Источниковедческий анализ «Записок об умиротворении Севера» (Бэй пин лу): от текстологической критики к реконструкции ранних войн династии Мин против Северной Юань (1368–1370 гг.)

В 1368 году, Чжу Юаньчжан основал династию Мин и монгольские ханы, потерявшие власть в Китае, отступили на север, но при этом они всё ещё предпринимали попытки вернуть своё господство и восстановить контроль над Китаем. Об этом свидетельствуют многочисленные крупные и мелкие войны, а также приграничные столкновения, продолжавшиеся на протяжении 278 лет. Лишь последующее завоевание Китая маньчжурами и образование государства Цин положили конец этим войнам. История взаимоотношений монголов и минского Китая в рассматриваемый период занимает важное место в китайской историографии. Такие события, как битва при Туму и последовавший за этим кризис ( 土木之变 , 1449), признание Алтан-хана с установлением вассально-даннических отношений ( 俺答封 贡 , 1570) широко освещаются в китайских исторических трудах.

Современные исследователи уделяют значительное внимание источникам, связанным с историей Монголии. В этом контексте особенно важны десятитомный труд 明实录抄-蒙古篇 ¹, а также 明实录-瓦剌资料摘编 ². Нужно также упомянуть Чэнь Гаохуа и его сборник 明代哈密、土鲁番资料汇编 ³.

Особое значение представляют два английских перевода американского учёного Генри Серройса: «И гу цзи» （ 《夷谷记》 ） и «Бэй лу ши си» （ 《北虏世系 »）. Автор систематизировал и объединил разрозненные сведения из различных источников что дало полное и правдивое представление о китайско-монгольских отношениях в период династии Мин. В своей книге «Китайско-монгольские отношения в период династии Мин» Серройс широко опирался на такие источники, как «Мин ши» 明史 ⁴, 明实录 ⁵ и 大明会典 ⁶. Русский учёный Д. Покотилов написал труд «История восточных монголов в период династии Мин （1368–1634, по китайским источникам）», который также является важным источником для изучения истории данного периода. Книга основана главным образом на китайских источниках «Мин ши» и «У бан дянь цэ».

На наш взгляд, в обзоре исследований по данной теме мы должны упомянуть видных монгольских историков Л. Жамсрана и Н. Ариунгуа. Монгольский учёный-историк Л. Жамсран перевёл на монгольский язык и ввёл в научный оборот сочинение «Ван ли у гун лу»6. Учёный Н. Ариунгуа написала книгу «Монголо-китайские отношения XIV–XVI веков», опираясь на свои исследования источника «Мин ши лу». Основные исторически? источники по данному периоду – это «Мин ши» Данные исторические хроники состоят в основном из докладов придворных писцов и пограничных чиновников, дневников путешественников, которые под предлогом поездок по приграничным территориям занимались разведкой, а также путевых заметок торговцев и купцов. Эти материалы достаточно чётко отражают хронологию исторических событий произошедших в Монголии и в империи Мин. Большинство исследователей широко используют именно два вышеупомянутых источника, нередко относя другие источники и материалы к категории неофициальных источников и оставляют без внимания. В определённой степени это оправдано, поскольку издавна китайская историография опиралась в основном на устные сообщения путешественников и косвенные слухи. Западные исследователи обозначают подобный тип написа- ния истории как «box-style history writing» («коробчатая/компилятив-ная историография»)

Китайские источники, относящиеся к истории Монголии XIV–XVII вв., можно условно разделить на официальные и неофициальные.

К первой категории относятся официальные исторические труды – « Мин ши» и «Мин ши лу».

Ко второй категории относятся источники, которые не являются официальными историческими хрониками, но включают в основном доклады и прощения пограничных чиновников, дневники путешественников, которые под предлогом поездок по приграничным территориям занимались разведкой, а также заметки торговцев и купцов.

Эти письменные памятники представляют собой первичные источники, поэтому, хотя они и не входят в число официальных хроник, они содержат важные сведения, отсутствующие в официальных источниках, что придаёт им значительную историческую ценность. В то же время следует отметить и их недостатки: сведения нередко не полны и разрозненны, а даты, географические названия и описания событий иногда расходятся с данными официальных источников.

К числу важнейших исторических источников относящихся к истории Монголии относятся такие произведения, как «История Тогоонтэмур-хана», «Записки о посольстве на Север», «Книга И юй», «Бэй пин лу» и ряд других крупных и малых источников. В КНР и других зарубежных странах работа по их сбору и публикации была осуществлена уже достаточно давно и некоторые из этих источников были переведены и изданы также на монгольском языке.

Изучение источников, написанных на китайском языке, а также сопоставление содержащихся в них сведений с данными монгольских источников позволяет углубить исследования истории рассматриваемого периода и способствует уточнению и исправлению имеющихся в историографии ошибок и неточностей.

Введение в научный оборот новых источников по истории Монголии XIV–XVII вв. и расширение источниковедческой базы создаёт возможности для формирования новых научных подходов и концептуальных представлений об истории Монголии данного периода. В связи с чем возникает необходимость более глубокого 444

изучения истории указанного времени с использованием современных методик. Это позволит устранить имеющиеся в исследованиях пробелы и искажения.

Об источнике «Бэй пин лу» （北平录）

Источник под названием «Бэй пин лу» （ 北平录 ） или «Записки об умиротворении Севера», это небольшое произведение, состоящее из одного свитка, посвящённого войнам между Мин и монгольской династией северная Юань в 1368–1370 гг.

В данном источнике описываются крупные битвы и сражения между государствами Юань и Мин, происходившие с начала осени первого года правления Хунъу до начала зимы третьего года правления Хунъу7. Имя автора произведения остаётся неизвестным.

В ходе перевода и изучения данного источника были выявлены два китайских текста. Первый из них – сочинение «Бэй пин лу» в одном свитке, опубликованное в Пекине в 1936 году. В издании не указано, из какого источника был взят текст, однако в кратком предисловии отмечено: «Бэй пин лу», один свиток, автор неизвестен. Данный источник повествует о походе на север, предпринятом по приказу императора Тайцзу династии Мин. События изложены в краткой форме; также упоминается, что Сюй Да （ 徐达 ） и Ли Вэньчжун （ 李文忠 ） были пожалованы по приказу императора Тайцзу высшими титулами и что император обязал министров и чиновников следовать своим приказам. Позднейшие авторы включили эти сведения в “Подлинные записи Тайцзу династии Мин”. В комментариях к некоторым иероглифам текста приводятся ссылки на три источника: 明金声玉振集本, 明纪录汇编本改 , 明朱当·国朝典故本 .

Второй текст содержится в сборнике « 明代蒙古汉籍史料汇 编 »⁸, составленном Буянху и Ван Вэем.

В кратком предисловии к этому изданию отмечается: «Бэй пин лу», один свиток, автор неизвестен. Представляет собой записи о военном походе армии династии Мин против Монголии в период с седьмого месяца первого года Хунъу до десятого месяца третьего года Хунъу. В третьем году правления Хунъу Сюй Да и Ли

Вэньчжун вышли за пределы пограничных застав, захватили город Барс и выступили против Хухтэмура, а также взяли в плен Майдар-балу – внука монгольского императора Тогоонтэмура. Пунктуация была заимствована из источника “Цзи лу хуй бянь”, а пропущенные и неправильные иероглифы исправлены на основе источника “Цзинь шэн юй чжэнь цзи”».

В ходе сопоставления двух текстов нами было найдено 71 расхождение в пунктуации; в 6 местах иероглифы были добавлены или опущены; в 22 местах использованы иные варианты написания иероглифов. Всего в тексте упоминаются 44 личных имени, из которых 4 являются монгольскими. Кроме того, в источнике приводятся 33 географических названия и 65 наименований титулов и должностей.

В первом тексте есть иероглифы 蘭州 в фрагменте « 一令大將 軍自潼關出蘭州 », 愛 в фрагменте « 愛稽古制，錫以侯封 », 其 в фрагменте « 且以其后妃不能耐署 », 张 в фрагменте « 其張士誠、陳友諒尤 為巨蠹 », 械 в фрагменте « 士械诚恃其财富 », 更多 в фрагменте « 更 多天怒人怨 », а также 子 в фрагменте « 郭興子封鞏昌侯 ». Эти иероглифы отсутствуют во втором тексте. В то же время во втором тексте присутствуют иероглиф 朕 в фрагменте « 朕所以命卿等先取山東 » и иероглиф 必 в фрагменте « 則士誠必乘我後 », которые отсутствуют в первом тексте. «Из этого можно заключить, что первый текст был заимствован из вышеупомянутых источников, тогда как второй текст был издан после сопоставления с указанными источниками с внесением дополнений и исправлений.

Несмотря на небольшой объём, данный источник имеет важное значение, поскольку освещает события последнего периода существования династии Юань, по которому сохранилось крайне ограниченное количество источниковых сведений. В нём содержится ценная информация о военных столкновениях между государствами Юань и Мин после того, как император Тогоонтэмур покинул Дайду и направился на север, о минских военачальниках, сыгравших ключевую роль в этих событиях, о пожалованных им наградах и титулах, а также о политике Чжу Юаньчжана в завершающий период существования Юаньской империи. Поэтому считается, что сведения данного источника были широко использованы при составлении «Мин ши» в середине XVII века.

Следует отметить, что в монгольских источниках сведения о периоде, когда Тогоонтэмур покинул Дайду и направился на север, крайне скудны. О политической ситуации в Монголии того времени и о военных столкновениях с государством Мин в монгольских источниках содержится лишь краткое сообщение следующего содержания:

«[Император Тогоонтэмур] вышел через проход Молтогчин и, построив город Барс, расположился там. Китайские войска заняли город Хярс. Там сын Ухаант-хана Билигт совершил шаманический обряд, вызвав сильную бурю и дождь, от чего многие китайские воины и их кони погибли. Говорят, что когда оставшиеся войска стали отступать, монгольская армия преследовала и рубила их до самой стены. Говорят, что разбитые и бежавшие воины сожгли своё оружие и погибли, лежа в печах. Отсюда и выражение: “Китайцы вышли к Хярсу, а хвост Хярса стал знаменем”.» (Лувсанданзан, 1990)

Данное сообщение крайне кратко, и в других монгольских исторических источниках оно либо повторяется, либо приводится в ещё более сокращённом виде. Однако описанное в нём сражение Билигт-хана с войсками Мин относится не к событиям 1369–1370 гг., а к битве 1372 года, когда были разгромлены три армии Мин. Иными словами, сведения о войнах между Монголией и Мин в 1369–1370 гг. в монгольских источниках практически отсутствуют.

Таким образом, можно заключить, что источник «Записки об умиротворении Севера» обладает высокой исторической ценностью как для монгольской, так и для китайской исторической науки.

Перевод источника

Как упомянуто выше, сопоставление двух текстов выявило 71 расхождение в пунктуации, 6 случаев добавления или пропуска иероглифов и 22 случая замены одних иероглифов другими. Всего в тексте упоминаются 44 имени, из которых 4 – монгольские. Также приводятся 33 топонима и 65 наименований титулов и должностей (см. приложения 1–3).

В первом тексте отсутствуют следующие иероглифы, присутствующие во втором: 兰 в фразе « 一令大将军自潼关出兰州 », 爱 в « 爱稽古制，锡以侯封 », 其 в « 且以其后妃不能耐署 », 张 в « 其张士 诚、陈友谅尤为巨蠹 », 械 в « 士械诚恃其财富 », 更多 в « 更多天怒人 怨 », 子 в « 郭兴子封巩昌侯 ».

В свою очередь, во втором тексте отсутствуют иероглифы, имеющиеся в первом: 朕 в « 朕所以命卿等先取山东 » и 必 в « 则士诚 必乘我后 ».

Ниже мы приводим примеры того, как некоторые иероглифы из первого текста во втором варианте записаны иначе. К ним относятся:

№	Первый источник	Второй источник
1.	钦 惟皇帝陛下 圣 神合德	钦 唯皇帝陛下 圣 神合德
2.	扬 九伐而 荆吴 底定	扬 九伐而 荆蛮 底定
3.	师 至定西之北	顺 至定西之北
4.	未 尝 乏 阙	未 尝 乏缺
5.	祗承明 诏	只承明 诏
6.	摧疆 抚顺	摧强 抚顺
7.	绮 帛各百疋	绮 帛各百匹
8.	吴祯 封靖海侯	吴贞 封靖海侯
9.	蕃夷臣伏	蕃夷臣服
10.	咸使 闻 如	咸使 闻 知
11.	昧者 犹 蔽于已 着	昧者 犹 蔽于已 著
12.	我 将彻 姑 苏 之 师 以御之	我 将 撤姑 苏 之 师 以御之
13.	若等又欲直 趋 元都	若等又欲直 捣 元都
14.	反旗而北	反旆而北
15.	进 光碌大夫	进 光 禄 大夫
16.	士 诚 狡而懦	士 诚 狡而 伪

• 1.    唯 – «только, единственно»; 惟 – «лишь, исключительно». Поскольку оба иероглифа передают одинаковое значение, смыслового различия не возникает.

• 2.    荆 – «труднопроходимый, полный преград»; 蛮 – «дикий, жестокий, варварский»; 吴 – обозначает государство У (территория современной южной части провинции Цзянсу). Таким образом, фразу « 扬九伐而荆蛮底定 »

• 3.    师 – «войско, армия»; 顺 – «следовать, двигаться по направлению». В обоих вариантах предложения прослеживается смысл: «двинув войска, достигли северной части Динсяна».

• 4.    阙 – «ошибка, промах, упущение»; 缺 – «недостаток, нехватка, отсутствие».

• 5.    祗 – «почтительно поклоняться»; 只 – древняя форма написания иероглифа. Различия в значении нет.

• 6.    疆 – «граница, предел»; 强 – «грабить, захватывать».

• 7.    吴祯 , 吴贞 – имя человека записано двумя разными способами.

• 8.    匹 – счётное слово для лошадей; 疋 – древняя форма написания иероглифа 匹 .

• 9.    臣服 – 1) «покориться»; 2) «служить чиновником»; 伏 – «подчиняться, покоряться, выжидать».

• 10.    咸使闻知 , 咸使闻知 – различий в значении нет.

• 11.    著 – древняя форма написания 着 .

• 12.    彻 – «проникать, проходить насквозь»; 撤 – «снять, уронить, отзывать (войска)». Предложение « 我将撤姑苏之师以御之 » будет: «Я соберу войска у города Гусу, поймаю его».

• 13.    趋 – «быстро идти, обращаться, отношение»; 捣 – «бить, рассеивать, вызывать беспорядок».

• 14.    旗 – «знамя, флаг, провинция»; 旆 – древняя форма написания 旗 . Различия в значении нет.

• 15.    В данном случае мы придерживались написания 光禄大夫 из второго источника, поскольку этот титул использовался со времён династии Хань и вплоть до династии Юань; в других научных работах также употребляется форма 光禄大夫 .

• 16.    懦 – «сирота, слабый, трусливый»; 伪 – «ложный, при-творный».Если следовать первому тексту « 士诚狡 而懦 », данное предложение можно перевести как: «Ши Чэн хитёр/ловок, но труслив». Если же следовать второму варианту « 士诚狡而伪 », тогда перевод будет: «Ши Чэн хитёр/ловок, но лжив (притворен)».

во втором тексте можно перевести как: «Подняв войска, усмирили варваров и навели порядок среди смут и беспорядков».

Из этого можно заключить, что первый текст основан на ранее упомянутых источниках, тогда как второй представляет собой отредактированное и дополненное издание, сопоставленное с ранними источниками. Поэтому в качестве основного материала для перевода был выбран первый текст. В данной статье мы выявили расхождения между двумя выбранными версиями, при этом часть из них унифицировали, а в большинстве случаев предприняли попытку определить различия в значении и стиле. Это открывает возможность для дальнейших исследований: анализа топонимов, титулов и имён собственных, встречающихся в источнике, и т.д.

В заключение следует отметить, что при переводе китайских источников, относящихся к истории Монголии, крайне важно опираться на первоначальный текст. При этом необходимо сопоставлять доступные версии, а также уделять особое внимание именам и терминам, сравнивая их с другими научными исследованиями.

Исторический источник «Записи об умиротворении Севера» представляет собой ценный документ, в котором отмечены военные действия, проведённые на территории Монголии по приказу первого императора династии Мин.

В данном историческом памятнике подробно отражены события, происходившие с седьмого месяца первого года правления Хунъу по десятый месяц третьего года9. В частности, результаты походов в Монголию, осуществлённых под руководством минских полководцев Сюй Да и Ли Вэньчжуна. В источнике описаны такие важные события, как взятие города Барс, поход против Хухтэмура, а также пленение Майдарбала, внука монгольского хана. Наряду с этим приводятся сведения о государственных назначениях, указах, наградах и других аспектах административного устройства Минского государства.

Таким образом, данный источник является не только хроникой военных действий, но и важным научным материалом, содержащим достоверные и подробные сведения о государственном устройстве, распределении власти, территориальных границах, военной стратегии и внутренней организации того времени. Анализ личных имён, географических названий и титулов позволяет глубже изучить геополитическую ситуацию и культуру эпохи. В дальнейшем углублённое изучение терминологии, топонимов и титулов, упомянутых в «Записях об умиротворении Севера», позволит более точно понять региональные отношения, а также политические и экономические процессы того времени. Следовательно, данный источник играет ключевую роль в изучении переходного периода, когда династия Юань пришла в упадок и была основана династия Мин. С точки зрения политической и военной истории, он охватывает широкий круг вопросов – от войн и пограничных конфликтов до экономической политики и военной стратегии двух государств.

Этот исторический памятник ценен не только фиксацией хода событий, но и тем, что даёт чёткое представление о военной стратегии, тактике полководцев, а также о государственном и административном устройстве эпохи. Согласно источнику, осенью 1368 года минские полководцы Сюй Да и Чан Юйчунь сосредоточили войска в Линьцине и начали крупную военную операцию в направлении Тунчжоу, что стало первым значительным стратегическим успехом Мин. Армия Мин состояла тз пехоты, конницы и флота, что свидетельствует о высоком уровне координации и комплексной организации войск. Получив эти сведения, юаньский император провёл совещание при дворе и принял решение отступить на север из столицы Шанду, что указывает на его слабость.

Минские войска в короткие сроки захватили Шанду, что стало результатом их высокой мобильности и организованности. Слабая оборона города и неудачная попытка помощи со стороны горцев Хунлуо свидетельствуют о внутреннем кризисе Юань. После этого юаньский император вновь отступил и обосновался в Инчан-фу, что подтверждает успешное продвижение минских сил. Что касается событий 1369 года, в источнике говорится, что юаньский полководец Хухтэмур10 предпринял попытку вновь захватить Ланьчжоу, вызвав беспорядки на западных границах. Эти действия, с одной стороны, стали попыткой остановить Мин, а с другой отразили внутреннюю нестабильность, распад власти и разобщённость сил в поздний период династии Юань.

Военная стратегия и назначение полководцев:

В первом месяце весны 1370 года император Мин назначил Сюй Да «великим полководцем по усмирению варваров», что стало сигналом открытой поддержки военной политики со стороны центральной власти и началом масштабной военной кампании. Одновременно опытные военачальники Ли Вэньжун, Фэн Гошэн, Дэн Юй и Тан Хэ были назначены командующими правого и левого крыла, и войска были направлены в район Гоби. В это же время полководец династии Юань Ван Баобао предпринял попытку захвата Ланьчжоу, что вызвало нестабильность в политической и военной обстановке и показало активность войск Юань. Однако, как отмечается в источнике, главной целью данной войсковой операции было не достижение крупной политической цели, а лишь только извлечение возможной выгоды и наживы, что само по себе свидетельствует об ослаблении династии Юань.

О стратегии двух направлений наступления:

Сюй Да принял решение разделить войска и нанести удары в двух направлениях против Ван Баобао и против императора Юань, что было стратегически продуманным шагом. По направлению Тунгуань–Динси планировались операции против Ван Баобао, тогда как через проход Цав-чаал Ли Вэньжун должен был наступать в сторону Гоби, преследуя императора Юань. Такое одновременное наступление по двум направлениям увеличивало вероятность успеха и победы. Согласованность действий полководцев Мин и их действия ярко демонстрируют преимущества военной организации и принятия решений в государстве Мин.

О результатах и достигнутых успехах:

Летом 1370 года, когда Сюй Да достиг Ланьчжоу, Ван Баобао уже бежал. Тем не менее войска Мин преследовали его до Динси и в итоге вытеснили в Гоби, одержав крупную победу, в источнике говорится: «было обезглавленно несметное количество». Это закрепило победу Мин и ослабило сопротивление Юань. В то же время, когда Ли Вэньжун достиг Инчан-фу, император Юань был мёртв, а его наследник Аюушридар бежал на север с небольшим отрядом. Мин захватили Майдарбала, его супругу и такие символы власти Юань, как «листовое пожалование», и доставили их в столицу, что усилило политический контроль и символическое превосходство Мин.

Из источника можно наглядно узнать, как государство Мин укрепляло контроль, усиливало централизацию власти и консолидировало военную систему. Кроме того, данный источник имеет особую ценность для исторических исследований, поскольку документирует не только отношения между Монголией и Китаем, но и геополитические изменения в Азии того времени на конкретных исторических примерах. Историческая запись конца лета 1370 года представляет собой важный источник, глубоко отражающий процесс подавления последних очагов сопротивления династии Юань со стороны государства Мин, а также стремление урегулировать вопрос преемственности мягким способом и централизованно осуществить государственные реформы. Этот текст является не просто описанием одного исторического момента, но и ярким свидетельством укрепления легитимности власти, а также умелого сочетания морали, культуры и политической стратегии в системе государственного управления.

Использование военных успехов как основу для создания нового государства:

Военные успехи полководцев Сюй Да и Ли Вэньжуна укрепляли централизованную власть династии Мин, устраняли региональную нестабильность и стали символами государственной политики, направленной на обеспечение мира и спокойствия страны.

Политика признания остатков Юань на символическом уровне и их включения в новую государственную структуру была направлена на обеспечение долгосрочной стабильности Мин. Тем самым Мин позиционировала себя не как завоевателя, а как государство-реформатор, продолжающее политическое наследие, этические нормы и культурные традиции.

События 1370 года не были простой победой Мин, а началом новой династии, основанной на продуманной государственной политике, стратегическом управлении.

Фрагмент, посвящённый управлению Мин:

Доклад полководца Ли Вэньжуна, относящийся к этому периоду, является комплексным документом, объединяющим идеи централизации власти, новой государственной философии защищающей народ и успешной военной стратегии. Данный доклад является не только показателем легитимности власти, но и ценным историческим источником, закрепляющим память о событиях. В докладе император Мин описывается как «облагодетельствованный небом, отец всех людей», что показывает: власть опиралась не только на военную силу, но и на религиозную и на национальные ценности. Также особое внимание в докладе уделяется обеспечению мира и благополучия народа. Такие выражения, как «прекратили голод, отразили врага, восстановили дороги, и народ обрел спокойствие», показывают, что государственная политика имела реальное влияние на повседневную жизнь людей и строилась на взаимосвязи между властью и обществом, а военные успехи династии Мин были результатом эффективной государственной организации.

Ли Вэньжун рассматривал победы не просто как завоевания, а как итог стабильной государственной политики, продуманной организации и единства народа. Идея о том, что «подавляя вражеские племена, распространяется престиж государства», показывает, что армия – это не только инструмент силы, но и гарант авторитета государства и мирной жизни народа.

Намерение сохранить исторические заслуги в памяти поколений свидетельствовало о развитии государственного исторического мышления. Определение государственных побед и заслуг императора как «деяний, достойных тысячелетней славы» является свидетельством политического мышления данной эпохи. Это показывает, что государство Мин руководствовалось не только текущими успехами, но и стремилось соответствовать оценкам будущих поколений и историческим стандартам, включая это сознание в свою политику.

Доклад Ли Вэньжуна можно рассматривать не только как политический документ, оправдывающий государство Мин и укрепляющий его основы на принципах морали, мира, силы и мудрого управления, но и как произведение высокой письменной культуры, выражающее философию государственной идеологии того времени и осознание ответственности власти перед народом. Этот текст является ценным историческим источником, показывающим взаимосвязь между обязанностями государства и благополучием граждан, подчеркивая, что управление должно опираться не только на силу, но и на мораль и историческое сознание.

Историческое значение заслуг Ли Вэньжуна и государственных церемоний:

После победы 1370 года в государстве Мин на официальном уровне была дана высокая оценка заслуг полководца Ли Вэньжуна, а также организованы торжественные церемонии. Эти факты являются важным источником, отражающим наградную политику государства и оценку военных достижений. Несмотря на скромную самооценку самого Ли Вэньжуна, документ ясно показывает признание его военных успехов, государственной службы и управленческих способностей.

Ли Вэньжун связывал свои успехи не столько с личными способностями, сколько с руководством императора и небесным благословением. Это свидетельствует о том, что в эпоху Мин власть и успех оценивались не как личная заслуга, а с точки зрения морали и государственной ответственности. Он описывает свою карьеру как путь «неразумного человека, получившего приказ и одержавшего победу благодаря помощи неба», что соответствовало духу придворного этикета, прославлявщим скромность и смирение.

Факторы обеспечившие превосходство государства Мин:

Военные достижения Мин заключались не только в победах на поле боя, но и в создании стратегических преимуществ в области безопасности, экономики и дипломатии. Захват таких важных территорий, как Инчан-фу и Кайпин-фу, ослабил сопротивление Юань на северо-востоке и позволил Мин контролировать внутренние ресурсы.

«Военное поражение у Верблюжьей горы» было не просто отдельной победой, а важным историческим переломным моментом и уроком для будущих поколений. Захват знати Юань имел политическое значение, символизируя подавление остатков прежнего режима.

Императорские почести и государственные традиции:

Торжественные церемонии после победы были не только празднованием, но и укреплением системы традиционных государственных церемоний. Высокопоставленные сановники во главе с Сюй Да поздравляли императора, а сам император совершал жертвоприношения, обращаясь к небесному покровительству и благословению предков, что отражало священный и ритуальный характер власти.

Структура наград и высокая оценка заслуг:

Высшим титулом в эпоху Мин был титул «гун»11, который присваивался за заслуги такие как военные успехи, способности к управлению и вклад в развитие государства. Например, Ли Шань-чан получил титул Сюаньго гун и был охарактеризован как «помощник в основании государства, хранитель равновесия и приверженец истины». Он играл ключевую роль не в военном командовании, а в административной организации и обеспечении снабжения. Сюй Да получил титул Синьго гун за многочисленные военные победы и умение командовать. Эти титулы означали не только почёт, но финансовую награду такие кака жалование, шёлк, железные пайцзы которые закрепляли статус награждённых.

Титул «хоу» как награда для чиновников:

Одним из наград для чиновников средних рангов был титул «хоу»12, который получили двадцать восемь полководцев, включая Тан Хэ, Тан Шэнцзуна, Лю Жунхэна и Чжоу Дэшина. Они внесли значительный вклад, командуя войсками и принимая важные решения. Хотя этот титул был ниже «гун», но он также обеспечивал престиж и материальный доход.

Детализированная система награждения и организация:

Наградная политика Мин выражала не только признание заслуг, но и была связана с экономической поддержкой и распределением ответственности. Размер жалования зависел от достижений полководца, а материальные награды (шёлк и др.) от должности и стратегического вклада. Железные пайцзы отличия вручались наиболее выдающимся деятелям как символ особого доверия государства.

Во все важные исторические переломные моменты государственное устройство рефоримруется, закладывая основы нового общественного порядка. Основным выражением этих изменений становятся указы и манифесты правителей, которые представляют собой не просто административные решения, но и отражают политические, экономические и социальные условия эпохи, а также ключевые ценности государства.

Согласно указу, предоставление наград и титулов лицам, отличившимся военными заслугами, являлось не только выражением доверия государства, но и формой награды, основанной на принципах справедливости. Наградная политика включала следующие основные принципы:

• •    признание заслуг полководцев и чиновников, посвятивших многие годы служению и принесших жертвы;

• •    разумное распределение финансов с учётом экономических возможностей государства, без излишней роскоши;

• •    награды выступали не только символом престижа, но и реальной экономической поддержкой.

Система наград была чётко структурирована и зависела от должности, количества обязанностей и исторических заслуг. В указе подчёркивается, что размеры наград рассчитывались таким образом, чтобы не создавать чрезмерной нагрузки на экономику страны. Это свидетельствует о продуманной системе, отражающей грамотное управление финансами и ресурсами, а также ответственное государственное управление.

Стратегия, ориентированная на будущее, и предостережения:

Император особо отметил состояние мира и стабильности, подчеркнув, что оно является результатом не только прекращения войн, но и эффективной государственной организации, гибкости политики и удовлетворённости народа. Это отражает идею о том, что основа успеха государства заключается не только в военной силе, но и в хорошем управлении и справедливом обществе.

В указе также подчёркивается необходимость предвидения возможных вызовов и кризисов, своевременного исправления ошибок и адаптации политики к меняющимся условиям. Эти идеи выражаются в следующих принципах:

• •    основой устойчивого государственного управления является организованное и разумное руководство;

• •    важно уметь предвидеть неожиданные трудности и быстро реагировать в кризисных ситуациях;

• •    гибкость политики является ключевым фактором сохранения государства.

Император отметил, что падение государства Юань было вызвано утратой законности и разрушением системы управления. Это показало необходимость создания нового государства на основе справедливости, воли Неба и стремлений народа.

Стратегия, применявшаяся в период войн, представляла собой не только военные методы, но и глубокие философские решения, учитывающие политические и психологические условия того времени. Император строил свою философию управления, согласуя её с «волей Неба» и «желанием народа». Он характеризовал себя как справедливого, последовательного и служащего народу правителя, предъявляя высокие моральные требования. Его главной задачей было создание нового государства без повторения ошибок прошлого, с опорой на справедливость и порядок.

Он подчёркивал, что военные победы достигаются не только силой, но и убеждениями, планированием и психологическим равновесием. Учет природных факторов и социальных условий также был важной частью государственной политики. Его взгляды представляют собой образец управления, сочетающий стратегию, мораль и психологию. Падение Юань рассматривалось как результат утраты доверия народа, тогда как успех нового государства – как проявление разумной и справедливой политики.

Упадок Юань и возвышение Мин:

В период поздней Юань высшие слои общества погрязли в роскоши и развлечениях, а чиновники угнетали простой народ. Налоги росли, что ещё больше угнетало население. Частые наводнения объяснялись как «гнев Неба», связывая природные бедствия с тотальным упадком власти. Этот кризис привёл к повсеместным беспорядкам и восстаниям.

Император основал государство Мин. Первоначально он создал войско для самозащиты, однако в условиях войн и беспорядков армия усилилась, начала завоёвывать территории, освобождаясь от власти Юань, вступая в новую эпоху.

Придя к власти, император опирался на «волю неба». Он отмечал, что если бы правители Юань следовали воле Неба, отказались от излишеств, а чиновники исполняли свои обязанности, народ не восстал бы, и смуты удалось бы избежать. Таким образом, упадок государства объяснялся утратой моральных основ и небесной поддержки.

Император провозгласил себя законным правителем, получившим одобрение Неба, и обосновал свою власть поддержкой воинов и народа. Обращение к историческим урокам и концепции «небесного мандата» стало важным средством легитимации новой власти, отражая одну из ключевых идей традиционной китайской политической философии.

ЗАПИСКИ ОБ УМИРОТВОРЕНИИ СЕВЕРА Дословный перевод13

В первый месяц осени первого года Хунъу14, великий полководец по усмирению варваров Сюй Да и заместитель полководца Чан Юйчунь собрали многих военачальников в Линьцине, взяли конницу, пехоту, флот [и] достигли Тунчжоу. Император государства Юань, узнав об этом, сильно испугался, собрал императриц и наследныхпринцев трёхдворцовдля совещания, решил уклониться15 от войск, [и] направился на север. [Император Юань] поручил Хуай-вану Тэмурбухе управлять государственными делами, назначил Цин Туна левым чэнсяном16 и приказал совместно защищать столицу. В полночь [он] вышел через ворота Цзянь дэмэнь [и] бежал в сторону Шаньду. Сюй Да и другие прибыли к воротам Чихуа мэнь [и] одним стремительным ударом немедленно захватили город. В то время жители Шаньду надеялись использовать гору Хунлуо шань как прикрытие, а люди Хунлуо шаня, наоборот, рассчитывали на помощь людей Шаньду, у них всех не было никакой подготовки. Чан Юйчунь, отправив людей на разведку и узнав об этом, немедленно вложил палки в рот лошадей отборной конницы17, выдал им продовольствие на десять дней [и] повёл непрерывное наступление днём и ночью. В средний месяц осени когда были захвачены Хунлуошань и Шаньду, император Юань бежал в пустыню Гоби [и] остановился в Инчан-фу. В первый месяц зимы сразились [и] одержали победу. По указу [императора Мин] Даду был переименован в Бэйпин-фу.

Во второй год [Хунъу18, полководец бывшей Юань Хухтэ-мур собрал войска и напал на Ланьчжоу. К тому времени юаньские чиновники и военные уже неоднократно сдавались, но только Хух-тэмур, воспользовавшись отводом главных сил, заново собрал разрозненные отряды [и] стал бедствием для северо-западных границ. [Хухтэмур] был наследственным ваном, поэтому его также называли Ван Баобао. В первый месяц весны [третьего года Хунъу]19 согласно указу Сюй Да был назначен великим полководцем по усмирению варваров, Ли Вэньжун начальником левого крыла, Фэн Гошэн начальником правого крыла, Дэн Юй и Тан Хэ были направлены в похода в Гоби. Высший20 спросил у своих многочисленных военачальников: «Император Юань находится за пределами застав, Ван Баобао недавно в одиночку напал на Ланьчжоу. Его намерение воспользоваться случаем ради малой выгоды. Если его не уничтожить он не остановится. Сейчас вам дан приказ поднимать войска. Кого следует атаковать первым?» Все военачальники ответили: «То, что Ван Баобао вторгается на границы, связано с тем, что он считает, будто император Юань всё ещё существует. Если направить войска и сначала уничтожить императора Юань, то Ван Баобао утратит силу, и его можно будет подчинить без боя». Высший сказал: «Ван Баобао уже подошёл вплотную к границе с войском. Если теперь оставить его и напасть на императора Юань не будет ли это как искать вовне то, что уже держишь в руках. Упустить наилучший момент не есть мудрая политика. Моё скромное мнение таково: следует разделить войска на два направления: одним будет управлять великий полководец [и он] выйдет через Тун-гуань и атакует Динси, уничтожив Ван Баобао; другим будет командовать начальник левого крыла [и они] выйдут через порт Цавчаал21, войдут в Гоби [и будут] преследовать императора Юань, [и пусть войска двух направлений] действуют раздельно, не давая возможности взаимной поддержки. Тем более, император Юань скрывается в пустыне. [Он] не ожидает подхода наших войск поэтому [наша] победа будет неизбежной. Это будет как поразить двух зайцев одной стрелой». Все военачальники обрадовались и приняли указ.

Первый месяц лета, когда войска Сюй Да достигли Ланьчжоу, Ван Баобао уже бежал [с войском]. Сюй Да и другие преследовали его [и] достигли Динси. Его многочисленным [войскам] нанесли сокрушительное поражение, было отрубленно бесчисленное количество голов. Ван Баобао в конце концов оставил город и бежал в пустыню Гоби.

Средний месяц лета, когда войска Ли Вэньжуна достигли Ин-чана, прошёл уже месяц как государь династии Юань взошёл на небо. Его хунтайджи22 Аюшридара, ведя за собой нескольких конных воинов бежал на север. Внук хана Тогоонтэмура, Майдарбал и его жёна, [а также] «золотые листовые грамоты» были захвачены и доставлены в столицу.

Последний месяц лета, пришла весть о победе. Центральный секретариат23 [доложил] императору: «Следует преподнести пленников в Храм предков». Высший, взойдя на престол, не стал этого терпеть и издал указ, запрещающий ему24 носить на теле простую одежду. В день [жертвоприношения] высший надел кожаную шапку [и] прибыл во дворец Фэнтянь. «Сто чиновников»25 надели государственные одежды26 [и] сопровождали его. Чиновник ведающий церемониями27, повёл их [и заставил их] совершить церемонию пятикратного поклона. Хунтайджи (наследнику) совершили церемонию поклона четыре раза. [Когда] императрицы явились в дворец Куньнин, был издан указ женщинам предстать в головных уборах и одеждах. После завершения церемонии [император] даровал [им] китайские одежды, а также дома и продовольствие. Майдарбал был пожалован титулом Чунли-ноёна. В указе о пожаловании говорилось: «Древние правители, подчинив себе Поднебесную28, непременно жаловали потомков прежних династий титулами, делали их гостями императора, таков древний обычай. [Государство] Юань утратило государственную власть, в четырёх мо-рях29 вспыхнули смута [и] война. Я, ничтожный человек, военными заслугами усмирил героев и привёл мир к порядку. Привёл весь мир к единым поводьям, стал хозяином Поднебесной. Сделал Майдарбала внуком-наследником Юань. Недавно послал полководца воевать север. Твой дед уже вознёсся на небо. Инчан бесповоротно взят, ты вернулся. Я ничтожный, считаю тебя потомком государей [и] следуя древним обычаям, жалую тебе титул ноёна. Ты должен день и ночь почитать, стараться [быть] осторожным, благодарить стремлению ничтожного человека укрепить обычаи». Император Юань30 понял небесную судьбу, бежал без боя. Нынче, хотя он уже умер, [ему] особо даруется посмертное титул «Шунь-ди». Также прежняя императрица не переносит летней жары и северные варвары только питаются мясом, пьют молоко. Чиновникам центрального секретариата было приказано обеспечить их пищей, жильём и если же они пожелают вернуться, следует отправить их обратно в гоби.

В середний месяц зимы, Сюй Да и Ли Вэньжун вернулись в столицу, достигнув реки Лунцзян, Высший лично вышел из дворца [и] прибыл к реке. Да и другие сопроводили императора [и] вернулись во дворец. На следующий день, возглавляя многих полководцев [Сюй Да] представил [императору] « Верноподанную докладную запись о умиротворении Гоби». Сюй Да докладывал: «Небо и земля даровали круговорот пяти добродетелей, и небесная судьба пребыла в одном человеке. Государь открыл основы для тысяч поколений, [его] великие заслуги превосходят сто поколений. Щиты [и] копья отобраны [и] сложены, все законы стали едины. Только наш император – небесный богдо, соединив добродетель [и] ум, создал учёность [и] военное исскуство, [что] вернуло небесное предначертание [и он] обрёл сердца людей. Он спас и помог народу [избавиться]

от страданий огня [и] воды, вызвал дождь на засохшую траву. [Император] прославил имя “шести войск”, великая реки Янцзы и река Хань обрели мир [и] порядок. Девятью походами возвысил государство, усмирил земли Жинмань. Забрал земли Хуайдянь, объеденил [и] подчинил Жунюань. Двенадцать гор [и] рек Жилу сдались за десять дней, окончательно очистил Ючжоу и Цзичжоу [от] столетней вони. Изгнал потребителей кож [и] шкур31, вновь восстановил государство по порядоку и обычаям.

Однако, [хотя] наше войско победило, они вновь замышляют нападение. Свирепые варвары собиравшись сеют беды, ждут возможности [и] ищут прорехи, [они] стали вредить честным, хорошим людям. Как можно вновь оставить таких людей, как яд диких пчёл. Их солдаты подобные матёрым медведям свирепы, выше нет (более свирепых нет). [Мы] использовали с важностью чиновников, следовали только светлым указам императора, от имени неба усердно наказали [их]. За четыре месяца этого года, преследовали [врага] до севера Динши, угнетали курени разбойников, строили укрепления, вышли из Юйкоу [и] расположили войска.

Полководцы неся в себе ненависть к врагу, солдаты полны царственной смелости [и они все полны] решимости [и] гнева. Раздался гром, били молнии. Враги в страхе бежали, многие покорились. [Когда] вожак разбойников сняв доспехи [и] шлем бежал звери и пернатые бежали в страхе. Многие разбойники увидели силу [и] величие, покорились.

Не было такого, что многочисленные войска Тубо и Баоханя не рассыпались как песок. Все многочисленные нойоны Гаочана испугались, прибыли с завязанными сзади руками. Горы и реки содрогнулись под светлым величием, трава [и] деревья ожили под светлым сиянием. Встречали [нас] с водкой в кувшинах на руках, нет ни единого кто бы не присоединился [к нам] тоскуя по мудрости. Обширные территории несомненно заслуживают вернуться. Мы, чиновники опираясь на мудрость правителя, счастливо завершили великое дело. Хотя мы перетерпели страдания которые случаются раз в тысячу лет, ныне установились мир [и] спокойствие, возрасли слава [и] почёт, пусть [наши деяния] будут воспеты на протяжении десяти тысяч лет.

Вэньжун докладывал: «Небо и земля соединились, все существа получили их благодать, солнце и луна светят в небе. Десять тысяч государства почитают мудрость императора, распространяя учение [и] культуру, равномерно используя приказы [и] распоряжения, стараясь полно [и] гармонично управлять, силой войска победили врагов. Народ весь радуется, по всей стране праздник. Только великий император является самым исключительным из всех людей и [только он] привёл страну к развитию и процветанию. [Император] демонстрируя [своё] величие поднебесной, получив приказ неба, воплощая в себе небесное предначертание, превратил очаг в государство. Спас народ от падения в воду, проявил сострадание [и] милость, спас от беспорядков порочного мира. Небеса распростерлись, формируется [и создаётся] всё сущее, устанавливаются законы императора, утвердился порядок.

Вообще, каждый отважный и сильный человек пользуется уважением и почётом, и нету ни одного человека, который бы не чтил своих близких. Только эти жестокие и хищные Ху бесстрашно не оставляют свою алчность, ищут возможность, нападают на границы. [Они] разгневали императора [и] сын неба воевал [их]. Их вина была обнародована, пришлось воевать. [Мы] выступили на войну, построили войска. Я, чиновник Вэньчжун, изначально глуп и слаб и лишь будучи, по-счастью, родственником императора, стал полководцем и будучи неумелым, слабым в способностях, [я] очень стыжусь. Получив приказ императора, ведя главное войско [я] поклялся изгнать войска Ху. Ранее при наступлении вперёд, при переходе через порт военачальник Шин-хэ сдался и при выходе за порт войска с горы Тэмээт потерпели поражение от нас. Наступая на Кайпин-фу, [мы] одержали победу, словно рассекая тростник. Взяли Инчан-фу, показали силу подобную сотрясению птичьих гнёзд. Мы захватили внука императора [династии Юань], [его] жён, придворную знать двух дворцов, забрали печать, золотые наградные листы, все драгоценные вещи унаследованные от прежних многочисленных династий. Ум и милость императора распространились даже на далёкие земли и судьба Ху закончилась в этот день. Таким образом, совершённое деяние – это не только заслуга моих способностей, [скромного] чиновника. Всё это произошло благодаря великой судьбе императора, подобной небесной воле правителя. Его огромная мудрость 464

распространилась по миру, [император] охватывая взором земли за десятки тысяч вёрст, совершил подвиг который будут помнить тысячу лет. Нет ни одного места от востока, где восходит солнце, до запада, где садится луна, которое не стало бы владением императора. От южных жарких и влажных земель до северного Ханьхая все стали чиновниками императора. Создано мирное и единое государство, которому суждено существовать десять тысяч лет».

В тот день, после окончания церемонии, [Сюй] Да и прочие вышли пятясь по западной лестнице. Хунтайджи, удельные князья, а также гражданские [и] военные чиновники каждый по отдельности поднесли императору доклады [и] поздравили.

На следующий день высший лично совершил жертвоприношения предкам, Небу [и] Земле, возвестив о великой победе. В ставке главнокомандующего был издан указ, Военное министерство представило доклад о заслугах множества полководцев, Министерство чиновников установило ранги по заслугам, Финансовое министерство подготовило награду, Министерство церемоний определило протокол, Канцелярия составителей указов составило тексты указов [и] заслуженные чиновники были наргаждены.

На следующий день высший прибыл во дворец Фэнтянь. Хун-тайджи, удельные князья, чинсан возглавляя гражданских и военных сановников, выстроились рядами по правой и левой лестнице перед дворцом. Высший призвал множество полководцев, издал наставительный указ. В кратком виде он таков: «Вы все слушайте. То, что сегодня [я] ничтожный возвышаю в чинах [и] награждаю, не является моей волей, всё это есть следование законам [и установлениям] прежних императоров [и] князей. [Мы] готовились два года, сражаясь без перерыва, дошли до сегодняшнего дня. Вспоминая время когда [мы] впервые основали государство, [тогда] Поднебесная пребывала в смуте, многие герои восставали один за другим. В то время, [хотя мы и] совершали подвиги, желали совершить деяния, но [так как] не могли управлять своими подданными, дела не удавались. Я, ничтожный человек, изначально не имел намерения бороться за Поднебесную, но лишь теперь завершил это великое дело. Некоторые [дела] выше человеческих сил, это есть заслуга помощи духов Неба и Земли. С момента создания войска, многие полководцы следовали за мной, облачались в доспехи, брали острое оружие, выступали в походы на четыре стороны, сражались [и] побеждали, захватывали, как можно забыть эти заслуги! Можно ли ответить лишь чинами и наградами? Среди тех, кто впервые примкнул, вот те кто совершил заслуги. Порядок наград и пожалований я, ничтожный, установил не по личному усмотрению, но совершенно беспристрастно и справедливо.

Такие люди как чинсан левой руки Ли Шаньчан хотя и не служили “как конь и пёс”32, но дольше всех служил мне и ни разу не допустил перебоев в снабжении войска. Чинсан правой руки Сюй Да с самого начала сопровождал меня при создании войска, выступал в походы на четыре стороны, подавлял врагов [и] умиротворял покорных, его заслуги велики. Эти два человека уже входят в ряд гунов и должны быть особо награждены и прославлены. Остальные будут возвышены по мере своих заслуг. В “Книге управления” говорится: “Людей с великими знаниями старательно награждай чинами, людей с великими заслугами награждай дарами”. Сегодня решено: если ныне установленные чины не соответствуют добродетелям и заслугам, то награды не смогут стать должным воздаянием за труды. Вам следует сейчас обсудить это во дворце, дабы впоследствии не возникло слов и споров». Все полководцы пали ниц, поклонились и выразили радостное почтение.

Шесть человек были возведены в достоинство гунов: Сю-аньгуо гун Ли Шаньчан был пожалован титулами «чиновник основавший государство, помощник судьбы, почитающий истину, хранящий беспристрастие», [он также] получил звание особо повышенного Гуанлу дафу, должность сановника левой руки, тайши и левого чинсана Центрального секретариата и был возведён в князя Хань. [Ему дали] жалование в четыре тысячи лян. Шиньгуо гун Сюй Да был пожалован титулом «военный чиновник основавший государство, помогающий устроению судьбы, почитающий истину, проявивший силу», [он также] получил звание Гуанлу дафу, должности сановника левой руки, Тайфу, чинсана правой руки Центрального секретариата [и] был возведён в Вейгуо гун. [Ему дали] жалование в пять тысяч лян. Узорчатый шёлк, шёлк по сто отрезов каждого.

Сын князя Кайпин Чан Юйчуня, Чан Мао получил титул Чжэнгуо гун; Фэн Гошэну [дали титул] Сунгуо гун, Ли Вэньчжун [дали титул] Цаогуо гун, Дэн Юйю [дали титул] Вэйгуо гун, [а также] всем им дарованы титулы « основавших государство, помощников судьбы, почитающих истину, военных чиновников проявивших силу, звание Рунлу дайфу, должность чиновников правой руки», а также жалование три тысячи ши зерна, восемьдесят отрезов узорчатого шёлка, простого шёлка. Двадцать восемь человек были пожалованы титулом хоу33 : Тан Хэ [был возведён] в маркиза Жунчу, Тан Шэнцзун [был возведён] в маркиза Яньань, Лю Жунхэн [был возведён] в маркиза Цзиань, Чжоу Дошинь [был возведён] в маркиза Цзянся, Хуа Юньлун [был возведён] в маркиза Хуайань, Гу Ши [был возведён] в маркиза Цзинин, Гэн Бинвэнь [был возведён] в маркиза Чаншинь, Чэнь Дэ [был возведён] в маркиза Линьцзян, Го Цзысин [был возведён] в маркиза Гунчан, Ван Жиюань [был возведён] в маркиза Люань, Чжэн Юйчунь [был возведён] в маркиза Инъ-ян, Фэй Цзюй [был возведён] в маркиза Пинлян, У Лян [был возведён] в маркиза Цзянин, У Жэнь [был возведён] в маркиза Цзинхай, Чжао Юн [был возведён] в маркиза Наньсюнь, Ляо Юнжун [был возведён] в маркиза Дэцин, Юй Тунюань [был возведён] в маркиза Наньань, Хуа Гао [был возведён] в маркиза Гуандэ, Ян Цзин [был возведён] в маркиза Синьян, Кан Дуо [был возведён] в маркиза Чи-чунь, Чжу Лянцзу [был возведён] в маркиза Юнцзя, Фу Юодэ [был возведён] в маркиза Иньчуань, Ху Жуньмэй [был возведён] в маркиза Юйчжан, Хань Чжэн [был возведён] в маркиза Дунпин, Хуан Бин [был возведён] в маркиза Ичунь, Цао Лянчэн [был возведён] в маркиза Сюаньнин, Мэй Сыцзу [был возведён] в маркиза Рунань, Люй Цзюй [был возведён] в маркиза Хэнань, всем им были дарованы титулы: « основавший государство, помощник судьбы, почитающий истину, проявивший силу в военном деле», звание Рунлу дайфу, должность государственного чиновника, а также назначено содержание, вручены узорчатые и простые шёлка с различием по рангам, и вместе с тем пожалованы железные пайцзы гаомин Затем Высший объявил приказ для всего мира: «Прежняя [династия] Юань утратила государственную власть и по всей стране начались смуты.

Я, ничтожный, изначально был простым человеком, но, полагаясь на себя собрал войско, наблюдая бессилие героев, повёл людей, переправился через [Великую] реку. Установил мир, совершил великое дело, выбирал полководцев, обучал войска, более двадцати лет вёл войны во все стороны. Благодаря силе Неба-отца, храмов предков и духов земли и плодородия, [а также] помощи множества духов гор и рек, многие полководцы предложили свой ум, “шесть армий” приняли приказ, умиротворили земли Хуасия. Варвары внешний племён покорились, страна объединилась, подчинилась мне, императору. Теперь, собрав войска, вернувшись, [я намерен] определить заслуги, пожаловать чины. Ничтожный человек глубоко чтит заслуги полководцев и воинов, не жалевших жизни, желает щедро наградить [вас]. Но войск, охраняющих Поднебесную и защищающих столицу, не менее ста туменов, а силы [и] имущества народа ограничены. Потому следует соразмерять [расходы] с возможностями казны. С учётом сил [и] имущества народа [я] жаловал титулы, распределил чины и жалования, распределил золото, серебро, ткани, утешая полководцев. [Я] размыслив, последовал прежней системе, определил награды, чины с передачей их по наследству. Каждому воину пожаловать десять лян белого золота, шесть тысяч монет. Пусть эти слова ничтожного человека будут донесены до Неба и Земли, распространены повсюду, чтобы все знали». После этого был устроен большой пир для заслуженных чиновников.. По окончании пира [император] сказал: «Когда создавалось государство, ничтожный человек и вы, нойоны, изнуряя душу, истощая силы переносили многие трудности. Теперь Поднебесная умиротворена, [я] ничтожный человек решаю множество государственных дел за один день, не смею медлить. Если задуматься, великое дело Поднебесной было достигнуто с трудом, потому и сохранять его необходимо большой силой. Вы, нойоны, ныне спокойно наслаждаетесь чинами, достигли богатства, благополучия, но следует заранее всё тщательно обдумывать. Когда бедствие уже возникнет, справиться с ним будет трудно. Не забывайте тяжёлые, трудные времена. Человеческая душа в пору страданий становится усердно осторожным, [а] в спокойствии [и] благополучии бывает распущенным [и] небрежным. Однако [люди] не понимают, что бедствия [и] лишения приносят сплклйное, мирное время.

[Человек с] зорким взором способен видеть даже бесформенное, но слепой человек, напротив, бывает что сам себя укрывает. Даже [если] события не имеют формы, их можно обдуманно планировать. Но с болезнями, страданиями ничего поделать нельзя. Вообще, люди в богатстве, знатности становятся своевольными, своеволие означает изнеженность, роскошь. Нельзя терять самообладание, потеряешь самообладание, [и это] сразу приведёт к распущенности, смуте. Когда роскошь и смута соединяются, приходит бедствие. Сегодня я весьма рад, что пью с вами, нойонами вино [за пиршественным столом], но опасаюсь, забыть трудности умиротворения Поднебесной, потому так напоминаю вам о необходимости усердия.»

На следующий день, гун Вэйгуо Сюй Да, возглавив многих полководцев, прибыл во дворец, выразил благодарность. Высший вернулся во дворец Хуагай, одарил Сюй Да и других [и] принимая их, спокойно сказал: «Теперь [мы] достигли успеха в великом деле объединения [Поднебесной], всё это заслуга вас, многих полководцев.»

Сюй Да и остальные, склонив головы, [сказали]: «Мы, ваши слуги, вышли из крестьянских полей, каналов. [Мы] встретились словно ветер, облака, [мы] всегда почтенно следовали вашим замыслам, вели войска в походы. Их ход был ясен, как указание на ладони. В этом успехе нет ни малейшего отклонения. Всё это есть мудрость, дарованная Небом императору, а не способности нас, слуг.»

Высший сказал: «Ранее в четырёх сторонах была смута, многие герои восстали. Я ничтожный и вы нойоны, изначально были людьми из деревни. Моё намерение было лишь защитить себя, а не овладеть Поднебесной. После переправы через [Великую] реку я наблюдал деяния многих героев.

Сильные не имеют способности укорять себя, жестокие любят войну. Они не могут завоевать сердца людей и приносят народу лишь беды. Среди них Чжан Шичэн и Чэнь Ёулян стали особенно коварны. Чжан Шичэн кичился богатством [и] предавался роскоши без меры. Чэнь Ёулян, опираясь на войска, [был] жесток [и] не знал милосердия.

[Я], ничтожный человек, же не имел опоры и не любил убийств, распространял доверие [и] порядок. Что же касается опоры, была лишь ваша единодушная преданность, нойоны.

Мы вместе преодолели бедствия. Потому, я чувствовую себя как дома переправившись через реку. Когда [эти] два разбойника опираясь друг на друга правили, некоторые люди советовали мне сначала напасть на Чжан Шичэна. Имея ввиду что Чжан Шичэн был близок, [а] Чэнь Ёулян далёк, если бы сначала напасть на Чэнь Ёуляня то Чжан Шичэн мог бы воспользоваться случаем [и] ударить нам в тыл. Это тоже была уловка. Однако [эти люди] не знали Чэнь Ёулян [был] жесток, легкомыслен, Чжан Шичэн [был] хитёр и труслив. Чэнь Ёулян гордый, Чжан Шичэн ветренный и мелочный. Гордец любит начинать дела, а мелочный человек не имеет дальнего плана. Потому Чэнь Ёулян напал на Поян, нужно было поспешить сражаться с ним.

Я знал, что Чжан Шичэн не сможет пройти [и] шага мимо Гусу, помочь ему. Если сначала напасть [и] вести войну против Чжан Шичэна, [то он] сосредоточил бы силы в городе Гусу и крепко оборонялся бы. Чэнь Ёулян непременно оставил бы своё государство [и] пришёл бы на помощь. Если бы наши полководцы собирали войска Гусу [и] удерживали их, то мне было бы трудно противостоять врагу [и] выдержать сопротивление.

В делах есть трудное и лёгкое. Это порядок, который определил [я] сам, ничтожный человек при поимке двух разбойников. Два разбойника уже были уничтожены, военная сила стала вполне достаточной, на земле Чжунъюань, бья в барабаны, [мы] усиливали своё могущество, [и] не было ни одного дела, которое бы не осуществилось так, как было задумано. Некоторые убеждали меня, ничтожного, что, раз я усмирил и подавил шайки разбойников, следует прежде всего взять столицу Юань. Вы также сказали [что] следует прямо атаковать столицу Юань. В то же время в Луншу возникли смуты, что не соответствовало замыслу ничтожного. Поэтому я повелел вам, нойоны, прежде взять Шаньдун, затем захватить Хуанхэ и Лохэ.

Сначала [мы] распространили слухи, [и как только] показали силу, области Ю и Цзи сами покорились. Ничтожный человек самолично расположился в Даляне. Солдаты Тунгуаня Чжан Сыдао, Ли Сычи и Ван Баобао и другие все прошли многочисленный сражения [и] не сдались бы легко.

При поспешном отступлении, [они] бежали не на север, Даду, в столицу Юань, а на запад, в Луншу. К тому же, если бы столкнулись напрямую, стало бы невозможно легко усмирить [и] установить порядок.

Поэтому мы ударили туда, куда они не ожидали, [и] повернули войска на север. У множества Юань сломался желчный пузырь34, [и они] бежали, не сражаясь. Затем, двинувшись на запад, при нападении Чжан Сыдао и Ли Сычи уже лишились надежды, их мощь [и] сила ослабли, потому мы заняли не расходуя силы. Лишь один Ван Баобао всё более упорно сражался и противостоял войскам ничтожного35.

Если бы [я] заранее не разрешил вам занять столицу государства Юань, а [вместо этого] вступил в борьбу [с Ван Баобао], то он не лишился бы надежды, “как загнанный в угол дикий зверь, сопротивлялся бы изо всех сил”, мы взаимно испытывали бы мощь друг друга, и нельзя было бы знать, кто победит [или] проиграет. Положение дел в Ёулян и Шичэн было прямо противоположным. В Мин, Гуан [я] направил письма, умиротворив и приведя к порядку.

Ба, Шу храбрились полагаясь на труднодоступность, отдалённость местности. Всё это было делами незначительными. Вы со временем хотя бы немного поймёте тяготы ношения доспехов, шлемов [и] ведения войны.» Сюй Да и прочие, преклонив колени, поклонились [и] выразили благодарность.

Высший также обратился к высшим чиновникам двора издав приказ обсудить причину падщния государства Юань, каким образом ничтожный человек основал государство. Чэн-и-бай Лю Цзи сказал: «С древних времён не бывало, чтобы варвары могли властвовать над Срединным государством. Однако Ху основали Юань, войдя в Китай, стали хозяевами на несколько сотен лет. Небо поистине возненавидело грубые нравы зловонных варваров. Тем более [их] последний император чрезмерно предался внешнему блеску, законы пришли в упадок. Народ страдал под жадным [и] жестоким владычеством. Не потому ли неизбежно было падение [Юань]? Император, следуя воле Неба, отвечая чаяниям народа, будучи храбрым, но не совершая излишних убийств, спас народ от горестей огня и воды. Спасая страдающий народ, не встречая врагов на своём пути, разве не неизбежно было его возвышение?»

Высший сказал: «Во времена Юань император устраивал пиры для знати, высшие сановники притесняли низших, своевольничали, государственные расходы не соответствовали законам. Подати, налоги увеличивались день ото дня, наводнения год за годом не прекращались; Небо гневалось, народ негодовал, разбойники появлялись как рой пчёл, многие герои восставали, Чжоу провинции были ограблены.

Когда ничтожный человек впервые создал войско, думал лишь о самозащите, но по мере роста силы с каждым днем, стал воевать восток, наступать на запад, уничтожая главарей разбойников, подчинив земли. К тому времени Поднебесная уже не принадлежала Юань. Если бы правитель рода Юань глубоко почитал приказ Неба, не предавался развлечениям, его сановники усердно исполняли свои обязанности, кто осмелился бы под небом вести себя дерзко [и] самовольно, как могли бы выдающиеся герои воспользоваться случаем [и] восстать?

Я, ничтожный человек, отнял Поднебесную не у рода Юань, а у множества героев. Ныне его потомки пленены, Гоби умиротворена. Если бы Небо не даровало милости, как смог бы [я]? В Шицзин сказано: “Потомков государства Шан бесчисленно много, но так как Великое Небо уже издало указ, [то они] покорились Чжоу”. Таков небесный приказ. Почитайте и чтите его!»

ТЕКСТ ИСТОЧНИКА

北平錄

洪武元年秋七月，徵虜大將軍徐達、副將軍常遇春會諸將於臨清， 率馬步舟師進至通州。元主聞報大懼，集三宮后妃、太子同議，避 兵北行。詔淮王帖木兒不花監國，慶童為左丞相，同守京城。夜 半，開建德們出奔上都。達等至齊化門外，一鼓而克全城。時上都

恃紅蘿山為藩，紅蘿山恃上都為援，皆不設備。常遇春使人覘知

之，即以銳騎街枚，具十日糧，晝夜兼行。八月，破紅蘿山及上 都。元主遂遁去沙漠，駐應唱府。冬十月，捷至，詔改大都為北平

府。

二年，故元將擴廓帖木兒以兵犯蘭州。時元臣擁兵者皆次第降附， 惟擴廓帖木兒乘大軍之還，复烏合其眾，時為西北邊患。自以家世

封王，故又名王保保

三年春正月，復命徐達為徵虜大將軍，李文忠為左副將軍，馮國勝

為右副將軍，及鄧愈、湯和等徵沙漠。上問諸將曰：“元主遲留塞

外，王保保近以孤軍犯我蘭州，其志欲僥倖尺寸之利，不滅不已

今命卿等出師，則當何先？”諸將皆曰： “王保保之寇邊者，以 元主猶在也。苦以師直取元主，則保保失勢，可不戰而降也。”上 曰：“王保保方以兵臨邊，今舍彼而取元主，是忘近而趨遠，失緩 急之宜，非計之善者。吾意欲分兵為二道，一令大將軍自潼關出， 搗定西，以取王保保，一令左副將軍出居庸，入沙漠，以追元主， 使其彼此自救，不暇應援。況元主遠去沙漠，不意吾師之至，取之 必矣。事有一舉兩得者，此是也。”諸將皆悅服受命。

夏四月，徐達等兵至蘭州，王保保時已引去，達等乃追至定西，大 敗其眾，斬首無算。王保保遂棄城走漠北。五月，李文忠等兵至應 昌。元主前一月已（？）殂，其太子愛猷識理達臘僅以數騎北奔， 乃獲其皇孫買的里八剌及其后妃、寶冊等物，悉送京師。

六月，捷至。中書省上言，宜獻俘太廟，上以帝皇之後，有所不 忍，止令其具體俗服見。至日，上服皮弁禦奉天殿，百官具朝服侍 班。侍儀使引見，行五拜禮。見皇太子，行四拜禮。后妃朝坤寧 宮，命婦具冠服侍班。禮畢，俱賜以中國冠服，並給第宅廩餼。封 買的里八剌為崇禮侯，誥曰：“昔皇王之有天下，必封前代之子 孫，使作賓王家，其來尚矣。元失其政，四海紛爭，朕以武功，削 平群雄，混一區宇，為天下主，而買的里八剌買為元之宗孫。比 者遣將北征，爾祖已殂。既克應昌，爾乃來歸。朕念帝王之後，稽 古制，錫以侯封。爾其夙夜恭慎，稱朕優禮之意。”以元主不戰而 奔，克順天命，今殂，特諡曰順帝。且以后妃不能耐署，況北狄但 知食肉飲酪，敕中書省臣務使其飲食居第適宜。若其欲歸，當遣還 沙漠。

冬十一月，徐達、李文忠師還，至龍江，上親出勞於江上。達等奉 車駕還宮。越明日，乃率諸將各上《平沙漠表》。達表曰：“乾坤 宣五德之運，歷數在於一人。帝王開萬世之基，功業超於百代。干 戈載戢，文軌既同。欽唯皇帝陛下聖神合德，文武成能，天命所 歸，人心攸戴。拯黎民於塗炭，沛霖雨於焦枯。奮六師而江漢奠 安，揚九伐而荊蠻底定。旋收淮甸，遂略中原。齊魯十二之山河， 兼旬俱下，幽薊百年之腥穢，一旦廓清。既驅氈毳之群，遂復衣冠 之治。何我師之奏凱，而彼孽之再萌。掊兇鞠頑，敢寇攘於邊鄙， 乘間抵隙，乃賊害於忠良。蜂蠆之毒，豈可複遺，熊羆之師，惡容 不舉。臣等是用，只承明詔，恭行天誅。爰以今年四月之中，順至 定西之北，逼虜營而築壘，出峪口以陳兵。將校懷敵愾之心，士卒 憤超乘之勇。霆驅電掣，渠魁棄甲而遁逃，獸駭禽驚，虜眾望風而 降附。吐蕃抱罕之列陣，無不土崩，忙忽高昌之群酋，悉皆面縛。 山川為之輝震，草木為之昭蘇。壺漿之迎,無思不服,幅員之廣,有

德必歸。臣等仰遵廟算之成，幸獲大勳之集。治平有像，適遭千載 之期，功德難名，願祝萬年之壽。文忠表曰：»乾坤大一統，群生 荷覆載之恩，日月麗中天，萬國仰照臨之德。誕敷文教，而治具畢 張，繼楊武威，而妖氛頓息。臣民忻戴，海宇騰歡。欽唯皇帝陛 下，卓冠群倫，茂膺景運。皇圖啟祚，粵申命之自天，歷數在躬， 遂化家而為國。拯生民之墊溺，救亂世之劻勷。大鈞播而品物亨， 皇極建而彝倫敘。凡有血氣，莫不尊親。惟彼殘胡，敢行肆毒，竊 乘間隙，侵犯邊陲。赫怒皇心，用加天討。愛聲罪而致伐，乃鞠旅 以陳師。臣文忠賦質庸愚，托屬外戚。忝受副將之寄，慚無贊畫之 能。拜命闕庭，俾率熊羆之眾，總戎行陣，誓空胡馬之群。前度關 而興和之將即降，後出塞而駝山之兵旋衄。進開平乘破竹之勢，克 應昌奮覆巢之威。皇孫后妃，兩宮之貴人俱獲，玉璽金冊，歷代之 重器全收。皇風遠被於遐荒，胡運竟終於此日。凡茲勳庸之建，豈 因臣下之能茲，蓋伏遇皇帝陛下廣運如天，宏謨蓋世，明見萬里之 外，遂成千載之功。東日窟而西月底，莫非王土，南炎荒而北翰 海，共惟帝臣。一統太平，萬年悠久。 « 是日，禮成，達等退自 西階。皇太子、親王及文武百官各上表賀。

次日，上躬詣郊廟，大告武成。命大都督府、兵部錄上諸將功績， 吏部定勳爵，戶部備賞物，禮部定禮儀，翰林院撰制誥，以封功 臣。

又次日，上御奉天殿。皇太子、親王侍，丞相率文武百官列於丹陛 左右。上召諸將諭之，其略曰：»汝等其聽:朕今日定封行賞，非出 己私，皆仿古先帝王之典，籌之二年，以征討未暇，故至今日。思 昔創業之初，天下擾亂，群雄並起。當時有心於建功立業者，往往 無法以馭下，故皆無成。朕本無意天下，今日成此大業，有非人力 之所致，是皆天地神明之眷祐。然自起兵以來，諸將從朕，被堅執 銳，以征討四方，戰勝攻取，其功何可忘哉!是用報以爵賞，其新 附將帥之有功者亦如之。其次第皆朕所自定，至公而無私。如左丞 相李善長，雖無汗馬之勞，然事朕最久，供給軍食，未嘗乏缺。右 丞相徐達，朕起兵時即從，征討四方，摧強撫順，勞績居多。此二 人者，已列公爵，宜進封大國，以示褒嘉。餘悉據功定封。

《書》雲:德懋懋官，功懋懋賞。今日所定，如爵不稱德，賞不酬 勞，卿等宜廷論之，無有後言。”諸將皆頓首悅服。遂頒行爵賞。 封公者六人:宣國公李善長授開國輔運推誠守正文臣、特進光祿大 夫、左柱國、太師、中書左丞相，進封韓國公，食祿四千石。信國 公徐達授開國撫輔運推誠宣力武臣、特進光祿大夫、左柱國、太

傅、中書右丞相，進封魏國公，食祿五千石。綺帛各百匹。開平王

常遇春子常茂封鄭國公，

馮國勝封宋國公，李文忠封曹國公，鄧愈

封衛國公，俱授開國輔運推誠宣力武臣、特進榮祿大夫、右柱國，

並食祿三千石，綺帛八十匹。封侯者二十八人:湯和封中出侯，唐

勝宗封延安侯，陸仲亨封吉安侯，周德興封江夏侯，華雲龍封淮安

侯，顧時封濟寧侯，耿炳文封長興侯，陳德封臨江侯，郭興封鞏昌

侯，王志原封六安侯，鄭遇春封營陽侯，費聚封平涼侯，吳良封江 陰侯，吳貞封靖海侯，趙庸封南雄侯，廖（ ？） 永忠封德慶侯， 俞通源封南安侯，華高封廣德侯，楊璟封滎陽侯，康鐸封蘄春侯， 朱亮祖封永嘉侯，傅友德封潁川侯，胡均美封豫章侯，韓政封東平

侯，黃彬封宜春侯，曹良臣封宣寧侯，梅思祖封汝南侯，陸聚封河 南侯，俱授開國輔運推誠宣力武臣、榮祿大夫、柱國，其食祿及綺

帛各有差，並賜誥命鐵券

乃詔天下曰:“曩（？）者有元失馭，海宇紛爭。朕自布衣，奮身（ ？） 行伍，睹群雄之無力，遂率眾渡江，撫太平，定建業，選將 練兵，征討四方者幾二十年。荷皇天宗社之眷，山川百神之助，諸 將效謀，六軍用命，遂致華夏清寧，蕃夷臣服，一統之業，屬予一 人。今者班師振旅，定功封爵，朕重念諸將士委身暴露艱苦之狀， 欲加重賞，則天下守鎮之兵及京師護衛之士不下百萬，而民之資力 有限，是用計倉庫之所儲，度民力之所具，均其等第，崇爵祿， 頒金帛，以勞將臣。仍稽古制，定勳爵，俾其子孫世襲，軍士則 各賞白金十兩、錢六千。朕之此言，通於天地，昭布中外，咸使聞 知。”乃大宴諸功臣。

宴罷，因曰:“創業之際，朕與卿等勞心苦力，艱難多矣。今天下 已定，朕日理萬機，不敢斯須自逸。誠思天下大業，以艱難得之， 必當以艱難守之。卿等今皆安享爵位，優游富貴，不可忘艱難之 時。人之常情，每謹於憂患而忽於宴安，然不知憂患之來常始於宴 安也。明者能燭於未形，昧者猶蔽於已著。事未形猶可圖之，患已 著則無及矣。大抵人處富貴，慾不可縱，欲縱則奢，情不可佚，情 佚則淫。奢淫之至，憂危乘之。今日與卿等宴飲極歡，恐天下定而 忘其艱難，故相戒勉也。»

明日，魏國公徐達率諸將詣闕謝。上退禦華蓋殿，賜達等侍坐，從 容燕語曰:»今成一統之業，皆汝諸將功勞。»達等稽首曰:“臣等起 自畎畝，際風雲之會，每奉成算，出師致討，其次第如指諸掌。及 其成功，不差毫釐。此天賜陛下聖智，非臣等能與也。» 上曰:“

曩者四方紛亂，群雄競起。朕與卿等初起鄉土，本圖自全，非有意 於天下。及渡江以來，觀群雄所為，強者不能自責，剽者喜於戰 鬥，而皆無救人之心，徒為生民之患。其士誠、陳友諒尤為巨蠹。 士誠恃其財富，則侈而無節，友諒恃其兵強，則暴而無恩。朕獨 無所恃，唯不嗜殺，布信義，守勤儉，所恃者卿等一心，共濟艱 危，故來者如歸。嘗與二寇相持，人有勸朕先擊士誠，以為士誠切 近，友諒稍遠。若先擊友諒，則士誠必乘我後，此亦一計。然不知 友諒剽而輕，士誠狡而懦。友諒之志驕，士誠之器小。志驕則好生 事，器小則無遠圖。故友諒有鄱陽之侵，與戰宜速，吾知士誠必不 能逾姑蘇一步以為之援也。向若先攻士誠，則姑甦之城並力堅守， 友諒必空國而來，我將撤姑甦之師以御之，是我疲於應敵。事有難 易，此朕之所以取二寇固自有先後也。二寇既除，兵力有餘，鼓行 中原，宜無不如志。或勸朕蕩平群寇，始取元都，若等又欲直搗元 都，兼舉隴蜀，皆未合朕意。朕所以命卿等先取山東，次及河、洛 者，先聲既震，幽薊自傾。且朕親駐大樑，潼關之兵者如張思道、 李思齊、王保保皆百戰之餘，未肯遽降。急之，非北走元都則西走 隴蜀，並力一隅，未易定也。故出其不意，反旆而北。元眾膽落， 不戰而奔。然後西征，張、李二人望絕勢窮，故不勞而克，惟王保 保尤力戰，以拒朕師。向使若等未下元都而先與之角力，彼人望未 絕，困獸猶鬥，聲勢相聞，勝負未可知也。事勢與友諒、士誠又正 相反。至於閩、廣，傳檄而定，區區巴、蜀，恃其險遠，此特餘事 耳。若等可以少解甲胄之勞矣。”於是，達等皆頓首謝。

上又嘗命廷臣試言元之所以亡與朕之所以興。誠意伯劉基進曰:»自 古夷狄未有能製中國者，而元以胡人入主華夏幾百年，腥羶之俗， 天實厭之。況末主荒淫，法度隳壞，民困於貪殘，惡得而不亡? 陛 下應天順人，神武不殺，救民於水火，所向無敵，惡得而不興?» 上曰:“當元之季，君宴安於上、臣跋扈於下，國用不經，徵斂日 促，水早災荒，頻年不絕，天怒人怨，盜賊蜂起，群雄角逐，竊據 州郡。朕初起兵，欲圖自全，及兵力日盛，乃東征西討，削除渠 魁，開拓疆宇。當時天下已非元氏有矣。向使元君克畏天命，不自 逸豫，其臣各盡乃職，孰敢驕橫?

天下豪傑焉能乘隙而起?朕取天下於群雄，不在元氏之手。今獲其 遺胤，朔漠清寧，自非天之降福，何以至此!《詩》雲’商之孫 子，其麗不億，上帝既命，侯於週服’。天命如此，其可畏哉。”