Философские и научные основы инклюзивного образования
Автор: Казакова Лариса Александровна
Журнал: Поволжский педагогический поиск @journal-ppp-ulspu
Рубрика: Инклюзивное образование: теория и практика
Статья в выпуске: 1 (19), 2017 года.
Бесплатный доступ
На основе анализа обширного корпуса текстов, большая часть из которых не опубликована на русском языке, автор рассматривает историю, философские и научные предпосылки появления инклюзивного образования в западноевропейских странах. В рамках посттрадиционной («социальной») парадигмы инвалидности, институционального и социокультурного подходов инклюзивное образование трактуется автором как общемировой феномен социальной и образовательной реальности, ориентированный на обеспечение равного права и доступа к образованию людей с ограниченными возможностями здоровья и приобретения ими навыков независимости и самостоятельности.
Инклюзивное образование, образовательная реальность, философия образования, философские основы инклюзивного образования, научные основы инклюзивного образования
Короткий адрес: https://sciup.org/14219767
IDR: 14219767 | УДК: 376
Philosophical and scientific foundations of inclusive education
The author examines the history, philosophical and scientific prerequisites for the emergence of inclusive education in Western European countries. The article is based on the analysis of the vast body of texts, most of which are not published in Russian. In the framework of the postraditional («social») paradigm of disability, institutional and sociocultural approaches, inclusive education is interpreted as a universal phenomenon of social and educational reality, aimed at ensuring equal rights and access to education for people with limited health opportunities and acquiring skills of independence.
Текст научной статьи Философские и научные основы инклюзивного образования
В настоящее время к одной из тенденций развития мировой системы образования относится повсеместное распространение инклюзивного образования, организованного и осуществляемого по принципу равного доступа к образованию всех людей вне зависимости от их возраста, пола, расовой и национальной принадлежности, состояния здоровья.
Инклюзивное образование является специфическим феноменом, обусловленным политическими, экономическими и социокультурными условиями общественного развития [Nilholm 2006], а также закономерной ступенью эволюции самой системы образования лиц с ограниченными возможностями здоровья [Малофеев 1996].
Как отмечает Н. Н. Малофеев , «идеи интеграции лиц с отклонениями в развитии в 70-е годы возникают и реализуются в контексте либерально-демократических реформ, общественного противостояния идеям дискриминации людей по расовому, половому, возрастному, национальному, политическому, религиозному, этническому и другим признакам. Борьба против дискриминации способствует формированию новой культурной нормы – уважения к различиям между людьми» [Малофеев 1996: 74].
Первой моделью организации образования лиц с ограниченными возможностями здоровья является сегрегация, которая доминировала с начала XX века до середины 60-х годов XX века. В основе её лежит медицинская модель инвалидности, предполагающая организацию образования в условиях раздельного обучения в специальных (коррекционных) учебных заведениях. В середине 60-х годов XX века ведущей моделью организации образования людей с ограниченными возможностями здоровья стала интеграция, предполагающая адаптацию индивидов с ограниченными возможностями здоровья к имеющимся в образовательной системе условиям. После 80-х годов XX века преобладающей моделью организации обучения стала инклюзивная модель, в основе которой лежали социальная модель инвалидности, социальный конструктивизм и идея адаптации теперь уже системы образования к индивиду с ограниченными возможностями здоровья.
Согласно закону Российской Федерации «Об образовании в РФ» (от 29 декабря 2012 года) под инклюзивным образованием понимают «обеспечение равного доступа к образованию для всех обучающихся с учетом разнообразия особых образовательных потребностей и индивидуальных возможностей» [Закон РФ 2012].
На основе анализа обширной философской, психологической и педагогической литературы, посвященной теме исследования, большая часть которой не была до настоящего времени опубликована на русском языке, автор выявляет и систематизирует основные подходы к пониманию феномена инклюзивного образования, сложившиеся к настоящему времени.
В зарубежных исследованиях инклюзивное образование трактуется, во-первых, как обучение детей со специальными образовательными потребностями совместно с типично развивающимися сверстниками в естественной окружающей среде [De Groot Kim 2005] на основе полной интеграции в общий учебный процесс до момента достижения целей обучения [Friend, Bursuck 2013]; во-вторых, как включение всех учеников соответствующего возраста в коллектив безотносительно учета их интеллектуальных, физических, сенсорных различий с равными правами для освоения культурных ценностей общества в общеобразовательном классе [Ballard 2004]; в-третьих, важным при организации инклюзивного образования признается изменение школьной культуры (увеличение числа учащихся с различиями, активизация их участия в различных видах деятельности, усиление фактора общения) [Vislie 2003]. В российских исследованиях делается акцент на рассмотрении инклюзивного образования как формы реализации социальной инклюзии, которая трактуется в широком смысле как «демократическая акция включения индивида или группы в более широкое сообщество с целью приобщения к определенном действию или культурному процессу» [Ярская 2008: 11] и создании специальных равноценных условий для обучения детей с ограниченными возможностями здоровья в общеобразовательном классе [Малофеев, Шматко 2008].
Я предлагаю понимать под «инклюзивным образованием» равноправное и равноценное взаимодействие детей с ограниченными возможностями здоровья с их здоровыми сверстниками с целью полноценного психофизического, личностного и социального развития и тех и других в условиях открытого образовательного пространства. Сущностью инклюзивного образования является гармоничное взаимодействие здоровых людей и людей с ограниченными возможностями здоровья, приобретение опыта социальных отношений, формирование полезных для всех участников взаимодействия социальных навыков, включение активных процессов личностного саморазвития.
Инклюзия (от inclusion – включение) – это процесс реального включения лиц с ограниченными возможностями здоровья в активную общественную жизнь и в одинаковой степени необходима для всех членов общества [Ярская 2008:. 15].
Проведенный анализ показывает, что в настоящее время сформировались различные подходы к трактовке инклюзивного образования: принципы и практика рассмотрения общего образования как места первого выбора для всех обучающихся [Villa, Thousand 2003], обеспечение детей с ограниченными возможностями здоровья в общеобразовательной системе необходимыми ресурсами и поддержкой [Billings, Kowalski 2008; Taylor 2006], полное включение детей с ограниченными возможностями здоровья в общеобразовательную систему для реализации дополнительных образовательных целей на основе принципов поддержки [Mitchell 2014]; организация общеобразовательных классов для детей с ограниченными возможностями здоровья по месту жительства [Smith 2004].
Инклюзивное образование предполагает: трансформацию школьной культуры за счёт увеличения доступа к образованию всех детей, включение здоровых детей и их сверстников с нарушениями физического (психического) развития в большее число совместных мероприятий, в том числе в роли активных участников совместной деятельности, увеличение количества школьников с ограниченными возможностями здоровья, обучающихся «на хорошо» и «отлично» в общеобразовательном классе [Artiles, Kosleski, Dorns, Christensen 2006], создание демократических школ, реализующих в школьной образовательной политике принцип равноправия по отношению ко всем участникам образовательных отношений [Causton-Theoharis, Theoharis 2009; Skrtic, Sailor, Gee 1996; Wotherspoon 2004] и обеспечивает возможность становиться полноценным членом общества и развиваться продуктивными способами в социальном и обучающем контексте [Billing, Kowalski 2008].
К ценностям инклюзивного образования авторы относят:
А) Cправедливость, гарантируемую международным законодательством и законодательством стран и означающую предоставление равнозначного образования для детей с ограниченными возможностями здоровья на основе реализации стратегий равных возможностей, доступности образования (например, право выбора образовательной организации, использование специальных информационных ресурсов и т.д.) [Berhanu 2011; McHatton, McCray 2007].
Б) Эквивалентное (равнозначное) образование реализуется благодаря специальной образовательной программе, расписанию, организации времени, поддержке учеников, оцениванию на равноправной основе [Wild-Persson, Rosengren 2001] и имеет значение для продолжения образования, осуществления трудовой деятельности, реализации модели социальной интеграции [Artiles, Kosleski, Dorns, Christensen 2006].
Существуют различные философские и научные предпосылки появления инклюзии как социального явления современности; к ним относятся: концепция социального конструирования реальности [Бергер, Лукман 1995; Щюц 2004], марксистская культурная критика [Альтюссер 2005, Грамши 1991]; постструктурализм [Фуко 1997], культурный капитал [Бурдье 2016]; институциональный, социокультурный, системный, деятельностный общенаучные подходы.
Посттрадиционная (социальная) парадигма инвалидности акцентирует свое внимание на двух контекстуальных аспектах инвалидности: а) динамическое взаимодействие между инвалидом и обществом в различных сферах жизнедеятельности, б) обеспечение права инвалида на отличие; что имеет решающее значение в определении основной цели инклюзии и инклюзивного образования. К социальной парадигме инвалидности относятся: «материалистическая модель» инвалидности, вытекающая из марксистской социологии и политической экономии (главная идея материалистической модели сводится к признанию людей с ограниченными возможностями здоровья угнетенной социальной группой [Finkelstein, Morrison 1993]; модель независимой жизни, вытекающая из теории нормализации и социальной валоризации, предусматривающие интеграцию инвалидов в общество здоровых (восстановление прерванных связей с обществом на основе активизации потенциальных возможностей каждой личности) (Норманн Кюнк), а также «культурная модель инвалидности» и «модель человеческого разнообразия» [Scotch, Schriner 1997].
«Культурная модель инвалидности» сформировалась в соответствии с положениями Всеобщей Декларации ЮНЕСКО о культурном разнообразии (2001) и позволяет рассмотреть человека с ограниченными возможностями здоровья как особый культурный феномен. Развитие культуры инвалидности способствует осознанию инвалидами особенностей своей ситуации на индивидуальном и групповом уровне с формированием у них таких психологических качеств, как уникальность и групповая идентичность. Культура инвалидности формирует у человека с ограниченными возможностями здоровья гордость за принадлежность к группе инвалидов, объединяет людей с различными видами нарушений развития, укрепляет их общественную позицию [Putnam 2001].
«Модель человеческого разнообразия» в качестве теоретико-методологической базы использует философию постмодернизма и рассматривает инвалидность как одну из многих индивидуальных особенностей стиля жизни, свидетельство человеческого разнообразия, разнообразия человеческой телесности без оценочного компонента и построения иерархии нормы и уродства, при этом инвалидность изучается как нормальное состояние человека [Caldwell-Cobbert, Fassinger 1998; Garland-Thomson 2002].
Инклюзивное образование в контексте «культурной модели инвалидности» и «модели человеческого разнообразия» признается культурным и образовательным феноменом, позволяющим человеку с ограниченными возможностями здоровья (инвалидностью) реализовывать право на телесное, личностное, культурно значимое и ценностное отличие и уникальность в образовательном пространстве, формирование готовности и способности к получению знаний, приобретение социального опыта в различных видах предметно-практической деятельности.
В терминологии институционального подхода [Веблен 1984] инклюзивное образование понимается как один из ведущих социальных институтов современного западноевропейского и российского общества, позволяющий человеку с ограниченными возможностями здоровья реализовывать активность, независимость, целеустремлённость, профессиональные знания, умения, навыки в доступной безбарьерной социальной среде.
Для понимания феномена независимости человека с ограниченными возможностями здоровья обратимся к социологической концепции «независимой жизни» [Ким 1997; Скок 2005]. Независимая жизнь рассматривается как образ жизни человека с ограниченными возможностями здоровья в социальной среде и характеризуется возможностью ему самому определять образ и стиль своей жизни, принимать решения, управлять жизненными ситуациями, контролировать собственные поступки, исполнять социальные функции, участвовать в повседневной жизни общества без посторонней помощи, владеть приемами самопомощи в различных ситуациях (в том числе уметь искать и запрашивать помощь).
Независимая жизнь людей с ограниченными возможностями здоровья определяется правами [Ким 1997: 18]:
-
– быть неотъемлемой частью современного общества и, принимая активное участие в социальных и политических процессах, иметь свободу выбора;
-
- выбирать такой образ жизни, который позволяет самостоятельно принимать решения и свободно управлять обстоятельствами в разных жизненных ситуациях;
-
- принимать активное участие в процессах медицинской и социальной реабилитации и быть главными экспертами в оценке их качества;
– иметь свободный доступ к жилью и среде обитания, социальной инфраструктуре и транспорту, работе и образованию, медицинскому обслуживанию и социальным услугам.
Социокультурный подход, разрабатываемый российскими учеными, [Лапин 2000] предполагает изучение инклюзивного образования как трансляционного процесса, т.е. как передачу ценностей, знаний и умений от одного поколения к другому через устойчивую систему символов, выработанных в двух взаимосвязанных культурных сообществах: людей с ограниченными возможностями здоровья и людей без нарушений физического и психического развития. Данный процесс основан на традиционном механизме социализации, который предполагает усвоение человеком с ограниченными возможностями здоровья норм поведения, эталонов, взглядов, стереотипов, ценностей на неосознанном уровне с помощью запечатления.
На мой взгляд, традиционный механизм социализации – самый распространенный и самый приемлемый для ребёнка с ограниченными возможностями здоровья. Важным условием, повышающим приспособленность человека с ограниченными возможностями здоровья к социальной среде, выступает ее систематическое расширение хотя универсальность этого условия отнюдь не очевидна (как было показано на примере неслышащих подростков в исследовании В. С. Собкина, этот процесс связан с усилением фиксации на имеющемся физическом дефекте, что превращает последний в социальный дефект [Собкин 1998]). Собственные наблюдения показывают, что при оценке социального развития человека с ограниченными возможностями здоровья (особенно в период дошкольного и школьного детства) целесообразно учитывать взаимное влияние несколько механизмов социализации, т.к. в формировании отдельных сторон личности участвуют различные механизмы социализации. В любом случае, я считаю, что применение социокультурного подхода при анализе феномена инклюзивного образования значимо расширяет теоретические границы общей и специальной педагогики, задает новые направления исследований феномена инклюзии и инклюзивного образования в современной России.
Применение «системного подхода» [Блауберг, Мирский, Садовский 1982; Юдин 1997] к анализу феномена инклюзивного образования позволяет увидеть в последнем систему, состоящую из множества взаимосвязанных между собой элементов (а именно: взаимодействующих субъектов инклюзивного образования, преследующих разные цели, институтов (состоящих из ролей, правил, норм, санкций, а также результатов взаимодействий), способную к самоорганизации, самоизменению и самодвижению на основе внутренних потенциальных возможностей.
Цель инклюзивного образования может быть задана двумя различными ценностными перспективами. В первом случае целью инклюзивного образования становится обеспечение равных прав и равных возможностей в образовательном процессе для всех участников вне зависимости от их состояния здоровья. Во втором случае целью является создание условий и возможностей для самоопределения, самореализации и самоутверждения ребенка с ограниченными возможностями здоровья на максимально возможном для него уровне. Современный подход к пониманию цели инклюзивного образования складывается вокруг второй ценностной перспективы и разделяется автором данной статьи.
Задачи инклюзивного образования логично вытекают из цели инклюзивного образования (второй её редакции) и могут быть конкретизированы с учётом индивидуально-личностных особенностей детей с ограниченными возможностями здоровья. Например, я считаю, что инклюзивное образование призвано способствовать формированию пространства понимания и взаимопонимания между детьми с ограниченными возможностями здоровья и их здоровыми сверстниками; а также развитию социальных навыков, навыков взаимодействия между людьми, формированию ценностных ориентаций и морально-нравственных отношений, практических навыков социального познания и самопознания детьми с ограниченными возможностями здоровья и их здоровыми сверстниками; для здоровых детей - это подготовка к безусловному принятию человека с ограниченными возможностями здоровья, формирование толерантного отношения и уважения к человеческим различиям
К субъектам инклюзивного образования относятся: ребёнок с ограниченными возможностями здоровья, его сверстник без нарушений физического и психического развития, специалисты, взаимодействующие с ними (педагоги и психологи, в том числе со специальным (дефектологическим) образованием, медицинские и социальные работники), родители.
Содержание инклюзивного образования зависит, как минимум, от двух факторов: во-первых, процесс и система образования определяется государственным заказом (в этом случае содержание инклюзивного образования будет определяться федеральным государственным образовательным стандартом начального общего образования для обучающихся с ограниченными возможностями здоровья и федеральным государственным образовательным стандартом для обучающихся с интеллектуальными нарушениями); вторым фактором, определяющим образование, может быть гражданское общество (в случае, если его институты развиты), а также мировые тренды развития общественного сознания (возникающие в странах с развитой передовой экономикой и совершенной демократической политической системой. В последнем случае, инклюзивное образование, определяемой идеями гуманной педагогики и личностно-ориентированного подхода к обучению, предполагает в качестве обязательного вариативность процесса формирования знаний, умений, навыков, форм и способов мышления и деятельности, осуществляемую в индивидуально-дифференцированном темпе с учетом индивидуальных возможностей человека с ограниченными возможностями здоровья в целях его развития, обучения и воспитания
К условиям эффективности инклюзивного образования можно отнести:
– готовность общества к «принятию» человека с ограниченными возможностями, соответствующая готовности этого человека к вхождению в социум;
– социальная интеграция (процесс долговременный, непрерывный, требующий разнообразных усилий, как со стороны здоровых людей, так и со стороны людей с ограниченными возможностями здоровья;
– готовностью всех членов общества к отказу от не работающих стереотипов и к принятию новых ценностных систем (трудовых, профессиональных, семейных, политических, экономических, культурных, образовательных), построенных по принципу учета и принятия факта разных возможностей и способностей участников процесса социальной интеграции.
Результатами функционирования инклюзивного образования как системы могут стать: а) создание на всей территории Российской Федерации единого образовательного пространства, в котором инклюзивное образование играет существенную роль в формировании и развитии учебных, коммуникативных и социальных навыков; б) формирование в российском обществе толерантных, гуманных отношений; в) «формирование у детей с ограниченными возможностями здоровья и их здоровых сверстников личностных результатов обучения – социальных компетенций и моделей поведения» [Alquraini, Gut 2012].
Деятельностный подход [Леонтьев 1975; Рубинштейн 2012] позволяет описать инклюзивное образование как совместную деятельность детей с ограниченными возможностями здоровья, их сверстников без нарушений физического и психического развития, педагогов и психологов по формированию знаний, умений, навыков, способов мышления и деятельности, нравственных и ценностных ориентаций (и у детей и у педагогов). Полагаю, что идеи деятельностного подхода будут продуктивны при организации конкретных видов игровой, предметно-практической деятельности в рамках инклюзивного образования, для моделирования и построения индивидуальных развивающих траекторий для детей с ограниченными возможностями здоровья и их здоровых сверстников в образовательном процессе на ближайшую (один год) и дальнюю (от двух до пяти лет) перспективу.
Таким образом, инклюзивное образование представляет собой социальный и образовательный феномен современности, имеющий социокультурные, исторические и научные основания и характеризующийся обеспечением права каждого человека (в том числе с ограниченными возможностями здоровья и с инвалидностью) на реализацию своих образовательных потребностей в доступной безбарьерной образовательной среде.
Список литературы Философские и научные основы инклюзивного образования
- Альтюссер Л. Ленин и философия. Екатеринбург: Уральский рабочий, 2005.
- Бергер П.Л., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. М.: Московский философский фонд, 1995.
- Блауберг И.В., Мирский Э.М., Садовский В.Н. Системный подход и системный анализ./Системные исследования. Методологические проблемы. Ежегодник. М.: РАН, 1982.
- Бурдье П. О государстве. М.: Дело, 2016.
- Веблен Т.Б. Теория праздного класса. М.: Прогресс, 1984.
- Всеобщая Декларацию ЮНЕСКО о культурном разнообразии. -URL: http://www. un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/cultural_diversity.shtml (дата обращения: 27.02.2017)
- Грамши А. Искусство и политика. В 2 т. М.: Искусство, 1991.
- Закон «Об образовании в Российской Федерации» (от 29 декабря 2012 года). . -URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_140174/(дата обращения: 01.03.2017).
- Инклюзия. Термин в энциклопедическом фонде. . -URL: http://www.russika.ru/t.php?t=3401 (дата обращения: 01.03.2017).
- Казакова Л.А. Специфика инклюзивного воспитания детей и подростков с ограниченными возможностями здоровья в современных российских условиях //Современные проблемы науки и образования, 2013, № 6. -URL: http://science-education.ru/ru/article/view?id=10945 (дата обращения: 27.02.2017).
- Ким Е.Н. Концепция «независимой жизни» в социальной работе с детьми с ограниченными возможностями. Автореферат дис.. канд. социoл. наук. М., 1997.
- Лапин Н.И. Социокультурный подход и социетально-функциональные структуры.//Социс, 2000. № 7. С. 3 -2.
- Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат, 1975. лз
- Малофеев Н.Н. Специальное образование в России и за рубежом. Часть 1. Западная Европа. М.: Печатный двор, 1996.
- Малофеев Н.Н., Шматько Н.Д. Базовые модели интегрированного обучения.//Дефектология, 2008. № 1. С. 71 -78.
- Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М.: Питер, 2012.
- Скок Н.И. Социальные технологии в системе управления жизнедеятельностью лиц с ограниченными физическими возможностями. Дис.. д-ра социол. наук. Тюмень, 2005.
- Собкин В.С. Особенности социализации в старшем школьном возрасте: социокультурные траектории ценностных трансформаций//Мир психологии. 1998. № 1. С. 51 -53.
- Фуко М. Герменевтика субъекта. Спб.: Наука, 1997.
- Щюц А. Избранное. Мир светящийся смыслом. М.: РОССПЭН, 2004.
- Юдин Э.Г. Методология науки. Системность. Деятельность. М.: Эдиториал УРСС, 1997.
- Ярская В.Н. Инклюзия -новый код социального равенства//Образование для всех: политика и практика инклюзии. Сборник научных статей и научно-методических материалов. Саратов: Научная книга, 2008. С. 3 -18.
- Alquraini T., Gut D. Critical components of successful inclusion of students with severe disabilities: literature review.//International journal of special education, 2012, V. 27, № 11. P. 42-59.
- Artiles A.J. Kozleski E.B., Trent S.C., Osher D. & Ortiz A. Justifying and explaining disproportionality; 19682008: A critique of underlying views and culture.//Exceptional Children, 2010, V. 76, № 3. P. 279-299.
- Ballard K. Ideology and the origins of exclusion: A case study. In L.Ware (Ed)./Ideology and the politics of (in)exclusion. New York: Peter Lang, 2004. P. 89-107.
- Berhanu G. Inclusive education in Sweden: responses, challenges and prospects.//International journal of special education, 2011, Vol. 26, № 2. P. 128-148.
- Billing D. M., Kowalski K. Inclusive teaching.//The Journal of Continuing education in Nursing, 2008, Vol. 39, № 7. P. 296-297.
- Caldwell-Cobbert A., Fassinger R. Broad of Educational Affairs Task Force on Diversity Issues at the Precollege and Undergraduate Levels of Education in Psychology//Disability as diversity: a guide for class discussion. American Phychological Association, 1998, Vol. 29. P.1-14.
- Causton-Theoharis J., Theoharis G., Bull T., Cosier M., & Dempf-Aldrich K. Schools of promise: A school district-university partnership centered on inclusive school reform.//Remedial and Special Education, 2011, 32(3). P. 1-14.
- De Groot Kim S. Kevin: «I gotta Get to the Market»: The development of peer relationships in inclusive early childhood settings//Early Childhood Educational Journal, 2005, Vol. 33, № 3. P. 163-169.
- Finkelstein V., Morrison E. Broken Arts and Cultural Repair: the Role of Culture in the Empowerment of Disabled People//Disablin Barries Enabling Environments/J. Swain, V. Finklesten, S. French, M. Oliver (Eds). Sage Publications Ltd., 1993. 319 P.
- Friend M., & Bursuck W. D. Including Students with Special Needs: Pearson New International Edition: A Practical Guide for Classroom Teachers. London: Pearson, 2013.
- Garland-Thomson R. Integrating Disability, Transforming Feminist Theory. P. 120//NWSA Journal (an official publication of the US National Women's Studies Association). feminist Disability Studies. 2002, Vol. 14, № 3. P. 1-32.
- McHatton P.A., McCray E.D. Inclination toward inclusion: perceptions of elementary and secondary education teacher candidates.//Action in teacher education, 2007, Vol. 29, № 3. P. 25-32.
- Mitchell D. What really works in special and inclusive education: Using evidence-based teaching strategies. London: Routledge, 2014.
- Nilholm C. Special education, inclusion and democracy//European journal of special needs education. 2006. Vol. 21. № 4. P. 431-445.
- Putnam M. Individual Disability Identity: a Beginning Exploration into its Nature, Structure, and Relevance for Political Coalition Building. Doctorate of Philosophy in Social Welfare. Los Angeles. 2001.
- Scotch Richard K., Schriner Kay Disability as human variation: Implications for policy//Annals of the American Academy of Political and Social Science. 1997. № 1. P. 148-159.
- Skrtic T., Sailor S., Gee Voice, collaboration and inclusion: democratic themes in educational and social reform initiatives.//Remedial and special education, 1996, Vol. 17, № 1. P. 142-157.
- Smith D. D. IDEA 2004: introduction to special education. Boston: Pearson Education, 2006.
- Taylor G. Trends in special education projections for the next decade. Lewiston, New York: The Edwin Mellen Press, 2006.
- Villa R., Thousand J., & Nevin A. A guide to co-teaching: New Lessons and Strategies to Facilitate Student Learning, 3rd edition. Thousand Oaks, CA: Corwin Press., 2013.
- Vislie L. From integration to inclusion: Focusing global trends and changes in the Western European societies.//European Journal of Special Needs Education, 2003, Vol. 18, № 1. P. 17-35.
- Wild-Persson A., Rosengren P. G. Equity and equivalence in the Swedish school system./Pursuit of equity in education. Using international indicators to compare equity policies. Hingham: Kluwer Academic, 2001. P. 288-321.
- Wotherspoon T. Education as public place and inclusive space.//Education Canada, 2004, Vol. 44, № 1. P. 12-51