Ключевые подходы, вызовы и перспективы в работе с молодыми лидерами в Архангельской области на современном этапе

Северный (Арктический) федеральный университет имени М.В. Ломоносова, Архангельск, Россия, ,

Arkhangelsk, Russia, ,

Во многом изучение эталонных представлений нового поколения и особенно его лидеров, о мечте, жизненных целях, анализ полученного опыта, убеждений и ценностных представлений станут определяющими для понимания общего правила, по которому будет построено будущее. Несомненно, с учетом глобальной повестки значимую роль в этом мире будут играть россияне. В связи с этим важнейшей задачей становится социально-философский анализ современной молодежи.

Ценностный мир достаточно статичен, смысловое наполнение аксиологических приоритетов, которые актуальны для человечества в веках (красота, счастье, здоровье, дружба, труд, любовь и т. д.), меняется эпохально, не стремительно и не вдруг. Рейтинг же приоритетных ориентаций очень подвижен, ситуативен даже в динамике жизни одного человека (Котлярова, 2014; Погорский, 2013). Детально изучив ценностный мир современной молодежи, его становление, систематизацию и перспективы развития, мы сможем более точно представить, какой будет ценностная палитра мира будущего.

Основная часть . Одним из триггеров для принятия решений и действий являются убеждения, которые представляются нами как некие ограничения, социальные стереотипы, базовые постулаты, на которых строится картина мира конкретного человека или паттерны его поведения. Значимыми при определении траектории действий и развития личности являются: мотивация, умение управлять эмоциональным интеллектом, социальные связи и окружение, исторический контекст, «социологический фон» и, например, содержание новостной ленты в социальных медиа. С возрастом или в связи с текущей ситуацией доверительный канал может меняться, но на суть вопроса это не влияет.

Согласно «теории поколений» американских философов и социологов Н. Штрауса и В. Хоува, популярной в научной практике, люди делятся на несколько групп в зависимости от происходящих социальных, политических, исторических или экономических событий (Strauss, Howe, 1991). Значимыми вехами для формирования картин мира разных поколений становятся, например: окончание Второй мировой войны, появление Интернета и социальных медиа.

В то же время все люди стареют условно одинаково, и представления человека меняются в зависимости не от поколения и процесса становления его личности, а от текущей жизненной ситуации и возраста. Тем не менее в каждом возрасте индивид имеет свое представление об идеальной модели личностной траектории развития, согласно которому выстраивает наиболее эффективную для себя коммуникацию с миром, воспринимает действительность и формирует эталонные представления о прекрасном и ужасном, о верном и неправильном и т. д. Объективно наш личный опыт и убеждения, ценностный мир и цели наиболее активно корректируются именно в детском и молодом возрасте, наполненном смысловыми и жизненными инсайтами.

Общепринятое деление на поколения можно сопоставить с теорией о «картинах мира» от устойчивого и относительно простого SPOD-мира 50–60-х гг. XX в. (несмотря на различные события того периода) до хрупкого и нелинейного BANI-мира в современности. Получается, что разные поколения живут «здесь и сейчас», находятся в одной экономической, социальной, геополитической и внутриполитической ситуации, но мыслят и видят свои личностные траектории по-разному (Исаева, 2011; Кондрашкина, Новичкова, 2024; Strauss, Howe, 1991).

При социально-философском ракурсе размышлений о повышении эффективности коммуникации власти и нового поколения значимо понимание того, что государственная молодежная политика в России носит межотраслевой характер и является «возрастной», поскольку ориентирована на граждан от 14 до 35 лет. Теоретически в рамках этой возрастной группы может оказаться и мать, и дитя – люди с разными запросами и ожиданиями, жизненными целями, ценностными ориентациями, убеждениями и опытом.

Таким образом, несмотря на то, что поколения слышат, видят, понимают и общаются с внешней средой в схожих ситуациях, они делают все это по-разному, живут в моменте конкретной «картины мира», и верификаторами, определяющими их действия, являются универсальные понятия – «ценность», «опыт», «убеждения» и «цели». Понимание механизмов формирования и развития этих базовых верификаторов, учет возраста человека и эпохи («картины мира») является важным при организации работы с лидерами нового поколения – локомотивами настроений и проявлений современной молодежи.

Обратимся к региональной практике организации работы с молодыми лидерами и активистами на примере Архангельской области. Молодежная политика в Архангельской области регулируется действующим федеральным и областными законами, которые определяют взаимодействие органов власти с молодежью и молодыми лидерами на основе межведомственного, межотраслевого сотрудничества, персонификации, диверсификации форматов работы с различными социальными группами молодежи в зависимости от возраста, социального благополучия, интересов и фактического места нахождения целевых аудиторий, приоритетов и нарратива, предлагаемого системой государственных институтов.

В Архангельской области в реализацию молодежной политики вовлечены различные структуры – ведомства, учреждения, ресурсные центры и площадки, сеть общественных объединений и совещательных органов. Значимым инструментом поддержки молодежи является государственная программа «Молодежь Поморья»1, целью которой является создание условий для закрепления молодежи на территории Архангельской области посредством реализации молодежной политики и работы по патриотическому воспитанию нового поколения. Комплекс мероприятий данного нормативного документа соответствует основным положениями и приоритетам Стратегии государственной молодежной политики в Архангельской области2, Стратегии развития военно-патриотического воспитания молодежи в Архангельской области3 и направлен на создание условий для эффективной реализации молодежной политики, в том числе на развитие инфраструктуры, поддержку инициатив социально-активной молодежи, некоммерческих и общественных объединений, муниципальных образований и развитие добровольчества (волонтерства), вовлечение молодежи в социально значимую деятельность, профессиональную ориентацию и содействие трудоустройству молодежи. Важным направлением является обеспечение кадровой безопасности сферы молодежной политики и патриотического воспитания.

В Архангельской области разработана и принята правительством региона Стратегия молодежной политики до 2023 г., приоритетными направлениями которой обозначены следующие:

– развитие традиционных российских ценностно-смысловых и нравственных ориентиров, гражданственности и патриотизма в молодежной среде;

– создание для молодых семей благоприятных условий, направленных на повышение рождаемости, формирование ценностей семейной культуры;

– разработка системы ценностей здорового образа жизни в молодежной среде, обеспечение социальных гарантий молодежи, содействие ее образованию, научной, научно-технической и творческой деятельности;

– профессиональное развитие молодежи, содействие ее занятости, трудоустройству, в том числе на предприятиях агропромышленного сектора, предпринимательской деятельности; повышение уровня финансовой грамотности;

– противодействие деструктивному поведению молодежи, ее правовое просвещение и информационная защита; создание условий для развития молодежного добровольчества (волонтерства), молодежных и детских общественно-государственных и общественных объединений, органов молодежного самоуправления; совершенствование системы управления и инфраструктуры в сфере молодежной политики4.

В целях повышения эффективности реализации молодежной политики, а также межведомственного взаимодействия и координации процессов в Архангельской области создано Агентство по делам молодежи.

Важнейшими акторами молодежной политики на территории Архангельской области являются автономные некоммерческие организации, предоставляющие консультативную, ресурсную поддержку и зачастую являющиеся основными проводниками смыслов и нарративов, носителями ключевых провластных паттернов для молодежи. Такими ключевыми площадками в Архангельской области являются: «Губернаторский центр “Вместе мы сильнее”», «Центр молодых исследователей “Полюс”», «Ресурсный центр добровольчества Архангельской области», а также Северный (Арктический) федеральный университет имени М.В. Ломоносова и Северный государственный медицинский университет, в которых сформирована развитая сеть органов студенческого самоуправления.

Деятельное участие в реализации молодежной политики принимает и Общественная палата Архангельской области, центр социальных технологий «Гарант» и другие организации.

Вовлечены в деятельность по реализации молодежной политики на территории региона также: Молодежный парламент, созданный два года назад при Архангельском областном Собрании депутатов, Молодежная избирательная комиссия и Молодежное правительство Архангельской области.

В регионе создана и развивается широкая сеть общественных объединений, ключевой целевой аудиторией которых является молодежь. В частности, активную работу ведут региональные отделения «Движения Первых», «Российских студенческих отрядов», «Юнармии».

Одними из лучших в стране являются архангельские поисковые отряды и военно-патриотические клубы, креативные молодежные сообщества.

В области активно развивается система поддержки проектов, инициированных молодежью, ключевые темы современной повестки - добровольчество, патриотизм, творчество, спорт и ряд других.

Резидентство - относительно новый инструмент поддержки, используемый в регионе и позволяющий общественным объединениям и активистам реализовывать идеи на базе созданной сети ресурсных центров, участвовать в грантовых региональных и федеральных конкурсах, получать в приоритетном порядке доступ к инфраструктуре учреждений в сфере молодежной политики. Такая поддержка сочетает личные устремления с общественными задачами, развивая проектное управление. Экосистема молодежных центров и сообществ охватывает свыше 100 тысяч молодых людей в регионе, то есть практически половину от всего молодого населения в Архангельской области на современном этапе.

Работа с молодыми людьми в регионе строится по четырем ключевым смысловым направлениям и форматам:

• -    взаимодействие с лидерами общественного мнения в продвижении смыслов, нарративов и паттернов, вовлечение в созидательную практику;

• -    интеграция молодежи в работу общественных институтов, например, Центра (корпуса) общественных наблюдателей, в процесс обсуждения и принятия жизненно важных для региона решений;

• -    работа со специалистами, оказание консультативной и иной помощи некоторым адресным группам молодежи (молодые семьи, предприниматели, подростки в трудной жизненной ситуации и т. д.) через систему программ и сервисов, систему наставничества;

• -    развитие надпрофессиональных компетенций молодежи и ее лидеров через систему мониторинга;

• -    разработка и реализация персонифицированных карьерных треков и продвижения в социально-политической сфере;

• -    поддержка общественных объединений и органов студенческого самоуправления в университетах и учреждениях среднего профессионального образования;

• -    цикл событий, направленных на вовлечение молодежи в общественно одобряемую деятельность, профилактику асоциальных явлений, воспитание гражданина и патриота и пропаганду здорового образа жизни;

• -    грантовая и иная ресурсная поддержка инициатив молодежи; поддержка добровольческой деятельности представителей нового поколения.

События, которые организуют или поддерживают органы власти через систему программ, проектов, текущей работы учреждений и ресурсных площадок, предназначены для того, чтобы транслировать смыслы, продвигать необходимый образ, формировать «воронку участников», помогать решать конкретные жизненные ситуации определенных целевых аудиторий. Стремление к повышению эффективности этой системы требует постоянного анализа и актуализации ключевых показателей эффективности молодежной политики, своевременной корректировки курса с сохранением фокуса на общую государственную повестку.

Значимыми направлениями усилий по организации эффективной системы коммуникации молодежи и власти в Архангельской области является продвижение персонифицированного подхода с диверсификацией набора мероприятий под каждую целевую аудиторию, развитие инфраструктуры, позволяющей от современной технической базы перейти к работе со смыслами и целями молодежи, компоновке и продвижению нарративов и паттернов.

Конечно, в этом стремлении выделяется ряд проблем. Так, в Стратегии реализации молодежной политики в Архангельской области до 2030 г.1 один из разделов посвящен описанию вызовов в сфере молодежной политики на региональном уровне на современном этапе. Открытость информационного и культурного пространства привела к неконтролируемой экспансии западной массовой культуры и появлению тенденции к аномии (потере нравственных ориентиров) у молодого поколения, а также к замещению традиционных ценностей чужеродными. Среди вопросов, с которыми сталкиваются специалисты в ходе работы с молодежью, обозначены в том числе проблемы ценностно-идеологического, демографического, социального, экономического свойства, а также связанные с государственной и общественной безопасностью.

Интерес представляет перечень вызовов, которые имеют прямое отношение к подготовке управленческого резерва и лидеров в молодежной среде. Так, наличие правовых лакун в сопровождении деятельности органов детского и молодежного самоуправления, необходимость совершенствования механизмов вовлечения молодежи в реализацию проектов инициативного бюджетирования и процесс принятия решений, внимание к вопросам совершенствования инфраструктуры сферы молодежной политики, повышения эффективности межведомственного взаимодействия и координации становятся актуальными в современной повестке. Важнейшей темой обозначается отсутствие системы научного обеспечения молодежной политики, а также недостаточность проводимых исследований в данной сфере, экспертного и учебно-методического сопровождения подготовки специалистов по работе с молодежью (Силин, 2016).

На основании данных Всероссийского центра изучения общественного мнения1, полученных в ходе социологических опросов молодежи в последние годы, фиксируется дефицит смысловых ориентиров, транслируемых в молодежную среду. Возникает исследовательская проблема: при наличии унифицированного формата молодежных мероприятий и централизованных методических установок необходимо определить оптимальные локальные стратегии воспитательной и просветительской работы с учетом региональных традиций и актуальных социокультурных, мировоззренческих трендов.

Согласно результатам современных исследований ценностных представлений молодежи, в этой целевой группе преобладает индивидуалистическая направленность («Я-ориентир»), это может стать триггером для латентного протеста и обусловливать нежелательный для власти выбор жизненных стратегий молодого поколения (Селезнева, 2016). Анализ современной практики работы с молодежью позволяет выделить ряд характерных черт нового поколения: космополитичность, отсутствие значимых «социальных якорей» в силу возраста, трансграничное мышление, ориентацию на стремительные общественные изменения, веру в торжество социальной справедливости.

Представленные характеристики могут становиться причинами проявления критического отношения к доминирующим в обществе нарративам и ценностным установкам, транслируемым старшим поколением. Выявленные тенденции коррелируют с выводами современных политологов, отмечающими амбивалентность ценностных установок россиян: либеральные ценности (свобода, права человека и прочие) в массовом сознании переплетаются с традиционно-консервативными представлениями о сильном государстве и верховенстве закона (Селезнева, 2016: 31).

Заключение . Для северных и арктических регионов России характерна устойчивая тенденция высокой миграционной готовности молодежи, обусловленная комплексом факторов, таких как активизация урбанизации, суровый климат, низкий уровень социальных сервисов в сравнении с центральными регионами и т. д. Стабильный отток молодежи с северных территорий соответствует общемировым демографическим трендам и поддерживается общим снижением рождаемости. Прямое противодействие данным трендам представляется малоэффективным, в то же время возможно его опосредованное регулирование через формирование осознанного выбора жизненных стратегий у молодежи, развития системы поддержки молодежных инициатив, создания в регионах современных условий для самореализации.

Ключевой исследовательской и практической задачей в сфере коммуникации с молодежью становится необходимость прогнозирования социальных реакций молодого поколения и оценка степени их устойчивости (как сформированных парадигм и поведенческих паттернов) для построения реалистичных сценариев социального развития.

Особого внимания заслуживает тенденция доминирования в молодежной среде ценностей потребления и «экономики впечатлений», что влечет за собой необходимость разработки инновационных форматов работы с новым поколением в целях реализации приоритетов государственной политики. В связи с этим возникает фундаментальный вопрос, каковы оптимальные пути адаптации существующей системы работы с молодежью к актуальным запросам ее представителей. Ответ на него предполагает поиск инновационных подходов к организации работы с молодежью, критическую оценку и отказ от неэффективных практик, отвлекающих ресурсы от достижения стратегических целей в условиях динамично меняющейся реальности.

Система работы с лидерами в молодежной среде должна создавать стимулы, основанные на ожиданиях действующих субъектов, влиять на факторы, способствующие сохранению социальной системы и позволяющие поддерживать ее функциональность, вызывая тем самым необходимое социальное действие, формируя и транслируя в молодежную среду желаемые целевые ценностные нарративы и поведенческие паттерны (Парсонс, 2000: 200–203).

Таким образом, система работы с молодежью и молодыми лидерами (как акторами будущего развития) должна сохранять высокий потенциал мобильности и креативности, целенаправленно поддерживать ценностные установки и «образ мечты» нового поколения; обладать устойчивыми ресурсами для создания актуальных возможностей; обеспечивать непрерывное взаимодействие всех элементов системы и осуществлять гибкую корректировку процессов в рамках единой государственной стратегии. Реализация обозначенных задач возможна исключительно при условии осознанного понимания новых целей и ориентиров, способности к стратегической фокусировке, умении выделять приоритетные направления в условиях сложной и динамичной социальной среды.