Комплексы погребений со стеклянными сосудами в технике сердечника из «Суворовского некрополя» (раскопки Т. В. Блаватской в 1951 г.)

Разработка и уточнение хронологии древностей является одним из важнейших направлений археологических исследований. Среди изделий, которые могут использоваться в качестве хронологических индикаторов при датировании античных контекстов эпох архаики, классики и эллинизма, важное место занимают стеклянные сосуды, изготовленные в технике песчано-глиняного сердечника.

1 Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда № 24-18 00510,

Их первое систематическое исследование и периодизация принадлежат Д. Хардену. В его работе, посвященной коллекции стекла Британского музея, для средиземноморских сосудов на сердечнике были выделены три хронологические группы: средиземноморская группа I – середина VI – начало IV в. до н. э.; средиземноморская группа II – IV– начало III в. до н. э.; средиземноморская группа III – III – конец I в. до н. э. ( Harden , 1981. P. 51). Впоследствии это направление исследований получило развитие в трудах Д. Гроуза ( Grose , 1989) и М. Макклеллана, который на основании большого массива находок из датированных комплексов разработал дробную хронологию для выделенных им типов ( McClellan , 1984).

Данная статья продолжает серию публикаций датированных комплексов с сосудами в технике песчано-глиняного сердечника, на которых хронологическая система М. Макклеллана может быть апробирована для материалов Северного Причерноморья. В ней публикуются погребения из «Суворовского некрополя» на Таманском полуострове, в которых стеклянные сосуды средиземноморской группы I были обнаружены в комплексе с другими, хорошо датируемыми предметами погребального инвентаря.

В 1951 г. Институтом истории материальной культуры Академии наук СССР, Московским государственный университетом и Государственным историческим музеем была организована Синдская экспедиция, которая должна была обследовать поселения на территории восточной части Боспорского государства (от южной части Таманского полуострова до Новороссийска) ( Блаватский , 1952). В экспедиции принимали участие несколько отрядов. Один из них работал под руководством Т. В. Блаватской примерно в 2 км к востоку от станицы Таманской. Отряд проводил исследования к востоку от крепости Фанагория, сооруженной А. В. Суворовым в конце XVIII в. В этом районе были обнаружены и исследовались поселения Суворовская Фанагория I и Суворовская Фанагория II (рис. 1), разделенные глубокой балкой² ( Блаватский , 1951. С. 68; Блаватский , 1952). Южнее этих поселений Т. В. Блаватской был выявлен античный могильник. В 1951 г. были исследованы две грунтовые могилы с достаточно богатым инвентарем. В ходе раскопок были найдены «аттические чернолаковые сосуды, чернофигурный лекиф, простая посуда местной работы (в том числе посуда, содержавшая кости жертвенных животных), небольшие туалетные сосудики из цветной стеклянной пасты (так называемое “финикийское стекло”), бронзовый наконечник стрелы и железный меч меотского типа» ( Блаватский , 1951. С. 67–68). Это могильник исследовался и в последующие годы, он получил название «Суворовский некрополь» ( Блаватский , 1957. С. 118). В собрании Исторического музея хранится коллекция разведок и раскопок Синдской экспедиции 1951–1952 гг., в том числе и инвентарь двух погребений, исследованных Т. В. Блаватской. Эти материалы ранее не привлекали внимание исследователей, хотя богатый инвентарь захоронений позволяет поставить Суворовский некрополь в один ряд с такими хорошо известными погребальными комплексами Таманского полуострова, как могильник поселения Артющенко 2 ( Кашаев , 2009;

Рис. 1. План поселений Суворовское I и II (по: Блаватский , 1951. Рис. 21)

2010; 2019), Тузлинский некрополь ( Шкорпил , 1914; Сорокина , 1957), могильник Волна 1 ( Цокур и др ., 2022) и т. д.

Таким образом, помимо сосудов на сердечнике раскопанные Т. В. Блаватской захоронения содержали другие хорошо датирующиеся категории погребального инвентаря – аттическую керамику и предметы вооружения3. Среди задач нашей статьи – сопоставить датировки стеклянных сосудов, полученные по системе М. Макклеллана, с датами содержавших их комплексов на основе сопровождающих их находок. Привлекаются также аналогии найденным здесь сосудам на сердечнике из других памятников Причерноморья, в первую очередь те, хронология которых уверенно определяется по археологическому контексту.

В погребении 1 был обнаружен алабастр белого непрозрачного стекла (ГИМ 83813/437; Оп. Б 902/66) (рис. 2: 1, 2 ). Форма тулова близка к эллипсоидной, с незначительным сужением в верхней части, дно закруглено. Венчик широкий, с дисковидной площадкой сверху и с закраиной у края, его диаметр больше максимального диаметра тулова. Переход от венчика к горлу резкий. Тулово гладкое, без рифления. Плечики и горло сосуда утрачены. В месте перехода тулова к плечику сохранилась одна ручка S-видной формы. Декор нитью фиолетового прозрачного стекла нанесен на край венчика и на тулово сосуда. В верхней части тулова сохранилось пять витков спирального орнамента, который переходит в зигзагообразный (семь ярусов) чуть ниже уровня ручек.

Рис. 2. Суворовский некрополь.

Стеклянные сосуды, изготовленные в технике песчано-глиняного сердечника

1, 2 – погребение 1; 3, 4 – погребение 2

В нижней части тулова спирально в два-три витка нанесена еще одна нить. После нанесения декора сосуд был обкатан. Сохранившаяся высота сосуда (включая тулово и венчик) составляет около 9 см (реконструируемая – 9,5–10 см), диаметр края – 3,8 см, горла – 1,2 см, максимальный диаметр туло-ва – 2,6 см. Стекло в целом хорошего качества, но в придонной части сконцентрированы каверны от мелких газовых пузырьков. Есть легкое поверхностное выветривание.

Сосуд наиболее близок к формам I: 2 и 3, по типологии Д. Хардена ( Harden , 1981. P. 58-59), или к классу IA, формам I: 2, 3, по системе Д. Гроуза ( Grose , 1989. P. 126–127). М. Макклеллан объединил подобные алабастры в тип II.A.IV, который он датировал 500/475–440/425 гг. до н. э. При этом сосуды с «мешковатой» (не цилиндрической) формой тулова и широким венчиком, диаметр которого превышает диаметр тулова, аналогичные находке из Суворовского некрополя, он отнес к раннему подтипу 1 первой половины V до н. э. ( McClellan , 1984. P. 32–34).

В Северном и Восточном Причерноморье находки алабастров типа II.A.IV известны в Ольвии, Пантикапее, на памятниках Таманского полуострова, в Анапе, в Пичвнари (Грузия) (свод аналогий со ссылками см.: Цокур и др ., 2022. С. 78–79). Среди изделий раннего подтипа (с «мешковатым» туловом и венчиком шире максимального диаметра тулова), происходящих из датированных комплексов, нужно упомянуть следующие.

В некрополе Пантикапея подобный алабастр был найден в погребении 28, которое по сопровождающему инвентарю датируется концом VI в. до н. э., являясь одной из самых ранних находок данного типа ( Кунина , 2008. Кат. № 3. С. 313–314)⁴. К ранним относится и сосуд из погребения 45 Мирмекия (раскопки Ф. И. Гросса), хранящийся в ГИМ; он происходит из контекста конца VI – начала V в. до н. э. ( Rumyantseva et al. , forthcoming). Один из алабастров был найден В. В. Шкорпилом у мыса Тузлы, в земляной гробнице № 99 (54), которая по находке чернолакового скифоса датируется 480–450 гг. до н. э. ( Кунина , 2002. Рис. 1: 2. С. 112, там же см. ссылки). В Пичвнари из захоронений второй четверти V в. до н. э. происходят два сосуда типа II.A.IV – как раннего подтипа из погр. 227, так и более позднего из погр. 191 ( Kakhidze, Shalikadze , 2009. P. 92; Fig. VII: 20, 21 ). Серия сосудов данного типа происходит из могильника Волна 1 на Таманском полуострове; среди них есть экземпляры раннего подтипа 1. Среди них – сосуд из погребения 208 (раскопки П. С. Успенского) ( Мимо-ход и др ., 2017. Рис. 7: 5 ; 9: 2 ), дата которого определяется 465/450–440 гг. до н. э.

Одной из самых поздних находок раннего подтипа является, вероятно, сосуд из погребения 163 (раскопки П. С. Успенского), которое датируется 430-ми гг. до н. э. ⁵ Алабастр из погребения 60 некрополя Волна 1 (раскопки И. В. Цокур) середины – третьей четверти V в. до н. э. занимает промежуточное положение между более ранним и более поздним подтипами 1 и 2 типа II.A.IV – его ту-лово еще не цилиндрическое и расширяется в нижней части, однако диаметр венчика – менее 3 см и не превышает максимальный диаметр тулова ( Цокур и др. , 2022. С. 76–78. Рис. 142: 4 ). В целом нужно отметить, что в некоторых случаях довольно сложно провести границу между «переходными» формами подтипов 1 и 2.

Помимо стеклянного алабастра из погребения 1 Суворовского некрополя происходят следующие находки.

Чернолаковая солонка (ГИМ 83813/433; Оп. Б 902/62) (рис. 3: 1 ). Высота – 3,2 см, диаметр венчика – 8 см, диаметр основания – 5,4 см. Небольшая чашечка с полусферическим вместилищем на низком кольцевом поддоне. Венчик сосуда загнут внутрь. Надо отметить, что подобные чашечки бытуют на протяжении всего V в. до н. э. Аналогии позволяют датировать солонку в пределах второй-третьей четверти V в. до н. э. ( Sparkes, Talcott , 1970. P. 138, 302. Pl. 34. Fig. 9: 942–944 ).

Скифос чернолаковый (ГИМ 83813/434; Оп. Б 902/63) (рис. 3: 5 ). Высота – 9,7 см; диаметр венчика – 14,2 см; диаметр основания – 7,7 см. В целом, этот тип скифосов с наклонными ручками датируется в пределах первой половины V в. до н. э. (Ibid. P. 84. Pl. 15. Fig. 4: 330–333 ). Наиболее близкие аналогии известны из комплексов второй четверти V в. до н. э. ( Ломтадзе, Румянцева , 2024. С. 109. Рис. 4: 3 ).

Лекиф чернолаковый (ГИМ 83813/435; Оп. Б 902/64) (рис. 3: 2 ). Сохранившаяся высота – 7,5 см; диаметр плечиков – 4,3 см; диаметр ножки – 3 см. Горлышко и ручка не сохранились. Плечики украшены пояском точек и вертикальных тонких линий. Тулово покрыто черным лаком плохого качества.

Лекиф чернофигурный (ГИМ 83813/436; Оп. Б 902/65) (рис. 3: 3 ). Высота – 12,2 см; диаметр плечиков – 4 см; диаметр ножки – 2,6 см. Плечики украшены поясом из тонких вертикальных линий, на тулове орнамент в виде пальметт; нижняя часть покрыта черным лаком плохого качества. Подобные лекифы были широко распространены в Средиземноморье и Причерноморье. Они отличаются цилиндрической формой тулова и относительно высокой шайбовидной ножкой. Наиболее яркие комплексы, в которых они встречены в большом количестве, – целый ряд погребений второй четверти V в. до н. э. на территории афинского Керамика ( Knigge , 1976. P. 107–108, 117–118, 138. Taf. 14: 3 ; 16: 1–4 ; 26: 4 ; 58: 2, 3, 5 ).

Ойнохоя красноглиняная (ГИМ 83813/483; Оп. Б 902/69) (рис. 3: 4 ). Общая высота (с ручкой) – 21 см; максимальный диаметр тулова – 13 см; диаметр поддона – 7 см. Подобные сосуды широко распространены и в материалах

Рис. 3. Суворовский некрополь. Инвентарь погребения 1

1 – солонка чернолаковая (ГИМ 83813/433; Оп. Б 902/62); 2 – лекиф чернолаковый (ГИМ 83813/435; Оп. Б 902/64); 3 – лекиф чернофигурный (ГИМ 83813/436; Оп. Б 902/65); 4 – ойнохоя красноглиняная (ГИМ 83813/483; Оп. Б 902/69); 5 – скифос чернолаковый (ГИМ 83813/434; Оп. Б 902/63)

античных поселений, и в инвентаре причерноморских некрополей VI–IV вв. до н. э. и чаще всего встречаются в комплексах первой трети V в. до н. э. ( Ми-моход, Успенский , 2017. С. 122. Рис. 8; Кашаев , 2019. С. 103–106. Рис. 2: 4, 10 ; Ломта дзе, Румянцева , 2024. С. 109. Рис. 4: 1 ).

Таким образом, погребение 1 по сопровождающему инвентарю может быть датировано в пределах второй четверти V в. до н. э., что хорошо согласуется с датой раннего подтипа стеклянных алабастров II.A.IV, определенной М. Макклелланом первой половиной V в. до н. э. Параллели из датированных комплексов Северного Причерноморья в целом подтверждают эту дату; лишь один аналогичный сосуд «запаздывает» в пределах четверти века, что может быть как частным случаем, а также говорить о возможности чуть более поздней верхней даты данного подтипа. В своде Макклеллана количество датированных комплексов с подобными сосудами – семь, поэтому незначительная корректировка даты не может быть, вероятно, полностью исключена.

Из погребения 2 происходит арибалл темно-синего прозрачного стекла (ГИМ 83813/487; Оп. Б 902/73; рис. 2: 3, 4 ). Шаровидное каннелированое туло-во с покатыми плечиками плавно переходит в горло. Воронкообразный венчик скошен внутрь, у внутреннего края – закраина. Венчик сделан неаккуратно, его край деформирован. Фигурные ручки-ушки, верхний край которых имеет волютообразную форму и крепится к центральной части горла; нижний край прилегает к плечику сосуда. Край венчика декорирован накладной нитью желтого глухого стекла. Тулово сосуда украшают чередующиеся накладные нити желтого и бирюзового непрозрачного стекла. Желтая нить нанесена спиралью против часовой стрелки, начиная от плечика, в 2–3 витка (на плечике она прерывается на участках, где начинаются каннелюры), и затем переходит в «волнистый» зигзаг, чередуясь с нитью бирюзового стекла. Эти же нити, не прерываясь, продолжаются в нижней части тулова, где образуют спиральный декор, нанесенный в три яруса. Дно округлое, в его центральной части читается накладной элемент из синего стекла. Стекло блестящее, ярких цветов, хорошей сохранности и качества. Высота сосуда – 6 см, диаметр края венчика – 2,6 см, горла – 1,7 см; максимальный диаметр тулова – 4,8 см.

По типологии Д. Хардена, арибалл относится к форме I:1 ( Harden , 1981. P. 58, 89), или к классу I:B, форме I:1, по Д. Гроузу ( Grose , 1989. P. 112, 127). М. Макклеллан выделил подобные сосуды в тип II.D.II, который он датировал концом третьей четверти VI – первой четвертью (возможно, первой половиной) V в. до н. э. ( McClellan , 1984. P. 64–65). По пропорциям находка из Суворовского некрополя ближе раннему «поколению», выделенному в рамках данного типа. При этом форма ручек, в верхней части которых уже не петли, а волюты-«колеч-ки», более характерна для второго, более позднего «поколения» сосудов. Свод М. Макклеллана содержит лишь две датированные находки, принадлежащие раннему «поколению» типа II.D.II; обе они происходят из захоронения 540–525 гг. до н. э. (Ibid. P. 218. Cat. N 6, 7); «поколение» 2 исследователь датировал первой четвертью/первой половиной V в. до н. э.

В Северном и Восточном Причерноморье арибаллы типа II.D.II также немногочисленны. Они известны в Ольвии, Пантикапее, на памятниках Таманского полуострова, в некрополе Цихиздзири (Грузия) ( Кунина , 1997. Кат. № 22; 2002. Рис. 4: 1, 2 ; 2008. Кат. № 44, 45; Kakhidze, Shalikadze , 2009. Tabl. I: 1, 3 ; Колесниченко , 2019. Рис. 2) Из датированных находок данного типа арибаллов, встреченных в Северном Причерноморье, нужно упомянуть следующие.

Арибалл, аналогичный находке из Суворовского некрополя, был найден В. В. Шкорпилом на Тамани, между Тузлой и Панагией, возле хутора А. Кро-тенко, в земляной гробнице № 210 (28). Н. З. Кунина датировала это погребение второй половиной V в. до н. э. по происходящему из него чернолаковому блюду ( Кунина , 2002. С. 119–120. Рис. 4: 1 ). Эта дата намного позже времени распространения подобных арибаллов; возможно, она нуждается в уточнении. Кроме того, в отчете В. В. Шкорпила упомянуто, что из данного захоронения происходит также алабастр белого стекла ( Шкорпил , 1914. С. 66). Верхняя дата наиболее позднего типа алабастров, изготовленных из белого стекла, определяется третьей четвертью V в. до н. э. ( McClellan , 1984. P. 32–34). Находка из некрополя Пантикапея, по форме близкая второму, более позднему, «поколению» сосудов типа II.D.II, но изготовленная из красно-коричневого, а не синего стекла, происходит из могилы 17, которая содержала самосскую амфору последней трети VI в. до н. э. ( Кунина , 2008. Кат. № 54). Два арибалла подобного типа происходят из некрополя Цихиздзири (Грузия), из захоронений конца VI – первой четверти V в. до н. э. ( Kakhidze, Shalikadze , 2009. P. 92; Tabl. I: 1, 3 ).

Помимо стеклянного арибалла из захоронения 2 Суворовского некрополя происходят следующие находки.

Чернолаковая солонка (ГИМ 83813/484; Оп. Б 902/70) (рис. 4: 1 ). Высота – 2,9 см; диаметр венчика – 8,6 см; диаметр поддона – 5,9 см. Небольшая низкая чашечка с широким и утолщенным венцом, загнутым внутрь и образующим выступающий бортик. Эта форма появляется в начале V в. до н. э., но наиболее близкие аналогии бытуют во второй четверти века ( Sparkes, Talcott , 1970. P. 133–134, 304. Pl. 33. Fig. 9).

Чернолаковая чаша (ГИМ 83813/485; Оп. Б 902/71) (рис. 4: 6 ). Высота – 8,4 см; диаметр венчика – 19,5 см; диаметр основания – 8,3 см. Сосуд представляет собой широкую неглубокую чашу с утолщенным краем, опирающуюся на высокую ножку с массивным основанием. Характерный профиль ножки с плавным переходом к основанию, почти вертикальный край и врезная канавка под венчиком в сочетании с низким качеством лака позволяют отнести ее ко второй четверти V в. до н. э. (Ibid. P. 138–142, 304. Pl. 35: 962 ; Ломтадзе, Румянцева , 2024. С. 105–106. Рис. 3: 3 ).

Чернолаковая чаша-скифос (ГИМ 83813/486; Оп. Б 902/72) (рис. 4: 2 ). Высота – 5 см; диаметр венчика – 13,3 см; диаметр поддона – 7,8 см. Этот тип сосудов для питья появляется в начале V в. до н. э. и бытует до конца столетия ( Sparkes, Talcott , 1970. P. 101–102. Fig. 5: 469–473 ). Наш экземпляр, судя по морфологии (четко отделенный и сильно отогнутый наружу венчик, массивный кольцевой поддон), относится к раннему варианту ( Ломтадзе, Румянцева , 2024. С. 105– 106. Рис. 3: 6 ).

Рис. 4. Суворовский некрополь. Инвентарь погребения 2

1 – чернолаковая солонка (ГИМ 83813/484; Оп. Б 902/70); 2 – чернолаковая чаша-ски-фос (ГИМ 83813/486; Оп. Б 902/72); 3 – акинак железный (ГИМ 83813/612; Оп. Б 902/79); 4 – бронзовый наконечник стрелы (ГИМ 83813/611; Оп. Б 902/78); 5 – бронзовая ворворка (ГИМ 83813/610; Оп. Б 902/77); 6 – чернолаковая чаша (ГИМ 83813/485; Оп. Б 902/71)

Акинак железный (ГИМ 83813/612; Оп. Б 902/79) (рис. 4: 3 ). Общая длина – 66 см, длина клинка – 51 см, максимальная ширина клика – 6 см. Рукоять овального сечения, перекрестье изготовлено из двух пластин. Клинок в сечении ромбовидный. Меч относится к типу с «простым антенным» навершием и «бабочковидным» перекрестьем ( Мелюкова , 1964. С. 54–55; Ворошилов, Кашаев , 2010. С. 77. Рис. 2: 1 ).

Наконечник стрелы (ГИМ 83813/611; Оп. Б 902/78) (рис. 4: 4 ). Длина – 2,4 см. Относится к типу трехлопастных с втулкой (тип 4.4, по Мелюковой – Мелюкова , 1964. Табл. 5), бытовавших в VI–V вв. до н. э.

Ворворка (ГИМ 83813/610; Оп. Б 902/77) (рис. 4: 5 ). Длина – 2,2 см, максимальный диаметр – 1,5 см.

По комплексу керамики и предметов вооружения захоронение 2 датируется в пределах второй четверти V в. до н. э. Дата стеклянных алабастров типа II.D.II, по системе М. Макклеллана, в целом хорошо согласуется с датой данного захоронения, притом что для раннего «поколения» сосудов, к которому находка из Суворовского некрополя ближе по морфологическим признакам, она представляется достаточно поздней. С учетом того, что датированные находки данного типа (и особенно – его раннего «поколения») немногочисленны, публикация комплекса некрополя важна для уточнения хронологии подобных сосудов, в том числе на периферии античного мира. В то же время с учетом этой даты период распространения сосудов первого «поколения» данного типа – последняя треть VI – первая половина V в. до н. э. – представляется нехарактерно долговременным. Однако уточнить ее будет возможно только по мере дальнейшего накопления данных о датированных находках.

Данные о двух захоронениях Суворовского некрополя второй трети V в. до н. э. позволяют пополнить сводку датированных комплексов с сосудами на сердечнике средиземноморской группы I. Дата погребения 1 подтверждает датировку М. Макклеллана для алабастров типа II.A.IV, при том что общий свод датированных находок из Северного Причерноморья не исключает для него чуть более позднюю верхнюю хронологическую границу. Дата погребения 2 не противоречит общей дате арибаллов типа II.D.II, добавляя новую информацию о времени распространения сосудов данного типа, прежде всего для морфологически близких раннему «поколению».