение по времени суток примерно равное. Около половины преступлений совершается в присутствии свидетелей. Те преступники, которых видели жертвы, чаще всего были мужчинами (более 80 %). В случае насильственных преступлений более половины из них находилось, по оценке респондентов, в состоянии алкогольного опьянения. Четверть преступников, по словам жертв, действовали в группе. Около трети всех преступников были знакомыми жертв [1].

Динамика виктимности отражает изменения состояния, уровня и структуры виктимно- сти за определенный период времени. Динамика массовой виктимности сложна по ее функциональным зависимостям. Виктимизация (становление жертвы) и криминализация (становление преступника) имеют одни и те же источники и могут рассматриваться как процессы социального взаимодействия. С одной стороны, виктимность изменяется в зависимости от количественных и качественных изменений преступности, с другой стороны, виктимность сама изначально оказывает влияние на изменение преступности [8].

Динамика виктимности обусловлена влиянием различных факторов. Под воздействием виктимогенных факторов формируется виктимогенный потенциал, под которым понимается система свойств индивида, группы (общности), создающих опасность совершения преступных действий [6]. Виктимогенный потенциал может быть реализован через сознательный выбор определенных условий (образ жизни, модель поведения и т.д.) или через стечение случайных, не зависящих от воли человека обстоятельств.

Виктимогенные факторы представляют собой совокупность явлений, которые воздействуют на процессы виктимизации индивидов, социальных групп (сообществ) и способны ее порождать, определять, обусловливать, а также противодействовать их возникновению и существованию. Необходимо подчеркнуть, что нет факторов, оказывающих только положительное или отрицательное влияние. Направление и сила воздействия факторов виктимизации зависят от социальной напряженности, нравственных и традиционных устоев общества и т.д.

Результаты проводимых в России исследований показывают, что более чем в половине случаев виктимизация была детерминирована социальными факторами. Это во многом вызвано изменениями ценностных ориентиров россиян, снижением значимости основных социальных институтов общества (семья, образование и воспитание), усилением социального неравенства, ростом наркомании, пьянства, беспризорности, делинквентности.

По данным Росстата процент полных семей в среднем по России составляет 21 %. Доля домохозяйств, состоящих из одного человека, превысила 40 %. В Челябинской области за рассматриваемый период в среднем на 1 000 браков приходилось 705 разводов, что примерно соответствует среднероссий- скому показателю. Примерно треть семей в нашей области относятся к неполным.

Согласно статистическим данным вероятность криминализации и виктимизации выше у граждан, имеющих начальное и основное общее образование [14]. Уровень образования жителей Челябинской области на настоящий момент характеризуется следующими данными: пятая часть жителей области имеет высшее образование, у почти 40 % населения есть среднее профессиональное образование, около 15 % окончили только 11 классов, девять классов образования имеют примерно 9 %, пять классов - примерно 8 %. Не имеют образования 0,5 % (17 332 человека), а неграмотные составляют 0,2 % (6 933 человека) [5]. Структурные показатели уровня образования жителей области соответствуют среднероссийским.

Уровень распространения наркомании в среднем по стране составляет 155 случаев на 100 тысяч населения. В Челябинской области показатель равен 199 случаев на 100 тысяч населения. Однако существует проблема и латентной наркомании. Результаты проводимых в Челябинской области исследований скрытой наркомании показали, что ее коэффициент составляет 2,4. Наркоманию нельзя рассматривать в отдельности от алкоголизма. Эти две проблемы взаимосвязаны и взаимообусловлены. Индикативным показателем алкоголизации населения являются алкогольные психозы. В 2021 году зафиксировано 679 случаев алкогольных психозов, в 2022 году -635 случаев [11].

Количество беспризорных и безнадзорных детей в нашей области составляет 12 на 10 000 жителей младше 16 лет, что ниже, чем в среднем по России (22 ребенка на 10 000). Чем больше в регионе беспризорных детей, тем выше в нем уровень преступности среди несовершеннолетних: зависимость между этими показателями, по подсчетам специалистов Национального фонда защиты детей от жестокого обращения, составила 61 %. Благотворительный фонд Тимченко и аналитический центр при Правительстве РФ исследовали причины социального сиротства. Выяснилось, что 40,4 % родителей таких детей были лишены родительских прав из-за злоупотребления алкоголем, 24,5 % - из-за того, что уклонялись от воспитания и не смотрели за детьми, 14,1 % - из-за материальных трудностей [2].

Важную группу факторов детерминации виктимности составляют экономические, такие как уровень и качество жизни, безработица, инфляция и т.д. Наличие высокого уровня безработицы, низкого уровня доходов населения, неблагоприятные условия жизни приводят к росту криминализации и виктимизации. Важно отметить, что уровень материального достатка граждан определяет и возможности по защите их личных интересов (жизни, здоровья, имущества).

Опасным фактором виктимизации населения является высокая степень дифференциации доходов, следствием которой является неравномерность в распределении материальных и нематериальных благ. Степень неравенства в распределении доходов в обществе можно оценить с помощью коэффициента фондов, децильного коэффициента. Коэффициент фондов, показывающий соотношение денежных доходов 10 % наиболее и 10 % наименее обеспеченного населения, в РФ за прошедшее десятилетие колебался в интервале от 13,8 (2022 году) до 16,1 (2013 году). В Челябинской области данный показатель изменялся от 8,9 (2020 году) до 13,2 (2013 году). Децильный коэффициент, отражающий соотношение минимальных доходов 10 % наиболее обеспеченного населения и максимальных доходов 10 % наименее обеспеченного населения, в среднем по России составлял 6,9 (2020 году) – 7,3 (2013 году), в Челябинской области – от 4,7 (2020 году) до 6,3 (2013 году).

Сильным виктимогенным фактором является бедность, определяемая не только низким уровнем денежных доходов, но и отсутствием других экономических ресурсов, необходимых для обеспечения соответствующего стандартам уровня жизни. Коэффициент бедности отражает долю бедных домохозяйств в их общем количестве. В России уровень бедности за прошедшие десять лет составлял 9,8 % (2022 году) – 13,4 % (2015 году) от общей численности населения, в нашей области – от 10,1 % (2012 году) до 13,8 % (2016 году)

Анализ среднероссийских данных, характеризующих социальный портрет преступности, показывает, что наибольший процент преступлений совершают лица без постоянных источников дохода. В нашей области за прошедшее десятилетие процент совершивших преступления граждан, не имеющих постоянного источника дохода, колебался от

58,4 % (2019 г.) до 64,4 % (2016 г.) от общего числа лиц, совершивших преступления. В 2022 году этот показатель составил 61,2 %.

Среди основных виктимогенных детерминант отечественные ученые выделяют миграцию. Процессы массовой миграции существенным образом детерминируют криминализацию и виктимизацию населения в странах, куда прибывают мигранты. Особую опасность несет нелегальная миграция, которая способствует возникновению новых конфликтов (этнокультурных, религиозных), а нежелание мигрантов интегрироваться в общество ведет к образованию специфической околокриминальной субкультуры. По данным ГУ МВД в Челябинской области только за 2023 год было выявлено более 12 тыс. нарушений в сфере миграции [4].

К следующей группе факторов относится качество работы правоохранительных органов. От эффективности работы полиции, судебной системы и системы исправительных учреждений в значительной степени зависит уровень преступности.

Как показали результаты опросов ВЦИОМ, став жертвами преступлений, половина пострадавших (49 %) не обращались в правоохранительные органы чаще всего потому, что считали правоохранительные органы неспособными помочь. Среди обращавшихся в органы 17 % признались, что сотрудники полиции пытались отговорить их от подачи заявления [9].

Граждане из числа обратившихся отметили, что лишь по половине сообщений возбуждаются уголовные дела. До суда доходит примерно треть сообщений о преступлениях из числа тех, по которым было возбуждено уголовное дело, или одна шестая из тех, о которых граждане сообщили, или одно из двенадцати совершенных [1]. Более двух третей (70 %) обращавшихся заявили о том, что вред, причиненный преступлением, не был возмещен.

В Челябинской области за прошедшие десять лет раскрывалась в среднем половина от совершенных за год преступлений.

По результатам опросов ВЦИОМ уровень доверия россиян к сотрудникам полиции вырос с 35 % (2012 году) до 66 % (2023 году). Деятельность органов внутренних дел по защите личных и имущественных интересов считают эффективной примерно половина россиян. В Челябинской области показатели оценки уровня доверия к органам внутренних дел в обеспечении их личной и имущественной безопасности оказались ниже среднероссийских, а работу полиции жители области признали неэффективной [12].

Анализ состояния, уровня и структуры виктимности населения позволяет определить проблемные зоны и подобрать соответствую- щие меры, направленные на профилактику и предотвращение преступлений. Сравнение различных периодов времени в рамках такого анализа позволяет своевременно выявлять тенденции, строить прогнозы и разрабатывать эффективные стратегии противодействия преступности и создания безопасной среды для жизни граждан.