Новелла Пу Сунлина «Беседы зрачков»

Storozhuk A. G. Pu Songling’s Short-Story “Pupils’ Talk”. Vestnik NSU. Series: History and Philology , 2021, vol. 20, no. 4: Oriental Studies, p. 135–144. （in Russ.） DOI 10.25205/1818-7919-2021-20-4-135-144

Новелла Пу Сунлина （ 蒲松齡 , 1640–1715） «Беседы значков» （по другому толкованию – «Зрачки говорят», 瞳人語 ） не входит в число наиболее знаменитых произведений собрания «Странных историй из кабинета неудачника» （«Ляо Чжай чжи и», 聊齋志異 ）. Она помещена в 1-й цзюань свода （это характерно как для традиционных, так и для современных изданий вне зависимости от того, компоновались ли они по 12-цзюаневой или 16-цзюаневой модели） и явно уступает как по выразительным средствам, так и по изощрённости замысла многим другим произведениям писателя, оказавшимся с ней в тесном соседстве. Вместе с тем целый ряд качеств, присущих «Беседам зрачков», позволяет говорить об этой новелле отдельно и возвращаться к ее особенностям, рассматривая их с самых разных сторон.

В сюжете новеллы явно заметно влияние рассказа из собрания Шэнь Дэфу （ 沈德符 , 1578– 1642） «Собранное в предместьях в годы Вань-ли ¹» （ 萬歷野獲編 Вань-ли ехо бянь ） «Странная болезнь» （ 奇疾 ） раздела «Бесовские наваждения» （ 鬼怪 ）, цзюань 28 «Воздаяние» （ 果報 ）. Там рассказывается о странных недугах, поразивших министра Му Шэня （ 穆深 ） и военного бригадира Шэнь Цаня （ 沈璨 ）. У первого в ушах вдруг стал постоянно раздаваться шум, словно бы от повозок и лошадей. Однажды послышались голоса, сговаривавшиеся уехать в предместья по делам. Шум тогда стих, а вечером вернулся опять. Никакое лечение не помогало, пока в один прекрасный день наваждение не пропало само. Второй же – бригадир Шэнь Цань – разгневал духа-покровителя некоего древнего дерева, повелев без какой-либо нужды срубить его. Когда срубили, все увидели огромного питона, заползшего в нос к бригадиру и причинявшего в течение десятилетия тому тяжкие страдания. Никакие средства от напасти не помогали, пока вдруг Шэнь Цань также в одночасье не исцелился. Куда подевалась змея, осталось тайной [Вань-ли ехо бянь, 1997. Т. 3. С. 728–729].

Главный герой новеллы Пу Сунлина также разгневал святых небожителей, за что был наказан слепотой, не исцелявшейся никакими медицинскими средствами. Вместе с тем, на том сходство и заканчивается: сам недуг не проходит, а спасением для героя становится глубокое раскаянье и приверженность чтению сутр.

Точно так же нельзя утверждать, что это единственное произведение Пу Сунлина, затрагивавшее тему обитания духов в различных органах человеческого организма и возможности видеть этих духов со стороны. Детально разработанная в даосской традиции концепция взаимосвязи человеческого здоровья с деятельностью многочисленных духов, населяющих все без исключения органы и анатомические области （включая головной мозг, перикард и прочее） была в упрощенном виде широко известна в самых разных кругах общества, включая простонародье. Имелись специальные простонародные книги, описывающие демонов болезни и предлагающие рецепты их изгнания – так называемые «Суй-шу» （祟書）. Такого рода лечебники нередко содержали в себе и подлинные рецепты традиционной медицины, основанные на лечении травами, акупунктуре и прочем. Пу Сунлин был автором такого лечебника в двух частях; назывался он «Книга о лекарствах и наваждениях» （藥祟書 Яо Суй-шу）, где давались многочисленные советы по терапии, хирургии, женским и детским болезням, а также по оказанию неотложной помощи （текст лечебника ‒ [Пу Сунлин цюань цзи, 1998. Т. 3. С. 2341‒2363]）. Другими словами, представления о медицине, во всяком случае, о народной китайской медицине, у писателя были вполне обширные и структурированные. Следовательно, и засилье духов во всех анатомических отделах и органах человека воспринималось им как данность. По-другому не могло быть, поскольку объяснение психических процессов через привязку их к важнейшим пяти органам грудной клетки и брюшной поло- сти – к так называемым «Пяти хранилищам» （五藏） – имеется уже в знаменитом «Каноне Желтого императора о внутреннем» （黃帝內經 Хуан-ди нэйцзин, III в до н. э.）. Там называются и характеризуются сами «Пять хранилищ» 2 [Хуан-ди нэйцзин, Лин шу и чжу, 2002. С. 465], привязка к ним основных проявлений психической деятельности 3 [Хуан-ди нэйцзин, Лин шу и чжу, 2002. С. 64–68], а также постулируется неразрывная связь между душевными качествами и другими важными анатомическими центрами человека 4 [Хуан-ди нэйцзин, Су вэнь и чжу, 2002. С. 52]. Еще в одном важнейшем трактате, освещающем вопросы даосской медицины ‒ «Каноне Срединного зала» （黃庭經Хуантин цзин） ‒ описываются особые «духи хранилищ», управляющие работой названных пяти анатомических областей, а также приводятся их имена 5 [Хуантин цзин чжу и, 1996. С. 27–28] 6. Следовательно, отношение к человеческому телу как к комплексу сложно сосуществующих духовных единиц было не новым; упомянутое выше влияние новелл Шэнь Дэфу в этом смысле могло выразиться только в частных изобразительных приемах （разговорах духов в голове больного, их временные отлучки по делам и прочее）, но не в общем осмыслении проблемы. В частности, доказательством тому могут быть и другие произведения Пу Сунлина, так или иначе поднимавшие сходные вопросы. Например, это новелла «Человечек в ухе» （耳中人）, где из уха медитирующего вылезает некий дух, внешне безобразный и устрашающий, ростом не более трех вершков, и, когда самосозерцание внезапно обрывается, то теряется и связь героя новеллы с населяющими его тело десятью душами, отчего он едва не умирает 7 [Пу Сунлин, 2011. С. 4].

По средствам художественного выражения, как и говорилось выше, «Беседы зрачков», безусловно, не могут претендовать на какое-то особое место в творчестве Пу Сунлина. В них нет изысканности формы, отличающей, например, рассказы «Не Сяоцянь» （ 聶小倩 ） или «Барышня Линь Четвертая» （ 林四娘 ）, где ритмизованная проза и обычный прозаический текст постоянно переплетаются в сложных конструкциях. В новелле «Барышня Линь Четвертая», как и еще в целом ряде новелл, в текст могут инкорпорироваться и поэтические вставки. Нет в «Беседах зрачков» и демонстрации мастерского владения нюансами вэньяня, когда средствами классического литературного языка воспроизводилось диалектное просторечье （как, например, в новелле «Ван Шестой Молодец», 王六郎 ）. Тем не менее, стиль новеллы изыскан и крайне непрост для передачи на других языках.

Само название уже таит в себе существенную сложность: 瞳 – это собственно «зрачки», хотя в название этой части глаза и может входить иероглиф 人 со значением «человек» （в других вариантах его заменяет омонимичный иероглиф 仁 ）. Причиной такой странности является, возможно, позднее представление, что в зрачке видно изображение маленького человечка [Ван Ли, 1982. С. 381]. Иными словами, строго говоря, «человечки» как таковые в названии не присутствуют. Но коннотация подобного рода имеется, особенно учитывая, что это обстоятельство отражено в тексте новеллы: духов зрачков, выбравшихся на волю, наблюдает жена главного героя, и духи эти подобны крохотным человеческим фигуркам.

Отсюда и предложенный академиком В. М. Алексеевым вариант перевода «Зрачки-человечки беседовали». Перевод этот был сделан в 1949 г. и явился последним в работе академика над наследием Пу Сунлина [Пу Сунлин, 1988. С. 552]. Перевод выполнен ритмизо- ванной прозой для придания новеллам «певучести и ритмичности, особенно в тех частях текста и его перевода, где Ляо Чжай не рассказывает в разбросанном виде, вне ритма, об очередных повествовательных вещах, а старается вовлечь рассказ в живописные или характерные формулы, располагающиеся обычно в параллельных строфах или частях строф» [Пу Сунлин, 1988. С. 552].

Задача, поставленная В. М. Алексеевым, абсолютно правомерна и своевременна: действительно, многие новеллы Пу Сунлина тяготеют к ритмизации нарратива, и это обстоятельство было бы необходимо отразить в переводе. Равным образом ритмизованно и вступление к «Ляо Чжаю», также переведенное В. М. Алексеевым. Но что касается именно новеллы «Беседы зрачков», то изысканность ритмических переплетений здесь, как уже отмечалось, значительно уступает другим произведениям из того же собрания; а вот многие скрытые цитаты и аллюзии, попадающиеся в тексте, безусловно, требуют подробного отражения в переводе и пояснения, иначе авторский замысел окажется неминуемо искажен. При этом для успешности перевода «Ляо Чжая» крайне желательно, если не сказать единственно возможно – придерживаться стилистических особенностей, выработанных В. М. Алексеевым, и претворенных в жизнь при издании четырех сборников новелл Пу Сунлина 8. Механическое добавление комментариев в классический перевод не представляется возможным, так как их характер потребовал бы целого ряда изменений в тексте В. М. Алексеева, а это видится и неправильным по сути, и губительным для блестящего слога переложения. Поэтому для внесения требуемых пояснений и уточнений было решено предложить новый вариант перевода новеллы, который и приведен ниже.

Текст переводимой новеллы был сверен по основным полным сводам сборников Ляо Чжая ‒ как современным [Пу Сунлин, 2011; 2015; 2016], так и цинским [например, Пу Сун-лин, 1883; 1886], а также по «Полному собранию произведений Пу Сунлина» [Пу Сунлин цюань цзи, 1998] и специальным сборникам материалов и документов по Ляо Чжаю ‒ например, по [Ляо Чжай чжи и цзыляо хуйбянь, 1985].

Беседы зрачков

Ученый из Чанъаня Фан Дун, хоть и был прославлен талантом, но нрав имел ветреный и небрежный, не придерживался правил и церемоний. Каждый раз, как видел на улице, что называется, «деву среди волн» 9, неизменно с беспристойностью увязывался за ней хвостом.

За день до праздника Чистого огня 10 случалось так, что вышагивал он по городскому предместью. Видит – маленькая повозка, красный полог 11 и расшитые занавеси; одетые в темное 12 во множестве тянутся верхами 13, сопровождая. Среди них одна служанка, оседлавшая небольшую лошадку 14, – лицо так и сияет редкой красотой. Потихоньку приблизился подсмотреть за ними – глядит: занавесь на повозке распахнута, а внутри сидит барышня лет шестнадцати, и румяна, и наряды на ней изысканы и великолепны, за всю жизнь такого еще не видывал. Как говорят, глаза ослепило и дух захватило, уставился влюбленно – и не оторвать; то впереди, то позади – так и поспешает подле много верст. Вдруг слышит, подзывает барышня служанку к боку повозки и говорит: «Опусти-ка мне штору. Тот незнамо откуда взявшийся бесноватый кавалер постоянно лезет подглядывать!» Служанка штору опустила и гневно обернулась к студенту со словами: «Это новобрачная Седьмого Молодца из Лотосового града 15 навещала отчий дом, а не ровня крестьянским девкам, чтобы вам, сюцай 16, позволялось как попало зариться!». Договорила – хвать горстью землю с колеи и метнула в студента.

Запорошило студенту глаза – не открыть. Только протер взор – а и повозка, и лошади уж неразличимы вдали. В изумлении и сомнении поворотил назад, чувствует – в глазах неясно, попросил, чтобы оттянули веки, потрогали да поглядели – а на зрачках уж наросло по маленькому бельму. Ночь миновала – худа лишь прибавилось: слезы текут рекой, ничем не остановишь. Бельма помалу растут, через несколько дней уж толщиной в монету, на правом глазу стало закручиваться раковиной. От сотни лекарств никакого проку; преисполнился студент раскаяния крайне глубоко, крепко в мыслях сам себе винился и сожалел. Услыхал, что «Сутра света» 17 может устранить напасть, держа свиток в руках, что называют, мусолил других почтительной просьбой обучить ее декламации. Поначалу еще суетился и тревожился, прошло время – стал успокаиваться. И утром, и вечером – нет других дел, только сидит с ногами накрест и перебирает четки. Продержался так год – десять тысяч связей все очистились 18.

Вдруг слышит в середине левого глаза маленький голосок, словно мушиный, говорит: «Как в черном лаке все, нестерпимо – хоть помирай!» А из правого глаза отвечают: «Можно бы вместе пойти немного прогуляться, вырваться из этой духоты». Исподволь чувствует: в обеих ноздрях «жу-жу» засвербело, будто бы что-то лезет наружу, выбралось из ноздрей и пропало. Изрядно прошло – вернулись, снова через ноздри залезли в глазницы. Опять слышен голос: «Видать, давно, что называется, не поглядывал на садовые беседки 19: жемчужная орхидея вот-вот насмерть зачахнет». Студент издавна любил ароматные орхидеи, в саду росло много их видов, что ни день – сам поливал. С тех пор как утратил зрение, давным-давно о них и не спрашивал. Тут вдруг услышал эти речи – тотчас с вопросом к жене, как довела, что орхидеи увяли и пожухли до погибели? Жена – ну допытываться, откуда узнал. Тогда всё ей и рассказал. Жена спешно проверила – цветы и правда усохли, и премного случившемуся подивилась. Неслышно затаилась в комнате, поджидая, – видит: маленькие человечки вылезают у студента из носа, ростом меньше боба, принимаются сновать «жужу» – вот уж и в дверь выскочили, все дальше они и дальше, пока из виду не пропали. Потом вдруг – рука об руку и вернулись, взлетели на лицо, как пчелы и муравьи к себе в норы возвращаются. Так прошло еще дня два-три. Снова слышит, как в левом глазу говорят: «Скрытый ход 20 извилист, туда-сюда по нему лазать вкрай неудобно, лучше уж самим проделать дверь». А в правом отвечают: «Заслон у меня толстый, трудность будет велика!» Левый говорит: «Я попытаюсь проломить – сможем с тобой и объединиться». Вслед за тем чувствует: в левой глазнице исподтишка будто кто царапает и прорывает. Через короткое время открыл взор – прорезывается видение каких-то вещей. С радостью рассказал жене, жена вгляделась: на толстой пленке пробита маленькая дырочка, черный зрачок поблескивает, пока с размолотую перчинку. Ночь миновала – завеса сошла полностью; внимательно рассмотрели – а зрачок-то двойной! На правом же глазу завитое раковиной осталось, как и было. Тогда и догадались, что оба зрачка поселились разом в одной глазнице. Хотя студент на один глаз и окривел, однако же, видеть стал куда разборчивее, чем двумя глазами сразу. После этого лишь приумножал свою сдержанность, и в уезде превозносили совершенство его добродетелей.

Автор этих строк скажет: «Был в уезде некий ученый муж, следовал с двумя приятелями по дороге и видит вдали: молодая госпожа, взнуздавши осла, впереди едет. Из забавы и заголосил: «А вот и красотка!», и, оглянувшись на двоих своих приятелей, добавил: «Нагоним-ка ее!» Со смехом помчались, вот уж настигли – а то его сноха! Сердце от стыда зашлось, пал духом, молчит, ничего больше не говорит. Друзья же прикинулись, что не признали и, что называется, аттестуют лошадку 21 крайне скабрезно. Ученому срам и конфуз, цыкает на них, говоря: «Это старшего моего сноха». Те в душе усмехнулись и прекратили. Фривольник неизменно сам себя позорит, и весьма смехотворно! Что же до потери зрения от пыли в глаза, то это уж от духов да бесов тягчайшая расплата. Тот главный в Лотосовой Твердыне – уж не знаю, что он за дух, уж не Бодхисаттва ли воплощенный? Однако ж, раз крошечные эти молодцы, что называют, распечатали двери да ворота 22 – знать, хоть и свирепы бесы да боги, но бывало ли когда, чтобы не дали человеку обновить себя исправлением?»

Пу Сунлин. Ляо Чжай чжи и ［ 蒲松齡。聊齋志異 / 于天池注；孫通海、于天池等譯 ］. Странные истории из кабинета неудачника / Комм. Юй Тяньчи, пер. Сунь Тунхая и Юй Тянь-чи. Пекин: Чжунхуа шуцзюй, 2015. Т. 1–4. 5414 с. (на кит. яз.).

Пу Сунлин. Ляо Чжай чжи и. Хуй цзяо хуй чжу хуй пин бэнь ［ 蒲松齡。聊齋誌異 . 會校會注 會評本 / 張友鶴輯校 ］. Странные истории из кабинета неудачника с собранными аннотациями, комментариями и ремарками / Сост. и сверка Чжан Юхэ. Шанхай: Гуцзи чу-баньшэ, 2011. Т. 1–4. 1740 с. (на кит. яз.).

Пу Сунлин. Ляо Чжай чжи и. Цюань цзяо хуй чжу цзи пин сюдин бэнь ［ 蒲松齡。聊齋誌異 . 全校會注集評修訂本 / 任篤行輯校 ］. Странные истории из кабинета неудачника: Исправленное издание с полными аннотациями, собранными комментариями и сведенными ремарками / Сост. и ред. Жэнь Дусина. Пекин: Жэньминь вэньсюэ чубаньшэ, 2016. Т. 1–4. 2460 с. (на кит. яз.).

Пу Сунлин. Сянчжу Ляо Чжай чжи и ту юн ［ 蒲松龄。详注聊斋志异图咏 ］. Иллюстрированное издание «Странных историй из кабинета неудачника с подробными комментариями». Шанхай: Тунфан шуцзюй, 1886. Т. 1–16. (на кит. яз.).

Пу Сунлин цюань цзи ［ Ж^^^Ж / ^Ш^ ］. Полное собрание сочинений Пу Сунлина / Под ред. Шэн Вэя. Шанхай: Сюэлинь чубаньшэ, 1998. Т. 1–3. 3470 с. (на кит. яз.).

Пу Сунлин. Чжу пи цзэн чжу Ляо Чжай чжи и ［ 蒲松齡。硃批增註聊齋志異 ］. Странные истории из кабинета неудачника» с красными пометами и комментариями. Шанхай: Цзяо цзин шань фан, 1883. Т. 1–16. (на кит. яз.).

Со Цзявэй (Сторожук А. Г.). Ляо Чжай чжи и цзай Элосы ［ ЖЖЙ° М^^Ж^^ЖЖ ］. «Ляо Чжай чжи и» в России // Журнал Сиб. фед. ун-та (г. Красноярск). 2019, Т. 12, № 10. С. 1943–1953. DOI 10.17516/1997–1370–0497. (на кит. яз.).

Со Цзявэй (Сторожук А. Г.). Тандай юй Цинчао дэ сяошо эи: лиши цзи инсян ［ 索嘉威。唐 代與清朝的小說俄譯：歷史及影響 // 中國俄語教學 ］. Перевод на русский язык танских и цинских новелл: история и роль в культуре // Чжунго эюй цзяосюэ ［Русский язык в Китае］. 2020, Т. 39, № 2. С. 54–61. (на кит. яз.).

Хуан-ди нэйцзин: Лин шу и чжу ［ 黃帝內經：靈樞譯注 / 崔為譯注；韓格平、董蓮池主編 ］. Канон Желтого императора о внутреннем: «Ось духа» с переводом и комментариями / Пер. и комм. Цуй Вэя; под ред. Хань Гэпина, Дун Ляньчи. Харбин: Хэйлунцзян жэнь-минь чубаньшэ, 2002. 494 с. (на кит. яз.).

Хуан-ди нэйцзин: Су вэнь и чжу ［ 黃帝內經：素問譯注 / 崔為譯注；韓格平、董蓮池主編 ］. Канон Желтого императора о внутреннем: «Вопросы о простом» с переводом и комментариями / Пер. и комм. Цуй Вэя; под ред. Хань Гэпина, Дун Ляньчи. Харбин: Хэйлунцзян жэньминь чубаньшэ, 2002. 558 с. (на кит. яз.).

Хуантин цзин чжу и: Тай-и цзиньхуа цзун чжи чжу и ［ 黃庭經注譯。太乙金華宗旨注譯 / 杜 琮、張超中注譯 ］. Канон Серединного зала с комментариями и переводом. Суть учения Золотого цветка Тай-и с комментариями и переводом / Пер. и комм. Ду Цуна, Чжан Ча-очжуна. Пекин: Чжунго шэхуй кэсюэ чубаньшэ, 1996. 199 с., ил. (на кит. яз.).

Pu Songling quan ji ［ 蒲松齡全集 / 盛偉編 ］. Complete works by Pu Songling / ed. by Sheng Wei. Shanghai, Xuelin chubanshe, 1998, vol. 1–3, 3470 p. (in Chin.).

Pu Songling . Liao Zhai zhi yi / Yu Tianchi zhu; Sun Tonghai, Yu Tianchi deng yi ［ 蒲松齡。聊齋 志異 / 于天池注；孫通海、于天池等譯 ］.Strange tales form a Chinese studio / Comm. by Yu Tianchi, transl. by Sun Tonghai and Yu Tianchi. Beijing, Zhonghua shudian, 2015, vol. 1–4, 5414 p. (in Chin.).

Pu Songling . Liao Zhai zhi yi. Huijiao huizhu huiping ben / Zhang Youhe jijiao ［ 蒲松齡。聊齋誌 異。會校會注會評本 / 張友鶴輯校 ］. «Strange tales from a Chinese studio» with collected annotations, comments and notes / Compiled and revised by Zhang Youhe. Shanghai, Guji chubanshe, 2011, vol. 1–4, 1740 p. (in Chin.).

Pu Songling . Liao Zhai zhi yi. Quan jiao huizhu ji ping xiuding ben I Ren Duxing jijiao ［ Ж^^о 聊齋誌異。全校會注集評修訂本 / 任篤行輯校 ］. «Strange tales from a Chinese studio»: Revised edition with complete annotations, collected comments and accumulated notes) / compiled and edited by Ren Duxing. Beijing, Renmin wenxue chubanshe, 2016, vol. 1–4, 2460 p. (in Chin.).

Pu Songling . Rasskazy Liao Zhaia o neobychainom / Perevod s kitaiskogo, predisloviye i kom-mentariy V. Alekseyeva; sostavleniye M. Bankovskoi ［Strange Tales from a Chinese Studio / Chinese Literature book collection / Transl. from Chinese, foreword and notes by V. Alexeyev; compiled by M. Bankovskaya］. Мoscow: Hudozhestvennaya literatura, 1988, 559 p. (Bib-lioteka kitaiskoi literatury / Library of Chinese literature). (in Russ.).

Pu Songling . Xianzhu Liao Zhai zhi yi tuyong ［ 蒲松齡。詳注聊齋志異圖詠 ］. Illustrated Edition of “Strange Tales from a Chinese Studio” with detailed comments. Shanghai, Tongfang shuju, 1886, vol. 1–16. (in Chin.).

Pu Songling . Zhu pi zeng zhu Liao Zhai zhi yi ［ 蒲松齡。硃批增註聊齋志異 ］. Strange tales from a Chinese studio with red notes and comments. Shanghai: Jiao jing shan fang, 1883, vol. 1–16. (in Chin.).

Riftin B. L. Novelly Pu Song-linga (Liao Zhaya) v perevodach V. M. Alekseyeva // Vostochnaya klassika v russkich perevodach: obzory, analiz, kritika / Pod redaktsiyei B. L. Riftina ［Pu Songling’s Stories (Liao Zhai) in V. M. Alexeyev’s translations // Oriental classics in Russian translations: reviews, analysis, critics / Ed. by B. L. Riftin］. Мoscow, Vostochnaya Literatura, 2008, p. 113–203. (in Russ.).

Suo Jiawei (A. G. Storozhuk) . Liao Zhai zhi yi zai Eluosi ［ 索嘉威。聊齋志異在俄羅斯 ］. «Liao Zhai zhi yi» in Russia. Journal of Siberian Federal University (Krasnoyarsk), 2019, vol. 12, no. 10, p. 1943–1953. (in Chin.).

Suo Jiawei (A. G. Storozhuk) . Tangdai yu Qingchao de xiaoshuo e yi: lishi ji yingxiang // Zhongguo Eyu Jiaoxue ［ 索嘉威。唐代與清朝的小說俄譯：歷史及影響 // 中國俄語教學 ］. Tang and Qing Short-stories’ translations into Russian: history and cultural impact. The Russian Language in China , 2020, vol. 39, no. 2, p. 54–61. (in Chin.).

Wang Li . Tongyuan zidian ［ 王力。同源字典 ］. Dictionary of words with common origin. Beijing, Shangwu yingshuguan, 1982, 695 p. (in Chin.).

Wanli Yehuo bian / Ming Shen Defu zhuan ［ 萬歷野獲編 / 明沈德符撰 ］. Collected in suburbs during Wanli years / Ming Shen Defu compiled. Beijing, Zhonghua shuju, 1997, vol. 1–3, 939 p. (in Chin.).

Материал поступил в редколлегию Received 08.01.2021