Морские термины в неизданных сочинениях адмирала С. И. Мордвинова середины XVIII века

В первой половине XVIII века язык специальной литературы – почти исключительно переводной – отличает значительная языковая, в том числе лексическая, вариативность. В зависимости от подготовки и образования авторов и переводчиков научный текст мог иметь как церковнославянскую языковую основу («Арифметика» Л. Магницкого 1703 года или «География генеральная» 1718 года в переводе Ф. Поликарпова), так и опираться на деловой язык, близкий к разговорной речи (в частности, переводы Посольского приказа рубежа XVII–XVIII веков, первые переводы, выполнявшиеся при Академии наук, и др.). На русский язык переводов этого периода обычно большое влияние оказывает язык оригинала – латинского, немецкого, французского и др.

В сфере терминологии это создает лексическую дублетность и неустойчивость фонетического и морфологического облика лексики.

При отсутствии нормы в терминообразовании в первой трети XVIII века в развитии научного языка исследователи выделяют две противоположные линии: с одной стороны, для ряда авторов характерна ориентация на заимствование отработанной европейской терминологии, установка на интернациональные обозначения, а с другой – попытки создания и внедрения в практику русских эквивалентов, с ориентацией на русского учащегося [4: 32–33]. При расширении круга источников эта языковая пестрота закономерно усугубляется, как показывают исследования последних лет [3], [8], в том числе в сфере морской терминологии [9]. В работе с терминологической лексикой первой половины XVIII века нам удалось [6] обнаружить малоизвестную маргинальную систему терминообоз-начений – в учебных трактатах А. П. Ганнибала по геометрии и фортификации. Ее особенность в том, что при ориентации на сближение с европейской системой терминов автор делает это нестандартным способом: заимствует преимущественно не интернациональную терминологию, а конкретно французскую, и при этом не совпадающую во французском языке с интернациональной. В частности, ромб в его сочинениях называется лозанжем, равнобедренный треугольник – исосселем, радиус – районом и т. д. Если же все-таки используется интернациональная основа для того или иного понятия, она присутствует в сочинениях Ганнибала во французской огласовке: например, вместо центр – сантр, вместо гипербола – иперболь, не куб или кубус, а кюб и др. Эта терминологическая традиция, усвоенная Ганнибалом при обучении во Франции, по-видимому, оказалась на русской почве тупиковой. Тем не менее в ходе работы по ее описанию было обнаружено аналогичное употребление у еще одного автора рассматриваемого периода – Семена Ивановича Мордвинова. В его печатном четырехтомном учебном пособии «Книги полного собрания о навигации, морского корабелного флота» (СПб., 1748–1753) первый том посвящен геометрии и тригонометрии, и здесь равнобедренный треугольник также называется изосцелем, косая линия – линией обли́к, а кривая – линией курб, тупой угол – углом обтус и др. Отметим при этом, что Мордвинов в отличие от Ганнибала в сфере геометрической терминологии склонен к использованию латино-немецких фонетических вариантов в тех случаях, когда корень в латыни и французском совпадает: исоссель – изосцель (с немецким озвончением з и латино-немецким ц вместо с), обтю – обтус (с латинской флексией). Будущий адмирал Мордвинов, как и Ганнибал, проходил обучение во Франции, и примерно в те же годы (1716) он был послан в составе группы гардемаринов сначала в Копенгаген, а затем – в Брест, где был произведен в гардемарины французского флота. В Россию Мордвинов вернулся через шесть лет, в 1722 году.

НЕОПУБЛИКОВАННЫЕ СОЧИНЕНИЯ

• С. И. МОРДВИНОВА

Проблемы атрибуции

Помимо упомянутого печатного пособия от С. И. Мордвинова сохранилось и неопубликованное наследие, которое представляет большой интерес ввиду специфичности его терминоси-стемы, а также в связи с тем, что оно до сих пор не привлекало внимания лингвистов и остается неописанным.

О том, что круг сочинений Мордвинова не ограничивается опубликованными, мы узнаем из записок адмирала: «…в 1736 году в январе месяце подана от меня в адмиралтейскую коллегию книга о эволюции флота, сочиненная мною на российском языке»1, а в 1740 году «подана от меня вторично в коллегию, с пополнением прежняго, книга о эволюции, а другая Полное собрание о навигации в 3-х частях, третья – каталог»2, на что обратила внимание И. А. Вознесенская [2: 98–99]. Она же обнаружила в рукописном собрании БАН рукопись под названием «Книга о учреждении флота или об эк-зерциции флота на море какими регулами все флоты военные как на море так и на рейдах всякие случаи учреждаются» (16.12.16) на 167 листах (далее – Учрежд.); шестая (последняя) глава этой книги озаглавлена отдельно «Книга полного собрания об эволюции или обсервации флота на море часть шестая», то есть речь в ней идет в том числе и о корабельной эволюции – построениях кораблей в строю. Датировка по филиграням не противоречит отнесению к 1730-м годам, в связи с чем И. А. Вознесенская предположила, что это и есть упоминаемое в записках Мордвинова и считавшееся утраченным сочинение. Несмотря на то что имя автора в рукописи не указано, она безошибочно атрибутируется Мордвинову, в том числе по данным еще одной собственноручно подписанной им рукописи. Эта вторая рукопись – также из коллекции БАН (собр. Текущ. поступлений, № 2), называется – «Книга о эволюции флота карабелнаго; и галернаго и о сигналах» (далее – Эвол.). Она имеет посвящение за подписью Мордвинова наследнику престола цесаревичу Павлу Петровичу и датирована 1764 годом. Это сочинение, видимо, задумано как учебник для Павла Петровича, бывшего в этот период, несмотря на детские годы, президентом Адмиралтейств-коллегии.

При сравнении двух названных рукописей БАН достаточно очевидно, что вторая, подписанная Мордвиновым, – это переработанная версия первой. Хотя в каждой из рукописей есть оригинальное, не совпадающее содержание – некоторые параграфы, разделы, но основные разделы совпадают в том числе по заголовкам, иногда с вариациями. Например, в Учрежд. Глава 2 называется «О разделении флота», а 3 – «Об ордерах». В книге Эвол. Часть I называется

«О Разделени<и> Флота и об Ордерахъ». В обеих рукописях есть разделы «О лавировании», «О поворачивании всем вдруг», «О штормах», «О перемене ветра», «О галерном флоте» и т. д. При этом содержание одноименных разделов иногда совпадает буквально. Часто изложение в Эвол. построено как сокращенный пересказ информации из Учрежд., по-видимому, в связи с тем что книга 1764 года – это общее пособие по корабельной эволюции для молодого цесаревича. Например, в Учрежд. на л. 25–25 об. в двух специальных параграфах описываются перестроения кораблей на походе, идущих в 6 и 9 колонн, а в Эвол. содержание этих параграфов передано кратко одним абзацем (л. 29).

Таким образом, в нашем распоряжении есть две неизданные версии сочинения адмирала Мордвинова, посвященные перемещению кораблей в строю. Создание одной относится, скорее всего, к 1730-м годам, а вторая точно датирована 1764 годом. Благодаря этому возможно рассмотрение терминосистемы, которой пользуется автор этих пособий, и тех изменений, которые она претерпела за несколько десятилетий. Наши наблюдения показывают, что в совпадающем тексте сочинений автором проведена редакторская правка, которая коснулась и непосредственно морской терминологии.

Редактирование текста С. И. Мордвиновым

Как хорошо известно, в сфере морского флота с начала XVIII века в русском языке определяющую роль играла терминология, заимствованная из голландского и английского языков, использовалась интернациональная термино-система балтийского региона3. Однако морская тактика в этом отношении была несколько обособленной сферой, поскольку базовым пособием здесь, по которому с большой долей вероятности обучался и сам Мордвинов во Франции, была книга Поля Госта о морских эволюциях («L'Art des Armées Navales ou Traité des Évolutions Navales»), впервые изданная в 1697 году. Эта книга вызывала интерес Петра I: ее перевод (видимо, не понравившийся царю) был сделан в конце 1710-х годов и был связан «с подготовкой русского флота к заключительному этапу Северной войны» [5: 158]; перевод сохранился в составе собрания Библиотеки Петра I в БАН. Этим обусловлена значимость французского языка в сфере корабельных эволюций. Как уже было сказано, Мордвинов был предрасположен к употреблению галлицизмов и в пограничных с навигацией сферах, поэтому при изложении узкой проблематики изменений корабельного строя он использует большое количество заимствований из французского, которые взаимодействуют с голландской системой терминов и русскими соответствиями.

Голландскими или английскими по происхождению терминами Мордвинов оперирует в тех случаях, когда их употребление не ограничено сферой корабельной эволюции. В частности, названия частей корабля, которые приведены в подписи к общей схеме в сочинении 1764 года (л. 10), целиком состоят из стандартных голландских терминов: фокъ мачтъ, стенги, бизань зель, гротъ марсель, крюсель , рей, бушпритъ и др.; сильное волнение и буря на море обозначаются только германским по происхождению словом штормъ (при французском термине tempête ) и др. Англицизм постоянно используется в обоих сочинениях для обозначения курса корабля, самого близкого к линии ветра, – бейдевинтъ (англ. by the wind ) (при наличии французского аналога à la bouline ), или курса корабля по ветру – фор-довинтъ (англ. for the wind ).

Менее стабильно употребление терминов, специфических для сферы корабельной эволюции. Эта нестабильность связана с конкуренцией голландских и французских обозначений, а также со сменой предпочтений самого Мордвинова в 1760-е годы по сравнению с 1730-ми.

Наиболее характерным в этом отношении является употребление пары терминов, значимых для организованных передвижений группы кораблей – для обозначения позиции корабля (или одной из колонн в составе эскадры) с наветренной и подветренной стороны относительно основного строя. В словарях морской лексики XIX века эти понятия даются как парные заимствования из голландского языка. Например, в словаре В. В. Вахтина:

« Анле_́й стр. слово, взятое с гол. aanlij – под ветер. Теперь не употребляется.

Анлю_́ф с гол. aanloef – к ветру ( Aanloeven – подыматься к ветру). Теперь не употребляется»⁴.

У Мордвинова эти параллельные обозначения оформлены по-разному в двух сочинениях. См. контекст:

Книга о учреждении…, 1730-е годы две колонны которые в ветре ABCD поидутъ темже курсомъ когда первой ка-рабль F колонны EF которая под ветромъ давъ рей на другой бортъ (л. 43 об.)

Книга о эволюции…, 1764 год две колонны лювертовы AB и DC поидутъ темже кур-сомъ на которомъ колонны лежатъ; а первой карабль E, анълѣевой колонны EF, давъ рей на другой бортъ (л. 141 об.)

В раннем сочинении использованы традиционные русские термины в ветре и под ветром , а в учебнике для цесаревича Павла Мордвинов решает заменить их заимствованиями, при этом из разных языков: голландское по происхождению анлее (гол. aanlij ) и французское люверт (фр. l’ouvert )⁵. При этом обе основы выглядят вполне адаптированными, так как от них образованы относительные прилагательные анлеевый (встречается также вариант со стяжением анлевый ) и лювертовый . Те же основы употребляются в учебнике и в морфологически иных параллельных образованиях. Например, во вступительном разделе «Изъяснение некоторых термин» в начале учебника они даны в виде предложно-падежных сочетаний, которые в дальнейшем постоянно используются в тексте:

«Которые карабли на перпандикюляре ветра V какъ C и D те, в равномъ разстояни от ветру; а которой ка-рабль в ветре , то есть ближе к ветру, какъ B тотъ называется влюверте ; а которой карабль под ветромъ или ниже под ветеръ какъ A тотъ называется ванлѣе » (л. 12).

Как видно из этого примера, выражения в ветре и под ветром в сочинении 1764 года тоже встречаются во вступительном описании, однако далее Мордвинов использует только заимствования: будучи в ветре (Учрежд., л. 155) >  будучи в люверте (Эвол., л. 144 об.); будучи под вѣтромъ (Учрежд., л. 156) >  будучи в анълѣе (Эвол., л. 146 об.) и мн. др. В то время как в сочинении 1730-х годов слова анлее и люверт еще полностью отсутствуют. Вероятно, использование заимствований было более удобным, так как встречаются контексты, когда одному термину в Эвол. соответствует описательная формулировка в Учрежд.:

Книга о учреждении…, 1730-е годы	Книга о эволюции…, 1764 год
карабль B которои на са-момъ крыле от котораго ветръ отдалитца возметъ куршъ в беидовинтъ NO (л. 62 об.)	тогда анлевой карабль B, возметъ курсъ въ бейде-винтъ по линеи BG (л. 58 об.)
переменить колонну которая в ветре с колонною которая под ветромъ (л. 90)	переменить лювертову колонну съ анълѣевой местами (л. 85)

Кроме того, в Учрежд. ближе к концу сочинения Мордвинов прибегает и к соответствующим русским прилагательным ветренный и подветренный: переменить подветренную колонну (л. 88 об.); подветренная колонга EF (л. 137 об.), средняя колонга AB и ветренная CD (л. 139). По-видимому, при редактуре в Эвол. происходит упорядочивание терминологии: вместо всей со- вокупности способов обозначения двух понятий автор вводит более терминологичную и единую пару заимствованных основ.

Как было сказано ранее, специфику терминов геометрии и фортификации у А. Ганнибала отличало в том числе употребление международных терминов во французской огласовке. Именно этот признак различает и терминоси-стемы двух сочинений Мордвинова, так как в сочинении 1764 года адмирал явно стремится более последовательно использовать ряд терминов во французском произношении.

Изменяется фонетический облик слова, означающего порядок или строй кораблей в зависимости от цели движения эскадры. Используемое Мордвиновым слово ордеръ в этом значении восходит к французской военной терминологии [1: 113], однако его звучание в первой трети XVIII века значительно варьировалось в результате взаимодействия форм, пришедших из разных европейских языков. В сочинениях Мордвинова более раннее ордеръ (ср. гол. order ) исправляется им позднее на отражающее французское звучание ордръ ⁶:

Книга о учреждении…, 1730-е годы

Ѡрдеръ называется то когда ѳло^т на морѣ порядочно учрежденъ чтобъ всякои флагманъ и все капитаны съ своими караблями были въ свои^х местахъ

Книга о эволюции…, 1764 год

Ордръ называется то; когда флотъ въ путеплаванїи, и якорномъ стояни; їли про-тиво неприятеля, порядош-но расположенъ; чтобъ как флагманы, такъ ї капитаны, съ своими караблями, во ωпределенныхъ ме-стахъ были учреждается флотъ разнымї манерами 1.

в ордеръ деботалиї или лини деботали;

• 2.    во ордеръ демарша

• 3.    во ордеръ деретретъ

• 4.    во ордеръ дегартъ

• 5.    во ордеръ депасажъ

• 6.    во ордеръ деканвои

(л. 10 об.)

разные есть ордеры для раз-ныхъ случаевъ;

1. боевой ордръ ; 2’ ордръ демаршъ їли ордръ марширования, которыхъ пять раз-ныхъ; 3’ ордръ деретретъ; 4’ ордръ депасажъ; 5’ ордръ дегардъ; 6’ ордръ якорнаго стояния (л. 13)

При этом французская огласовка распространяется только на формы им.-вин. падежей ед. числа, которые фонетически совпадают с неизменяемым французским словом ordre . При добавлении окончаний других падежей Мордвинов использует только двухслоговую основу: об ордере, ордера, в ордере и т. д. Более последовательно такая правка проводится в начале сочинения. В заключительных главах слово начинает появляться в галлицизированном виде ордръ уже в Учрежд.

Отличием раннего сочинения, устраненным в Эвол., в отношении слова ордеръ также является его искаженное под влиянием народной этимо- логии написание в виде обдръ (л. 72), в первомъ обдре (л. 75 об.), в третьем обдре (л. 80) и др.

Одно из основных понятий эволюции курс в раннем тексте используется в двух видах – курш и курс , с предпочтением первого, немецкого вида:

«весь ѳлотъ обстенить парусы а переднеи карабль A. которои былъ в лини прибавя парусовъ возметъ кур ш ъ Z. перпендикуляръ среднягω румба между ли-неи или кур с овъ ONO и OZO» (л. 52); «эска^дры третьяго адмирала карабль F возметъ кур с ъ EC такоже по пе^рпендикуляру ветра и какъ придетъ на место где былъ карабль C тогда и возметъ куръ ш ъ OZO» (л. 81) и мн. др.

В книге 1764 года этот разнобой унифицируется в пользу курс .

Аналогичная ситуация с вариантами слова эскадра : в Учрежд. это слово употребляется как в огласовке эскадра , так и с немецким ш вм. с – эшкадра, эшквадра и даже экшквадра :

«Распределяется флотъ по эшквадрамъ и по дивизи-ямъ прежде походу» (л. 5 об.); «во всякои эскадре главнои командиръ адмиралъ… у всякаго адмирала въ эк-шквадре по одному вицеа^дмиралу того^ж ѳлагу… всякая эшквадра разделяется на три дивизи… всякая экшква-дра буде^т по 21 караблю… о разделени ѳлота на эшка-дры » (л. 9); « эшкадра лежала на якорѣ» (л. 30 об.) и др.

При редактировании в Эвол. Мордвинов устраняет вариативность, оставляя только совпадающий с французским вариант со звуком с .

Отдельное внимание обращает на себя слово перпендикуляр , очень частотное в тексте трактатов, так как многие эволюции проделываются под углом 90 градусов к линии ветра, к курсу других кораблей эскадры, курсу неприятеля и т. д. В Учрежд. это слово используется исключительно в основном для XVIII века и современного языка виде. Только в таком виде – перпендикуляр – это слово и основа в целом засвидетельствованы в картотеке Словаря русского языка XVIII века, в обширной электронной текстотеке словаря. В учебнике 1764 года Мордвинов вразрез с преобладающим употреблением использует это слово исключительно во французской огласовке, в двух равноправных вариантах – перпандикю-ляръ и перпандикюлеръ :

«анлеевой карабль B, возметъ курсъ по перпандикю-ляру ветра» (л. 56 об.); «и какъ передней карабль E, будетъ иметь карабля A, на перпандикюлере новаго курса тогда и карабль A, пойдетъ темже курсомъ» (л. 64 об.) и др.

Встречается перегласовка и ряда других, менее частотных в тексте трактатов терминов: штюръ ( штиртъ ) бортъ (л. 28 об., 65 и др.) > стри бортъ ⁷ (‘правый борт’), ретректъ (л. 116 об.) >  ретретъ (‘отступление’), колонга

( колонка ) >  колонна и даже колон , аншефт ( он-шефтъ ) >  аншефъ и др.

Отдельный тип терминологических заимствований составляют составные номинации с предлогом de во французском. В русской передаче такие термины могут функционировать как неизменяемые атрибутивы и употребляться наряду с неадаптированными заимствованными прилагательными. Такая ситуация наблюдается в трактатах А. Ганнибала, где единичные французские сочетания с предлогом типа де де-фансъ, данѳиладъ, де ѳронъ, дю фланкъ и т. п. ведут себя морфологически однородно (не имеют форм изменения) подобно прилагательным типа эгю, крюксъ, офансивъ, платъ и др. [7: 201–202].

В исследуемых сочинениях С. Мордвинова ситуация несколько иная. Прилагательные иноязычного происхождения у него морфологически адаптируются (как мы видели выше, на примере слов анлеевый и лювертовый ), но с адаптацией французских терминологических сочетаний с предлогом de , по-видимому, были определенные сложности, с которыми Мордвинов справлялся неодинаково в разные периоды.

В Учрежд. будущий адмирал более свободно русифицирует подобные предложно-падежные сочетания из французского. Элемент де в их составе начинает использоваться как приставка в склоняемом имени: в линию деботалию (л. 22), лечь… ордръ деретретомъ (л. 29 об.), учреж-денъ в ордре деретрете (л. 93 об.), из о^рдро^в де-ретрето^в (л. 96 об.), о^т втораго ордра дема^рша (л. 117); в других случаях – со словами баталия , марш – эта квазиприставка как бы функционально дублирует в склоняемом слове значение родительного падежа, переданного также и флексией: Ѡрдеръ деботали , лини<и> деботали (л. 12), первои ордеръ демарша (л. 18). В Эвол. Мордвинов старается вычищать такие употребления: ордръ дебаталь, линъ деботалъ (л. 18), лечь въ ордръ деретретъ (л. 34 об.), хотя эти частотные сочетания (в основном – в заголовках) все же часто остаются в прежнем виде. В сочетании линия деботали , кроме того, Мордвинов в паре случаев переводит на русский атрибутивную часть как боевой ордеръ (см. пример на замену ордеръ >  ордръ выше); в некоторых параграфах и заголовках автор подбирает формулировки, позволяющие избежать употребления этого термина. Так, заголовок Учрежд. переменить ордръ и о^т втораго ордра дема^рша в линию дебата-ли (л. 117) в Эвол. меняется на более лаконичный: перемѣнить оръдръ изо втораго в первой (л. 105 об.).

На этом фоне показательно, как ведет себя структурно однотипный во французском языке термин corps de bataille ‘средняя часть войска, флота’, заимствованный в русский в XVIII веке как кордебаталия с многочисленными фонетическими и морфологическими вариантами⁸. Вариативность в облике этого заимствования характерна и для сочинений Мордвинова. В обоих рассматриваемых текстах возможны несколько вариантов оформления термина. В Учрежд. возможны три варианта: кордебатали (видимо, с орфографически не выраженным вторым и во флексии, то есть кордебаталии ), кордебата-лия и кордебата^л (последний вариант не зафиксирован в Словаре русского языка XVIII века), в то время как в Эвол. отмечены только два последних варианта – автор устраняет вид с ге-нетивной флексией (как и рассмотренные выше ордеръ деботали , демарша ). Полноценное существительное на - ия остается основным способом выражения, но маргинальные для этого слова варианты ведут себя, как и другие однотипные им.

Подытожить рассмотренную правку в ряде терминов можно в виде таблицы:

Книга о учреждении…, 1730-е годы	Книга о эволюции…, 1764 год
куршъ / курсъ	курсъ
эшквадра / экшквадра / эш-кадра / эскадра	эскадра
штюръ бортъ / стри бортъ	стри бортъ
ордеръ деретретъ / дере-тректъ	ордръ деретретъ
колонга / колонка / колон(н)а	колонна
аншефтъ	аншефъ
линия деботали	линъ деботалъ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Рассмотренный материал показывает, что в позднейшем сочинении С. И. Мордвинов более четко маркирует группу терминов, связанную с частной сферой мореходной терминологии – тактическими перемещениями кораблей в составе эскадры. При редактировании он устраняет вариативность, свойственную его сочинениям 1730-х годов, и в ходе этого исправления в большей степени подчеркивает французское происхождение данной группы обозначений, усвоенных им еще в молодости при обучении и практической деятельности во Франции.