Мотив детского страдания в творчестве Ф. Достоевского и белорусских писателей начала ХХ века

В белорусском литературоведении есть работы, посвященные сравнению творческого метода Ф. Достоевского и Кузьмы Чорного [4], которого по праву называют «белорусским Достоевским»; рецепция творчества русского писателя в прозе Максима Горецкого также стала объектом научного внимания [6]. На наш взгляд, поиск типологического сходства, мотивных параллелей прозы Ф. Достоевского и других белорусских писателей остается важным направлением современного литературоведения.

Актуальность исследования заключается в проведении сравнительного анализа рассказов Ф. Достоевского и белорусских писателей начала ХХ века Змитрока Бядули и Цетки в контексте идейно-философского и социального звучания произведений с акцентом на детской теме. Цель статьи – на материале рассказов Ф. Достоевского «Мальчик у Христа на елке» и «Мальчик с ручкой», а также рассказов С. Плавника (псевдоним Змитрок Бядуля) «Осчастливила», «Скитальцы», «Маленькие дровосеки» и Алоизы Пашкевич (псевдоним Цетка) «Михаська», «Сирота» определить типологические параллели и специфику отражения темы детства в творчестве указанных авторов. В работе использован компаративный метод, а также элементы теоретического метода исследования (анализ, синтез, индукция).

Художественная проза Ф. Достоевского показывает, что для писателя ребенок – наивысшая ценность, равная Богу, это совесть человечества. Такое авторское видение созвучно библейскому, в соответствии с которым дитя понимается как воплощение ангельской чистоты и невинности: « Иисус, призвав дитя, поставил его посреди них и сказал: истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное » (Мф. 18:12-18:3) [1, с. 99] . В дневниках писателя за 1877 год записано судебное разбирательство дела о жестоком обращении с детьми, где приводится «Фантастическая речь председателя суда» с часто цитируемым отрывком об отношении к детям: «… детей нельзя не любить. Да и как не любить их? Если уже перестанем детей любить, то кого же после того мы сможем полюбить и что станется тогда с нами самими? » [3, с. 227] .

В круг детского чтения входит широко известный рассказ Ф. Достоевского «Мальчик у Христа на елке», в котором отражена трагическая судьба ребенка-сироты в атмосфере безжалостного мира. Повествование начинается с описания пробуждения мальчика в подвале, что может прочитываться как символ дна жизни, где обитают обездоленные люди. Мать маленького героя рассказа умерла, для ребенка смерть осознается через тактильность: он прикасается к лицу матери и чувствует, что оно стало холодным, как стена. Ребенок выходит из подвала на улицы города, словно попадает в мир, где теперь он один, и только воспоминанием остаются обрывки детских лет, проведенных где-то в глубинке, где был один фонарь на всю улицу, низенькие дома запирались ставнями, где было тепло и мальчику давали есть. Ребенок обречен в чужом городе, где блюститель порядка отворачивается, делая вид, что не видит мальчика, где никому нет дела до беды маленького человека. Но детское восприятие еще лишено трагедии: герой видит за окнами праздник, наряженных детей и ему радостно, потому что детская душа живо отзывается на радость других, она сопричастна этой радости, однако сочувствия у взрослых судьба мальчика не находит. Ребенок засыпает, спрятавшись за дровами в чужом дворе , и снится ему елка, и дети кружатся вокруг него. « У Христа всегда в этот день елка для маленьких деточек, у которых там нет своей елки … » , – ключевая смысловая фраза рассказа [2, с. 263]. Оказывается, в светлый праздник Рождества в мирской жизни не находится истинного милосердия для обездоленных детей.

Отметим, что мотив детского страдания в рассказе лишен драматизации, писатель сознательно не использует прием нагнетания трагического эффекта, вместо этого внимание концентрируется на мировосприятии героя-ребенка. Ф. Достоевский часто использует слова с уменьшительно-ласкательными суффиксами (пальчики, ручки, нож- ки, копеечка), передает эмоции мальчика (удивился, засмеялся), который до последнего мгновения отзывается на внешние события.

Рассказ Ф. Достоевского «Мальчик с ручкой» затрагивает темы детской эксплуатации, трудной жизни ребенка, отсутствия заботы о нем. Сближает рассказы выбор времени и места действия – Рождество, лютый мороз, городские улицы. Герой – мальчик-попрошайка, который ходит «с ручкой», то есть клянчит милостыню, чтобы отдать деньги «шайке халатников» (мастеровых). Писателя заботит судьба таких детей, а она незавидна: « Когда он подрастет, его поскорее сбывают куда-нибудь на фабрику, но все, что он заработает, он опять обязан приносить к халатникам, а те опять пропивают » [Там же, с. 258]. Кроме темы социального неблагополучия детей, Ф. Достоевский говорит о тяжелых проблемах – пьянстве и рукоприкладстве, о голодных детях, вынужденных заниматься воровством. В результате такие дети становятся подростками, которые часто не понимают ни того, где живут, ни того, какой они нации, « есть ли Бог, есть ли государь », и такое положение вещей, по мысли писателя, требует общественного внимания.

Показательно, что художественная деталь – копеечка – сближает два рассказа Достоевского: в произведении «Мальчик у Христа на елке» ребенок выронил копейку, протянутую ему барыней, во втором рассказе герой относит копейки взрослым, деньги эти пойдут на водку для халатников. В обоих случаях возникает ассоциация «жизнь – копейка», которая усиливает смысловую нагрузку сюжета. Кроме этого, и в первой истории, и во второй ребенок ничего не получает для себя, он словно «исключен», «удален» из реальности (барыня выгоняет мальчика за двери, халатники отсылают ребенка в кабак).

В белорусской литературе тему обездоленного детства затрагивал в своем творчестве Змитрок Бядуля (псевдоним Самуила Плавника). Проблемно-тематическое пространство малой прозы писателя сформировалось в дореволюционный период. Страдальческим детством назвал цикл рассказов З. Бядули критик Я. Усиков, так как центральная тема рассказов-миниатюр писателя – тема обездоленного крестьянского детства .

Трагизм судьбы маленьких детей показан в рассказе З. Бядули «Маленькие дровосеки». Герои истории – два брата (старшему – 10 лет, младшему – 8). Их отец работать уже не мог, поэтому дети берут на себя нелегкий труд – рубку лесных деревьев. В лесу разыгралась метель, но дети побоялись сразу вернуться домой, чтобы не ругались родители, что мальчики мало поработали в этот день. Когда, наконец, дети решили возвращаться, то сбились с дороги, заснули в снегу, прижавшись друг к другу, и снилось им, что сидят они дома, мать угощает их вкусной лепешкой и отец ласково смотрит на них. Нашли замерзших детей только на третий день.

З. Бядуля – мастер миниатюры, зарисовки, стиль его лаконичен, богат художественными особенностями, среди которых можно выделить сравнения ( бор задумался, как седой дед , мальчики снуют, как муравьи ), метафоры ( сердце хвои ), персонификацию ( застонал, закряхтел хвойный лес ).

Показательно, что и в рассказе Ф. Достоевского «Мальчик у Христа на елке», и в миниатюре З. Бядули «Маленькие дровосеки» мотив смерти связан с засыпанием героев зимой на улице. Очевидно, что это своеобразный щадящий переход души ребенка из реального мира в лучший мир (герои обоих рассказов видят сны, где им тепло и хорошо).

Трагизм рассказа З. Бядули «Осчастливила» обусловлен жестокостью и бесчеловечностью самых близких людей для ребенка – родителей. Сюжет прост: муж и жена живут подаянием, так как супруг слеп, а жена умеет жалостливо просить милостыню. Когда у пары родилась здоровая дочь, то ее мать расценивает здоровье ребенка как недостаток, ведь дитя не сможет зарабатывать на жизнь милостыней. И тогда мать сама калечит ребенка: иглой выкалывает девочке глаза.

Рассказ «Скитальцы» поднимает тему детской смертности, самой страшной потери для родителей. В крестьянской хате умирает 13-летняя дочь старого Артема Ганулька. Осенью на молотьбе она простудилась и заболела. Мать заботится о дочери до последних минут ее жизни, но шепот ребенка слабеет, Ганулька умирает. З. Бядуля находит трогательное поэтическое сравнение для передачи момента смерти ребенка: « так шепчет скрипка, когда музыка отнимает смычок от струн » (Перевод наш . – А.Г. ) [5, с. 53] . Снова можно отметить, что писатель как можно мягче описывает уход ребенка: слабеет дыхание, угасает последняя связь с жизнью. Читатель узнает, что много детей похоронила Артемиха: Юзя утонул, Марылю убила кобыла, Агатку совсем младенцем сама Артемиха нечаянно «приспала», а Степка умер сам по себе. « Мало ли есть напастей в несчастных бедных деревнях? » (Перевод наш . – А.Г. ) – задается горьким вопросом автор [Там же]. Заканчивается рассказ сдержанной передачей переживаний отца, который горюет не меньше матери по любимой дочери: « … повалился на мокрый глиняный помост и плакал, как малое дитя … » (Перевод наш . – А.Г. ) [Там же, с. 55] .

В литературном наследии Алоизы Пашкевич (псевдоним Цетка) есть несколько рассказов, отражающих проблему обездоленного детства. Среди таких художественных историй, написанных на бытовом материале, выделяется рассказ «Михаська» о мальчике-сироте, который родился некрасивым, косоглазым, с родимым пятном, был лишен мачехой элементарной заботы и ухода. Мальчик рос сам по себе, перенес оспу, стал пастухом. Не видя ласки с детства, Михаська рос обиженным на весь мир, пастухи не пускали его к себе, « как змееныша », поэтому Михаська вынужден быть сам по себе, у него нет друзей. « Не выдержало детское сердце в печальный осенний день, чтобы не поплакать над своей сиротской долей. Михасю стало завидно, что даже бычка принимает стадо … » (Перевод наш . – А.Г. ) – так передает писательница душевные страдания ребенка, осужденного обществом на одиночество [7, с. 141]. Однажды на поле к Миха-сю бросилась белая птица с перебитым крылом , пастушок защитил ее от детей, укрыл краем кожуха. Заболел Михась и целыми днями лежал голодный, только птица радовала его взгляд. « Не плачь! – говорил Михаська птице. – Ведь и я также один, мать в песочке лежит, не придет сыночка больного проведать … » (Перевод наш . – А.Г. ) [Там же, с. 143]. Ранней весной Михаська умирает, за печальной процессией на кладбище, к удивлению людей, идет его птица – единственный друг .

Трагическую историю короткой жизни белорусского мальчика-сироты Цетка рассказывает в лирической тональности: образ белой птицы, которая поднимается к небу после смерти мальчика и несет « великую печаль ясным звездам и белым облакам » , становится символом детской души, не нашедшей на земле сострадания.

Иное решение сиротской темы встречаем в рассказе Цетки «Сирота». После смерти родителей осталась сиротой маленькая Настулька. Помог девочке случай: забрала ее в город нищенка, там отдала на воспитание богатым людям, и стала Настулька учительницей. Сказочность подобного сюжета подкрепляют заключительные слова рассказа о том, что никто не знает, куда делась старая нищенка, « откуда пришла, куда ушла, никто не ведает » (Перевод наш . – А.Г. ) [Там же, с. 108] .

Таким образом, компаративный анализ избранных произведений Ф. Достоевского и белорусских писателей начала ХХ века З. Бядули и Цетки позволяет прийти к следующим выводам . Во-первых, мотив детского страдания отчетливо представлен в малой прозе указанных писателей. Если Ф. Достоевский в качестве места действия выбирает город, то З. Бядуля и Цетка пишут о нелегкой доле крестьянских детей. Во-вторых, затрагивая детскую тему, авторы используют мотив смерти-сна, что делает момент перехода детской души в иной мир деликатным, плавным, незаметным. В-третьих, писатели подходят к детской теме с гуманистических позиций.

Известно, что образы детей встречаются как в малой, так и в романной прозе Ф. Достоевского. Так, тема «слезинки ребенка», детского страдания отмечена в сюжетной 178

организации «Преступления и наказания», «Братьев Карамазовых» и др. В творчестве З. Бядули и Цетки преобладают малые жанровые формы . З. Бядуля считается в национальной литературе мастером миниатюры, в ряде произведений белорусского писателя также многогранно раскрыта тема трудного детства. Ф. Достоевский, З. Бядуля и Цетка всегда находятся на стороне ребенка, художественным словом привлекая общественное внимание к решению социальных проблем, среди которых детская смертность, эксплуатация детей, сиротство, голод, жестокое обращение с детьми.

Творчество Ф. Достоевского, З. Бядули и Цетки – образец высокохудожественного литературного слога: если для русского писателя характерна реалистическая манера повествования, особое внимание к детали, философская смысловая составляющая сюжета, то творческая манера З. Бядули характеризуется лаконичностью и поэтичностью слога, а рассказы Цетки – лиризмом, который сглаживает трагизм ситуаций. В целом, неоспорим вклад писателей в разработку детской темы в русской и белорусской литературах, что говорит о востребованности их произведений в современном научном дискурсе.