Изучение университетских органов студенческого представительства: состояние, проблемы, перспективы

Университет как образовательная органи-зация на протяжении всей своей берущей нача-ло в Средних веках истории неразрывно связан с обучающимися в нем студентами. И университеты XXI века с их массовыми студенческими движениями, реагирующими на разнообразные изменения образовательной политики на нацио-нальном или вузовском уровне [1], исключением не являются. Тем удивительнее, что в дискуссиях , касающихся структуры и практик управления университетами, студенчеству до сих пор уделяется сравнительно малое внимание, даже несмотря на развитие идей «распределенного управления» (sharedgovernance') [2]. Полноценное включение студентов в эти дискуссии может ока -заться весьма полезным. Иными словами, в процессе поиска оптимальных моделей универси-тетского управления получение новой точки опоры в виде более глубокого рассмотрения ро-ли студенческого представительства может по -мочь преодолеть неустойчивость существующих конструкций (опирающихся, как правило, исключительно на преподавателей и администраторов). В данной статье проводится подробный обзор ело -жившихся традиций понимания и исследования студенческого представительства в вопросах уни-верситетского и над -университетского управления , а также обсуждаются и намечаются пути развития этих традиций.

Как и многие другие общественные феноме-ны, студенческое представительство вызывает волнообразный интерес исследователей. Во многом это связано с внешними по отношению к уни-верситетам событиями и с актуальной социаль-но-политической и социально-экономической повесткой. Так, например, после периода высокой гражданской активности 1960-х наблюдался рост интереса к этой форме организации са-мостоятельной общественной деятельности сту-дентов, а несколько позднее, напротив, произошел спад внимания к ней. В одно время популярность приобретали эмпирические исследования, в другое - теоретические [3]. Так или иначе, к концу 2010-х годов в сфере изучения студенческого представительства уже сложился неплохо разра-ботанный концептуальный аппарат и сформиро-вались отдельные (достаточно глубокие) традиции эмпирических исследований [4]. Вместе с тем сегодня ощущается острая нехватка релевантных эмпирических исследований широкого круга на -циональных контекстов (в том числе и контекста российского) и университетских традиций, связанных со студенческим представительством, с его деятельностью и восприятием со стороны вузовских сообществ.

В данной статье четыре раздела. Логика их выстраивания подчинена планомерному освеще-нию исследовательских подходов к студенческому представительству, сгруппированных в соответствии с содержательным фокусом рассмотрения и нашим взглядом на него. В первом разделе речь идет об исследованиях студенческого предста-вительства как части так называемой студенчес-кой политики - совокупности форм и практик активного вовлечения студенчества в политические и социально-экономические процессы. Во втором разделе дан обзор исследовательских традиций, касающихся студенческого представительства как части системы высшего образования - национальной или мировой, осмысления студенческого представительства именно как образователь-ного феномена, в том числе в связи с трансформациями высшего образования самого по себе. Третий раздел посвящен университетским и на -циональным органам студенческого представи-тельства в компаративном контексте - в данном разделе приводятся перечень и характеристики эмпирических традиций изучения органов сту-денческого представительства, сгруппированных чаще всего по географическому признаку. В четвертом разделе критически анализируются рас -смотренные подходы, обсуждается актуальное состояние исследований студенческого представи-тельства и предлагаются ключевые направления будущих исследований.

Студенческое представительство как часть студенческой политики

Студенческая политика как широкий, зонтичный термин, объединяющий все институты и практики вовлечения или подготовки к вовле-чению студентов в действия, влияющие на те или иные социально-политические процессы, неизбежно включает разные, порой диаметрально различающиеся , элементы. Не в последнюю очередь сравнительно невысокий уровень внимания к те -ме студенческого представительства может быть объяснен подспудно возникающим затруднением в разграничении студенческого представитель -ства и другой важной составляющей студенческой политики - студенческого активизма. В чем же состоит их различие?

Студенческое представительство подразуме -вает организованное и институционализирован -ное участие студентов в процессах самоуправле-ния и соуправления университетами, национальными и международными системами высшего образования, иными общественными институтами с целью реализовать повестку деятельности, важную для студенчества как сообщества само -го по себе и как части более крупных сообществ.

Студенческий активизм, стремясь к той же цели, применяет принципиально иной арсенал средств: в противовес участию в институционализированных процессах он предполагает разра-ботку и проведение посвященных конкретным тематическим вопросам общественных кампа-ний, не связанных с существующими институтами , призванными вовлекать студентов в регу-ляризированные процессы принятия решений [5]. Студенческий активизм как явление привлекает большее внимание как общественности, так и исследователей . Он более заметен, так же, как в рамках политического анализа и политической науки на обыденном уровне куда популярнее яркие кам -пании, чем анализ текущей институциональной работы, а в рамках исторической науки на том же обыденном уровне куда популярнее история войн и правителей, чем история повседневной жизни людей. И как школа «Анналов» в свое время стала новым словом в исторической науке [6], так и изучение студенческого представительства, а не только студенческих движений и кампаний, становится важной частью изучения студенчес-тва, исследований молодежи, политической социологии и политической экономики высшего образования [4].

Студенческое представительство включает в себя достаточно большой спектр институтов -студенческие советы, студенческие парламенты, студенческие правительства, студенческие союзы и много других вариантов, зачастую обусловленных национальными или университетскими осо-бенностями, в том числе своеобразными «колеями зависимости». Сюда же примыкают и различные университетские институты «распределенного управления», участие в которых студентов также является примером студенческого представи-тельства [3-5]. Подробнее эти формы будут рассмотрены в следующем разделе, а пока важно отметить , что в контексте студенческой политики участие студентов в работе всех этих институтов важно не только с точки зрения процесса и не -посредственного результата, но и с точки зрения долгосрочных эффектов и последствий.

Именно такая постановка вопроса в иссле-довании институтов студенческого представи-тельства является одной из самых популярных. Органы студенческого представительства в ее рамках значимы не столько сами по себе, не столько своей текущей деятельностью, сколько ролью в развитии личности студента, в его политической социализации, в подготовке к дальнейшему активному участию в жизни общества, в каком-то смысле - в воспитании гражданственности в качестве «питомника гражданской добродетели» [7].

Надо отметить, что в рамках традиции изучения студенческого представительства с точки зрения долгосрочных эффектов и последствий ис-пользуются два ключевых подхода.

Первый подход (его можно назвать демократическим консеквенциализмом) наиболее разработан теоретически, а также широко распространен в эмпирических исследованиях на материа-ле западных, особенно англосаксонских, стран и подразумевает рассмотрение эффекта участия в студенческом представительстве, участия, стимулирующего формирование и развитие демокра-тических ценностей. Этот подход включает изучение двух феноменов: участие в студенческом представительстве в пассивной роли избирате-ля / наблюдателя и участие в студенческом представительстве в активной роли одного из его ли -деров. Первый феномен связан с формированием будущего гражданина и ценностей его участия в социальной и политической жизни (голосование на выборах и иные конвенциональные фор -мы политической активности). Многочисленные исследования, основанные на опросных данных, в целом подтверждают теоретически выдвигае-мые представителями данного подхода гипоте-зы. Да, стабильное участие обучающихся в выборах университетских органов студенческого представительства оказывается устойчиво свя-зано с уровнем осознанности политического по -ведения и политической культуры в дальнейшем, во «взрослой» жизни [8-10]. Второй феномен связан с формированием у обучающихся лидерских качеств в структурах университетского студен -ческого представительства и потенциального проявления этих качеств в дальнейшем у этих же людей, но уже в роли лидеров иного масштаба -социальных и политических движений и инсти-тутов. Здесь эмпирически уловить эффект по причинам достаточно большой его длительности во времени довольно сложно, но и это в целом получается у некоторых исследователей. Общий результат их работ позволяет говорить о подтверж-дении данных гипотез на материале западных стран [11-14]. Дополнительным свидетельством может являться тот факт, что бэкграунд многих политических лидеров довольно часто включа-ет в себя опыт лидерства в органе студенческого или ученического представительства в универси-тете или старшей школе.

Второй подход (его можно было бы назвать в узком и контекстуальном смысле политическим реализмом) в плане теории разработан несколько хуже. Он базируется в основном на эмпирических исследованиях,- но в них нет недостатка . Представители данного подхода акцентируют свое внимание на критическом рассмотрении тех эффектов, что дает обучающимся участие в студенческом представительстве, с учетом окружения , в границах которого осуществляется это участие, существующих связей и зависимостей. Несколько упрощенная аналогия такова: как институциональная экономика в качестве учебной и научной дисциплины поднимается над микро -экономикой за счет рассмотрения трансакцион-ных издержек и контекста взаимодействия акто-ров [15], так и политический реализм в границах изучения студенческого представительства вклю-чает в сферу своего рассмотрения связи органов и систем студенческого представительства с по -литическими партиями, общественными организациями и государством, особенности политического участия в обществе, его ценности, фрагментацию и другие характеристики. В отличие от традиции демократического консеквенциализ-ма традиция политического реализма гораздо бо-лее популярна вне западного мира - в азиатских и африканских странах институты студенческого представительства довольно часто оказываются сращенными с политическими партиями [16-19] и, в определенных случаях,-с религиозными объединениями [20, 21]. Некоторые исследования даже фиксируют падение в опросных данных уров-ня приверженности демократическим ценностям вслед за участием в органах студенческого пред -ставительства - в тех случаях, когда эти органы очень тесно связаны с религиозными и национа-диетическими организациями [20, 21]. В контексте изучения взаимовлияния студенческого пред -ставительства и институциональных форм орга-низации молодежи, заложенных в университетах еще в советское время и зависевших от господ -ствовавшей политической партии, в этой традиции работали и российские исследователи [22].

Надо отметить, что рассмотрение политических партий и их связи со студенческим представи-тельством также характерно и для некоторых ис-следований континентально-европейских систем студенческого представительства (к примеру, немецкой) [23]. В целом исследования, выполненные в традиции политического реализма, не отвергают роли студенческого представительства в поли -тической социализации студентов, но предусматривают более комплексный взгляд на то, какими могут быть эффекты этой социализации - включающими в том числе установление связи с по -литическими партиями, развитие не только демократической , но и авторитарной политической культуры, а также значительной палитры смешанных политических культур, обусловленных спецификой национальных политических систем. Речь больше не идет о чистом развитии ценностей де -мократического участия и ответственного голосо-вания на выборах,- политическая социализация понимается здесь куда более широко.

Оба подхода к рассмотрению роли органов студенческого представительства в политичес-кой социализации, впрочем, базируются на фундаментальной важности выборов в них (либо иных процессов их формирования). Как в рамках демократического консеквенциализма, так и в рамках политического реализма именно вы -боры - в контексте наработки опыта участия в них с разных сторон и в разных ролях - являются одним из ключевых элементов студенческого пред -ставительства и его важности для дальнейшей по -литической социализации студентов (что, конечно, не умаляет важности и других элементов, к примеру делиберативной дискуссии, опыта в принятии решений и т. д.- в особенности в рамках демократического консеквенциализма).

Итак, еще раз отметим: общим и самым первым элементом двух этих концепций являются именно выборы. Поэтому вполне закономерно, что изучению самого феномена выборов в органы сту-денческого представительства тоже посвящена от -дельная исследовательская традиция. В целом она опирается, конечно, на опыт электоральных исследований в рамках политической науки - в ней накоплен немалый багаж гипотез о том, какие факторы влияют на участие избирателей в выбо-рах и на их голосование за тех или иных канди-датов. Эти гипотезы суммируются в три основных направления - социологическое [24] (предусматривающее связь голосования прежде всего с характеристиками социального статуса индиви-да и принадлежности его к социальным группам), социально -психологическое [25] (связывающее голосование в основном с близостью общих взгля-дов и ценностей избирателя и кандидата) и рационально -инструментальное [26] (обосновывающее зависимость голосования от оценки работы кан -дидата и ожиданий от ее проведения, в том числе - в контексте совпадения или расхождения позиций по конкретным вопросам). Разумеется, это деление во многом условно, и значительная часть электоральных исследований опирается на гипо -тезы из разных направлений, но в рамках приложения этих теорий к задачам анализа выборов в органы студенческого представительства край -не весомыми оказываются гипотезы социологи -ческой теории. А именно - групповая принадлежность кандидатов и избирателей, общность по тем или иным признакам, касающимся социального и формального статуса (вплоть до однокурсников и одногруппников, а то и просто друзей), а не общность взглядов, позиций и ценностей [27-29]. С другой стороны, в объяснении участия самого по себе (то есть явки на выборы) обнаруживают свою применимость многие мо-дели из господствующего в этой части полити-ческой науки рационально-инструментального мейнстрима. Так, явка на студенческие выборы, аналогично явке на выборы политические, часто оказывается связана с балансом выгод и издержек, получаемых избирателем от участия в голосова-нии (удобство интерфейса голосования, необходимость затрачивать дополнительные усилия для не -го, «цена индивидуального голоса» и другое) [3033]. В сфере студенческих выборов также особое внимание уделяется влиянию социальных сетей и интернет -СМИ - тренд, который, впрочем, стал характерен в последние годы и для изучения вы -боров в целом [34-36].

Все эти направления исследований помога-ют понять функционирование выборов в органы студенческого представительства как института: от чего зависит и к каким эффектам может приво-дить работа этого института и как он в конечном счете формирует соответствующее пространство студенческой политики.

Студенческое представительство как часть системы высшего образования

Студенческое представительство может рас -сматриваться и с других точек зрения. В частности , в контексте его роли в рамках системы высшего образования, с позиций взаимодействия как с университетами, так и с органами государственного управления. И ключевые разграничения здесь связаны с фундаментальным подходом к пониманию роли студентов и представляющих их мнение органов в университете в целом.

Существуют три основных широких подхода к этому пониманию, и каждый из них включает ряд разновидностей.

Первый из этих подходов - консьюмеризм. Он в целом предусматривает понимание студен -та и его отношений с университетом в экономи-ческой логике, но и вариантов этой логики, и разновидностей консьюмеризма довольно много. В качестве основных вариантов можно выделить следующие: студент как покупатель образовательных услуг; студент как менеджер с задачей оптимизации полезности затрачиваемых на его обу-чение средств; студент как производимый университетом товар. Нетрудно заметить, что любой из указанных вариантов предусматривает лишь очень ограниченную возможность студенческого представительства, выраженного, скорее, в некой форме, сходной с обществами защиты прав потребителей (в первом варианте) или отдельными версиями профессиональных союзов со значитель-ным ограничением возможных сфер деятельности работников (во втором варианте). Третий вариант -понимание студента как товара, который выпускает университет,- по сути, полностью закрывает возможность студенческого представительства по причине отрицания студенческой субъект -ности в принципе, восприятия студента лишь как объекта деятельности университета [37-40].

Второй подход, который многими противопоставляется консьюмеризму, принято называть коммунитаризмом. Его логика состоит в понимании студентов как равных и полноправных членов университетского сообщества. Конечно, в большинстве случаев в контексте этого подхода речь идет не о равенстве индивида-студента индивиду -профессору, а, скорее, о равной важности мнений студентов, преподавателей, научных работников , представителей администрации и др., каждое из которых должно учитываться университетом при выработке управленческих решений. Стоит отметить, что именно в рамках этого подхода возможности студенческого представительства ока -зываются наиболее широкими, поскольку студенты рассматриваются как полноправные чле-ны университетского сообщества [38, 41, 42].

И консьюмеризм, и коммунитаризм представляют собой крайности. Между ними располагается третий ключевой подход к пони -манию роли студента в университете и его возможности на что-то в нем влиять. Это - демократический реализм, или партнерство (во избежание потенциальных неудобств в связи с тем, что в предыдущем разделе статьи нами был вве-ден термин «политический реализм», в дальнейшем мы будем использовать только термин «партнерство »). Попутно отметим, что в рамках изучения вовлечения студентов в учебный процесс выделяются несколько схожих с партнерством ти-пов (например, трансформативный тип). Эти типы в данной статье не рассматриваются, поскольку они не связаны с представительством.

С коммунитаризмом партнерство схоже в том, что признает студентов частью университетско-го сообщества, а с консьюмеризмом - в том, что не дает студентам равноправия и предусматри-вает их заведомо подчиненное положение в уни-верситетском сообществе. Студенчество в рамках этого подхода не объявляется равным преподава-телям или научным сотрудникам, но признается частью, «младшим партнером» (откуда и проистекает термин «партнерство») сообщества в целом , с обоснованными правами и интересами. Студенческое представительство при таком под -ходе сильно зависит от конкретной конфигурации сил как в студенческом сообществе, так и в преподавательском и в административном сообще-ствах (отношения «младших» и «старших» партнеров), но в целом его рамки могут предусматривать многое [38, 39, 42, 43].

Вооружившись этой классификацией подхо-дов, касающейся, строго говоря, не только студенческого представительства, но и понимания роли студентов в университетах в целом, можно перейти и к обзору подходов, призванных очертить варианты и проблемы университетского и над -университетского взаимодействия именно со сту-денческим представительством, его восприятия со стороны системы высшего образования.

Говоря об университетском уровне, прежде всего следует отметить выделяемую М. Клеменчич и объясняющую динамику развития органов студенческого представительства дилемму логики влияния и логики членства. Она заключается в том, что студенческое представительство всегда вынуждено находить точки балан-са между ростом взаимодействия с университет -ской администрацией (логика влияния) и ростом взаимодействия с рядовыми студентами (логика членства) [5, 44]. Потеря баланса и доминирование одной из этих логик в долгосрочной перспективе приводят к метаморфозе студенческого предста-вительства. При доминировании логики влияния студенческое представительство превращается в подразделение университета (то есть в выполняющий функции внешнего управления и не свя-занный со студенческим сообществом реальными отношениями подотчетности орган), а при доминировании логики членства - в студенческий активизм (то есть в потерявший функции институционального влияния на повестку сообщества и живущий только внеинституциональными те -матическими кампаниями орган).

Что же касается вариантов взаимодействия университета со студенческим представитель -ством, то выделяют обычно три (хотя есть и классификации с большим числом): авторитарно-патерналистский , демократически-коллегиальный и менеджериально-корпоративный [44]. Первый вариант предусматривает взаимодействие со сту-денческим представительством с более высокой позиции и априорное представление студентов в роли подопечных без значимой возможности заявить какой-либо свой голос, кроме (в отдельных ситуациях) голоса совещательного. Второй вариант, напротив, ориентирован на коллегиальное взаимодействие и включение студенческого представительства в процессы обсуждения и при -нятия решений на основе принципов транспарент-ности и демократичности. Третий же вариант построен на логике не политической (авторитарной или демократической), а экономической (или ме-неджериальной): если для эффективного управления университетом включение студенческого представительства в определенные процессы ока -зывается полезным, то это делается; в тех же случаях , когда управленческая эффективность такого решения неочевидна, оно имплементировано не будет. Как можно видеть, соотношение этих подходов с обозначенными выше логиками вое -приятия студента в университете не всегда од -позначно - если демократически-коллегиально-му подходу к студенческому представительству в целом соответствует, скорее, логика коммунитаризма , то в остальных случаях возможны разные варианты сочетаний. Инструментально студенческое представительство в университетских решениях может быть выражено, в российских образовательных институциях, в виде участия в деятельности ученых советов, ректоратов, дисциплинарных комиссий, комиссий по урегулированию споров, комиссий по переводу студентов с платного обучения на бесплатное; в академических совещаниях по организации учебного процесса; в различных органах управления факультетов, подразделений , образовательных программ и т. д. Само по себе наличие формального членства студентов в этих органах, конечно же, ничего не гарантирует : все зависит от того, насколько это участие реализуется и насколько оно эффективно. В целом можно считать, что эффективное участие в общих органах университетского сообщества вроде уче-ного совета или академических советов подраз-делений свидетельствует о присутствии демокра-тически-коллегиального подхода, в то время как эффективное участие в специализированных ор-ганах вроде разнообразных профильных комис-сий и комитетов свидетельствует о присутствии менеджериально-корпоративного подхода.

Переходя от университетского уровня к на -циональному, в рамках общей государственной образовательной политики можно выделить не -сколько подходов к работе со студенческим представительством: плюралистский, корпоративистский , неокорпоративистский, а также государственнический [45-47].

Плюралистский подход подразумевает инсти-туционализированное и признаваемое государ-ством существование многих, в том числе конкурирующих между собой, органов студенческого представительства, каждый из которых получает признание и тот или иной доступ к ресурсам, связанным с официальным статусом.

Корпоративистский и неокорпоративист-ский подходы, напротив, целенаправленно отдают пальму первенства, признанный статус и привилегии только одному органу представительства или очень небольшому их количеству. Различие между этими подходами заключается в степени вмешательства государства: в корпоративистской модели оно активно воздействует на систему сту-денческого представительства в своих интересах, а в неокорпоративистской лишь признает нервен -ство за определенным органом, предоставляет ему статус и ресурсы и не вмешивается в его работу.

Что же касается государственнического под -хода, то он не предусматривает никаких (по крайней мере, признаваемых государством) институтов студенческого представительства на националь-ном уровне - вся образовательная и социальная политика в отношении студенчества определяет -ся только исходя из приоритетов государствен -ной политики, без учета собственного мнения студентов.

Необходимо отметить, что механизмы всех этих подходов могут работать как в формальном, так и в неформальном режиме (в контексте признания органов студенческого представительства со стороны государства, предоставления им доступа к тем или иным ресурсам, в том числе возможности принимать участие в формировании образовательной политики). Это тоже обуславливает определенные особенности каждой форми-рующейся в рамках этих классификаций нацио-нальной модели.

Кроме общих концептуальных рамок, которые предоставляет рассмотрение студенческо-го представительства в контексте функциони-рования системы высшего образования, необходимо также обозначить и актуальные факторы трансформации этой системы, напрямую влияющие на него. В частности, речь идет о том, что современные тренды массовизации и маркетиза-ции высшего образования, распространения нового менеджериального подхода в его управлении в полной мере коснулись и систем студенческого представительства, а также подходов университетских администраций и национальных прави-тельств к работе с ним. Органам студенческого представительства становится все сложнее ис-кать баланс в рамках дилеммы логики влияния и логики членства, многие из них все чаще отдают предпочтение логике влияния, что выражается в тенденции к «профессионализации» составов студенческих представительств и их отрыву от «низового» общения со студентами. А распространенность демократических и коммунитарист -ских моделей взаимодействия университетских администраций со студентами и студенческим представительством постепенно снижается - данные модели все чаще уступают свое место различ-ным разновидностям менеджериально-корпоративных , консьюмеристских и партнерских подходов [3, 4, 48, 49].

Изучение университетских и национальных органов студенческого представительства в сравнительной перспективе

В двух предыдущих разделах были сформу-лированы и охарактеризованы основные подходы и традиции исследований в рамках изучения фе-иомена студенческих органов представительства. Для того чтобы получить полную картину, остается рассмотреть ключевые традиции эмпиричес-ких исследований непосредственного функциони-рования этих органов. Если выделять эти традиции на национальном уровне, то классификация будет слишком детальной, поэтому для удобства рассмотрим их на примере трех основных групп, выделение которых обусловлено некоторой об -щностью проблем и задач соответствующих ис-следований. В качестве первой группы выступают англосаксонские страны, в качестве второй - развивающиеся страны глобального Юга, в качестве третьей - страны континентальной Европы.

Отличительной чертой исследований сту-денческого представительства в англосаксонских странах (США, Великобритания, Австралия и др.) является практически полностью преобладающий университетский фокус - национальные системы в целом там почти не изучаются, зато исследований по данным конкретных образователь-ных организаций и их небольших групп доволь-но много. Без особого преувеличения можно сказать , что эта исследовательская традиция - самая богатая. Она включает и изучение эффектов студенческого представительства в политической со -циализации (в рамках демократического консек-венциализма) [8, 10, 11], и подробное изучение выборов в органы студенческого представитель -ства [10, 28, 30, 31, 34], и очень подробные дискуссии о «наступлении» консьюмеристского дискурса в высшем образовании и о связанных с этим трансформациях органов студенческого предста-вительства [39-41, 45, 48, 49]. А также - множество исследований внутреннего функционирова-ния этих органов - в основном с использованием качественных данных (интервью и фокус-группы с участниками органов студенческого представи-тельства) [48-51], но в отдельных случаях - и количественных (опросы, количественный анализ тематического содержания протоколов) [10, 52]. Конечно, такое разнообразие исследований не означает отсутствия направлений для развития - как уже было отмечено ранее, в этих странах используется лишь ограниченная часть предназначенных для данного исследовательского поля концептов и теорий (например, вне зоны внимания остается политический реализм), но даже в таких условиях англосаксонская традиция изучения студенческого представительства остается самой разработанной.

У развивающихся стран глобального Юга (Индия, Ближний Восток, Восточная Азия и др.) специфика и фокусы соответствующих исследований несколько иные. Очень большое внимание, как мы уже говорили, уделяется механизмам связи с политическими [16-19] и религиозными [20, 21] акторами страны и трансформирующимся из-за этих механизмов характеристикам политической социализации студентов в рамках деятельности институтов студенческо-го представительства. Как и в англосаксонских странах, в странах глобального Юга чаще преобладает университетский фокус рассмотрения, но при этом значительная часть исследований посвящена обобщениям и выводам, выходящим на национальный уровень. Характерным примером является Индия со множеством исследова-ний, посвященных имплементации решений специальной правительственной комиссии 2006 года, призванной разрешить проблему связи выборов в студенческие органы представительства с ячей -ками политических партий [16, 17].

Кроме того, именно университетам этих стран посвящено много исследований, связанных и с выборами в органы студенческого представи-тельства (в основном количественных) [27, 29, 33, 35, 36, 53, 54], и с изучением внутренней структуры их работы (в основном качественных) [46, 55, 56], методологически, в целом, соответствующих аналогичным по тематике работам по англосак-сонским университетам. Несмотря на очевидные пробелы (к примеру, в рамках использования теоретике -концептуального аппарата при изучении способов взаимодействия университета со студен -чеством), традиция анализа студенческого представительства во многих развивающихся странах представляется, таким образом, тоже достаточно развитой.

Что же касается стран континентальной Европы (Германия, Польша, Франция и др.), то традиции исследования студенческого пред -ставительства в них довольно сильно отличаются от традиций, освещенных выше. В первую очередь , здесь преобладает национальный или наднациональный уровень анализа [32, 41, 45, 57-62]: чаще исследуется система студенческого пред -ставительства в стране или Европейском Союзе целиком, а конкретные университеты приводятся в качестве примеров и рассматриваются в описательных статистиках. Встречаются и исследования , позволяющие перевести обобщение результатов со странового формата на формат мировой [58, 61, 63]. Вторая важная особенность связана с рассмотрением эффекта политичес-кой социализации. Причем, что интересно, как в рамках демократического консеквенциализ-ма (пожалуй, именно немецкий пример студенческого парламента в послевоенном Западном Берлине стал одним из самых интересных в кон -тексте развития и закрепления демократических ценностей будущих граждан [12]), так и в рамках политического реализма [23] (в Германии и других странах у студенческих парламентов, в том числе на уровне отдельных университе-тов, есть связи с действующими в стране политическими партиями). В целом же континентально -европейская традиция изучения студенческого представительства, как это ни парадоксально, представляется несколько менее развитой, чем прочие (по крайней мере, в сравнении с англосаксонскими странами и странами глобально -го Юга). С другой стороны, иные регионы мира, в том числе постсоветские страны, не имеют сейчас и такой исследовательской традиции.

Россия на этой мировой карте стоит особня-ком. Системы студенческого представительства в разбираемом в данной статье институциональ-ном понимании в нашей стране и в ее университе-тах касается считаное число исследований (в частности , [22, 64]). В работе [22] даже предпринята попытка обосновать состояние системы студен -ческого представительства в России с опорой на эффекты колеи зависимости от построенной еще в советский период истории системы профсо-юзных комитетов. В частности, с этим, по мнению авторов данной работы, связано слабое развитие спектра полномочий и функций россий-ских органов студенческого представительства и преобладание в его рамках функций, связанных с перераспределением материальных благ (стипендий , путевок на отдых и т. п.), а не с академическими правами студентов. Но раскрытие этой темы не было продолжено (после написания и выхода работы [22] в России осуществлялись серьезные трансформации в высшем образовании и в студенческом представительстве в том числе; в первую очередь, под влиянием нового регулирующего федерального закона, гарантировавшего полномочия в сфере локальных нормативных актов и дисциплинарных взысканий), и данные с выводами предшествующих исследований оста -лись сфокусированными на анализе географичес-ки обособленных университетских зон, не касаясь систем представительства на более широ-ких университетских выборках либо на уровне страны в целом. Вместо этого в российской науке достаточно широко представлены исследова-ния, касающиеся не студенческого представительства как социального института и одного из акторов в процессах университетского управ -ления, а студенческого самоуправления как одной из форм организации педагогической и воспита-тельной работы вуза со студентами. Фокус этих исследований как бы переворачивается по отно-шению к предмету настоящей статьи и разбира-ющимся в ней примерам: многие отечественные исследователи изучают, как и в рамках каких механизмов университет может с педагогической точки зрения организовать студентов и повли-ять на них, а не то, как сами студенты в рамках своей институционально организованной актив -ности могут повлиять на университет (например , [65-68]). Небольшое число исследований также посвящено эффектам политической социали-зации, но только в контексте демократического консеквенциализма и на уровне теоретического анализа (например, [69]).

Исследования студенческого представительства: обсуждение направлений развития и достигнутых успехов

Состояние исследовательского поля, связанного со студенческим представительством, производит двойственное впечатление. С одной стороны , есть очевидные успехи, и за последние пару десятилетий наука шагнула далеко вперед, а с другой - до сих пор остаются зияющие лакуны , которые только предстоит заполнить.

Безусловным успехом в изучении студенчес-кого представительства последних десятиле-тий стал детально проработанный концептуаль-но-теоретический аппарат, связанный с именами Ф. Альтбаха [1], М. Клеменчич [3-5, 43-45], Т. Люшера [18, 38], Р. Брукс [39, 41, 48, 51] и других исследователей. Соотношения понятий «студенческая политика», «студенческое представительство » и «студенческий активизм»; политэко-номические дилеммы, встающие перед органами студенческого представительства; рамки, в которых может осмысляться взаимодействие с ними университетских администраций и национальных правительств,- без всего этого был бы невозможен и бум эмпирических исследований студен -ческого представительства, который наблюдался в последние 1-2 десятилетия в части государств мира (в особенности в англосаксонских и развивающихся странах).

Важным успехом можно считать и хорошо разработанную традицию качественных иссле-дований практик функционирования органов сту-денческого представительства. В рамках интервью , фокус-групп и в некоторых онлайн-опросах с открытыми ответами исследователи во многих университетах и странах мира спрашивали сту-дентов, выпускников, членов университетских администраций о том, как они воспринимают органы студенческого представительства, как работают с ними и в их составе. Результаты этих опросов легли в основу множества исследователь -ских статей и кандидатских диссертаций (см., например , [39-41, 46, 48-51]).

Наконец, нельзя не отметить успех «импорта» определенных гипотез и методов политической науки, связанных с анализом выборов,-их применение при изучении выборов в органы студен -ческого представительства позволило многое объ-яснить в закономерностях участия студентов в та -ких выборах и голосования на них.

Вместе с успехами ясно видны и факторы, исходя из которых можно говорить о потенциальных направлениях изучения студенческого представи-тельства (по большому счету, этих факторов тоже три).

Самым существенным фактором является ме-тодологический фокус большинства эмпиричес-ких исследований студенческого представитель -ства: практически все они ориентированы только на восприятие (в интервью или опросе) работы или выборов органов студенческого представи-тельства, но не с самой их деятельностью или самими выборами как эмпирическими фактами. К сожалению, пока что существует достаточно мало позитивистских исследований, изучающих студенческое представительство на эмпиричес-ких и фактологических данных. Существующие исследования, по сути, мало говорят о том, как работают студенческие советы и правительства или как голосуют студенты на их выборах,- вместо этого они говорят о том, как люди воспринимают эту работу и это голосование и как артику -лируют в дальнейшем свое восприятие. Развитие не только конструктивистско-интерпретативист-ской, но и фактологически-эмпирической линии исследований может дать очень большой прирост знаний о студенческом представительстве.

Второй фактор заключается в крайней неод-нородности странового и - шире - географического охвата университетов и студентов, становящихся объектами исследовательского интереса. Как отмечалось в предыдущем разделе, три ключевые географически сгруппированные традиции изуче-ния студенческого представительства относятся к некоторым англосаксонским странам, развивающимся странам Азии и Африки и странам кон -тинентальной Европы. Но, во-первых, даже внутри этих групп в фокусе внимания оказываются далеко не все страны (особенно страны развивающиеся). Во-вторых, вне этих групп остается довольно много стран. Особенно ярким белым пятном с почти отсутствующим списком опублико-ванных исследований на карте изучения систем и органов студенческого представительства вы -глядят Россия (исключением являются только несколько исследований, например [22, 64]) и все республики бывшего СССР в целом. Все это, к сожалению , способствует тому, что в рамках изучения студенческого представительства мы мо-жем пропускать важные закономерности, которые будут видны именно на материале тех стран, в которых сейчас эти исследования не очень рас -пространены. Сейчас, например, мы видим много интересных с точки зрения политической социа-лизации эффектов политического реализма на ма-териале развивающихся стран, но если бы этих исследований не проводилось, мы так бы и оставались при рассмотрении долговременных эффек-тов воздействия студенческого представительства на общество лишь в рамках системы взглядов де -мократического консеквенциализма.

Третий фактор таков: аппарат, используемый для анализа студенческого представитель -ства, практически не предусматривает опыта изучения его эмпирического соотношения со смеж-ными феноменами: со студенческим активизмом и с представительством других частей универ -ситетского сообщества. Концептуально представительство и активизм противопоставляются как институциональное и неинституциональное учас-тие с одинаковыми целями. Однако в практике работы, как известно из дилеммы логик членства и влияния, студенческое представительство , гиперболизируя, постоянно ищет баланс между превращением в студенческий активизм и превращением в университетское подразделе -ние. И если рассмотрению феномена «профессионализации » и уменьшения «низового» общения студенческих правительств со студентами уже посвящен ряд исследований [3, 49], то возможностям обратной трансформации (которая в рамках динамики известной дилеммы тоже возможна и иногда - разумеется, реже, чем обратная,- случается) внимания практически не уделяется, причем как теоретически, так и эмпирически (очень слабо связанным с данной темой можно счи-тать только то, что в некоторых исследованиях изучается, какие лозунги - зачастую упрочивающие именно функцию представительства, репрезентации интересов - выдвигаются студенческими союзами в ответ на «наступление» консьюмеристского дискурса в высшем обра-зовании [39, 48]). Это ведет к тому, что потенциально очень важная и, по сути, прямо дополняющая одну из мейнстримных для изучения тем линия трансформации студенческого предста-вительства оказывается вне исследовательского внимания. Аналогично обстоит дело и с соотношением студенческого представительства с пред -ставительством других частей университетско-го сообщества, в первую очередь - преподавателей : четкий концептуальный аппарат здесь пока отсутствует, разработана в основном лишь линия взаимодействия «студенты - администрация», но не «студенты - преподаватели».

Таким образом, перспективные направления для будущих исследований в сфере студенческого представительства, заполняющие те лакуны, которые на текущий момент существуют, выглядят следующим образом.

Во-первых, это изучение ситуации в России и странах бывшего СССР, а также в слабо покрытых на данный момент соответствующими ис-следованиями странах Восточной Азии, например Китая - без них мировой обзор этих подходов в рамках национальных и университетских обра-зовательных систем является неполным.

Во -вторых, методологическая диверсификация и отказ от использования исключительно конструк-тивистского подхода, работа не только с представлениями , но и с реальными данными о функционировании органов студенческого представитель -ства и выборов в них, в том числе с привлечением подходящего инструментария из иных социально -экономических наук и математической статистики.

В -третьих, разработка и изучение теоретической и эмпирической взаимосвязи студенчес-кого представительства со смежными явлениями студенческого активизма (в том числе как одной из крайностей в рамках балансирования внутри дилеммы логик влияния и членства) и представительства преподавателей.

И, наконец, в-четвертых, весьма перспективным представляется углубленное изучение выбо-ров в студенческие советы и правительства с при -целом на дальнейшее «возвращение долга» политической науке. Если какие-то гипотезы, сложно проверяемые на материале политических выборов, удастся проверить на материале выборов студен -ческих (для которых сбор данных в определенных ситуациях представляет меньше затруднений), это будет большой удачей и вкладом в проблемати-ку электоральных исследований (по крайней мере , местного и регионального уровней).

Заключение

Традиции исследований студенческого пред -ставительства за последние два десятилетия заня-ли прочное положение на Олимпе исследований студенческой политики и высшего образования. Разработанный концептуальный аппарат и мио-жество эмпирических исследовательских работ, выполненных на материале разных стран, позволяют говорить о том, что данная сфера исследований состоялась и подтвердила свой статус. Разумеется, будущее этой сферы нельзя назвать беспроблем-ным и безоблачным: существуют потенциальные проблемы в монополии господствующей сейчас в этих исследованиях эмпирической методоло-гии, в отдельных элементах теоретического аппарата и, конечно, в крайне неравномерном географическом охвате тех университетов и стран, которые сейчас изучаются в рамках этого направления.

В данной статье не только приведен подроб-ный обзор концептуально-теоретического аппарата применительно к студенческому предста-вительству и существующим в этой сфере ис-следованиям, но и проанализированы текущие успехи и неудачи в его развитии, а также предложены и намечены направления совершенство -вания на будущее, призванные решить существующие проблемы. Стоит отметить также важное обстоятельство, которое в ближайшие годы должно значимо повлиять как на высшее образо-вание, так и на многие его исследования,-эпидемия COVID-19 привела к необходимости очень быстрого, аврального и тотального перевода образовательных и административных процессов в университетах в онлайн-формат. Органы студенческого представительства тоже должны бы -ли очень быстро адаптироваться к этим новым ус -ловиям, и разные сюжеты в рамках изучения того, как прошла их адаптация (в том числе с рассмотрением шока от этого перехода как своего рода естественного эксперимента), могут стать весьма интересным дополнением к спектру исследований, посвященных студенческому представительству.

Список л итер а тур ы

⊆≡≠≡↑≡±…≡←

Рукопись поступила в редакцию 12.07.2020

Submitted on 12.07.2020

Принята к публикации 01.09.2020

Accepted on 01.09.2020