Мотив чуда и его художественное воплощение в пьесах С.Я. Маршака
Бесплатный доступ
Статья посвящена художественным особенностям изображения чуда в трех драматургических сказках С.Я. Маршака: «Двенадцать месяцев», «Горя бояться – счастья не видать» и «Умные вещи». Произведения рассмотрены в аспекте изучения поэтики советской драматургической сказки и ее связи с историей предшествующих литературных форм. При отсылке к фольклору в указанных пьесах С.Я. Маршака прослеживается существенное влияние не фольклорных, а литературных художественных принципов. В частности, явное влияние романтизма можно обнаружить в усиленной психологизации чудес, включая непосредственную связь чуда с душевным состоянием героев и с их готовностью претерпеть суровые испытания. Используя сравнительноисторический метод и метод исторической поэтики, можно проследить преемственность формы, в том числе сюжетной структуры, в этих произведениях по отношению к таким драматургическим жанрам, как миракль и фьяба. Например, сюжетный аспект проявления чуда в наиболее сложный для героев момент, вмешательство могущественный силы как ответ на духовный подвиг, а также использование песенного эпилога. Кроме того, предложена гипотеза о трансформации дуальности земного и небесного мира в обыденное и чудесное.
Драматургия, сказка, чудо, Самуил Маршак, романтизм, фьяба, миракль
Короткий адрес: https://sciup.org/148333324
IDR: 148333324 | УДК: 821.161.1 | DOI: 10.37313/2413-9645-2026-28-106-20-29
The miracle motif and its artistic embodiment in the plays of S. Marshak
This article examines the artistic depiction of miracles in three dramatic fairy tales by S. Marshak: "The Twelve Months," "To Fear Grief Is to See No Happiness," and "Clever Things." These works are examined in the context of the poetics of the Soviet dramatic fairy tale and its connection to the history of previous literary forms. When referring to folklore in these plays, Marshak reveals a significant influence not of folkloric but of literary artistic principles. In particular, the clear influence of Romanticism can be discerned in the enhanced psychologization of miracles, including the direct connection between miracles and the characters' state of mind and their willingness to endure severe trials. Using the comparative historical method and historical poetics, one can trace the continuity of form, including plot structure, in these works in relation to such dramatic genres as miracle play and fiaba. For example, the plot aspect of a miracle occurring at the most difficult moment for the heroes, the intervention of a powerful force as a response to a spiritual feat, and the use of a songlike epilogue. Furthermore, a hypothesis is proposed about the transformation of the duality of the earthly and heavenly worlds into the mundane and the miraculous.
