К вопросу об отдельных особенностях правового регулирования оснований прекращения права собственности лица на имущество, которое не может ему принадлежать

Действующая редакция Гражданского кодекса Российской Федерации [1] (далее – ГК РФ) (п. 2 ст. 235 ГК РФ) предусматривает исчерпывающий перечень оснований принудительного изъятия имущества у собственника. Среди них - отчуждение имущества, которое в силу закона не может принадлежать соответствующему лицу (п.п. 2 п. 2 ст. 235 ГК РФ). Нормы указанной статьи носят общий характер по сравнению с другими статьями главы 15 ГК РФ, они буквально не отражают ни правовое содержание каждого из оснований, ни процессуальный порядок их реализации, а лишь называют – перечисляют их.

Непосредственно же правовое регулирование каждого из оснований содержится в последующих статьях названной главы. Так, вопросу прекращения права собственности лица на имущество, которое не может ему принадлежать посвящена статья 238 ГК РФ в её взаимосвязи с положениями ГК РФ об оборотоспособности объектов гражданских прав (п. 2 ст. 129) и основаниях приобретения права собственности (ст. 218).

Для целей наиболее полного анализа рассматриваемого вопроса предполагается необходимым отразить в настоящей работе содержание отдельных пунктов статьи 238 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 238 ГК РФ: если по основаниям, допускаемым законом, в собственности лица оказалось имущество, которое в силу закона не может ему принадлежать, это имущество должно быть отчуждено собственником в течение года с момента возникновения права собственности на имущество, если законом не установлен иной срок.

Итак, диспозиция рассматриваемой статьи содержит в себе несколько принципиальных и взаимодействующих между собой критерия, подлежащих уточнению и имеющих научную, и как следствие, практическую ценность.

Законность. Сама по себе данная норма применяется только в тех случаях, когда в собственность лица «спорное» имущество поступило легально (на законных основаниях) – это неотъемлемое условие гипотезы. Вместе с тем, содержанием статьи буквально не предусмотрены такие основания и не перечислены соответствующие ситуации, также как и отсутствует ссылка на конкретную правовую норму, которой следует руководствоваться при определении упомянутого критерия законности.

Предполагается верным при определении критерия законности исходить прежде всего из положений ГК РФ о приобретении права собственности (гл. 14 ГК РФ). Рассматривая ст. 218 ГК РФ через призму правоприменительной практики можно сделать вывод о том, что в действующем правовом поле, бесспорно, считаются законными такие основания приобретения права собственности как: приобретение права собственности в результате сделки об отчуждении имущества (п. 2 ст. 218 ГК РФ); вследствие наследования по закону или завещанию (абз. 2 п. 2 ст. 218 ГК РФ); при реорганизации юридического лица (абз. 3 п. 2 ст. 218 ГК РФ).

При этом, для целей применения статьи 238 ГК РФ в качестве законных оснований также учитываются, в частности, обстоятельства изменения правового режима вещи – ее трансформация в ограниченно оборотоспособную и метаморфозы, происходящие со статусом субъекта (лица) – прекращение у лица права владеть ограниченно оборотоспособными вещами.

Такой подход считают целесообразным и поддерживают многие цивилисты [2].

В доказательство обоснованности нашего вывода рассмотрим чуть более подробно каждое из оснований. По общему правилу в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам на основании завещания или закона. Это правило касается и имущества, которое не может принадлежать гражданину. Из этого возникает разумный вопрос – почему, еще на стадии разрешения вопроса о наследовании, государство в лице органов государственной власти имея точное представление о том, что в составе наследственной массы имеется ограниченно оборотоспособное имущество не только не проявляет активных мер по изъятию такого имущества, но и не препятствует его передаче новому лицу. Позиция законодателя по данному вопросу отражена в статье 1180 ГК РФ, согласно которой принадлежавшие наследодателю оружие, сильнодействующие и ядовитые вещества, наркотические и психотропные средства и другие ограниченно оборотоспособные вещи входят в состав наследства и наследуются на общих основаниях, установленных ГК РФ. Более того, на принятие наследства, в состав которого входят такие вещи, не требуется специального разрешения. Такая особенность правового регулирования обуславливается потенциальной возможностью возникновения у наследника особых прав владеть специфической вещью. Соответствующая процедура по приобретению особых прав может быть инициирована исключительно кандидатом (в данном случае – наследником). При таких обстоятельствах, действующее правовое регулирование более чем разумно. В научной литературе классическим примером является наследование по завещанию гражданского огнестрельного оружия, наследник при таких обстоятельствах приобретает право собственности и предпринимает в установленный срок меры по получению необходимых лицензий на его хранение и ношение. В противном случае наступают последствия, предусмотренные статьей 238 ГК РФ.

В ситуациях связанных с реорганизацией юридических лиц, действуют схожие положения. В случае реорганизации юридического лица право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит к юридическим лицам – правопреемникам реорганизованного юридического лица (абз. 3 п. 2 ст. 218 ГК РФ).

Вместе с тем следует отметить, что сам по себе процесс реорганизации не влечет возникновения у правопреемника всей полноты специальных прав, принадлежащих реорганизованному юридическому лицу. Поэтому, вновь возникшему лицу необходимо предпринять меры по сохранению таких прав. Порядок и нюансы сохранения особых прав напрямую зависит от избранной формы реорганизации и сферы деятельности организации. К примеру, общество с ограниченной ответственностью №1 (далее – общество №1) осуществляет частную охранную деятельность. Для целей осуществления своей деятельности общество №1 имеет соответствующую лицензию в соответствии с требованиями п.п. 32 п. 1 ст. 12 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» [3] и получило в установленном Федеральным законом от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии» [4] порядке необходимое разрешение на хранение оружия и патронов к нему, закупило комплект оружия для своих сотрудников и хранит его. После этого, общество №1 подверглось реорга- низации в форме разделения на два общества с ограниченной ответственностью -№2 и №3. Вновь созданным обществам №2 и №3 необходимо в установленный законом срок произвести процедуру переоформления лицензии и разрешений на хранение оружия и патронов к нему, для того чтобы избежать последствий, предусмотренных статьей 238 ГК РФ.

Ситуация со сделками по отчуждению имущества чуть более сложна. Причиной тому то обстоятельство, что в сделке по отчуждению вещи ограниченной в оборотоспособности, наличие у приобретателя специального правомочия подразумевается. Исходя из этого можно прийти к ошибочному заключению об отсутствии какой-либо взаимосвязи между заключением сделки и потенциальной возможности наступления негативных последствий в виде прекращения права собственности лица на имущество, которое не может ему принадлежать. Озвученная позиция неверна по двум причинам:

• -    Во-первых, заключение сделки по всем правилам, предусмотренным законом, даже при условии абсолютной добросовестности сторон, никак не может гарантировать приобретателю сохранения за ним специального права (и, соответственно, вещи) в будущем, например, в результате аннулирования лицензии. Данные факты не зависят друг от друга.

• -    Во-вторых, нельзя исключать наступление такой ситуации, при которой объект договора в будущем изменит свой правовой режим из неограниченного в обороте в, соответственно, ограниченный. Стороны сделки никак не могут ни предвидеть это, ни предотвратить разумными способами.

При таких обстоятельствах сделки об отчуждении имущества вполне можно отнести к допускаемым законом основаниям приобретения права собственности на имущество, которое не может принадлежать лицу.

Заканчивая мысль о критерии законности нельзя не отметить, что положения статьи 238 ГК РФ не могут применяться, если имущество, о котором идет речь в диспозиции попало к обладателю незаконно. Обратное противоречило бы самой концепции права собственности.

Проблема конкретики. Как неоднократно было отмечено ранее, статья 238 ГК РФ применима только к имуществу, которое не может принадлежать лицу, речь идет об оборотоспособности объектов гражданских прав (ст. 129 ГК РФ). Действующее законодательство допускает введение ограничений оборотоспособности отдельных объектов гражданских прав.

Для целей применения в институте принудительного изъятия имущества у собственника, указанные ограничения, как и непосредственно объекты гражданских прав, должны быть строго формально определены. Ни при каких обстоятельствах не должно допускаться введение и применение абстрактных категорий ограничения - это явствует из буквального толкования пункта 2 статьи 129 ГК РФ. Согласно данному пункту, исключительно законом может быть введено соответствующее ограничение.

Так, в статье 3 ГК РФ определено, что гражданское законодательство состоит из ГК РФ и принятых в соответствии с ним иных федеральных законов (далее - законы). Так, ограничения накладываются исключительно федеральным законодательством (не законами субъектов Российской Федерации) по соответствующей области общественных отношений. Так, например, ограничения предусмотрены в сфере оборота гражданского и служебного оружия, наркотических и психотропных веществ, земель и недр и так далее.

Таким образом в рамках настоящей статьи рассмотрены одни из наиболее важных аспектов вопроса правового регулирования оснований прекращения права собственности лица на имущество, которое не может ему принадлежать: категория законности и проблем конкретизации.