Апеллятивация аллюзивных антропонимов как когнитивный процесс

Когнитивная лингвистика способствовала возникновению новой перспективы для изучения единиц когнитивного и языкового уровней. Изучение функционирования аллюзивного антропонима в художественном тексте в связи с исследованием когнитивного аспекта динамики его значения является одним из появившихся новых направлений исследования данных единиц, и когнитивный ракурс делает данное исследование актуальным, способным раскрыть механизмы работы человеческого мышления в процессе реализации данного стилистического приема и выявить когнитивные особенности ситуативной апеллятивации аллюзивных антропонимов в художественном тексте.

Апеллятивация, как отмечает Е.О. Паршина, является «языковым механизмом проявления концептуальной деривации», в процессе которого происходит переработка концептуального содержания имени собственного, и индивидуальное знание, связанное с выделением объекта из класса подобных, приобретает обобщенный характер [8, с. 3]. Механизмы данных семантических изменений характеризуются внутренней противоречивостью, связанной с усилением основного денотативного признака и актуализацией в тексте сопутствующих, периферийных признаков исходного образа [7, с. 102]. Переход онима в апеллятив интересен актуализацией лексического фона, присущего аллюзивному антропониму. В художественном тексте эта динамика проявляется в ситуативной апеллятивации, и акцентирование того или иного признака обусловлено авторской интенцией, контекстом. Этот когнитивный механизм объясняется, на наш взгляд, способностью аллюзивных антропонимов к категоризации признаков в контексте. Данная способность заложена в разуме человека [4, с. 308]. Данные процессы характеризуются неясностью, размытостью и растяженно-стью во времени. Данное исследование позволит прояснить некоторые механизмы апеллятивации аллюзивного антропонима в художественном тексте на основе таких понятий когнитивной лингвистики, как категоризация, прототип, концептуальная интеграция признаков.

Материал и методы исследования

Материалом исследования послужили англоязычные тексты британских авторов XIX века Н. Хорнби «Долгое падение», М. Хейга «Полночная библиотека», Р. Винн «Соленая тропа», Ф. Грегори «Вечная принцесса» и Р. Ренделл «Портобелло». Методом сплошной выборки было выявлено 97 контекстов аллюзивных антропонимов.

В работе задействован контекстуальный анализ для выделения контекстов с аллюзивными антропонимами, их идентификации и исследования маркированности. Компонентный анализ применялся для выделения дифференциальных, атрибутивных признаков либо компонентов сценарного обобщения, профилируемых аллюзивными антропонимами в лингвокультурологических словарях и в контексте их использования. Прототипический анализ в работе способствовал определению признаков центральных и периферийных признаков для ситуативной категории, обозначаемой антро- понимом. Для уточнения контекстуальных сем использовался трансформационный тест на замену аллюзивного антропонима на нарицательное слово в контексте.

Этапы анализа включали следующие шаги.

• 1.    Отбор и идентификация аллюзивных антропонимов в текстах англоязычных романов Н. Хорнби «Долгое падение», М. Хейга «Полночная библиотека», Р. Винн «Соленая тропа», Ф. Грегори «Вечная принцесса» и Р. Ренделл «Портобелло».

• 2.    Выделение семантических признаков, соответствующих аллюзивным образам по лингвокультурологическим словарям The Oxford Dictionary of Allusions, 2003; Brewer’s Concise Dictionary, 2002, и сопоставление с актуализируемыми контекстуальными признаками, определение маркированности аплеллятивации, типа профилируемых признаков, выявление модели переноса признаков.

• 3.    Определение активизируемых категориальных признаков для каждого имени и представление статистических данных по различным типам апеллятивации аллюзивных антропонимов в рассматриваемых контекстах. Интерпретация полученных результатов.

Результаты и обсуждения

Понятие категоризации связано с мыслительной деятельностью, направленной на становление категорий в виде понятий, которые всецело обобщают и классифицируют результаты познавательной деятельности человека [2, с. 90]. По определению Е.С. Кубряковой, категоризация представляет собой «подведение вещи, явления, процесса и любой анализируемой сущности под определенную рубрику опыта или знания и признания ее (этой сущности) членом этой категории» [4, с. 307]. Данный механизм когнитивной деятельности присущ человеческому мышлению и создает для него ряд преимуществ в процессе познания, облегчая рациональную группировку сложной информации, упрощая идентификацию объектов, позволяя экономить языковые ресурсы, облегчая принятие решений относительно действий с объектами, а также благодаря установлению отношений между объектами, подвергнутыми классификации [4, с. 308].

Проблемам категоризации посвящена работа Дж. Лакоффа [5]. В ней автор анализирует различные подходы к категоризации, традиционный и прототипический, внесенный Э. Рош. Категории имеют лучших представителей (прототипов), все специфически человеческие способности играют важную роль в категоризации [5, с. 21]. В основе человеческой категоризации лежат опыт, воображение, восприятие и другие аспекты человеческой деятельности, которые подвергаются метафоризации, метонимизации и другим механизмам создания ментальной образности, включающим фреймы, фреймовую семантику

Филлмора, образно-схематические структуры Лэнекера. В категории представляется возможным выделить центральные и нецентральные члены, а также прототипические эффекты. Между членами категории существует асимметрия. Внутри категории также наблюдаются асимметричные структуры. Данные центральные элементы получили название центральных точек отсчета, или прототипов [5, с. 64]. Прототипы имеют особый когнитивный статус в качестве лучшего примера категории, а подобные явления были названы прототипическими эффектами. Следует учесть, что прототипы представляют собой грамматическую фикцию, а не модель обработки данных или отдельную теорию изучения категорий [5, с. 69]. Языковые структуры, активизирующие прототипы, активируют концептуальные структуры в мозге человека. Как отмечает Г.Г. Молчанова, антропоним является вербальным символом, он довольно устойчив, а его понимание основано на применении когнитивных операций по восстановлению полных структур знаний, сокращенными аналогами которых они являются [6, с. 17]. Появление прототипа основано на нескольких факторах, таких как форма выражения, использование, частота [12, с. 62]. Д. Аберра подчеркивает, что прототипы построены на основе сходства, у них нет механизма демонстрации цельности отношений между чертами категории [11, с. 4]. Значимым является выявление характерных черт прототипа, которые Аберра обобщает в работе, а именно прототипические категории нельзя определить на основе единственного набора критериев; прототипические категории существуют по типу семейного сходства, имеют радиальную структуру; они демонстрируют степень принадлежности к категории, и границы прототипических категорий размыты [11, p. 3]. В целом, отмечается эффективность выявления прототипов как полезного аналитического инструмента семантического описания, не претендующего на семантическую теорию.

В работах по когнитивной лингвистике подчеркивается наличие категорий суперординатно-го, субординатного и базового уровней [1 3]. Работа А. Гернбахера и коллег посвящена когнитивному механизму метафоры. Категоризация в данном случае осуществляется на основе когнитивных процессов подавления и усиления. Подавление заключается в затемнении контекстуально нерелевантных признаков и значений. Усиление включает фокусирование, профилирование активизации узлов памяти для того, чтобы представить информацию для восприятия читателя [13]. Е.О. Паршина использует понятия перспек-тивизации и дефокусирования как модификации концептуального содержания, стоящего за исходным именем в процессе концептуальной деривации [8, с. 5]. Данные термины используются в нашей работе наряду с «фокусированием» и

«профилированием» релевантных, акцентируемых признаков в контексте использования аллю-зивных антропонимов.

В научной литературе отмечается, что апел-лятивация, или деонимизация, может носить окказиональный характер, а когда антропоним переходит в разряд имен нарицательных, его связь с внеязыковыми явлениями становится еще более устойчивой [1, с. 159]. Процесс апеллятивации может приводить к промежуточным случаям, когда антропоним становится «предикатным» именем, своеобразным эталоном предикатов, качеств [10, с. 97]. Вокруг центральных, ядерных признаков аллюзивного антропонима, или атрибутов, концентрируются признаки-спутники, дифференциальные признаки, оценочные значения которых могут быть амбивалентными [7, с. 101]. О.А. Комарова, И.Н. Королева выделяют номинативную и характеризующую типы апеллятивации [3, с. 26]. При номинативной апеллятивации название переносится на класс неодушевленных объектов ( Tintoretto – художник становится средством номинации картины, написанной им: I admired the Tintoretto in the    gallery ).

Характеризующая апеллятивация предполагает сохранение отнесенности денотата к одушевленному лицу ( You are a fully trained Samaritan – ироничное высказывание о человеке, совершающем добрые поступки). Результатом подобной семантической деривации становится «эмоционально-оценочный» синоним [7, с. 102].

Результаты апеллятивации могут быть представлены в виде когнитивных схем, моделей, таких как лицо – лицо; лицо – действие; лицо – вещь [1, с. 160; 9]. Происходит расширение, сужение объема значения первичного имени, а также метафорические и метонимические переносы. Сам процесс апеллятивации объясняется ограниченностью языковых ресурсов и склонностью человека к обобщению и экономной систематизации мира в языке [9, с. 21].

Актуализация когнитивных признаков и категоризация в эмпирическом материале Проанализировав 97 контекстов использования аллюзивных антропонимов в художественных текстах британских авторов XIX века, выявили шесть когнитивных контекстов функционирования данных единиц: «Политика» (Stalin, Bush, Nelson Mandela), «История» (Cleopatra, Marie Prevost), «Религия» (Samaritan), «Спорт» (Arnold Swatze-negger), «Философия» (Thoreau, Heidegger), «Искусство» (включает подгруппы «фотография» – Hugo Lefèvre, «музыка» – Chopin, Curt Cobain, «актерское мастерство» – Brad Pitt , медиа искусство – Kathy Lee) «Литература» (Sylvia Plath, Primo Levi). Доминирующими в количественном отношении являются контексты «Искусство», «Литература» и «Философия», что определяется тематикой современных романов, сюжетами, проблемами и авторским взглядом на мир.

Основными актуализируемыми характеристиками концептов, которые лежат в основе окказиональных прототипических категорий в контекстах рассмотренных романов, явились:

«принадлежность к профессии музыканта» (21 аллюзивный антропоним),

«чувствительный человек, самоубийца» (14), «принадлежность к философской деятельности» (9),

«принадлежность к писательской, поэтической деятельности» (7),

«известность в обществе» (5),

«красивая женщина-рассказчица» (4), «нехороший, злой человек» (3), «глупый человек» (3).

Остальные категориальные признаки представлены 1–2 аллюзивными антропонимами и включают «легкомысленный фильм», «влюбленный человек», «одинокий путешественник», «властный политик», «успешный человек», «упорный, терпеливый человек», «красивый мужчина», «добрый человек», «духовно сильный человек», «пижон», «уродливый человек», «фотограф», «политик», «актер». Как видно из списка, признаки категоризации могут включать свойства одушевленных и неодушевленных объектов.

Основные модели когнитивного переноса признаков включают

«когнитивное обобщение, символизацию» (52 примера),

«лицо – лицо» (23 примера) и

«лицо – неодушевленный объект» (22 примера). Первая модель представляет собой обобщение признаков денотата аллюзивного антропонима, когда имя служит вербальным символом, устойчивым образом, например, в романе Хорнби: And he said, They are all great, and he went through all these people we were supposed to be talking about in the club – Sylvia Plath, Primo Levi, Hemingway [16, с. 147]. Имена Сильвия Плат, Примо Леви, Хемингуэй использованы в составе стилистического приема перечисления, они подвергаются когнитивному обобщению по признаку «известная личность» и составляют окказиональную прототипическую категорию. Их функция в тексте – вызвать у читателя ассоциации, стереотипные образы, готовые интеллектуально-эмоциональные блоки-стереотипы, позволяющие ускорить переключение из фактологического контекста в ментальный [6, с. 20]. Такие примеры особенно многочисленны в романе Хорнби «Долгое падение». Значительный интерес представляет модель «лицо – неодушевленный объект», в составе которой могут осуществляться переносы имени лица на его творчество, особенности внешности, прически, характера, биографических деталей, таланта, философские воззрения и поведение: rubbish Sandra Bullock film [16, с. 141–142] ( мусорный фильм с участием Сандры Буллок ), to take the Vincent Van Gogh route out of this world [16, с. 24–25] ( последовать примеру

Ван Гога и уйти из жизни), Schrödinger’s husband, so to speak [15, с. 231] ( Шредингеровский муж, если можно так выразиться).

Процесс апеллятивации: показатели, типы

Когнитивное профилирование и дефокусирование признаков в контекстах отражает процесс перехода собственных имен в разряд нарицательных. Во всех проанализированных случаях апел-лятивация носит окказиональный, частичный характер, причем фокусироваться могут два типа признаков – дифференциальные (различительные) и атрибутивные (основные, устойчивые, узнаваемые) признаки.

К традиционным средствам, присущим использованию аллюзивного антропонима с частичной апеллятивацией и фокусированием как дифференциальных, так и атрибутивных признаков, относятся такие средства, как использование в составе сравнительных конструкций с like и as, в составе перечисления, наличие неопределенного или определенного артикля с антропонимом, использование в позиции препозитивного определения перед нарицательным именем, в качестве предикатного имени, в функции обращения и односоставного номинативного предложения. Кроме того, в контекстах с актуализацией дифференциальных признаков выявлен случай усечения полного имени Voltaire до Volts [15, с. 6]. Апелля-тивизация с актуализацией атрибутивных признаков выражается помимо перечисленных средств использованием с уточняющими прилагательными и неопределенным артиклем (I am …a solitary Cristóbal Colón [14, с. 291] (я…одинокий Христофор Колумб)), в составе условных предложений (If you were into Dolly Parton and they played a blast of her album during a hip-hop show, she just wouldn’t sound good (Будь вы поклонником Долли Партон, но если бы во время хип-хоп-выступления неожиданно грянул её альбом, это звучало бы просто ужасно.) [16, с. 162]) Сослагательное наклонение с воображаемым, гипотетическим сравнением способствует обобщению и окказиональной категоризации по признаку «принадлежность к профессии музыканта». Данное имя служит своеобразным прототипом музыканта со своим стилем, отличным от других, такое возможно по отношению к другим музыкантам. Автор фокусирует внимание на контрасте стилей музыкантов, а не на конкретных признаках музыкального исполнения, свойственного знаменитой американской кантри-певице Долли Партон (1946). Апеллятивация с профилированием атрибутивных признаков также проявляется в возможности использования аллюзивно-го антропонима в притяжательном падеже (Schrödinger’s life [15, с. 148] (Шредингеровская жизнь)), во множественном числе (those Beckhams or Elton Johns [17, с. 58] (все эти Бекхэмы и Элтоны Джоны)), со словообразовательными аффиксами (Romeo-fashion [17, с. 106] (на манер Ромео), a Jane Austeny person [16, с. 161] (человек в духе Джейн Остин)), с указательными местоимениями (that Micawber dude in Dickens [16, с. 215] (тот самый Микобер, персонаж Диккенса)). С точки зрения контекстуальных маркеров апеллятивации интерес представляют случаи гендерной трансформации первоначального имени, в качестве примера которого может быть рассмотрен контекст, в котором герой Мартин комментирует свое самоубийство (I was in grave danger of turning into Marie Prevost [16, с. 232] (Я был в смертельной опасности превратиться в Мари Прево)). Известно, что Мари Прево – псевдоним известной канадско-американской актрисы немого кино 1920-х. Предполагается, что она покончила жизнь самоубийством, ее собака, согласно режиссеру Кеннету Ангеру, частично съела тело хозяйки. Категоризация происходит по признаку «чувствительный человек, самоубийца».

Результаты исследования показали, что при актуализации атрибутивных признаков наблюдается большое контекстуальное варьирование и маркированность проявляется большим разнообразием средств. Возможно, это связано с широкой известностью имени и лица, возможностью представлять класс людей или идей. Апеллятивация в большей степени характерна для контекстов с актуализацией атрибутивных признаков. Атрибутивные признаки характерны для тех имен, значение которых устоялось, стало прецедентным, широко известным.

Статистические данные свидетельствуют о примерно равном количестве контекстов с актуализацией обоих типов признаков:

апеллятивы с частичной апеллятивацией атрибутивных признаков составили 48 контекстов, апеллятивы с частичной апеллятивацией дифференциальных признаков – 44 контекста, апеллятивация со сценарным обобщением, когда аллюзивный антропоним отсылает к комплексу признаков, ситуации, составила 5 контекстов.

В группе с актуализацией дифференциальных признаков наблюдается большое количество имен, известных узкому кругу музыкантов, телеведущих, писателей (Sheena Easton, Donald Rumsfeld, Ernie Isley, Curtis Mayfield, Regis, Kathy Lee). В основном эта группа антропонимов включает известные личности XX–XXI веков. Однако наблюдаются широко известные имена Cleopatra, Voltaire, фокусирующие неустойчивые, основные для этих образов признаки – ситуацию необходимости для Клеопатры произнести речь перед большой аудиторией, худощавую внешность Вольтера.

Подчеркнем, что использование аллюзивных антропонимов во многом обусловлено тематикой, особенностями повествования и типом героя в анализируемых романах. Актуализация дифференциальных признаков также вызвана индивидуальной оценкой героем деятельности известной личности, индивидуальным восприятием.

В процессе анализа была выявлена группа имен, которая рассматривалась выше при характеристике аллюзивного антропонима как вербального символа. Такие имена актуализируют атрибутивный признак, который является результатом обобщения, генерализации, такие имена являются вербальными символами. Мы отнесли их к типу частичной апеллятивации на основе актуализации дифференциальных признаков, поскольку их объединяет общий абстрактный признак, не являющийся для имени основным, но он вытекает из основного. Например, имена Don DeLillo, Updike, Byron выступают как символы духовного лидера США, известного писателя – классика и поэта соответственно [16, с. 149; 18, с. 106]. Имена Beckhams, Elton Johns указывают на известных людей и профилируют признак «известность в обществе». Такие имена используются в контексте перечисления, поэтому их значения сглаживаются под влиянием контекста, приводя к своеобразной контекстуальной синонимии аллюзивных антропонимов, что способствует высвечиванию их общего профилируемого признака.

Актуализация прототипического признака в контексте осуществляется на основе метафоры, метонимии или когнитивной операции обобщения, генерализации, как в приведенных примерах. Имя Updike используется в обобщенном значении на основе метонимического переноса и абстрагирования признака «принадлежность к писательской, поэтической деятельности»: I think he had some bullshit idea that reading was going to help me find some sort of new career. Yeah, like that’s what happens in life. ‘Hey, you like Updike ? You must be a cool guy. Here’s $100,000 job in our advertising agency ’ [16, с. 149] (… у него была какая-то глупая идея в голове, что чтение поможет мне найти новую карьеру. Ага, прям вот так в жизни и бывает. «О, тебе нравится Апдайк ? Наверное, ты клёвый парень. Держи стодолларовую работу в нашем рекламном агентстве). Имя Updike выступает в качестве вербального символа автора-классика, знаменитого, талантливого писателя. На месте данного имени могло использоваться другое, например, Twain, Dickens . В данном случае мы считаем, что это один из этапов апеллятива-ции, в основе которого лежит когнитивное обобщение, генерализация.

Показателем когнитивного развития аллюзив-ного антропонима является возможность указания на определенный сценарий, комплекс ассоциативных признаков, представляющих собой «сценарное обобщение». Например, герой объясняет друзьям, почему его назвали родители JJ: John Julius Norwich, who was like a lord or something, and writes millions of books about like churches and stuff. And that’s me. John fucking Julius. Did I become a lord, or radio anchor, or even an Englishman? No. [16, с. 35] (Джон Джулиус Норвич, который был вроде как лорд или что-то в этом роде и который исписал миллионы книг про всякие там церкви и всё такое. И вот это – я. Джон … Джулиус. Стал я лордом? Или ведущим на радио? Или хотя бы англичанином? Нет). Ситуация номинации является комплексной, родители Джей-Джея увлекались чтением и просмотром британского канала Би-би-си, на котором выступал известный ведущий, который писал книги и настолько нравился отцу Джей-Джея, что тот назвал своего сына в его честь. Множество признаков и биографических деталей активизированы в контексте использования имени John Julius Norwich, поэтому данный пример служит иллюстрацией сценарного обобщения как одного из этапов процесса апелля-тивации.

Заключение

Функционирование аллюзивных антропонимов в когнитивном аспекте основано на когнитивном взаимодействии, профилировании, затемнении основных, второстепенных признаков первичных образов или отражении целого сценария обозначаемых событий, ассоциируемых с аллюзивным антропонимом. Данные процессы отражают когнитивную динамику аллю-зивных антропонимов, которая основана на профилировании прототипических признаков, возможности категоризации, осуществляемой аллюзивными антропонимами, а также постепенной апеллятивации.

В качестве показателей процесса перехода имени собственного в нарицательное были выявлены использование антропонимов в контекстах со сравнительными конструкциями like, as…as, с сослагательным наклонением, в позиции обращения, в притяжательном падеже, с неопределен-ным/определенным артиклем, указательным местоимением, в форме множественного числа, в функции предикатного имени, в сопровождении уточняющих оценочных прилагательных, в составе стилистического приема перечисления, в односоставных назывных предложениях, после переходных глаголов в контексте неодушевленных имен, в словообразовательных моделях с аффиксацией.

В основе когнитивного взаимодействия при апеллятивации лежат переносы по типу метафоры, метонимии и когнитивного обобщения. Акцентируемые признаки могут быть дифференциальными, различительными, второстепенными и атрибутивными, основными, закрепленными за аллюзив-ным образом в культуре и словарях. Когнитивная динамика также заключается в наличии класса аллюзивных антропонимов, у которых фокусиру- ются дифференциальные признаки на основе обобщения и абстрагирования атрибутов. Как правило, такие имена носят символический характер, используются в тексте в составе стилистического приема перечисления, способствующего сближению значений в контексте и образованию контекстуальных аллюзивных антропонимов-синонимов. Когнитивная деривация также проявляется в возможности апелляции аллюзивного антропонима к обобщенному сценарию, когда акцентируются многочисленные признаки, связанные с первичным референтом имени, которые требуют анализа в контексте.

В количественном отношении самыми многочисленными профилируемыми когнитивными признаками, послужившими основой ситуативной прототипической категоризации аллюзивных антропонимов в рассмотренных текстах, явились «принадлежность к профессии музыканта», «чувствительный человек, самоубийца», «принадлежность к философской деятельности». Они отражают тематику и проблематику выбранных для анализа романов и в то же время высвечивают важные для автора и современников аспекты жизни.

Основными моделями когнитивного переноса признаков явились «когнитивное обобщение, символизация», «лицо – лицо» и «лицо – неодушевленный объект».

Перспективы исследования связаны с расширением эмпирического материала, а также проведением исследований на материале разных лингво-культур.