Метод организационно-деятельностной игры в обучении основам социально-культурного проектирования

Современное социально-культурное проектирование представляет собой технологию организации конструктивной, творческой деятельности, нацеленной на решение задач государственной культурной политики.

Применение проектных технологий в социально-культурной сфере ориентировано на повышение роли культуры в общественной жизни россиян, на развитие культурного многообразия и социальных инициатив посредством стимулирова- ния механизмов самоорганизации творческих практик.

Существенный вклад в раскрытие сущностных характеристик социально-культурного проектирования внесли такие известные отечественные учёные, как Ю. Д. Красильников, А. П. Марков, Г. М. Бирженюк, В. М. Чижиков и другие. В частности, Г. М. Бирженюк конкретизировал сущность социально-культурного проектирования, которая состоит в возможности обеспечивать субъектам социального партнёрства полноценную реализацию творческих идей и развитие рынка культурных услуг на основе сочетания нормативных и диагностических подходов, научно обоснованной управленческой стратегии, способствующей разрешению конкретной ситуации [4].

Природа социально-культурного проектирования весьма демократична, что делает её доступной для применения всеми слоями населения. Инициаторами, разработчиками, организаторами и непосредственными участниками социально-культурных проектов являются не только сотрудники учреждений культуры или других организаций, занимающихся производством и реализацией социально-культурных услуг, но и представители общественности, в том числе и непрофессионалы, представители различных социальных и возрастных групп. В данном контексте Ю. Д. Красильников отмечает, что проектная деятельность может проявлять себя как «“зерно кристаллизации” конструктивных общественных идей и инициатив [2, с. 58]».

В качестве примеров успешной проектной деятельности в условиях социального партнёрства следует назвать международные фестивали протеатров, инклюзивного танца, вручение Международной премии «Филантроп» и другие, а также многочисленные благотворительные акции благотворительного фонда «Подари жизнь», фонда «За мир без наркотиков», деятельность общественных фондов «Русфонд», «Центр социальных программ», «Линия жизни» и других [5].

Однако, несмотря на имеющийся позитивный опыт реализации проектов социокультурной направленности, на практике существует необходимость усиления научной рефлексии имеющегося опыта, дальнейшей разработки организационноуправленческих форм, развития умений привлекать альтернативные ресурсы и т.д.

При этом практика социально-культурного проектирования сталкивается с тем, что цели и задачи проекта не всегда чётко определены, а технология ограничивается жёсткими нормативами и требованиями, что нередко приводит к стихийному развитию событий и отсутствию ожидаемых результатов. Как следствие, возникают проблемы, связанные с дефицитом знаний закономерностей организации проектной деятельности и недостаточным пониманием степени социальной ответственности в создании условий для развития личности и возможностей самореализации, сохранения и воспроизводства культурных и духовных ценностей.

Принимая во внимание, что современная культурная политика обретает инновационные ценностно-смысловые основания, выразителями которых выступает множество субъектов и культурных сообществ [10], можно отметить увеличение количества и развитие качества методов создания социально-культурных проектов, среди которых особое место занимает метод организационно-деятельностной игры.

В связи с этим актуальным является рассмотрение метода организационно-деятельностной игры в контексте развития у студентов, обучающихся по направлению подготовки «Социально-культурная деятельность», навыков проектирования.

Разработка инновационных подходов к применению организационно-деятельностных игр в образовательной практике была проведена в научно-исследовательской лаборатории Академии педагогических наук СССР. Руководителем проекта являлся выдающийся советский учёный Г. П. Щедровицкий.

Появление и распространение данного метода было обусловлено рядом изменений социально-экономического характера и поиском соответствующих механизмов саморазвития, чтобы не оказаться в ситуации «внешней перестройки в соответствии с требованиями других сфер, общей социальной и культурной обстановки [6]».

Так, начиная с 1980-го года, организационно-деятельностные игры стали активно применяться в различных сферах деятельности при проектировании комплексных программ градостроительства, наукоградов, производственных объединений, в том числе и в практике высшего образования.

Сущность принципа, который был положен в основу организационно-деятельностных игр, состоял в обязательном развитии как организаторов, так и участников игры в процессе решения конкретных задач или ситуаций. Положение о том, что «знать» не значит «уметь», стало основным отличием организационно-деятельностных игр от других методов групповой работы (синектики, деловых игр, «мозгового штурма», квестов и других), ибо в ситуациях, когда речь идёт о создании чего-то нового и чётко не определены конечные цели, необходимо опираться не на знания об объектах деятельности, а на знания о самой деятельности. Впоследствии такое знание получило название «рефлексивное».

В обосновании методологии организационно-деятельностных игр отражены идеи Л. С. Выготского, согласно которым высшие психические функции возникают в совместной деятельности, в процессе общения, как функции, «разделённые между людьми», и лишь потом они становятся индивидуальными функциями [1]. Таким образом, деятельностный подход позволяет раскрыть положение о том, что личность не может рассматриваться вне контекста её деятельности и процесса взаимодействия с окружающим миром, поскольку сама личность формируется в системе этих отношений.

В раскрытии социальной природы деятельности принципиально значимы подходы А. Н. Леонтьева, согласно которым вне социальной преемственности деятельности невозможен социальный прогресс, поэтому необходимым условием является совместное производство. И чем сложнее деятельность, тем большего взаимодействия людей с разделёнными функциями она требует. Другими словами, человек вообще не может существовать вне деятельности и социальных взаимоотношений [3].

Таким образом, в ходе освоения новых видов деятельности её элементы, выступавшие как цели, могут выступать в качестве мотивов. Причиной, побуждающей человека к деятельности, является потребность, как состояние, выражающее зависимость человека от материальных и духовных предметов и условий существования. Одна и та же деятельность у разных людей может иметь разные мотивы, а на основе одинаковых потребностей могут образовываться мотивы и к разным видам деятельности. Мотивы могут быть как осознанными, так и неосознанными. Формой проявления осознанного мотива является личностный смысл.

Мотивационная система человека определяет масштаб его личности, а развитие мотивов с точки зрения самовоспитания личности играет определяющую роль. Согласно взглядам А. Н. Леонтьева, дан- ный механизм трансформации получил название «сдвига на цель», то есть, достигнув цели в результате деятельности, человек может её продолжить, потому что этот вид деятельности приобрёл для него определённый ценностный смысл и выступает одним из удовлетворяющих его мотивов обеспечения условий жизнедеятельности. Человеческая деятельность изначально возникает как деятельность совместная (коллективная), из которой позднее выделяется деятельность индивидуальная, освоение которой осуществляется путём формирования навыков и умений.

Технологическую основу организационно-деятельностной игры составляет проблемная ситуация, неразрешимая в рамках известных подходов и возможностей, сложившихся в какой-либо сфере практической деятельности. Так, в целях поиска решений формируется коллектив из компетентных специалистов из разных областей знания, объединённых проблемной ситуацией.

Соответственно, сценарий игры обуславливает разработку концепции взаимодействия между модераторами и практиками в ходе постановки и решения проблемы. Важнейшее значение в проектном методе имеет способность участников к отказу от стандартных и общепринятых способов решения проблемы, а также быстрое усвоение того, что знают и умеют другие участники.

Поэтапность технологического процесса применения организационно-деятельностной игры предполагает последовательное прохождение ряда фаз, в ходе которых участники фиксируют проблемное содержание ситуации в теоретической форме.

Фаза 1. Погружение в проблематику. В задачи данного этапа входит самоопределение участников, постановка индивидуальных и коллективных целей – как по отношению к проблемной ситуации, так и в отношении самой игры. Фаза должна закончиться пониманием различия между целеполаганием и возможностью реализовать поставленные задачи, пониманием того, что коллектив готов в этих условиях взаимодействовать.

Фаза 2 . Переход от предметных, профессиональных способов мышления к анализу средств мышления и понимания. Фаза должна сформировать у участников два типа рефлексивных представлений: о самой деятельности и об объекте деятельности. Представления о самой деятельности и получили название организационнодеятельностных представлений, обозначив название метода. Такой подход позволяет осознать: что необходимо для достижения цели. В результате появляются основания для разработки основных идей решения задачи или разработки программ для дополнительных исследований, обеспечивающих решение проблемы.

Фаза 3 . Оформление результатов исследования для использования в реальной ситуации. Один из важнейших принципов организационно-деятельностной игры – нацеленность на практическую деятельность. Здесь мышление рассматривается не как изолированное и самодостаточное, а как соотнесённое с практическим действием, чтобы дать мыслительное основание для последующих действий через понимание предыдущих.

Специфика подхода опирается на идею развития знания и практических навыков социально-культурного проектирования посредством осознания его значимости в современных условиях развития общества, признания опосредованного воздействия практик социально-культурного проектирования на общественное сознание, отдельные социальные группы и непосредственно индивидов.

В современных гражданских инициативах проектной деятельности формиру- ется новая парадигма социально-культурной деятельности, суть которой состоит в развитии социальной активности граждан, – парадигма, неразрывно связанная со свободой и социальной ответственностью, проявлением сущностных свойств социального субъекта, активностью, находящей выражение в деятельности [7; 8; 9; 10]. Формирующаяся парадигма, по мнению Н. Н. Ярошенко, связана с поиском новых подходов в организации социальнокультурной деятельности, которые приведут к изменению общественного сознания, повысят ответственность всех субъектов социально-культурной деятельности за сохранение и развитие общества и государства [10].

Поэтому активная включённость личности в процессы социально-культурного проектирования обеспечивает перевод действий с внешнего плана на внутренний план участника. Как следствие, изменяется форма его участия в новом социальнокультурном проекте, происходит переход к технологически более сложным действиям.

Опыт применения организационно-деятельностных игр в рамках проведения технологических практикумов социальнокультурной деятельности свидетельствует об эффективности формирования у студентов организационных компетенций, необходимых для принятия решений и чётких действий в условиях неопределённости, характерных для большинства социальнокультурных проектов. В процессе фиксирования результатов проектной деятельности происходит становление мировоззренческой позиции, адекватной социокультурной и социально-экономической ситуации, возникают дополнительные стимулы развития личностных качеств, побуждающие студентов к совершению социально полезных действий, способствующие социальной активности и проявлению гражданской инициативы в области решения социально значимых проблем.

Думается, что расширение практики применения организационно-деятельностных игр в современной социально-культурной ситуации ставит перед исследователями задачу оптимизации педагогических условий, которые обеспечат достижение желаемого результата – повышения уровня социальной активности, при котором у участников процесса будет сформирована стойкая потребность к самостоятельному осуществлению подобного рода деятельности в новых экономических реалиях.