К вопросу о проверке показаний свидетеля (потерпевшего) судом первой инстанции

В современном уголовном процессе роль института доказывания, который включает в себя этап проверки доказательств, трудно переоценить, так как именно от него в наибольшей степени зависит содержание любых процессуальных решений при производстве по уголовным делам, в том числе и в ходе производства в судах первой инстанции.

Текущее уголовно-процессуальное законодательство закрепляет норму, что все, принимаемые судом решения, должны быть мотивированными, в связи с чем, процедура исследования доказательств по уголовному делу необходима для вынесения законного и обоснованного решения.

Актуальность проведения данного исследования не вызываем сомнений, в силу того, что только, благодаря процессу проверки доказательств, осуществляется восстановление и познание события совершения преступления и происходит закрепление доказательственной базы. Более того, полноценная и качественная проверка доказательств выступает в роли защиты для субъектов доказывания от неправомерных процессуальных решений и действий, тем самым, препятствуя нарушению прав и законных интересов всех участников уголовного процесса. Тем самым обеспечивается выполнение стоящих перед уголовным судопроизводством задач в соответствии со ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса РФ (далее – УПК РФ).

В науке уголовного процесса касательно определения «проверка доказательств» имеется достаточно большое количество мнений, однако, они имеют примерно одинаковое значение – анализ, уяснение содержания доказательства и получение иных доказательств для проверки его доброкачественности. На любом этапе проведения расследования уголовного дела к задачам проверки доказательств традиционно относят установление необходимых признаков (свойств) каждого отдельно взятого доказательства, а именно, его достоверность, допустимость, относимость [1].

На стадии производства, в суде первой инстанции осуществляется новое исследование всех, имеющих значение сведений и их источников, для рассмотрения и разрешения уголовного дела по существу. Непосредственное исследование доказательств в ходе судебного производства можно расценивать как специфическое проявление одновременно и собирания, и проверки, и оценки доказательств.

Основываясь на сказанном, можно заключить, что непосредственное исследование доказательств нельзя уравнивать ни с одним из элементов процесса доказывания, так как он включает в себя все указанные структурные элементы.

Кроме того, в научной литературе существует мнение, согласно которому, суду отводится, так сказать, «пассивная» позиция, в соответствии с которой, судебный орган проводит работу только с уже имеющимися в рамках дела доказательствами, без уклона на личную активную деятельность, направленную на сбор дополнительной доказательственной базы. Сторонники данной точки зрения считают, что собирание доказательств относится к прерогативе сторон судопроизводства, а суд может лишь анализировать действия сторон и руководить процессом [2]. На наш взгляд, достаточно трудно согласиться с данным подходом, так как в УПК РФ предусмотрена 37 глава, которая называется «Судебное следствие». В соответствии с данной главой, суду предоставлены достаточно большие полномочия по сбору и исследованию доказательств, в числе которых:

– назначение и проведение судебных экспертиз;

– допрос экспертов по ранее данным заключением, а также проведение допросов свидетелей, в том числе и тех, которые ранее не были допрошены в ходе предварительного расследования.

В настоящее время в правоприменительной практике имеется проблема, когда в отдельных судебных решениях при рассмотрении дел судами первой инстанции указывается на то, что некоторые доказательства остаются без подтверждения (проверки), что, в итоге, могло оказать решающее влияние на определение виновности или невиновности подсудимого. Это связано с тем, что суд в подобных ситуациях ссылался на доказательства, которые не исследовались или исследовались не в полной мере в судебном заседании [3].

Подобные случаи возникают, когда потерпевший, испытывая сильное душевное волнение, вызванное незаконными действиями виновного лица, сознательно или бессознательно преувеличивает его вину, однако, суд в таких ситуациях не осуществляет тщательную проверку показаний потерпевшего и зачастую не учитывает подобный фактор. Схожая ситуация может возникнуть и с показаниями лиц, участвующих в процессе в качестве свидетелей, причем не имеет значения, являются ли они свидетелями со стороны обвинения или же со стороны защиты.

Для достижения главных целей и задач уголовного судопроизводства, на наш взгляд, представляется необходимым, чтобы в суде каждый свидетель или потерпевший давал свои показания по материалам дела, на основе которых позже может быть вынесен обвинительный приговор. Такое предложение базируется на том, что допрос потерпевшего или свидетеля в суде предоставляет возможность провести проверку достоверности ранее зафиксированных показаний, а также, выяснить, имело ли место подкуп или оказание давления на участника процесса, вплоть до того, что может оказаться ситуация, когда данного свидетеля или потерпевшего фальсифицировали участники сторон. Выяснение таких обстоятельств необходимо в силу того, что, в соответствии с ч. 1 ст. 75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, признаются недопустимыми, а недопустимые доказательства не могут использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, так как они не имеют юридической силы [4].

Ранее, при рассмотрении дел в судах в случае неявки свидетеля обвинитель ходатайствовал об оглашении его предыдущих показаний, в качестве обоснований приводился п. 4 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, который указывал на то, что при наличии чрезвычайных обстоятельств, препятствующих явке свидетеля или потерпевшего в суд, могло быть принято решение об оглашении показаний. Такой подход в правоприменительной деятельности сложился в силу весьма размытого понимания выражения «чрезвычайные обстоятельства».

В марте 2016 года были внесены изменения в УПК РФ, в том числе, был добавлен п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, который закрепил возможность оглашения ранее данных показаний свидетеля в том случае, когда, в результате принятых мер, установить место нахождения свидетеля (или потерпевшего) для вызова в судебное заседание не представилось возможным [5].

Таким образом, на основании внесенных изменений произошла некоторая конкретизация порядка оглашения показаний, однако, следом все равно возникает вопрос в части определения необходимых мер, которые должны быть приняты. К сожалению, в настоящее время этот вопрос не урегулирован ни на уровне законодательства, ни на уровне разъяснений высших судебных органов. Так, в соответствии с п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 № 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», указано только то, что при неявке в судебное заседание потерпевшего или свидетеля оглашение показаний, ранее данных ими на стадии предварительно расследования, допускается только с согласия сторон в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 281 УПК РФ, а в случаях, предусмотренных ч. 2 ст. 281 УПК РФ, оглашение показаний потерпевшего или свидетеля может проводиться без учета согласия сторон [6].

Таким образом, на основании проведенного исследования, можно сделать следующий вывод.

В целях реализации основных целей и задач уголовного судопроизводства, а именно, защиты прав и законных интересов всех участников уголовного процесса, а также, в целях соблюдения всех требований к проверке имеющихся в деле доказательств, на наш взгляд, необходимо внести следующие изменения в ст. 281 УПК РФ, где предусмотреть отдельное положение, согласно которому, в случаях, предусмотренных п. 2–5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, решение об оглашении показаний потерпевшего или свидетеля и о воспроизведении видеозаписи или киносъемки следственных действий, производимых с их участием,