Любовь в культуре жизни как важная тема в русской философии: социокультурный аспект

Общество. Среда. Развитие № 1’2026

В реалиях сегодняшнего дня с постоянными внешними вызовами и угрозами как никогда возрастает ценность и значимость человеческой жизни и любви как смыслообразующего фактора жизнетворчества. Любовь мотивирует людей на создание семьи, а семью Президент РФ В.В. Путин, отражая мнение россиян, называет «Главным хранителем культуры и основой национального характера». К сожалению, по данным опроса ВЦИОМ в 2024 г.1 на 10 браков в России приходилось 8 разводов, а по данным опроса 2025 г.,2 причинами разводов опрошенные чаще всего называли: финансовые трудности – 27%, недопонимание – 26%, измену – 12% и чуть реже – конфликт ценностей и мировоззрений. Брак перестал быть средством и способом выживания, но чаще всего в нем про- является следующий парадокс: молодежь считает семью, с одной стороны, высшей ценностью, а с другой – непозволительной роскошью, так как каждому хочется иметь идеальную семью, но он не находит в себе ресурсы для ее создания или возлагает ответственность на партнера за устойчивость семейных уз. Ресурсом для создания счастливой семьи, с нашей точки зрения, может стать повышение культуры жизни и эмоциональная наполненность человека чувством любви.

Главная цель данной статьи заключается в обращении к бесценному опыту наших предков, отраженному в культуре жизни поколений, которые, несмотря на выпавшие на их долю трудности, ценили и оберегали свою любовь как высшую ценность и межпоколенческий смысл создания семьи, сохранения рода, поддержания культурных ценностей и патриотической направленности народа.

Материалы и методы

С этой целью с помощью герменевтического и феноменологического методов исследования исторического социокуль- турного опыта наших предков, представленных в Летописаниях, «Домострое», «Стоглаве», в философских и литературно-публицистических произведениях русских философов, мы, преподаватели высшей школы, погружаем подрастающее поколение в атмосферу его прародителей, когда ценности любви органично вплетались в жизнетворчество русского человека в процессе формирования его культуры жизни.

Результаты и выводы

Не секрет, что цивилизованный человек с первых дней жизни погружается в культурный контекст, который социум, и прежде всего, родители, предлагают ему в процессе коммуникативного взаимодействия (ухаживания, поглаживания, заботы, кормления, общения), наполненного любовью и нежностью. В связи с этим Е.М. Лысенко было предложено философско-психологическое понятие «культура жизни» [10], которое рассматривается в онтологическом ракурсе как био-определяющее, социально обусловленное, психологически обоснованное, духовно мотивированное воплощение синергийного объединения культуры общества и культуры человека как субъекта жизнедеятельности 3.

Слово «любовь» как феномен и как понятие настолько прочно укоренилось в нашем мировосприятии с далекого детства, что возникает ощущение, будто оно всегда существовало в нашем литературном языке и, несмотря на свою многозначность, может быть интерпретировано и осмыслено в философском дискурсе как ключевой компонент культуры жизни. Вспоминаются слова М. Горького: «Жизнь без любви – не жизнь, а существование. Без любви жить невозможно, для того и дана душа человеку, чтобы любить». Трудно не согласиться с А. Асмоловым, который перефразировал известный тезис философа А. Бергсона о том, что жизнь предстает «творческом импульсом эволюции», а «в начале эволюции была… любовь». Любовь в философско-психологическом дискурсе А. Асмолова – это «переизобрете-ние жизни, опыт полноты переживания своего времени и вечности во времени».

Если в античной философии жизнь воспринималась как некая гармония с природой на основе исследования «добродетели» (Сократ), припоминания хранящихся в душе воспоминаний «о мире идей», воплощенных «в мире вещей» (Платон), «стремление к счастью» благодаря осуществлению сущности человека «через его поступки» (Аристотель, Демокрит, Эпикур), то в период Средневековья целью человеческой жизни стало познание Бога и воссоединения с ним (Августин Блаженный, Фома Аквинский). Любовь же рассматривалась как неотъемлемая сфера жизни, которая принадлежит самой структуре бытия в целом и может обретать характер «платонической» – небесной, духовной и вечной, отличающейся от «земной»; может быть «эротической» – не только чувственной, но и стремящейся к поиску высшей истины. В учении стоиков истинная любовь проникает во внутренний мир человека и не зависит только от чувственных удовольствий и внешних обстоятельств, но и определяется его духовным развитием. В отличие от «восходящей любви – Эроса» в понимании философов Античности, Средневековье предлагает человеку ориентацию на «любовь – каритас – нисходящее сострадание к нуждающимся», «отречение от земных благ во имя любви к Богу».

Европейские философы Нового времени, отказавшись от целостного метафизического видения реальности бытия в его онтологическом аспекте, буквально расщепили социокультурный опыт человечества на фрагменты, что в свою очередь привело к утрате целостности в понимании человека, общества и культуры, а также самого феномена любви в культуре жизни.

Ключевые онтологические вопросы сущности бытия отошли на задний план, уступив место гносеологическим постулатам «Человека мыслящего, а следовательно, существующего» (Р. Декарт). Европейские философские традиции в лучшем случае касались вопроса субъективного идеализма, признающего центром мироздания сознание каждого отдельного субъекта в его самодостаточной реальности, обесценивающей сверхприродное и целостное видение мира, а тем самым и другого человека как потенциального субъекта любви. Вместо поиска гармонии и баланса философы выставили напоказ «прагматическую идею полезности», что с очевидной вероятностью создало дисбаланс между духовными ценностями нравственных и моральных норм и жаждой материального богатства, якобы определяющего благополучие и качество жизни целых поколений. Оказавшись полноправным хозяином своей судьбы, но не обретя морального стержня, не страшащийся Божьего гнева

Общество

Общество. Среда. Развитие № 1’2026

и укоров совести, человек повторял вслед за Ницше: «Бог умер, да здравствую “Я”», втайне считая себя не «лабиринтным человеком» или «аристократом духа», а сразу претендуя на «Сверхчеловека», который пришел в этот мир, памятуя о конечности собственного бытия, чтобы насладиться жизнью, развлечься, сотворить свой мир, ориентируясь на собственные ценности и соображения. Даже Иммануил Кант отнес любовь к чувственной сфере, тем самым исключив ее из этики, а нравственный человек – это человек, перешагнувший чувственную сферу. Совсем пессимистичным выглядит определение жизни и любви по А. Шопенгауэру, который, считая жизнь проявлением мировой воли, называл ее постоянной борьбой со смертью, причем все усилия освободиться от страданий, по его мнению, приводят лишь к тому, что одно страдание заменяется другим страданием. Любовь он отождествлял с неудержимым инстинктом, «могучим стихийным влечением к продолжению рода», а привлекательность одного существа в глазах другого для него имела смысл только как учет благоприятных данных для произведения на свет хорошего потомства, но эти качества в действительности были иллюзией и мгновенно рассеивались после достижения намеченной цели.

Такие философские инсинуации не могли не сказаться на восприятии и понимании феномена любви, обесценивающей роль женщины в истории семейных отношений и нивелирующей ценность культуры жизни в целом. В противовес этому вспоминаются великолепные слова русского писателя М.М. Пришвина о том, что истинная любовь – есть нравственное творчество.

А.Г. Асмолов повторяет: «Любовь не терпит прагматического подхода», и известный психолог предупреждает молодых: «Когда люди перед тем, как решиться на любовь, включают внутренний калькулятор, начинают высчитывать, что выиграют от этой любви или проиграют, – то лучше в пространство любви не входить» [2]. В русском национальном характере мало прагматизма, но в нем много любви к ближнему , однако это чувство необходимо бережно нести по жизни из поколения в поколение, тщательно подпитывая и оберегая.

Вернемся к традиции русской философии, которая не пошла по пути европейского воззрения на природу бытия, а сохранила незыблемый самобытный религиозно-философский фундамент, не позволяющий человеку, даже разъедаемому страстью и ревностью, опуститься до недр животного состояния во имя минутного удовольствия обладания телом без учета душевных ран и ответственности за содеянное [13].

В русской философии к теме любви обращались В.С. Соловьёв, В.В. Розанов, Н.А. Бердяев, Е.Н. Трубецкой, Л.И. Шестов, П.А. Флоренский, С.Н. Булгаков, С.Л. Франк, Л.П. Карсавин, Б.П. Вышеславцев, Н.Г. Чернышевский и другие, акцентируя внимание на гуманистические традиции в понимании любви и целостность духовно-душевно-телесной организации человека, что и составляет, на наш взгляд, «культуру жизни». Отечественные философы, психологи, социологи, культурологи, писатели анализировали «половой аспект любви» (работы Н.А. Бердяева, В.В. Розанова, В.С. Соловьёва, П.А. Флоренского), «гендерный аспект» (исследования И.С. Кона), аспект любви «как способа межличностного единения» (социально-философские взгляды М. Бубера, В.Д. Губина, Г.Я. Стрельцовой); характер «материнской любви» (Б.Г. Ананьев, С.В. Петрушин), «отцовской любви» (С.И. Самыгин, В.А. Сысенко), «любви к Богу» (Н.А. Бердяев, П.А. Флоренский, С.Л. Франк), любви «как дружеской связи» (В.С. Соловьев, И.С. Кон, В.И. Стародымова).

Христианство переосмысливало любовь как феномен культуры жизни и полагало ее в аксиологическом ключе наивысшей ценностью, поэтому в христианских текстах звучит проповедь благотворности любви для всего творения, когда любовь к Богу и к своему ближнему становятся высшими ориентирами духовности человека: «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим» (Мф. 22, 37), «возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мф. 19, 19). В любви акцент делается на милосердие, на постижение божественной сущности и божественного замысла, на преображение человеческой природы для поиска утраченного Рая, на избавление мира от зла, на возвышение морального принципа любви. Любовь выступает как эстетическая характеристика человеческого духа. Идея соборности строится на двух основаниях: любви к Богу и единении людей в силу любви к ближнему. Она становится позывом души, а не социума.

Любовь для русских философов – это духовная сила, аккумулирующая в себе высшие ценности человеческой жизни: свободу, счастье, справедливость, гуман- ность. Она позволяет человеку реализовать свои лучшие качества, стать личностью. При этом, раскрывая смысл жизни и любви, русские философы отражали разные подходы.

В русской философии сохранилась идея Бога и его неразрывной связи с судьбами человека. Так, Фёдор Михайлович Достоевский (1821-1881) , русский писатель, мыслитель, философ и публицист, выдвинул идею «Богочеловека» и рассматривал Богочеловека как соединение божественной и человеческой природы в личности Иисуса Христа. Он не раз утверждал, что видит в опоре на Бога и божественные заповеди смысл развития человеческой природы. Во всех своих проявлениях, в том числе и в любви, человек ориентируется на божественное бытие, самоопределяется и строит отношения в соответствии с его законами, а смысл счастья видит в исполнении нравственного долга любви к ближнему, «служении духу, а не плоти». В европейской традиции философия взывала к жизни «человекобога», который якобы достигает богоподобности независимо от Христа, становясь, например, Сверхчеловеком.

К любви у Ф.М. Достоевского было противоречивое отношение, во многом предопределенное травмами детства, но он никогда не сомневался, что именно любовь позволяет ответить на все вопросы человека и позволяет ему решить внутренние проблемы. Он предлагал людям «копить любовь в своих сердцах», так как она всесильна и позволяет переродить человека в нем самом («Дневник писателя», 1877). В его высказываниях можно встретить очень проникновенные строки о любви русской женщины. Он считает, что когда русская женщина любит, отдает всё: «и мгновения, и судьбу, и настоящее, и будущее… красота их быстро уходит в того, кого любят» («Подросток», 1875). Выдающееся высказывание: «Тот, кто хочет увидеть живого Бога, пусть ищет его не в пустом небосводе собственного разума, но в человеческой любви».

Идея Богочеловека, по мнению выдающегося русского религиозного и политического мыслителя, философа, социолога Николая Александровича Бердяева (18741948), явилась «порождением русской христианской мысли» через образы Зосимы, всегда пребывающего в Боге и становящегося Богочеловеком (по мнению Н.А. Бердяева, проповедующего «религию хлеба небесного»), и Кириллова, стремящегося стать Богом («религия хлеба земного»), но проявляющего бесовское начало. Он считал, что пол человека – это «стихия»

не только мужского и женского, но и соединение человека и космоса, гармония микрокосма и макрокосма. Любовь, по его мнению, трагична хотя бы потому, что не может быть подчинена нормативным установкам, семейному благоустройству и жизненной перспективе, но она нелегальна, таинственна, пребывает за пределами обыденности и носит трагедийный характер, приближающий ее к смерти. Как и Достоевский, Бердяев считал, что женщина вкладывает в любовь всю свою природу, а мужчина боится всепоглощающей женской любви, так как сам не приносит себя целиком в это чувство. В работе «О назначении человека» он уверяет, что там, где нет любви, не может быть добра, поэтому вершить «добрые дела» в жизни не из-за любви, а из-за корысти безнравственно.

В его учении кроме жизнеутверждающей, вдохновляющей, энергетически заряженной подлинной любви существует еще и похоть, ориентированная только на телесность и отличающаяся вампири-ческой поглощаемостью объекта любви. Тем не менее, он верит, что любовь остается «универсальной энергией жизни», способной превращать «злые страсти» в «страсти творческие». Хочется отметить, что анализ творчества Ф.М. Достоевского, позволил Бердяеву выявить два типа любви, свойственных русскому характеру: «любовь – сладострастие» и «любовь – жалость» («Миросозерцание Достоевского») [1, 8, 9, 11, 12, 19].

Н.А. Бердяев считает любовь не только первоисточником жизни, но и вечным источником творчества, позволяющим личности раскрыть свое предназначение. Целостная личность появляется только в силу слияния полов, но не физического слияния, отвергнутого автором, а слияния духовного, названного Эросом. О каком бы типе любви по Н.А. Бердяеву не шла бы речь: к женщине, к брату, сестре, речь идет о любви к Единому, о восхождении к Богу. Поэтому и эротическая любовь, по Н.А. Бердяеву не греховна, не лишена Божественных начал, но духовное слияние полов обеспечивает целостную личность. О каритативной, жертвенной, чистой, небесной любови философ заговорил в конце собственного жизненного пути и не успел до конца оформить эту мысль [3, 4, 5, 6].

Для отца русской философии, стоящей «на трех китах»: логике, метафизике и эти-

Общество

Общество. Среда. Развитие № 1’2026

ке, поэта, публициста, литературного критика Владимира Сергеевича Соловьёва (1853–1900) жизнь сама по себе предусматривает некий смысл, который позволяет большинству человечества просто жить в соответствии с идеалом благой жизни, идеями служения добру, в соответствии с вписанным в сердце нравственным законом и чувством уважения к долгу. Корень нравственности автор видел в чувстве стыда как основе совести. В 1896 г. в статье «Нравственный смысл жизни» писал: «Нравственный смысл жизни первоначально определяется самим добром, доступным нам внутренне через нашу совесть и разум, поскольку эти внутренние формы добра освобождены нравственным подвигом от рабства страстям и от ограниченности личного и коллективного себялюбия». Процесс совершенствования собирателен: «совершенствуется один человек, а с ним совершенствуется семья, народ, нация, человечество». Таким образом, культура жизни семьи связана с культурой жизни нации и всего человечества.

В.С. Соловьёв в цикле статей под названием «Смысл любви» стремился примирить крайности платонического эроса любви и христианского духовно-нравственного подхода к любви при решении проблемы пола. Он признавал эротическое напряжение как форму духовного единства, поэтому для него смысл половой любви состоит не только в продолжении рода, но и в обретении единства телесного и духовного в культуре жизни, когда телесная связь между влюбленными ведет к формированию их духовной целостности. Для него сущность пола для человека не в родовом инстинкте, так как может обходиться и без размножения, а в таинственном стремлении к единению с другим человеком как проявлении родовой потребность в другом. Подобная форма любви раскрывает целостность человеческого бытия, поскольку единичное существование человека закрепощает его индивидуальность, наполняет жизнь эгоистическими переживаниями, а любовь выводит за субъективные пределы бытия, помогает обнаружить связь между предметами в этом мире, побуждает единичную индивидуальность участвовать в процессе всеобщей обусловленности. Он писал: «Смысл человеческой любви вообще есть оправдание и спасение индивидуальности через жертву эгоизма» [14, c. 32]. Половая любовь как ценность в жизни человека дарит возможность ощущения безусловного значения бытия другого человека, создавая условия для обретения телесного и духовного единства любящих как субъектов культуры жизни. К идее всеединства направляет человека наивысшая форма половой любви, или сизигии (в переводе с греческого языка – «сочетание»), применимое не только для обозначения брака между мужчиной и женщиной, но и для обозначения формы единства человеческого начала с божественной сущностью.

• В .С. Соловьёв выделил пять «путей любви» в своей устремленности к всеединству:

• –    первый путь предопределен родовым инстинктом и связан с низменной стороной любви (в нашей интерпретации, со страстями и сладострастием);

• –    второй путь детерминирован стремлением к получению удовольствия (гедонистическими потребностями психофизиологического начала в человеке);

• –    третий путь – это путь к браку и проявление любви в семейных взаимоотношениях (традиционные социальные связи и отношения);

• –    четвертый путь – это любовь, ориентированная на аскетизм и безбрачие (платоническая, аскетическая, нередко жертвенная любовь);

  – пятый путь предполагает интеграцию принципов «андрогинизма», «телесной духовности» и «богочеловечнности» [14, c. 90]. Особую ценность обретает взаимная любовь, открывающая человеку возможность для развития, становления нового сознания, раскрытие подлинного бытия вместо субъективных ощущений и фантазий [15, 16].

Русско-американский социолог и культуролог Питирим Александрович Сорокин (1889–1968) в своей книге «Путь и сила любви» [3] выделял две формы и семь видов любви. Среди форм он называл:

• а)    постепенно очищаемую от биологических корней с биологически-половыми вожделениями «эстетически идеальную любовь», которая по мере цивилизационного развития переставала быть простым способом удовлетворения интимных потребностей, но всё больше окультуривалась, поднималась на новую психологическую ступень и обеспечивала единство тел и душ за счет эстетизации чувств;

• б)    половые отношения между мужчиной и женщиной, далекие от дружбы, симпатии, «единения душ», но ориентированные на удовлетворение физиологических потребностей либо за материальную плату (проституция), либо без платы на уровне взаимоотношений «самки» и «самца»,

Таблица 1

Био-психо-социо-духовные основы любви как феномена культуры жизни у русских философов

Имя философа Телесные, биологические основы любви Социальные основы любви Психологические (душевные) основы любви Духовные основы любви ® S Й я о н о Ч S е Любовь предполагает служение духу, а не плоти. Тело имеет свой «плотский закон», который неумолим и трагичен Любовь вносит гармонию и цельность в отношения людей друг с другом и с миром Человек самоопределяется и строит любовные отношения в соответствии с его внутренними законами Божественное бытие любви. Смысл счастья – в исполнении нравственного долга любви к ближнему я си « Он си И < Любовь – похоть, сладострастие телесность, вампириче-ская поглощаемость объекта любви. В сексуальной влюбленности есть переживание фаллического культа Любовь внесоци-альна, не имеет отношение к народу и роду. Не терпит послушания Любовь – высшее содержание жизни человека, дарующее свободу и радость Любовь – творческий процесс, «лестница восхождения к Богу, путь слияния с мировой душой», Она имеет космическую природу я я о о и и и Низменный путь любви, половая любовь детерминирована родовыми инстинктами размножения и предполагает поиск притягательного партнера Любовь – изживание эгоизма, она сохраняет равенство между любящими, на любви построено социальное бытие людей, это путь к браку и семейной любви Любовь – расцвет и напряжение индивидуальной жизни человека, она разумна и оформлена, это творческий процесс самосо-вершенство-вания личности Любовь – дар Божий, средство святости, путеводная звезда в Божье царство, интеграция принципов «андрогинизма», «телесной духовности» и «богочело-вечнности» Путь получения удовольствий Это путь, ориентированный на аскетизм и безбрачие и S Й о о и < с Онтологическая гармоничная всеохватывающая любовь Любовь физическая, упорядоченная Вселенной. Любовь необходима для выживания, как еда, вода, безопасность Любовь социальная, альтруистическая. Любовь-эрос – в основе этики «добрососедства», которая является фундаментом человеческого общества и гарантией его существования Любовь психологическая эмоциональная Любовь-агапэ – неэгоистическая и самоотверженная любовь, она «не ищет своего», но свободно изливает сама себя Любовь этическая с ценностями истины, добра и красоты Любовь биологическая, страстно-романтическая и сексуальная Любовь религиозная, любовь к Богу которые были названы автором «ресторанной любовью».

Соответственно и виды любви предстают как компоненты культуры жизни человека:

• 1)    любовь физическая, определяемая с помощью единства, интеграции и упорядочения энергии Вселенной;

• 2)    любовь биологическая, выражающаяся как сексуально, так и романтически, а также посредством страсти;

• 3)    любовь психологическая, имеющая эмоциональный подтекст, основанный на эмпатии: проявлении или испытании сопереживания, сочувствия, доброжелательности;

  Общество

  
  

  Общество. Среда. Развитие № 1’2026

  
  

• 4)    любовь социальная, возникающая и проявляющаяся во взаимоотношениях за счет проявления альтруизма, взаимопомощи или взаимообмена;

• 5)    любовь этическая, согласующаяся с ценностями истины, добра, красоты;

• 6)    любовь религиозная, выступающая как любовь к Богу;

• 7)    любовь онтологическая, сущностная, охватывающая и определяющая единство, гармонию, вдохновение и обогащение [4, с. 207].

П.А. Сорокин, оценивая социально-политический контекст жизнедеятельности, считал, что любовь способна влиять не только на международные отношения, но и на разрешения международных конфликтных ситуаций, поэтому, если в основе общества лежит любовь, то в обществе царят согласие и любовь [16, 17, 18].

С нашей точки зрения, в концепции П.А. Сорокина великолепно отражены все ипостаси культуры жизни «человечества – общества – личности», выходящие за пределы субъектной наполненности любовью в био-психо-социо-духовном звучании, но и связывающие человека с космосом и Вселенной силой духовно-нравственных устремлений и гармонизирующих начал.

Сравнительный анализ воззрений философов на любовь с позиции культуры жизни представлен нами в табл. 1.

Заключение и выводы

Итак, в русской культуре издавна феномен любви воспринимался как единение человека с природными силами и как основа праведной жизни человека и проявление его милосердия.

В мировоззрении русского человека любовь не несла в себе «прагматическую идею полезности, но была связана с проявлениями нравственного начала духовной силы.

Русские философы видели в любви:

• - биологические (физические, телесные) основы культуры жизни: «фаллический культ» и «сладострастие» (Н.А. Бердяев), «детерминацию родовыми инстинктами размножения» и «стремление к удовольствию» (В.С. Соловьёв), «страстный романтизм и сексуальность» (П.А. Сорокин);

• - социальные основы культуры жизни: привнесение в отношения людей мира, гармонии и целостности (Ф.М. Достоевский), построение социального бытия людей (В.С. Соловьёв), «альтруизм» (П.А. Сорокин);

• - психологические феномены: «возможность самоопределения» (Ф.М. Достоевский), «высшее содержание жизни со стремлением к радости» (Н.А. Бердяев), «процесс творческого самосовершенствования личности» (В.С. Соловьёв); «эмоциональную психологическую составляющую» (П.А. Сорокин);

  -духовные основы культуры жизни: «живой Бог » (Ф.М. Достоевский), «дар Божий» (В.С. Соловьев); жизнеутверждающая, вдохновляющая, энергетически заряженная сила, постоянный источник творчества, соединение микрокосма и макрокосма (Н.А. Бердяев), «нравственный смысл жизни» (В.С. Соловьев) и нравственный долг человека (Ф.М. Достоевский).

Хочется отметить, что русские философы подчеркивали полную самоотдачу в любви русской женщины, считая ее любовь гениальной; верили, что без любви нет добра, и только любовь может превращать злые силы в творческие (Н.А. Бердяев), что не стоит в любви гоняться за ускользающим счастьем, а следует привносить в жизнь радость, что не стоит придаваться сиюминутной «ресторанной любви», а надо выбирать «эстетически идеальную любовь», обеспечивающую единство тела и души (П.А. Сорокин).

В западноевропейской философской традиции акцент делался и делается на телесность и физическое обладание (биопси-хологическое начало) , на «эрос» (физиологические, чувственные элементы любви, по Платону), постоянную динамику перенаправления энергии «либидо» (от лат. lĭbīdo – «похоть, желание, страсть, стремление») на объект («на себя» – нарциссическое либидо, «на объект» – объектное либидо), причем в узком смысле слова психическая энергия либидо разряжается только путем сексуального удовлетворения, а в широком – это энергия влечения к жизни, побуждающая к созиданию и гармонии.

Знание содержания и особенностей феномена любви позволяют молодым людям не только рефлексировать ценностные аспекты любви, но и осознавать, что проблемы и кризисы в этом иррациональном феномене подчас неизбежны, а именно они становятся точками роста и формирования культуры жизни каждого из нас.

Многие проблемы в семейной жизни молодежи возникают из-за того, что они не в полной мере постигли культуру любви в культуре жизни, превознося либо биологический, либо социальный, либо психологический компоненты, ориентируясь на страсть, «здоровый» прагматизм, мифы в оценке партнеров и стереотипы в восприятия и оценке чувств. Восхищает прозорливость русских религиозных философов, которые считали, что телесность и духовность взаимосвязаны и преходящи в любви, поэтому любовь телесная хороша не только для удовлетворения гедонистических потребностей или рационального желания продолжить себя в поколениях, но и в том, что она является основой духовного влечения душ, возвышающих личность до космических и божественных начал во имя сохранения жизни на Земле и во Вселенной.

Воспитанием культуры жизни в целом и культуры любви, в частности, необходимо заниматься с первых лет ребенка во всех институтах образования: семье, детских дошкольных учреждениях, школе и в вузе.

Таким образом, русская философия раскрывает огромный потенциал феномена любви как одной из «духовных скреп»4

поколений, обеспечивающих в триаде «жизнь – смерть – бессмертие» передачу биологических (телесных), социальных (заложенных в процессе социализации), душевных (личностных) и духовных (морально-нравственных, религиозных, космических) основ культуры жизни из прошлого в настоящее и будущее. Основное внимание в онтологическом и социокультурном аспектах понимания любви уделяется любви к Родине, семье, миру, ее благотворному влиянию на жизнь в целом. Отношение к любви определяется национальными традициями, милосердием, глубинной духовностью, жертвенностью во имя другого, целомудрием. Такое понимание любви ребенок должен впитывать с «молоком матери» и бережно нести в себе, передавая последующим поколениям как неугасимый животворный огонь культуры жизни.