Об особенностях эпидемического процесса бруцеллеза в Волгоградской области

doi:

ORIGINAL ARTICLE doi:

На территории Южного Федерального округа (ЮФО) за последние 10 лет продолжает сохраняться неустойчивая эпидемиологическая ситуация по бруцеллезу [1]. Бруцеллез стал особенно актуальной проблемой для некоторых регионов стран, где традиционно развито животноводство [2]. Чаще всего человек заражается возбудителем бруцеллеза при прямом или опосредованном контакте с животными или продуктами животного происхождения [3, 4, 5]. В исследованиях академика РАН Г.Г. Онищенко и член-корр. РАН А.Н. Куличенко (2019) была показана неблагополучная эпидемиологическая обстановка по бруцеллезу в Российской Федерации [6]. Актуальность этой проблемы в России связана с распространением в регионах хозяйств с животноводческой ориентацией, несо- вершенством противоэпидемических и противо-эпизоотических мероприятий [7, 8]. Традиционно наибольшее количество заболеваний среди людей регистрируется в Северо-Кавказском и Южном федеральных округах [9, 10].

ЦЕЛЬ РАБОТЫ

Определить особенности проявления эпидемического процесса бруцеллеза в Волгоградской области, выявить факторы риска, вызвавшие эпидемиологическое неблагополучие в 2025 г.

МЕТОДИКА ИССЛЕДОВАНИЯ

На основании экстренных извещений, карт эпидемиологического расследования и историй болезни нами проведен анализ 35 случаев заболеваний бруцеллезом пациентов инфекционных стационаров Волгоградской области в возрасте от 5 до 77 лет.

Статистический анализ проводился с использованием программы Microsoft EXCEL 2010, определяли среднее значение и ошибку репрезентативности ( M+m ), достоверность различий по Стьюденту ( р ). При анализе качественных показателей использовались номинативные шкалы.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

В 2025 г. на территории РФ было зарегистрировано у людей 532 случая бруцеллеза, показатель заболеваемости составил 0,36 на 100 тыс. населения (рис. 1). Выявлено больных детей в возрасте до 18 лет 37 человек (0,12 на 100 тыс. населения). На территории ЮФО за- регистрировано 76 случаев инфекции. Показатель заболеваемости по ЮФО составляет 0,46 на 100 тыс. населения. Среди больных выявлено 12 детей, заболеваемость среди них составила 0,36 на 100 тыс. населения.

В Волгоградской области ситуация по заболеваемости людей бруцеллезом в 2025 г. приобрела характер вспышки. В сравнении 2024 г. на территории региона отмечается увеличение заболеваемости впервые выявленным бруцеллезом в 8,75 раз.

Следует отметить, что в последние пять лет заболеваемость бруцеллезом в Волгоградской области носила преимущественно спорадический характер, хотя и превышала уровень заболеваемости, регистрируемый в ЮФО, за исключением 2024 г. (рис. 2).

Рис. 1. Заболеваемость бруцеллезом в Волгоградской области, ЮФО и РФ в 2025 г. (на 100 тыс. населения)

■ Волгоградская область ■ ЮФО

Рис. 2. Заболеваемость бруцеллезом в Волгоградской области и ЮФО в 2020–2024 гг. (на 100 тыс. населения)

Всего за 2025 г. было зарегистрировано 35 лабораторно подтвержденных случаев заболеваний бруцеллезом (интенсивный показатель составил 1,43 на 100 тыс. населения). Отсутствие у больных признаков генерализованной инфекции и наличие антител Ig M свидетельствует о первично выявленных случаях бруцеллеза. Инфекция выявлялась среди жителей девяти муниципальных округов: Волгограде, Волжском и в 7 районах области – Быковском, Калачевском, Котельниковском, Клетском, Светлоярском,

Среднеахтубинском, Ленинском. Из проведенного анализа внутригодовой динамики видно, что наибольшее число случаев инфекции приходится на сентябрь 2025 г. (14 случаев). В последующем при формировании настороженности медицинских работников путем информирования о ситуации ежемесячно выявлялись случаи болезни (за октябрь – декабрь – выявлено еще 15 случаев) (рис. 3). У 13 больных отмечена легкая форма течения инфекции, у 22 пациентов – средней степени тяжести.

—^Количество случаев бруцеллеза

Рис. 3. Динамика заболеваемости населения Волгоградской области бруцеллезом в 2025 г. (абс.)

Выявление больных происходило при обращении в медицинские организации, а также активно в ходе обследования по контакту, в том числе с положительно реагирующим поголовьем скота. В ходе лабораторной диагностики бруцеллеза исследовалась сыворотка крови, применялся иммуноферментный анализ (ИФА) и реакция агглютинации Райта. Проводилась также реакция агглютинации Хеддельсона. Положительный результат выявления ДНК Brucella spp. методом ПЦР учитывался в случае наличия клинических признаков инфекции и в комбинации с положительными иммунологическими реакциями.

Впервые зарегистрированные заболевания бруцеллезом среди детей и подростков, увеличение доли лиц 40–59 лет (48,6 %), не связанных с животноводством, представляли собой социальную проблему. Отсутствие сведений при сборе эпидемиологического анамнеза о наличии домашних животных (КРС и МРС) или профессии, связанной с животными, затрудняло постановку диагноза у данной категории пациентов. Из числа заболевших впервые за последнее десятилетие выявлено 5 человек в возрасте до 18 лет (1 ребенок пяти лет и четверо детей школьного возраста). Возрастная структура заболевших взрослых представлена следующим образом: в возрасте 18–29 лет – 1 человек, в возрасте 30–39 лет – 4 человека, в возрасте 40–49 лет – 7 человек, в возрасте 50–59 лет – 10 человек и старше 60 лет – 8 человек.

Среди заболевших преобладают мужчины – 60,0 % (21 человек), на долю женщин приходится 40 % (14 человек).

При анализе многолетней динамики отмечено, что впервые число заболевших городских жителей преобладало над сельскими. Из числа заболевших бруцеллезом доля городских жителей в 2025 г. составила 57,15 %. При анализе заболеваемости по месту проживания было установлено, что только 15 из 35 случаев зарегистрировано среди жителей сельской местности. Снижение удельного веса сельских жителей обусловлено активным вовлечением в эпидемический процесс горожан. Городские жители инфицировались бруцеллами алиментарным путем при употреблении животноводческой продукции, приобретенной на ярмарках и сельских рынках, в местах несанкционированной торговли и не подвергшейся термической обработке.

Источниками инфекции послужили больные животные преимущественно частного сектора – крупный и мелкий рогатый скот (КРС, МРС), передача инфекции в 54,3 % осуществлялась через молочную и мясную продукцию. Заболевшие не имели контакта с сельскохозяйственными животными, но активно приобретали продукцию животноводства из личных подсобных хозяйств, не прошедшую ветеринарную экспертизу. В 14 случаях среди городских жителей удалось установить факторы передачи: в 3 случаях – мясо, в 11 случаях – молочная продукция (молоко, сметана, творог, домашний сыр). Шестнадцать заболевших имели контакт в той или иной степени с сельскохозяйственными животными (уход, кормление, убой и др.), в том числе 13 человек с домашними. Лишь три человека работали на предприятиях по переработке продукции животноводства (убойный цех, молочный завод).

В Волгоградской области ежегодно выявляются неблагополучные частные хозяйства. Так, например, по данным ветеринарной службы, в 2025 г. выявлено 12 неблагополучных пунктов по бруцеллезу (все индивидуальные хозяйства), в которых выявлены больные бруцеллезом животные – 173 головы крупнорогатого скота. В 2024 г. выявлено 7 неблагополучных пунктов по бруцеллезу (все индивидуальные хозяйства – 159 голов КРС). В 2023 г. зарегистрировано 6 неблагополучных пунктов по бруцеллезу (все индивидуальные хозяйства), в которых выявлено больных бруцеллезом 349 головы КРС.

Отсутствие регистрации заболеваний бруцеллезом сельскохозяйственных животных в течение последних 3 лет в населенных пунктах, где были выявлены больные люди, заставило ветеринарную службу провести внеплановое обследование животных с целью поиска источников инфекции, а медицинскими организациями по решению санитарно-противоэпидемиологи-ческой комиссии был активно осмотрен и лабораторно обследован персонал крестьянско-фермерских хозяйств. В 2025 г. при проведении серологического мониторинга среди профессиональных «групп риска» исследования сывороток крови работников животноводства показали значительный рост положительных реакций по сравнению с предшествующими годами – выявлено 4,2 % положительно реагирующих, в то время как в 2020 г. их было 0,9 %, в 2021 г. – 2,0 %, 2023 г. – 1,6 %, в 2024 г. – 0,3 %. И только в 2022 г. при заболеваемости в 0,61 на 100 тыс.

населения был отмечен также высокий процент инфицированности – 6,4 %.

В соответствии с СанПин 3.3686-21 «Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней» (СанПин 3.3686-21) специфическая профилактика этого заболевания среди профессиональных групп риска проводится путем профилактических прививок. Вакцинация в очагах козье-овечьего типа, являющаяся основным способом специфической защиты людей от заражения бруцеллезом, не может обеспечить полный контроль над инфекцией.

Начиная с 2020 г., в регионе среди людей зарегистрировано 70 случаев острого бруцеллеза. При анализе частоты встречаемости заболевших бруцеллезом людей в разрезе административных районов выделены наиболее эпидемиологически неблагоприятные: Палласовский муниципальный район, где выявлено 10 больных (14,3 % от всех заболевших), Быковский – 8 больных (11,4 %), Ленинский – 6 больных (8,6 %), Иловлинский и Среднеахтубинский районы – по 5 больных (по 7,1 %). Необходимо отметить, что городские жители приобретали в 2025 г. продукцию животноводства именно из этих близлежащих к Волгограду и Волжскому и расположенных на левом берегу Волги районов, в том числе граничащих с Казахстаном.

Согласно СанПин 3.3686-21 обязанность проведения предварительных и периодических медицинских осмотров на бруцеллез персонала возложена на владельцев сельскохозяйственных животных вне зависимости от форм собственности. Отсутствие учета числа прошедших медосмотр из числа групп риска, определенных санитарными правилами, не позволяет в полном объеме отследить своевременность и полноту их охвата профилактическими мероприятиями, а значит, и провести анализ эффективности, оценить адекватность неспецифической профилактики с целью их оптимальной корректировки. В условиях сокращения контрольно-надзорных мероприятий в отношении малого и среднего бизнеса, контроль, по сути, возможен только в ходе эпидемиологического расследования уже при регистрации очага инфекции и не носит предупредительный профилактический характер.

В результате проведенного исследования следует выделить основные особенности эпидемического процесса бруцеллеза на территории Волгоградской области:

• 1)    впервые за анализируемый период в 2025 г. случаи заболевания были выявлены среди детей и подростков;

• 2)    реализация пищевого пути заражения определила высокую интенсивность и вовлечение в эпидемический процесс лиц, профессионально не связанных с источником возможного заражения инфекцией;

• 3)    ведущая роль социального фактора риска, который и определил, благодаря алиментарному пути заражения, активную реализацию эпидемического процесса на территории Волгоградской области в 2025 г. среди городских жителей;

• 4)    преобладание у заболевших острых клинических форм бруцеллеза средней степени тяжести;

• 5)    территориально эпидемиологическое неблагополучие зафиксировано в 5 муниципальных районах, преимущественно расположенных по левому берегу Волги, в том числе граничащих с Казахстаном, а также Волгограде и Волжском;

• 6)    образованию и укоренению антропургиче-ских очагов инфекции способствуют стихийные продовольственные ярмарки, где осуществлялась продажа продукции животноводства из индивидуальных хозяйств без ветеринарной экспертизы.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведение обследований с использованием лабораторных методов диагностики профессиональных групп риска в ходе периодических профилактических медицинских осмотров позволяет определить уровень инфицированности людей, связанных с животноводством, начать эпидемиологическое расследование по поиску источников инфекции, а, следовательно, и к их сокращению.

Одним из важных профилактических мероприятий является организация торговли продуктами животноводства, подвергшимся ветеринарной экспертизе, запрет несанкционированной торговли на овощных ярмарках, где не предусмотрен и отсутствует ветеринарный контроль. В связи с этим целесообразна дальнейшая координирующая деятельность и взаимодействие не только организаций здравоохранения и Роспотребнадзора, но и ветеринарной службы, руководителей предприятий и организаций, осуществляющих работы с сельскохозяйственными животными и/или реализующими продукцию животного происхождения.