К вопросу трансформации существующей системы миропорядка

Со времени демонтажа социалистической системы отмечается непрекраща-ющийся рост различий в уровне доходовв наиболее обеспеченных и самых бедных государствах. Многие африканские страны находятся на гране массового голода. Так, каждый пятый ребенок, рожденный в Гвинее, в возрасте до 5 лет имеет недостаточный вес, на Мадагаскаре это справедливо уже в отношении каждого третьего ребенка [1]. Увеличивается разрыв между странами по показателю продолжительности жизни. Он составляет почти два раза между Японией, занимающей первое место по этому показателю и Афганистаном, находящемся на последнем месте в мире.Устойчиво растет и потребление наркотиков, представляющих собой один из опаснейших пороков современного мира.Примечательно, что после ввода американских войск в Афганистан производство опиума в этой стране выросло почти в 2,5 раза по сравнению с теми показателями, которые отмечались там до американского вторжения [2]. Совершенно очевидно, что необходим новый миропорядок, который будет являть собой противоположность существующей однополярной модели. В этой связи, несомненно, важным будет анализ возможных альтернатив существующей модели мировой экономики, определение потенциальных возможностей и места в ней России.

Цель исследования – исследование фундаментальных предпосылок модернизации современной модели мироустройства и обоснование возможных направлений такой трансформации.

Материал и методы исследования

Теоретические основы многополярного мироустройства заложены в трудах Kissinger H. [3], Brzezinski Zb. [4], Waltz K.С. [5], Huntington S. [6].Совре-менная специфика международных отношений отражена в работах Богатуро-ва А.Д. [7], Сулакшина С.С. [2], Пономаревой Е.Г. [8].

Представленное исследование основано на использовании методологии общей теории систем и осуществлено с применением таких методов изучения сложных социальных образований, как синтез, построение научно обоснован- ных гипотез, сравнение, аналогия, системный анализ и др.

Результаты исследования и их обсуждение

С 1991 г. по 2008 г. мировая экономика оставалась однополярной. В последнее время появились новые тенденции в международных отношениях. Происходит усиление экономической мощи таких стран, как Китай, Япония, Индия, Россия.

Однополярный миропорядок при безоговорочном доминировании США базировался на подавляющем лидерстве этой страны в военно-политической, финансово-экономической, технологической, идеологической и информационной сферах. В 2018 г. США по-прежнему лидировали по объему произведенного ВВП (20513 млрд долл, в то время как Россия, занимающая в мировом рейтинге двенадцатую позицию, имела показатель 1576 млрд долл) [9]. Согласно данным БМР, за 2016 г., международные операции банков осуществлялись в американских долларах – 40,6 %, в евро – 35,1 %, в британских фунтах – 4,8 %, в японских йенах – 4,3 %, в швейцарских франках – 1,6 %. Доля доллара США в мировых резервах составляет около 64 % [10]. Такое доминирование привело к тому, что внешняя политика США всегда имела наступательно-экспансионистский, а часто даже агрессивный характер.

На протяжении всего периода холодной войны американские лидеры во внешний политике исходили из идеи американской исключительности и реализовывали стратегию распространения и навязывания своих ценностей другим странам-участникам международных отношений. Американские политологи в 90-е гг. ХХ в. выработали несколько подходов к достижению США доминирующего положения в системе международных отношений. Так, политологом Д. Эбшайром была предложена концепция «гибкой политики». Причем, так называемая, гибкость трактовалась им очень неоднозначно. Так, в ситуации, когда требовалась обеспечить защиту американских интересов во внешней политике или исполнить взятые обязательства перед союзниками, о гибкости не могло быть и речи, компромиссы были здесь абсолютно исключены [11]. Согласно концепции силовой гегемонии У. Уолфорта, К. Белла и З. Бжезинского, предпочтительное место уделяется силовым, по своей сути, инструментам реализации своих интересов и обеспечению лидерского положения США на мировой арене. При этом считается вполне допустимым игнорирование национальных интересов как американских партнеров, так и союзников. Таким образом, прослеживается эволюция походов к обеспечению доминирующего положения США в мире: от использования инструментария мягкой силы к реализации концепции гегемонии посредством инструментария принуждения. В качестве примера практического воплощения внешнеполитической стратегии США по обеспечению своего доминирования можно привести череду «цветных революций» в мире. Все это происходит на фоне снижения политической роли ООН как организации, и тех международно-правовых принципов, на которых основано ее функционирование. Важнейшим из них выступаетгосударственный суверенитет, являющийся с середины семнадцатого века основой мировой политики.

Биполярная система международных отношений базировалась на паритете военных потенциалов СССР и США. После распада Советского Союза Россия, как единственный правопреемник СССР, получила право на владение всем советским арсеналом стратегического ядерного вооружения (включая ядерные арсеналы, вывезенные из Украины, Белоруссии, Казахстана). Благодаря этому в настоящее время можно констатировать сохранение паритета между Российской Федерацией и США по стратегическим вооружениям. Существующая ситуация трактуется рядом ученых как остаточная биполярность [12]. Оставшиеся семь стран, обладающие ядер-ным оружием (КНР, Великобритания, Франция, Индия, Пакистан, Израиль и КНДР) способны обеспечить лишь ядерное сдерживание, учитывая запасы ядерного оружия у них, но не могут составить паритет ни с США, ни с Россией [13]. После распада Советского Союза и социалистического лагеря и последующем за этим разрушением биполярной системы мироустройствамасштаб зару- бежного влияния России стал стремительно сокращаться. СССР на протяжении многих лет, используя совокупность сильнейших идеологических (коммунистическая и социалистическая альтернатива, политическая поддержка), финансовых (кредиты, поставки вооружений, торговые связи в рамках СЭВ и др.) и нематериальных (обучение студентов, культурные связи и др.) инструментов, создавал во всем мире союзническую сеть. Россия столкнулась с необходимостью решения задачи другого плана – сохранение при имеющемся дефиците ресурсов советского нематериального зарубежного наследства.Россия оказалась не в состоянии решить эту задачу даже в регионах с жизненно важными интересами страны. В итоге, твердое зарубежное присутствие России сохранилось лишь в весьма ограниченном количестве стран – бывших республик Советского Союза (Белоруссия, Армения, частично Азербайджан, Киргизия, Таджикистан, Казахстан, Узбекистан и области с участием в конфликтах – Приднестровье, Южная Осетия и Абхазия, Украина). Что касается дальнего зарубежья, то только Сирия, Сербия, Венесуэла остаются активно-лояльно настроенными в отношении российского влияния. В то же самое время за истекшие двадцать лет США удалось не только сохранить, но и значительно нарастить свое военное присутствие в мире.

Существующая в настоящее время модель миропорядка характеризуется рядом признаков, свидетельствующих о неизбежности предстоящей ее глобальной перестройки. В качестве важнейшего такого признака стоит рассматривать усиливающийся рост сопротивления со стороны некоторых стран и их группировокпо отношению к существующим правилам, институтам и механизмам регулирования, используемых при однополярном мировом порядке. В этой связи наибольшая опасность для доминирования США исходит из китайской экономики, которой удалось за истекшие пятнадцать лет накопить значительные ресурсы и потенциал. Китай в начале XXI века становится мощной экономической державой. Рыночная экономика строится в Китае на основе использования пятилетних планов (как это было в СССР) под руководством Коммунистической партии. К 2020 г., согласно планам Коммунистической партии Китая, он должен превзойти США по показателю ВВП. Примечательно, что Китай активно развивает прогрессивные секторы экономики: производство программного обеспечения, новых материалов, телекоммуникационную индустрию, биотехнологии, здравоохранение. Создана в Китае и собственная «Силиконовая долина». Китаем разработана собственная тактика влияния на союзников в целях построения сети контрагентов. Таким образом, Китаю удалось преобразовать свое возросшее экономическое могущество в увеличение политического влияния во многих странах Африки, Латинской Америки, в Монголии и др. Китайское руководство препятствует проникновению американского капитала в стратегические отрасли своей экономики и крупнейшие национальные компании. Даже в условиях сильнейшего международного давления, Китай сохраняет протекционистскую политику, призванную защитить интересы китайских производителей, и заниженный курс юаня. Более того, китайские руководили открыто призывают к использованию в рамках осуществления международных расчетов других валют и отказу от доллара, а также пересмотру правил управления и квотирования, принятых в международных финансовых институтах, – в Международном валютном фонде и Всемирном банке. Угроза, исходящая из китайской экономики прекрасно осознается США, которые предпринимают активные меры по сдерживанию темпов ее развития: в 2018 г. вследствие торговой войны с США рост ВВП Китая замедлился до 6,6 %, прогнозируется, что в 2019 г. этот показатель составит 6,2 % [14].

В качестве еще одного очага сопротивления однополярной модели мировой экономке при доминировании США можно рассматривать Латинскую Америку. В 2010 г. с принятием Таможенного кодекса завершилось формирование таможенного союза стран-членов МЕРКОСУР. Организация уже инициировала совместную работу по созданию условий для перехода к валютному союзу, а Аргентина и Бразилия уже смогли опробовать осуществление части взаимных торговых расчетов в единой валюте. Кроме того, страны-члены МЕРКОСУР существенно сократили свою зависимость от торговли с США (в среднем до 18 %), увеличив объемы внутриконтинентальной торговли. Сельскохозяйственный экспорт стран, входящих в МЕРКОСУР, возрос за десять лет на 23 %: с 101 до 125 млрд долл [15].

Высокую степень противодействия американскому доминированию в мире демонстрируют страны, являющиеся традиционными очагами антиамериканизма – Иран, Северная Корея. Большим потенциалом сопротивляемости сложившемуся мировому порядку обладают сформировавшиеся интеграционные объединения, такие как Ассоциация стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН), Шанхайская организация сотрудничества (ШОС) и организации на пространстве СНГ (ОДКБ и др.). В рамках этих организаций постоянно обсуждается проблема перехода к альтернативной модели торгово-экономических и военно-политических отношений между государствами-участниками. Судя по получаемым трендам, центр геополитической и экономической мощи перемещается с Запада на Восток. К 2060 г. Соединенные Штаты Америки потеряют глобальное лидерство. Их обойдет не только Китай (это случится еще в 2030 г.), но и Индия. Стремительные прорывы в рейтинге совершат Индонезия – с 12-го места на 4-е и Пакистан – с 19-го на 7-е [16].

Значительным полюсом сопротивления доминированию США выступает Россия, располагающая в определённых сферах значительным потенциалом. В частности, территория российского государства может рассматриваться в качестве важнейшего факторного потенциала для занятия Россией лидерских позиций в мире. Другим факторным потенциалом выступают имеющиеся у России природные ресурсы. По этому критерию потенциальное положение России в мире оказывается еще более значимым. Чаще всего указывается, что Россия обладает 22 % совокупных природных ресурсов мира. Российский удельный вес в мировых запасах сырья оценивается следующими показателями: 12 % нефти, 32 % газа, 11 % угля, 31 % калийных солей, 21 % кобальта, 25 % железа, 15 % цинка, 10 % свинца, 33 % никеля, 18,2 % вольфрама, 7,6 % олова, 10,7 % платиноидов, 5,3 % урана, 8,2 % сурьмы [17]. Расчет финансовой стоимости природных потенциалов стран мира провел известный американский интернет-ресурс 247 Уолл-стрит. В рассчитываемые ресурсы входили: нефть, природный газ, уголь, лес, золото, серебро, медь, уран, железная руда и фосфаты. Основу расчетов составили статистические данные Геологической службы США, Управления энергетической информации США, Bloomberg и финансовых визуализаций. Была определена десятка наиболее ресурсно мощных стран мира [18]. Российская Федерация с показателем 24,4 % (75,7 трлн долл.) заняла в этом рейтинге безоговорочное 1-е место.

Если принимать во внимание имеющиеся ресурсные потенциалы, то именно Россия оказывается наиболее обеспеченным субъектом мировой системы для того, чтобы стать новым мировым полюсом. Являющийся второй экономикой мира и первой страной по численности населения, Китай находится только на шестом месте по располагаемым природным ресурсам. Более того, он не входит в первую десятку стран по запасам нефти и газа. С этой стороны, Китай оказывается весьма уязвим в рамках длительного ресурсного соперничества с США. Китайский ресурсный потенциал меньше американского в 2 раза и российского – в 3,3 раза [19]. Отсюда ресурсная стратегия Китая может заключаться либо в перехвате российских ресурсов, либо в формировании альянса с Россией. При слабой Российской Федерации он, видимо, будет более склонен к реализации первого сценария. При сильной России Китай, скорее всего, будет придерживаться стратегии формирования альянса.

Препятствием для реализации Россией ее природного потенциала в настоящее время выступает либеральная модель государства. Ее дальнейшее сохранение в РФ крайне выгодно ее геополитическим противникам, в первую очередь, США, имеющим второй по величине ресурсный потенциал в мире, при этом занимая первое место по эффективности его политической реализации. Мож- но, опираясь на весь предшествующий опыт России, предположить, что отказ от либеральной модели должен привести к принципиальному повышению ее соответствующих факторных потенциалов. Восстановившая цивилизационно идентичную систему жизнеобеспечения Россия достигнет по совокупной мощи уровень мировых лидеров. Российский фактор будет определять переход от системы страновой иерархии к системе странового равенства и диалога.

Выводы

Таким образом, современный мир глобализуется не в направлении гомогенизации показателя развитости стран, а в направлении дальнейшего их расслаивания и увеличения неравенства. Отрыв мировых лидеров от остального мира по показателям, отражающим динамику уровня жизни, качества жизни, научно-технического прогресса, после устранения советского полюса существенно возрос.

Логично предположить, что в ближайшей и среднесрочной перспективе будет усиливаться борьба между США и Китаем, усиливаться давление на страны Арабского мира. В ближайшие 50 лет, вероятнее всего, произойдет сближение больших стран Востока (Китай, Индия) и некоторых стран Ближнего Востока (Пакистан, Иран), хотя раньше постулировалось существование непреодолимых противоречий между этими странами. Китай и Турция, по всей видимости, будут усиливать свое присутствие и влияние в странах Средней Азии, и конкурировать в этом географическом регионе в западными странами.

Что касается России, то в случае отказа от либеральной модели, она вполне реально может претендовать на роль одного из мировых лидеров, учитывая ее факторный потенциал. Высока вероятность того, что в среднесрочной перспективе будет актуализирована деятельность и сотрудничество в системах БРИКС и ШОС, которые начнут приобретать все больший вес на международной арене, а также будут предприняты другие попытки создания объединений и союзов стран, стремящихся выстраивать свою политику независимо от США.