Институциональная трансформация аппарата публичной власти в Армении: конституционный дизайн и политические реалии

Н а основании конституционных положений, закрепленных в Основном законе 1995 г.¹, Армения позиционирует себя в качестве правового, социального и демократического государства, осуществляющего власть посредством институтов прямой демократии (выборы и референдумы) и сформированных путем волеизъявления граждан органов госвласти и местного самоуправления. Конституционные поправки, кардинально повлиявшие на институциональную составляющую политической системы страны, вносились в 2005 и 2015 гг. с помощью проводимых в стране референдумов [Алексеев, Абрамов 2022: 81]. Первый референдум по поправкам в Основной закон Армении прошел на фоне недовольства оппозиции по поводу результатов президентских выборов, в ходе которых победу одержал Роберт Кочарян, неоднократно обвиняемый последней в фальсификации результатов голосования. Однако данные события практически не повлияли на явку избирателей: по официальным данным, она составила 65%. В соответствии с предлагаемыми поправками в Основной закон властные полномочия были переданы от президента к Кабинету министров (т.е. исполнительной инстанции) и Национа льному собранию (т.е. легислатуре Армении).

Данные преобразования вызвали положительную оценку со стороны мирового сообщества, т.к. Армения делала крен в сторону парламентской республиканской модели [Абрамов, Алексеев 2022: 59]. На основании конституционных поправок также был закреплен принцип независимости судебной власти, демократические преобразования коснулись и института гражданства (граждане Армении, проживающие за границей, получили право иметь более одного гражданства). Однако были и преобразования, которые не вызвали столь однозначную реакцию со стороны избирательного корпуса, например, поправки, касающиеся предоставления иммунитета от судебного разбирательства в отношении президента, а также об исключении из текста Основного закона положения о необходимости проведения референдума при изменении госграниц. По данным ЦИКа Армении, подавляющее большинство граждан, принявших участие в референдуме, проголосовали за предлагаемые конституционные преобразования (94,50% «за» и только 4,50% «против»). Практически все вносимые в Конституцию поправки вступили в силу только в 2007 г. (т.е. через 2 года после проведения референдума) после проведения очередных парламентских выборов.

В ходе второго референдума 2015 г. происходит окончательный переход от смешанной формы правления к парламентской модели, зачастую именуемой «суперпремьерской системой» [Тарханян 2020: 80]. Процесс перехода к парламентской модели происходил в течение длительного периода электорального цикла 2017–2018 гг. (парламентские и президентские выборы). Явка избирателей в ходе референдума 2015 г. составила всего лишь 50,8%: в отличие от первого референдума, произошло снижение избирательной явки практически на 14%1. На основании конституционного дизайна институциональной подсистемы политической системы Армении Нацсобрание (т.е. легислатура) увеличивает спектр своих полномочий, парламенту предоставляется прерогатива контроля за функционированием Кабинета министров, который формируется на основании парламентских предпочтений. Программы государственного развития, принимаемые правительством, должны пройти процедуру одобрения парламентом, равно как и контроля за формируемым государственным бюджетом. Одновременно с этим в целях улучшения работы легислатуры происходит переход к ее формированию с помощью пропорциональной системы, уменьшается численность депутатского корпуса с выделением квот для представителей этнических меньшинств.

Конституционные преобразования затронули и институт президентской власти, на основании которых одно и то же лицо не может избираться более чем на один 7-летний срок (до введения вышеуказанных поправок число переизбраний ограничивалось двумя сроками по 5 лет). Возрастной ценз для занятия поста президента Армении повысили до 40 лет с одновременным снижением ценза оседлости до 6 лет и ужесточением ценза гражданства (лицо, претендующее на высший пост в стране, не должно иметь на момент выборов, равно как и до их проведения, гражданства какого-либо иностранного государства). Одновременно с этим окончательно конституционно закрепляется один из ключевых аспектов парламентской модели, т.е. избрание президента Армении коллегией выборщиков от Национального собрания и формируемых им органов местного самоуправления. Выборы президента могут проводиться в три тура голосования, если в ходе первых двух туров ни один из кандидатов не смог заручиться поддержкой сначала квалифицированного, а затем простого большинства голосов парламентариев. Данная модель отчасти похожа на американскую и итальянскую электоральные формулы для избрания президента.

Впервые в истории постсоветской Армении в связи с конституционными преобразованиями 2015 г. президент страны избирался Национальным собранием (парламент) в 2018 г., выборы были косвенными (по образцу США, где глава государства не избирается путем прямых выборов). Победу в ходе голосования парламентариев одержал единственный выдвинутый коалицией парламентских партий кандидат Армен Саркисян, за которого проголосовало абсолютное большинство – 90% парламентариев. Однако из-за недовольства проводимой им политикой А. Саркисян вынужден был уйти в отставку зимой 2022 г. до истечения срока президентских полномочий. Новым главой Армении весной того же года парламент избрал во втором туре голосования одного из членов Кабинета министров Ваагна Хачатуряна.

Охарактеризовав динамику развития ключевых властных акторов в Армении, можно констатировать, что постепенно с 1990-х гг. и вплоть до настоящего времени страна совершила плавный переход сначала от президентской к смешанной (парламентско-президентской), а затем к парламентской форме правления, сокращению до минимума полномочий главы государства с институциональным закреплением данной модели в конституции страны.