Историческая память: научно-исторический и социокультурный аспекты

– память « рассматривается как « чувство про шлого » ( Р . Джонсон );

– « диалог , процесс создания значений », « со хранение прошлого в настоящем » ( П . Нора );

– « символическое представление о традиции и о прошлом , возникающее в контексте социаль ных действий » ( Д . Нерон )» [3 , с . 25].

В российской гуманитарной мысли внимание фокусируется на понимании культуры как внеге - нетической памяти , « внегенетической системы социального наследования » [4, с . 201]. А с точки зрения В . Б . Устьянцева , память « объединяет совокупность способов и алгоритмов познава тельной деятельности , раскрывающих историче ское прошлое » в рамках каждого конкретного социокультурного пространства [5, с . 415].

Ведя речь об амбивалентном характере истории и вычленении двух ее аспектов - научно исторического и социокультурного , нельзя обой ти стороной и вопрос взаимодействия историче ской и социальной памяти . Как подчеркивает И . Е . Кознова , в ИП « сильнее выражен ретро спективный аспект ; это - осознание своего места в историческом времени и пространстве », па мять является базой исторического сознания , которое , « в свою очередь , является частью об щественного », социокультурного сознания . Со циальная же память , по мнению И . Е . Козновой , имеет прямое отношение к поведенческим сте реотипам социального поведения , которые определяются социокультурными и культурно историческими факторами , закрепившимися в памяти и воспроизводимыми ею [3, с . 26-28].

Механизмом передачи общественно значимого опыта является социальная память , обнаружи вающая свои специфические особенности в дей ствии социокультурных кодов . Однако , сама по себе , социальная память способна лишь демон стрировать наличие этих кодов , не объясняя их научно . И вот здесь приходит на помощь истори ческое знание , переходящее к интерпретации природы исторических событий , явлений и функционирования законов социальной памяти в действии тех или иных культурных кодов .

Историческая память представляет собой , в определенной мере , сконцентрированное и направленное общественное сознание , отража ющее значимость и актуальность информации о прошлом в непосредственной взаимосвязи с настоящим и будущим . Как справедливо рассуж дает российский исследователь К . С . Романова , коллективная историческая память - это , от нюдь , не то , что историки говорят о прошлом . История , написанная профессионалами - историками , безусловно , представляет опреде ленную важность , но исключительно для не большой части общества . Зачастую , история , « написанная » историками , реализует какие - то идеологические задачи , « отражая определенные интересы власти для конкретного настоящего времени . Память - это не абстрактные знания каких - либо событий . Память - это жизненный опыт , знание событий , пережитых и прочувство ванных , отражающихся эмоционально . Коллек тивные же воспоминания - это набор действий и чувств , которые выходят за рамки историков - профессионалов » [6, с . 32].

Одно из определений памяти , соответствующих параметрам научного исторического знания , за ключается в том , что память - это универсаль ная созидательница и хранительница прошлого , которая наделена способностью пребывать во времени , ибо она « отбирает , хранит и воспроиз водит информацию » [7, с . 40].

Истинное историческое знание, как правило, стремится к некоторому идеалу - абсолютному, объективному знанию об историческом познании, социально-исторических детерминантах развития и собственно истории, какой бы она ни была в подлинной реальности, однако, продвижение к этому идеалу оказывается, обычно, осложнено наличием ряда научных, общественно-политических и социокультурных закономерностей. И одна из такого рода закономерностей сопряжена, по мнению Т.В. Пушкаревой, «с механизмами функционирования исторической памяти - явления, включающего в себя как результаты научного знания, так и все элементы «обыденного» исторического знания, представлений людей о своей истории, исторических событиях и личностях» [8, с. 149].

Кроме того , Т . В . Пушкарева пишет о том , что , собственно ИП , формируется и создается на двух уровнях - на теоретико - методологическом уровне - в рамках исторической науки , - с одной стороны , а также , на уровне обыденного социо культурного сознания - с другой стороны . При этом становится очевидным , что в столкновении этих двух уровней и происходит формирование исторического времени в собственном смысле слова . Ключевым фактором , оказывающим вли яние на данный процесс , является « человече ская коллективная память . Как прошлое может актуализироваться для индивида только через собственную память , так и история социума су ществует только посредством социальной памя ти » [8, с . 150].

Пионером рассмотрения соотношения истории как науки и исторической памяти стала научная монография французского ученого М . Ферро под говорящим названием « Как рассказывают исто рию детям в разных странах мира », в которой , применяя научную категорию « история », автор указывает на симбиотическую связь и неразрыв ность научно - исторического аспекта ( професси ональной истории ) и социокультурного аспекта ( повседневного и обыденного ). По мнению М . Ферро , именно неразделимость научного ис торического знания от коллективной социокуль турной памяти указывает на тот очевидный факт , что обе истории , оба аспекта накладыва ются и наслаиваются друг на друга , образуя определенное общее культурно - историческое поле текстуального содержания [9].

Проще говоря , историческое знание выступает как нечто общее ( история и исторические собы тия конкретного общества как единого целого ), в то время как культурно - историческое - это нечто особенное по отношению к научно историческому знанию , поскольку указывает на социокультурное пространство какого - либо со циального сообщества или группы . И , действи тельно , в этом плане , оба аспекта исторической памяти , с одной стороны , существуют как общее и особенное , как ядро и периферия , но с другой стороны - эти аспекты взаимосвязаны между собой . И если ядро истории - это такое инвари антное , объективное образование , включающее в себя совокупность исторических фактов и со бытий , являющееся общим для конкретно взято го общества в целом ; то т . н . периферия ( внеш ние слои ) функционирует в виде противоречиво го и многообразного проявления социокультур ного пространства исторической памяти в ее субъективном отражении .

Как замечает О.О. Дмитриева, зачастую, история и историческая память воспринимаются как си- нонимы, однако, история учитывает объективные ситуации прошлого и связана с историческим сознанием, что, по мнению исследователя несколько шире, нежели понятие «ИП» [10, с. 133].

Но более радикальным образом вопрос об исто рии и памяти был поставлен « новой историче ской научной школой » под непосредственным руководством другого французского исследова теля П . Нора . Инновационное историко методологическое мышление П . Нора и членов его группы было подробно изложено и издано в 1984 году в трудах « Места памяти » в четырех томах . По мнению исследователей , история имеет место быть и существовать не в форме некоего целостного образа , а в форме отдель ных мест и событий , что объясняется тем фак том , который гласит о том , что историческая па мять не сохранила общей неизменной и непре рывной картины истории , поэтому мы можем располагать только отдельными ее местами и событиями . Так , например , общество распола гает :

– национальными архивами и их данными ;

– памятниками , посвященными определенным историческим событиям и конкретным персонам , оставившим свой след в истории ;

– кроме того , даже такие создания человека , как язык , культура , символы и символические носители – воплощение исторической памяти в рамках исторического дискурса [11].

Интересно заметить , что П . Нора и коллеги из его группы дифференцируют « историю - память » и « историю - критику », историю « изучающую » ( научную ) и историю , « хранящую и передаю щую » ( социокультурную ). При этом обе истории , как « изучающая », так и « хранящая » оказывают друг на друга определенное влияние , ставя ре зультаты то истории « изучающей », то « храня щей » под сомнение в силу включения « истории - критики » [11].

В противопоставлении данных двух историй можно обнаружить и понять специфику оппози ционного противопоставления научного истори ческого знания и социокультурного , связанного с культурой . И культура , в таком контексте , рас сматривается как общественно - значимый опыт , который транслируется из поколения в поколе ние посредством языка , наглядного примера , демонстрации . В этом плане . Н . Л . Мысливец и О . А . Романов определяют историческую память