Деятельность Ю. В. Пухначева по возрождению русского колокольного искусства

«Юрий Васильевич Пухначев принадлежит к той плеяде просветителей, для которых распространение и укоренение знаний о мире является необходимым условием нормального существования общества, государства и человека. Вместе с тем, это яркий, разносторонне образованный и индивидуально мыслящий ученый, работающий на стыке разных наук и искусств».

Наум Клейман, заслуженный деятель искусств Российской Федерации

Личность Ю. В. Пухначева (1941–2005) хорошо знакома всем, кто имеет отношение к отечественной компанологии, ведь он был одним из лидеров ее становления в последней трети ХХ века. Математик по образованию, выпускник Московского физико-технического института периода расцвета этого учебного заведения, доцент кафедры высшей математики МФТИ, кандидат физико-математических наук, он был человеком энциклопедических знаний с широким кругом интересов. Вспоминая годы своей учебы и преподавательской работы, он подчеркивал, что при поступлении в МФТИ обращали особое внимание на широту кругозора абитуриентов, на их осведомленность не только в точных науках, но и в искусстве, литературе. Курс на всестороннее гармоничное развитие личности студента был политикой руководства института в то время. И пример подавали сами профессора – ректор, академик АН СССР (РАН) О. М. Белоцерковский, академик АН СССР (РАН) Н. Н. Моисеев (научный руководитель диссертации Ю. В. Пухначева) и другие. Например, академик Б. В. Раушенбах, с которым Ю. В. Пухна-чев общался на протяжении всей его жизни, не только крупнейший специалист в области ракетной техники и космонавтики, но и искусствовед, исследовавший системы пространственных построений в изобразительном искусстве. Сам Юрий Васильевич прекрасно рисовал, в совершенстве знал немецкий язык и немецкую литературу, профессионально занимался журналистикой (заведовал отделом в журнале «Наука и жизнь», был членом Союза журналистов, автором и ведущим нескольких телевизионных программ на телевидении в 80–90-е годы). Он стал одним из создателей и первым президентом Ассоциации колокольного искусства России (1989). Интерес к изучению колоколов и колокольного звона зародился у него еще в конце 1960-х годов. Причем изучал он их комплексно: с точки зрения акустики и материаловедения, с точки зрения истории культуры, национальных и религиозных традиций, с точки зрения музыки. Плодом этого изучения стала небольшая, но чрезвычайно емкая и информативная научно-популярная книга «Загадки звучащего металла» [20]. Заслуживает внимания язык книги – простой, доступный, временами не лишенный поэтичности, но строго следующий научным фактам. Этот стиль изложения особенно отличал автора как талантливого популяризатора науки. Сегодняшнему молодому поколению покажется странным, что в советское время книгу, посвященную колокольному звону, не брали в издательства, так как тему эту автоматически относили к религиозной пропаганде. Несколько лет автор потратил на безуспешные попытки опубликовать книгу. По словам самого Юрия Васильевича, только помощь будущего митрополита Волоколамского и Юрьевского (а тогда архиепископа) Питирима (Нечаева), возглавлявшего издательский отдел Московской патриархии и обладавшего широкими связями в кругах московской интеллигенции, помогла выходу книги. Этот факт можно было бы расценивать как помощь свыше. Юрий Васильевич вспоминал, что еще на стадии замысла книги он, на тот момент человек сугубо рациональный, столкнулся с откровением в чистом виде. В одну из поездок в Сибирь, на родину своего отца, ходил летом в лес, собирал грибы. Выйдя на опушку леса, залитую солнцем, он вдруг четко увидел детально всю структуру будущей книги. Он всегда воспринимал это как чудо, впервые пошатнувшее его рационализм.

Антирелигиозная политика советской власти, активизировавшаяся в конце 20-х – начале 30-х годов ХХ века, сопровождалась массовым разрушением культурных ценностей – церковных зданий, икон, колоколов, церковной утвари. Множество колоколов были переплавлены, а из оставшихся на колокольнях многие замолчали, так как колокольный звон был ограничен и даже запрещен. Набатный звон был запрещен еще в 1918 году. В 1923 году был принят Декрет СНК РСФСР от 19 сентября 1923 году «О порядке реализации церковных имуществ обиходного характера», разрешающий продажу колоколов из ликвидированных монастырей и церквей. 6 декабря 1929 года по представлению антирелигиозной комиссии и НКВД СССР секретариат ВЦИК принял Постановление ВЦИК «Об урегулировании колокольного звона в церквах» [13], запрещающее трезвон во все колокола, ограничивающее колокольный звон во всех городах, крупных селах и поселках городского типа [4].

К 1917 году в России было более 80 тысяч колоколен и звонниц, полностью укомплектованных колоколами. На сегодняшний день осталось лишь несколько полностью сохранившихся с дореволюционных времен комплектов колоколов. Таким образом, колокола как объекты культурного наследия в годы советской власти планомерно уничтожались, колокольный звон как область музыкального искусства (как церковного, так и светского) не развивался и постепенно исчезал с уходом старых звонарей, развитие отечественной кампанологии как области науки, начавшей формироваться в XIX– начале XX века, прервалось, так как тема была под запретом.

Первые единичные отечественные работы о колоколах появляются еще в XVIII – первой половине XIX века. Со второй половины XIX века стали появляться специальные труды о колоколах и колокольном звоне (помимо церковных уставных книг). Можно назвать работы А. А. Израилева [12], С. Г. Рыбакова [25], Н. Пряхина [20], А. Субботина [27], М. И. Пыляева [22], А. Алексеева [1], С. Смоленского [26], В. С. Кнаббе [14]. О колоколах писали и в контексте церковной службы, и в контексте музыкального искусства, в контексте производства и работы колокололитейных заводов, в контексте истории русской культуры. Событием огромной важности стала вышедшая в 1906 году и переизданная в 1912 году книга талантливого представителя фамилии ярославских предпринимателей, около полутора столетий державших колокололитейное предприятие в Ярославле, Н. И. Оловянишникова «История колоколов и колокололитейное искусство» [18].

Единичные работы о колоколах еще выходили в конце 1910-х – начале 1920-х годов, но далее тема затрагивалась лишь в нескольких контекстах. До 1970-х годов выходили в свет труды, посвященные металловедению, литейному делу и его истории, в которых, в числе прочих литейных производств, рассматри- валось и литье колоколов. Например, книга Н. Н. Рубцова [24]. Российский кампанолог А. Ф. Бондаренко пишет, что в советский период по колокольной тематике выходили небольшие заметки и статьи именно в контексте литейного производства. Также она упоминает три брошюры, выпущенные в 50–60-х годах, о колоколах Московского Кремля [5, с. 19]. Также колокольный звон был предметом изучения акустиков. Колокольная тема в специфическом ключе получила освещение в пропагандистской антирелигиозной литературе. Например, знаменитая работа П. В. Гидулянова [9]. Смелым поступком можно назвать труд К. Сараджева «Колокол», написанный в 1940-е годы. Но в стране не нашлось издательства, которое рискнуло бы выпустить его в свет, он так и остался в рукописи [3]. Не попадала под негласный запрет тема поддужных колокольчиков, они экспонировались в музеях, о них выходили отдельные статьи. Таким образом, небольшая книжечка «Загадки звучащего металла», выпущенная в 1974 году, стала поистине прорывом в этой сфере, основанием и импульсом для возрождения отечественной кампанологии.

В 60–70-е годы ХХ века постепенно возрастал интерес общества к колокольной тематике как к малоизученной, забытой области русской культуры. В авангарде этого общественного движения оказались музеи, и прежде всего музеи-заповедники, в состав объектов которых входили колокольни. Музеи, часто при активной поддержке краеведов, начинали формировать и изучать коллекции колоколов, пытались восстановить звоны. Советские музеи-заповедники в то время старались интерпретировать колокола и колокольный звон как часть культурного наследия народа, а не как часть церковной традиции. Возрождение русской православной церкви, появление потребности в церковных звонарях и новых колоколах произошло гораздо позже.

Событием, значительно повлиявшим на возрастание в обществе интереса к колоколам, стала история записи звонов для фонотеки СССР в Государственном музее- заповеднике «Ростовский кремль» в 1963 году. В 1966 году на Всесоюзной фирме грамзаписи «Мелодия» была выпущена грампластинка «Ростовские звоны». История того, как была осуществлена запись, широко известна; о ней также упоминает Ю. В. Пухначев в предисловии к первому сборнику материалов конференции «Колокола. История и современность» [16]. Дело в том, что именно в Государственном музее-заповеднике «Ростовский кремль» смогли сохранить целостный аутентичный ансамбль колоколов. Примечательно, что после осуществления записи колокола опять замолчали, и многочисленных туристов в Ростовском кремле приветствовал не настоящий колокольный звон, а магнитофонная запись, которую в музее использовали полуофициально. И так продолжалось до середины 80-х годов. Этот факт показывает отношение областного партийного руководства к колокольному звону как к инструменту пропаганды религии [23].

Позже попытки восстановления колокольных звонов стали предприниматься и в других музеях-заповедниках. Движение это было основано прежде всего на личном энтузиазме сотрудников, краеведов и некоторых руководителей музеев. Основные трудности, с которыми они сталкивались, сводились к следующему:

• -    обучение: живущих на тот период звонарей было мало, и они были преклонного возраста, а обучение звонарному мастерству всегда происходит из рук в руки, от мастера к ученику;

• -    развеска и подбор колоколов: не знали, как развешивать и подбирать колокола, литературы по этому вопросу практически не было, специалистов тоже;

• -    потеря технологий литья колоколов: невозможно было изготовить новые колокола, а старых, дореволюционных, было не так много.

В этих условиях музейные работники жадно искали и ловили любые крупицы информации по интересующей теме. И выход книги «Загадки звучащего металла» стал для них событием. К Ю. В. Пухначеву как специа-

листу стали приезжать для консультаций сотрудники музеев, музыковеды, начинающие звонари, исследователи. Так получилось, что он стал центром притяжения и пересечения очень разных людей, интересующихся колокольной темой, неформальным лидером. Здесь раскрылся его организаторский талант – связывать людей между собой, помогать искать информацию, литературу.

После истории с записью колокольных звонов в Ростове Великом прошло довольно много времени. Следующим этапом в возрождении колокольных звонов стала деятельность музея деревянного зодчества «Малые Корелы» под Архангельском. Здесь в 1974 году началось формирование коллекции колоколов. Причем большое количество колоколов сотрудники музея привезли зимой 1975 года со склада Вторцветмета, где они были обнаружены совершенно случайно и должны были быть уничтожены. Обретя коллекцию колоколов, музей озадачился созданием музыкальной экспозиции «Звоны Северные», в которой колокола могли бы зазвучать. Весной 1975 года первые колокола были подвешены на деревянной колокольне из села Кулига-Дракованово, а 1 июня того же года колокола музея впервые зазвонили. Колокольные звоны стали частью экспозиционной работы, важным компонентом этнокультурной среды северной деревни, которая воссоздавалась в музее. В этой работе принимали активное участие краевед Д. А. Буторин, старший научный сотрудник музея А. Н. Давыдов, преподаватель Архангельского музыкального училища В. В. Лоханский, главный хранитель музея И. В. Данилов, позже В. М. Петровский, С. Петухова. Ю. В. Пухначев неоднократно приезжал в музей «Малые Ко-релы», участвовал в научных «Ломоносовских чтениях» в Архангельске, в которых колокольная тематика присутствовала постоянно, общался с музейщиками, они приезжали к нему в Москву. Позже А. Н. Давыдов, В. В. Лохан-ский, и особенно И. В. Данилов стали востребованы в разных регионах страны, оказывали методическую и практическую помощь музеям в деле возрождения колокольных зво- нов, обучали звонарей. В частности, именно И. В. Данилов в 1990 году – при огромном скоплении народа на Красной площади – впервые звонил на колокольне Покровского собора на Рву (колокола, кстати, были привезены на этот случай, из «Малых Корел», так как на колокольне Покровского собора своих колоколов на тот момент давно не было).

Хорошие профессиональные и личные отношения сложились у Ю. В. Пухначева с сотрудниками Ярославского музея-заповедника Е. А. Анкудиновой и Н. С. Коровской. Они загорелись идеей восстановить звоны на Большой звоннице Ярославского кремля. На фестивале в Саратове, организованном Ассоциацией колокольного искусства, они обсуждали это с коллегами, договаривались о помощи в развеске и подборе колоколов. В 1991 году на звонницу в Ярославле были подняты колокола и возобновлены звоны. В Ярославль из Архангельска переехал В. М. Петровский, руководивший развеской и подбором колоколов, много сделавший для обучения местных энтузиастов звонарному искусству. Стараниями Е. А. Анкудиновой и Н. С. Коровской и при активном содействии Ю. В. Пухначева в 1992 году был организован фестиваль колокольного искусства «Преображение», который с тех пор проводится регулярно. Юрий Васильевич был частым гостем этого фестиваля до последних лет своей жизни [10].

Много общался Ю. В. Пухначев со своим ленинградским коллегой С. А. Старостенко-вым. Благодаря научной деятельности Сергея Александровича в колокольную тематику включился еще один музей – Кунсткамера (Музей антропологии и этнографии), в котором он тогда работал. Он организовывал работу секций «Колокола и звоны» на проводившихся с 90-х годов ХХ века Конгрессах антропологов и этнографов России и многочисленных конференций по колокольной тематике. Позднее С. А. Старостенков стал вице-президентом Ассоциации колокольного искусства.

Во многом благодаря нарастающей в обществе волне интереса к колоколам в 1995 году был

L

открыт первый в России «Музей колоколов» в г. Валдай. Инициатором его создания была искусствовед Н. П. Яковлева. Она также много общалась с Ю. В. Пухначевым. В 2005 году, после его смерти, в музее была создана небольшая экспозиция, посвященная его памяти.

Важной составляющей деятельности Ю. В. Пухначева были контакты с зарубежными коллегами, в 70-е годы – прежде всего с кампанологами из Германской демократической республики, а после перестройки – также со специалистами из Бельгии, Нидерландов, Австрии, Швейцарии. В этих контактах помогало великолепное владение немецким языком, знание немецкой культуры, которые Юрий Васильевич совершенствовал еще со школьной скамьи. В Германии действовали колокололитейные производства, сохранялась традиция светской колокольной музыки, прежде всего карильонной. Это позволяло получать те практические знания, советы, которые через Юрия Васильевича передавались потом отечественным предпринимателям, налаживающим производство колоколов, и исследователям. Ценный опыт передавал колокольный мастер, владелец производства Франц Петер Шиллинг и его супруга Маргарита Шиллинг из г. Апольда (Германская Демократическая Республика). В вопросах особенностей и истории развития карильонной музыки очень полезны и интересны были контакты с Джефри Босиным – карильонером, американцем, живущим в Германии. Зарубежные поездки давали не только возможность общения с коллегами, изучения секретов производства колоколов, но и работы с широким кругом источников и литературы, которой у нас в стране не было. Ю. В. Пухначева приглашало Научное общество по изучению колоколов «Glokenkunde» при музее города Графенштайн (Германия), располагавшее крупнейшей и лучшей в Европе библиотекой по кампанологии. Всеми знаниями, которые можно было получить из этих книг, Юрий Васильевич щедро делился со всеми интересующимися колокольной темой на родине. Ф.-П. Шиллинг, М. Шиллинг, Д. Босин и другие зарубежные коллеги были, в свою очередь, участниками конференций и фестивалей, проводимых у нас в конце XX – начале XXI века. Ю. В. Пухначев также переводил многие научные статьи по кампанологии, написанные на немецком языке.

Впоследствии, когда пришла перестройка, движение энтузиастов колокольного искусства получило свое официальное оформление: в 1989 году в Государственном музее-заповеднике «Ростовский кремль» была создана Ассоциация колокольного искусства СССР. Учредителями Ассоциации стали Министерство культуры России, Всесоюзное музыкальное общество, Научный совет по истории мировой культуры Академии наук СССР. Возникла Ассоциация при Советском фонде культуры. Ю. В. Пухначев был инициатором создания Ассоциации и первым ее президентом. А. Ф. Бондаренко отмечает роль Ю. В. Пухначева в разработке Устава Ассоциации и в процессе регистрации организации. Устав опирался прежде всего на опыт подобных организаций в Западной Европе и на их уставные документы, но в Уставе отечественной организации предусматривалось большее число видов деятельности и некоторые другие моменты, учитывающие специфику страны [5, с. 22–24]. Под руководством Юрия Васильевича стали проводиться фестивали колокольного искусства. Первый фестиваль состоялся в Ростове Великом, и на нем как раз было объявлено о создании Ассоциации.

Судьба прекрасного начинания оказалась сложной. На начальном этапе Ассоциация объединила людей, вдохновленных общей идеей возрождения колокольного искусства: музыкантов, музыковедов, звонарей, деятелей церкви, коллекционеров, историков, культурологов, музейных работников, предпринимателей и производственников, пытавшихся наладить изготовление колоколов в различных регионах России. Все они с энтузиазмом принимались за новые проекты, учились друг у друга, общались. Но позже единение уже не было таким согласованным, появились споры, разногласия, стали проявляться центробежные силы, у части деятелей было

стремление извлекать прибыль из деятельности Ассоциации. Почувствовав это, Ю. В. Пух-начев отошел от руководства Ассоциацией. С 1994 году ее президентом стал музыковед А. С. Ярешко. В 2003 году организация была внесена в Единый реестр юридических лиц как «Ассоциация колокольного искусства России», но позже распалась и была официально ликвидирована в 2008 году [2].

В первые годы возрождения колокольных звонов и колокольного дела важнейшей задачей было общение единомышленников друг с другом. Форматом такого общения стали научные конференции и фестивали колокольного искусства, конкурсы звонарей. Помимо фестивалей со второй половины 1980-х годов ХХ века в различных регионах проводились праздники и концерты колокольного звона. Конференции стали проводиться еще до возникновения Ассоциации и потом оставались одной из главных составляющих ее деятельности. Первая научная конференция «Колокола. История и современность» прошла в Москве в 1982 году. Вторая – в форме межреспубликанской школы-семинара для работников музеев «Актуальные проблемы развития историко-архитектурных и природных музеев-заповедников» прошла в 1983 году в Архангельске. В рамках школы работала секция «Колокола. Вопросы изучения и му-зеефикации». Третья научная конференция «Колокола. История и современность» прошла в Москве в 1987 году [5, с. 21].

В 1990-е – начале 2000-х годов Ю. В. Пух-начев продолжал свою деятельность популяризатора колокольного искусства, редактировал сборники, публиковал статьи, выступал на телевидении. В Интернете, например, есть запись его участия в авторской программе С. П. Капицы «Очевидное – невероятное», где он рассказывает о колоколах [19].

Незадолго до своей смерти Ю. В. Пухна-чев, по свидетельству его вдовы Н. М. Пухна-чевой, передал архив с материалами о деятельности Ассоциации колокольного искусства в Ярославский музей-заповедник. За двадцать с лишним лет менялось руководство и сотруд- ники музея, в результате архив был утерян. Остались лишь немногие документы. Сейчас они переданы из музея автору данной статьи и находятся в семье. Прежде всего это рукопись (машинописный текст) второго сборника «Колокола: история и современность», изданного в 1990 году [15]. Также около сотни фотографий, часть из которых – фото колоколов и колокольчиков. Другая часть – фотографии с колокольных конференций, фестивалей, на которых запечатлены члены Ассоциации. К сожалению, многие фотографии без подписей и нуждаются в атрибуции. Это насущная задача, поскольку в живых участников тех событий осталось мало.

Среди документов также несколько программ выступлений звонарей.

• 1.    Программа концертных звонов Владимиро-Суздальского музея-заповедника «Возрожденные звоны». 1989 год. В программе указано, что звоны исполняют сотрудники музея Ю. Ю. Юрьев и В. М. Гаранин. Это выдающиеся звонари, развивавшие именно музейно-экспозиционные звоны.

• 2.    Программа «Свадебный звон» Валдайского краеведческого музея совместно с отделом ЗАГСа Валдайского райисполкома. 1989 год. Имена звонарей в программе не указаны.

• 3.    Программа выступления лауреата Всероссийского конкурса, ансамбля «Волжские колокольные звоны» под руководством дипломанта Всероссийского конкурса звонарей России Н. А. Ва-ничева в г. Самара. Исполнитель – лауреат Всероссийского конкурса звонарей России А. Носов. В программе не указана дата концерта, но в тексте сказано, что ансамбль существует три года, следовательно, данное выступление состоялось в 1993 году (ансамбль был создан в 1990 году). В программе содержится краткий рассказ о колоколах и об ансамбле.

• 4.    Программа праздника, посвященного 300-летию ростовского ко-

  локола «Сысоя», организованного Ростов-Ярославским архитектурнохудожественным музеем-заповедником. 1988 год. Программа содержит пояснительные текст о ростовских колоколах и об истории знаменитого колокола «Сысой».

Еще три документа – Отчет, Резолюция и Список участников Международного научно-методологического семинара «Инстру-ментоведческие аспекты изучения колоколов и колокольных звонов», проходившего с 1 по 3 ноября 1993 года в Российском институте истории искусств в Санкт-Петербурге. Отчет подписан председателем организационного комитета семинара А. Б. Никаноровым. В отчете сказано, что на семинаре были заслушаны и обсуждены сообщения о колоколах и колокольных звонах русской и европейской традиции, методиках их исследования. В рамках семинара участники ознакомились с колокольней и колоколами Петропавловского собора. В списке участников 33 фамилии. Участники из Санкт-Петербурга, Москвы, Новосибирска, Ярославля, Саратова, Алма-Аты, Новгорода Великого, Петрозаводска, Берлина, Мехелена (Бельгия), Вильнюса. Среди участников и Ю. В. Пухначев.

Есть в сохранившихся бумагах и материалы, свидетельствующие о контактах Ю. В. Пух-начева с коллекционерами колоколов. В частности, афиши, буклет выставок колоколов коллекционера и исследователя М. Н. Шершнева (г. Киров), письмо коллекционера, адресованное Юрию Васильевичу. В письме обсуждаются планы сотрудничества М. Н. Шершнева с Ассоциацией колокольного искусства. На буклете выставки «Русские колокола», проходившей в Кировском государственном объединенном историко-архитектурном и литературном музее в 1983 году, есть дарственная надпись: «Уважаемому Юрию Васильевичу, председателю ассоциации колокольного искусства при СФК1 от автора выставки колоколов. г. Киров 19.11.1989 г.».

1 Советский фонд культуры

Можно привести некоторые отзывы коллег Юрия Васильевича по Ассоциации колокольного искусства о значении его деятельности и о его личных качествах. Церковный звонарь и член Ассоциации С. А. Мальцев в своих очерках «Колокольные звоны в лицах» передает свои впечатления от многолетнего личного общения с Ю. В. Пухначевым и называет его главной фигурой в деле возрождения колокольных звонов, организатором, вдохновителем, главнокомандующим. Он также подмечает такие человеческие качества Юрия Васильевича, как доброжелательность, умение убеждать, умение просто говорить о сложном, общаться на равных с самыми разными людьми. Автор сравнивает его с «родником, с которого всё началось, и который притянул и вобрал в себя многочисленные речки, речушки, ручейки колокольного движения, превратившегося теперь в стабильную водную артерию» [17, с. 5–12].

С теплом вспоминает Ю. В. Пухначева звонарь Сретенского монастыря, преподаватель кампанологии Сретенской духовной семинарии, доцент кафедры звукорежиссуры МГИК Н. И. Завьялов. В одном из своих интервью он говорит: «Юрий Васильевич мне сразу понравился: интеллигентный, внимательно слушающий, высокообразованный; он рассказал мне о состоянии дел в колокольном возрождении, снабдил «живыми» телефонами и адресами. Мне по-прежнему не хватает его трезвости рассуждений, школы настоящего научного деятеля и той тонкой иронии, с какой он относился к грубостям в области исследований и публикаций о колоколах» [10].

А. Ф. Бондаренко в своей статье, предваряющей публикацию Устава Ассоциации колокольного искусства, подробно анализирует роль Ю. В. Пухначева в создании Ассоциации и отмечает его организаторский талант, упорство, верность цели, организованность, сосредоточенность. Все эти качества помогли ему объединить вокруг себя единомышленников и вместе с ними возродить русское колокольное искусство [5].