О «Сделании промера протокам реки Волги» и другие законы Российской империи в мае-месяце 200 лет назад (1822 год)

В рассматриваемый период (май 1822 г.) законодатель принял всего 35 законов. Это примерно усредненный показатель рассматриваемого периода российской истории. Законодатель не сменил в мае акцент своего внимания по сравнению с апрелем 1822 г. – наибольшее количество актов (12) также принято в сфере государственного управления. Однако с точки зрения значимости более важными являются акты, регулировавшие экономикофинансовые отношения, хотя их было несколько меньше (8), в связи с чем с них и начнем обзор.

Наиболее масштабный вопрос регулировался Указом от 9 мая 1822 г. «О сдела-нии промера протокам реки Волги» [1]. В начале этого документа Министр внутренних дел отмечал, что «для пользы судоходства по Каспийскому морю необходимо сделать промер протокам реки Волга, кои оказываются к выходу судов в море способнее нынешнего форватера, и что к приведению сего в действие встречаются неудобства» [1], обусловленные несовпадением с интересами «рыбопромышленности». Сообщалось далее, что Начальник Морского Штаба с предложением о необходимости промера согласился, поскольку появятся «полезные удобства как для купеческих, так и военных судов». Судя по этому акту, Министр внутренних дел сделал соответствующий доклад Государю Императору и получил от него «Высочайшее повеление, что промер форватера непременно должен быть сделан, но что такое можно сие исполнить в такое время, когда не может произойти неудобство для рыболовства, о чем местное Начальство может сделать надлежащее соображение» [1]. Данный акт являлся разновидностью императорских указов, которые объявляется должностными лицами, занимающими высокие правительственные и иные посты.

Несколько раньше, 4 мая 1882 г., был издан Указ «О распространении постановления о торгующих крестьянах на вольных людей» [2]. В этом документе отмечается, что сенаторы заслушали Министра Финансов по следующему вопросу: «Эстляндская Казенная Палата по случаю вошедшей в оную просьбы от вольного человека Матисова, приписанного к Вышгородскому Ревельскому Обществу, о выдаче свидетельства , какие даются крестьянам на право торговли четвертого рода, видя, что вольные люди в той губернии составляют особый род от экономических крестьян, и имею право переходить в мещанство и купечество, – испрашивает разрешения, давать ли таковым вольным лю- дям на право торговли свидетельства, установленные 29 декабря 1812 года, о торгующих крестьянах изданным?» [2]. В результате было решено, что «постановление о торгующих крестьянах может отнесено быть без всякого неудобства и на означенных вольных людей» [2].

Заслуживают также внимания два акта, согласно которым выданы привилегии на исключительное право пользования определенными технологиями. В первом случае 19 мая 1882 г. была выдана привилегия штабс-капитану Шомасу на исключительное право пользования изобретенным им прессом для «делания разного рода кирпичей» [3]. В этой привилегии сообщается, что отставной капитан Франс Шомас изобрел пресс для производства кирпичей, а также «прибор» для приготовления кирпичной массы и особого рода печь для обжигания кирпичей, «и для того, по уважению понесенных им убытков, и в вознаграждение понесенных им трудов и времени, просил выдать ему привилегию на исключительное право пользования сим изобретением в течение десяти лет» [3]. Изобретателем были представлены в Департамент государственного хозяйства МВД чертежи, рисунки и, по современной терминологии, пояснительная записка о преимуществах своего творения. В результате Управляющий МВД принял решение выдать привилегию, позволяющую изобретателю Шомасу «означенное изобретение» употреблять по своему усмотрению (налаживать производство, продавать, дарить, передавать в наследство как собственность и т.д.) и «пользоваться сим правом исключительно во всех Российских Губерниях и Областях в течение десяти лет» [3]. За эту привилегию Шомас должен был уплатить пошлину в размере 1500 рублей. 27 мая 1822 г. привилегия была выдана Ревельскому купцу Флюгу «на выписанную им Англии канатную машину». Но в данном случае купец, фабрикант Флюг был не изобретателем, а владельцем канатной фабрики, который счел нужным для более эффективного производства канатов приобрести «новейшее изобретение», уже запатентованное в Англии (вероятно, Флюг заплатил за патент). А по- скольку на «выписку» машины из Англии были потрачены определенные «значительные» расходы и имея в виду, что результаты будут выгодны для государства и машина эта нигде больше не используется в России, предприниматель просил привилегию на исключительное право пользования данной машиной сроком на 10 лет, и эта его просьба была удовлетворена.

В числе других законов в сфере экономико-финансовых отношений были приняты следующие акты: «О неуничтожении доверителями, при производстве самых торгов, вверенного ими залога на казенные подряды» (16 мая); об отпуске находящимся при матерях в тюремном заключении ребенка половины расходов, положенных на содержание арестанта (18 мая); «Об отделении имения Поручика Михельсона, заложенного в Государственном Заемном Банке и частным лицам, мелкими частями» (29 мая); «О вознаграждении из казны за вымененных у Киргизцев, Калмыков и других Азиатцев детей, получивших свободу по достижении узаконенных лет (30 мая). В последнем акте речь идет о том, что в процессе колонизации Сибири имела место практика, когда купцы, дворяне, а позже представители иных сословий покупали и выменивали у сопредельных «азиатцев» людей, в том числе детей (в основном из числа плененных «азиат-цами» путем набегов жителей враждебных им племен) для использования, фактически, как рабов. Российский законодатель решил стимулировать их освобождение, во всяком случае по достижении 25 лет они освобождались безусловно (подробнее в статье И.А. Мальцева [4]).

Если обратиться к сфере государственного управления, то следует заметить, что в мае 1822 г. издавались акты по текущим сравнительно малозначимым вопросам, в том числе: о именовании Главноначальствующего Херсонской, Екатеринослав-ской и Таврической Губерний Новороссийским Генерал-Губернатором (11 мая), об учреждении таможни между Белостоком и Варшавой (13 мая); дополнение к Положению о Корпусе топографов (14 мая); об удержании из пенсионов вдов чиновников половины выплат, если на умершего от- кроется казенное взыскание (15 мая); о присоединении к МВД медицинской части, состоящей в ведомстве Министра духовных дел и народного просвещения (30 мая); о неревизовании в Государственном Контроле денежных отчетов Российской академии с 1818 г. (30 мая); об отправлении жен рекрутов, назначаемых в порты и другие места Адмиралтейского ведомства, с их мужьями на казенный счет (31 мая) и др.

Подобным образом можно говорить о военной тематике, по которой в мае 1822 г. были изданы 9 правовых актов – они также регулировали текущие малозначимые вопросы, например: о дозволении носить ретузы Штаб и Обер-Офицерам гарнизонной артиллерии (2 мая); о невступлении Корпусным командирам, прибывшим из отпуска или командировки, в командование корпусов до вновь Высочайшего повеления (6 мая); о порядке подачи просьб, до военной части относящихся (12 мая); об отпуске не имущим офицерам сукна с

Екатеринославской фабрики с вычетом из жалованья (12 мая); о переводе Килийской инвалидной команды Бессарабской области в город Белицы (15 мая) и др.

Церковные отношения в мае 1822 г. были отрегулированы 5 законами, в их числе: пр имерный штат Новотихвинского девичьего монастыря (13 мая); о воспрещении вольным мастерам печатать и продавать святцы (16 мая); о производстве Московскому Преосвященному Викарию жалованья (16 мая); о возведении Екатеринбургской Новотихвинской пустыни в штатный девичий монастырь (26 мая); о запрещении Римско-Католическому и ГрекоУниатскому духовенству производить займы на счет церковных имуществ без Высочайшего на то соизволения (31 мая).

В целом в мае 1822 г. в России законы принимались по текущим вопросам социально-экономической жизни, не затрагивавшим основ государственности и общественного строя.