Особенности криминологического портрета личности преступника, совершаемого преступления общеопасным способом

О бщеопасный способ совершения преступного деяния определяется как применение методов, характеризующихся значительным деструктивным потенциалом либо создающих вероятность наступления летальных исходов, причинения тяжкого вреда здоровью или летальных исходов, а также существенного материального ущерба. К числу наиболее распространённых форм реализации данного способа относятся: использование огня (поджог), применение взрывных устройств, отравление водных ресурсов и продуктов питания токсическими веществами, а также иные средства, представляющие угрозу не только для непосредственного объекта противоправного посягательства, но и для неопределённого круга лиц. Применение общеопасного способа в уголовно-правовой доктрине, как правило, квалифицируется в качестве отягчающего признака состава преступления, детерминирующего повышенную степень общественной опасности совершённого деяния [1].

В контексте криминологического анализа личности преступника применение общеопасного способа совершения преступления выступает индикатором повышенной степени общественной опасности субъекта и детерминирует необходимость углубленного изучения его личностных характеристик. Данный способ выражает деструктивную направленность, склонность к опасному поведению и равнодушное отношение к жизни и здоровью неопределенного круга лиц [2].

Криминологический портрет лица, реализующего общеопасный способ совершения преступле- ния, характеризуется совокупностью специфических психологических, социально детерминированных и ценностно-нормативных признаков, которые обусловливают создание максимально деструктивной поведенческой модели. Систематический анализ указанных особенностей способствует более глубокому пониманию детерминант криминального поведения и оптимизации превентивных мероприятий [3].

Создание доктрины криминальной личности осуществлялось поэтапно в процессе продолжительной научной эволюции. В качестве одной из первоначальных концептуальных парадигм выступило биологическое направление, сформированное исследованиями Чезаре Ломброзо, разработавшего теорию рождённого преступника. В рамках данной теоретической модели предопределение криминального поведения объяснялась наличием морфологических отклонений и генетически обусловленных характеристик индивида. Невзирая на последующую научную полемику и критическую проверку указанная концепция внесла существенный вклад в институционализацию криминологии в статусе автономной научной дисциплины.

На последующих этапах научного дискурса актуализировались социологические концепции, интерпретирующие криминальные проявления как инструмент социального предопределения. Сторонники данной научной теории детерминировали зарождение криминальной личности совокупностью социально-экономических факторов, включающих жизненные обстоятельства индивида, образовательный статус, имущественное состояние и маргинали- зационные процессы. Психологические теории интегрировали указанные концептуальные подходы, фокусируясь на психических особенностях, мотивационных детерминантах и эмоционально-волевых характеристиках личности.

Проблематика личности преступника и мотивационных механизмов криминального поведения представлена в исследованиях А.В. Долговой [4], Ю.М. Антоняна [2], В.Н. Кудрявцева, Л.В. Франка и др. Вопросы общеопасных способов совершения противоправных деяний получили освещение в научных работах, посвящённых криминальным поджогам, взрывным воздействиям, насильственным посягательствам и прочим проявлениям агрессивного поведения. Вместе с тем в специальной литературе отсутствует комплексное исследование психологических и социально-детерминированных характеристик личности, намеренно избирающего общеопасный способ в качестве инструмента достижения преступных целей. Недостаточная научная проработанность указанной проблематики детерминирует актуальность проведения углубленного теоретико-прикладного анализа данного феномена [5].

Криминологическая характеристика личности преступника является систематизированной совокупностью данных о его социально-демографических параметрах, социально-ролевых позициях, морально-психологических свойствах и психофизиологических признаках. Указанная характеристика применяется в целях исследования детерминант преступности, типологизации лиц, совершивших преступления, а также конструирования индивидуализированных превентивных мероприятий.

Научно-практическая значимость криминологической характеристики определяется её потенциалом в области прогнозирования преступного поведения, идентификации криминогенных групп и оптимизации профилактической работы. Она функционирует в качестве существенного инструментария, как в рамках академических работ, так и в сфере практической деятельности субъектов правоприменения. В научной литературе наблюдается разграничение личностных характеристик по различным классификационным основаниям, что обусловливает вариативность структурных моделей личности преступника.

В рамках криминологической науки личность преступника представляется как интегративная система социально-демографических, социально-психологических, нормативно-правовых и ценностноморальных характеристик.

Ключевыми структурными элементами выступают следующие.

Социально-демографический блок

Гендерно-возрастные параметры. Криминологический анализ эмпирических данных демонстриру- ет выраженную диспропорцию гендерного распределения в структуре преступности с доминированием лиц мужского пола. Женская девиантность характеризуется меньшей интенсивностью и качественно отличной мотивационной структурой. Максимальная криминальная активность наблюдается в возрастном диапазоне 18…35 лет, что предопределенно социальной неприспособленностью, процессами идентификации личности возрастной категории.

Образовательный статус и профессиональная реализация. Для существенной доли лиц, совершающих противоправные деяния, свойственны недостаточный образовательный статус и дефицит постоянной трудовой деятельности. Ограниченность профессиональных компетенций в совокупности с затруднениями в процессе трудоустройства детерминируют вовлеченность в криминальную активность, преимущественно в области имущественных преступлений. Вместе с тем отдельные категории противоправных действий осуществляются субъектами, обладающими высоким образовательным уровнем, что свидетельствует о многоаспектности девиантного поведения.

Семейное положение и условия социализации. Маргинальная семейная среда, дефицит родительского надзора, конфликтный характер внутрисемейных взаимодействий и девиантные поведенческие паттерны родителей представляют собой значимые детерминанты криминогенной деформации личности преступника. Значительная доля индивидов, демонстрирующих противоправное поведение, формировалась в условиях социально-педагогической ограниченности и отсутствия позитивных социальных образцов.

Психологический и морально-нравственный блок

Эмоциональная лабильность, дефицит волевой регуляции поведения, склонность к импульсивным реакциям и повышенный уровень агрессивных проявлений представляют собой устойчивые психологические характеристики индивидов, осуществляющих противоправную деятельность. Указанные личностные особенности обнаруживают наибольшую выраженность в структуре криминального поведения субъектов, реализующих насильственные формы преступности, выступая в качестве существенных факторов.

В структуре личностной организации правонарушителей центральное место занимает искажение системы моральных ориентиров и ценностных приоритетов . Специфика этико-ценностной сферы данной категории лиц характеризуется легализацией агрессивных действий и манипулятивных стратегий, игнорированием законных интересов окружающих, недостаточной сформированностью правовой культуры и доминированием эгоцентрических мотивов.

Формирование подобных диспозиций обусловлено влиянием нефункциональной социальной среды и деструктивного индивидуального опыта социализации.

В структуре криминальной мотивации доминируют эгоцентрические принципы , при которых субъект противоправной деятельности возвышает индивидуальные потребности над социально значимыми ценностями. Этиологический спектр криминального поведения характеризуется многообразием детерминант – экономически обусловленных, агрессивнонасильственных, обстоятельственно-ситуационных и прочих каузальных факторов [6].

Социально-ролевой блок

Степень социальной интегрированности личности и её позиционирование в структуре общественных взаимоотношений определяются совокупностью выполняемых социальных функций. Для лиц, совершающих противоправные деяния общеопасным способом, типичными являются следующие характеристики: разрушение стабильных социально-ролевых паттернов, конфликтность в межперсональной коммуникации и дефицит социальной ответственности. Феномены социальной изоляции и маргинализации детерминируют усиление девиантных тенденций и создают барьеры для эффективного восстановления индивида в социальную среду.

Биологический и психофизиологический блок

Несмотря на то, что в рамках современных криминологических концепций отвергается детерминированность преступного поведения биологическими факторами, нельзя игнорировать значимость определённых психофизиологических характеристик индивида в начале антисоциального поведения. В качестве подобных предрасполагающих факторов выступают: гиперактивность нервно-психических процессов, предрасположенность к рискованным моделям поведения , а также наличие химических зависимостей (алкогольной либо наркотической).

Деформированное правовое и нравственное сознание, включающее в себя искажённую систему ценностных ориентаций, девиантную структуру потребностей и извращённую мотивационную сферу, рассматривается в качестве базового фактора криминального поведения в подавляющем большинстве случаев совершения противоправных деяний [8].

В рамках криминологического анализа типо-логизация представляет собой методологический подход, принципиально отличающийся от классификации субъектов по демографическим параметрам (возрастным категориям, гендерной принадлежности). Данный метод ориентирован на различие качественно детерминированных социально-психологических профилей преступной личности, характеризующихся стабильным комплексом качественных характеристик.

Критериальная база для осуществления типо-логизации может варьироваться и включать: мотивационную структуру противоправного поведения, личностные особенности (психологического либо патопсихологического спектра), показатели социальной опасности индивида, уровень криминогенной детерминированности, а также выраженность негативных процессов.

Необходимо учитывать, что типологическая разграниченность носит условно-модельный характер, поскольку значительная часть преступников демонстрируют разнообразие форм признаков, не позволяющее однозначно отнести их к конкретной категории. Наличие промежуточных форм, нескольких мотивов криминальных действий и ситуативная вариативность обусловливают понимание типологии как системы идеализированных структур.

Характерные криминологические портреты субъектов, применяющих общеопасные способы совершения преступлений

Систематический. Данный тип представляет собой индивида, интегрировавшего противоправную деятельность (включая криминальные акты с высокой степенью общественной опасности) в качестве базовой жизненной стратегии. Характеризуется регулярным возвращением к криминальной активности, демонстрирует стабильную асоциальную ориентацию личности, игнорирует правовые предписания и социальные нормы, отличается повышенным криминогенным потенциалом. Представители данной категории демонстрируют склонность к предумышленным, методически выверенным противоправным актам.

Ситуативный . К этому типу относятся субъекты, не обладающие систематическим криминальным опытом в повседневной практике, однако подверженные влиянию внешних детерминант, таких как давление социального окружения, межличностная конфронтация, интенсивные стрессогенные факторы, кризисные жизненные обстоятельства. В подобных условиях происходит реализация противоправного поведения. Такие индивиды могут применять общеопасные способы исключительно под воздействием конкретной ситуации без формирования устойчивого криминального паттерна.

Деструктивно-карательный. Охватывает правонарушителей, избирающих общеопасный способ в качестве инструмента возмездия, психологического воздействия через страх или манифестации враждебности по отношению к индивидуумам, социальным структурам либо определенным категориям населения. Мотивационная основа может носить индивидуально-личностный характер (чувство несправедливости, желание отмщения) либо базироваться на идеологических и социально-политических установках

(террористическая деятельность, создание атмосферы паники, акты протестного характера).

Психопатологический. Представляет собой типологический портрет субъектов, совершающих акты поджога или применения взрывных устройств вследствие внутренних психологических детерминант – импульсивных поведенческих паттернов, повышенной агрессивности, дефицита эмоциональноволевого контроля, наличия психопатологических нарушений. В научной литературе подобная мотивационная структура нередко идентифицируется как проявление пиромании – патологического влечения к огню и деструктивным действиям.

Экономически мотивированный. К данному типу относятся индивиды, реализующие общеопасный способ с целью извлечения материальной прибыли. Подобные действия включают умышленное инициирование возгораний для получения страховых компенсаций, преднамеренную уничтожение материальных ценностей, использование огня как инструмента маскировки иных криминальных деяний (в частности, ликвидацию документации, устранение улик), а также намеренное разрушение собственности. Характерной особенностью выступает высокая степень предварительной организации противоправных действий.

Политико-идеологический. Представители данной группы применяют общеопасные способы, руководствуясь не индивидуальными интересами материального или эмоционального характера, а стремлением к реализации мировоззренческих, политических или религиозных программ. Их деятельность направлена на террористическое воздействие, создание атмосферы страха, причинение массового ущерба. Мотивационная основа находится за пределами персональных стимулов (финансовая заинтересованность, возмездие) и представляет собой системное, нередко организованное групповое применение насилия.

Выбор субъектом преступления общеопасных способов, представляющих опасность для неопределенного круга лиц (например, использование взрывных устройств, организация поджогов), коррелирует с рядом специфических криминологических характеристик личности.

Значительная выраженность антисоциальной направленности личности. данная характеристика проявляется в готовности субъекта причинять вред массовому количеству потенциальных потерпевших, а не единичному объекту посягательства. Наблюдается обесценивание ценности человеческой жизни, игнорирование потенциальных негативных последствий для социального окружения. Подобная поведенческая модель указывает на существенные деструктивные трансформации в мораль- но-этической и социально-психологической структуре индивида.

Лица, представляющие повышенную общественную опасность (в частности, убийцы, члены террористических формирований). Исследования фиксируют комплекс их психологических особенностей: эмоциональная холодность и дистанцирован-ность, выраженная жестокость, возможное наличие психопатологических девиаций. В клинической картине доминирует безразличность к чужим страданиям, отсутствие эмпатических реакций и сострадания, агрессивные паттерны поведения, социальная неприспособленность и изоляция.

Индивиды, прибегающие к общеопасным способам деструктивного поведения, демонстрируют специфические психологические характеристики . С одной стороны, реализация подобных действий может детерминироваться аффективной дестабилизацией и импульсивными поведенческими реакциями; в таких случаях катализатором выступают интенсивные эмоциональные состояния (деструктивная агрессия, глубокое отчаяние), провоцирующие, например, акты умышленного возгорания. С другой стороны, наблюдается противоположный паттерн: рациональное конструирование преступного замысла, характеризующееся методичной подготовкой, прагматичным расчётом и способностью к когнитивному игнорированию потенциальных негативных последствий.

Личностный профиль таких субъектов нередко включает выраженную социальное разрушение, проявляющуюся в отчуждённости от общественных структур, изолированности и систематическом девиантном функционировании с возможной криминальной направленностью. Для данной категории лиц типична ценностная деформация, отвержение конвенциональных социальных норм, склонность к рецидивному противоправному поведению, асоциальная адаптация и искажённая мировоззренческая парадигма.

Специфическая мотивационно-личностная форма субъекта противоправного деяния обнаруживается в отклонении от стандартных побудительных факторов : доминируют не положительные устремления к законному обогащению, а деструктивные интенции, включающие вандализм, мстительные действия, стремление к самоактуализации через разрушение, демонстрацию собственного силового потенциала, создание массовой паники либо осуществление террористического воздействия.

С криминологической перспективы приоритет подобных способов реализации противоправного поведения служит индикатором повышенной общественной опасности преступника, позволяя квалифицировать его в категории субъектов с экстремально высоким криминогенным потенциалом и критическим уровнем социальной угрозы.

Согласно статистическим сведениям, представленным МВД Российской Федерации, в 2024 году наблюдалась тенденция к снижению совокупного количества зафиксированных преступлений на территории России: показатель уменьшился на 1,8 % относительно аналогичного временного периода прошлого года. Одновременно с этим зафиксирована противоположная динамика в категории преступлений с высокой и повышенной степенью общественной опасности: прирост составил 4,8 % за отчётный период 2024 года [6].

По информации, первый месяц 2023 года характеризовался регистрацией 611 криминальных деяний, при осуществлении которых использовались огнестрельное оружие, боевые припасы, взрывоопасные вещества либо предметы, имитирующие таковые. Данный показатель свидетельствует о значительном увеличении – на 49 % – в сопоставлении с идентичным хронологическим интервалом.

Оперативные мероприятия, проведенные правоохранительными органами в декабре 2024 года, завершились задержанием 44 подозреваемых лиц, причастных к серии криминальных эпизодов. Объектами противоправных посягательств стали административные комплексы, элементы транспортной инфраструктуры общественного назначения, финансово-кредитные организации и иные социально значимые учреждения. Данные инциденты, связанные с попытками взрывов и организацией очагов возгорания, демонстрируют сохраняющуюся общественную опасность преступлений рассматриваемой категории, характеризующихся потенциально масштабными последствиями для множества физических лиц и материальных объектов.

Анализ представленных статистических показателей демонстрирует следующую закономерность: при общем снижении криминогенной активности сохраняется существенная доля деяний тяжкой категории, при совершении которых потенциально применяются общеопасные способы исполнения.

В современных условиях наблюдается парадоксальная тенденция: при статистическом сокращении регистрируемых криминальных деяний фиксируется устойчивый рост удельного веса преступлений, характеризующихся высокой степенью общественной опасности и тяжести последствий. Распространение террористических проявлений, а также увеличение количества противоправных деяний, совершаемых с использованием огнестрельного оружия и взрывных устройств, свидетельствует о том, что инструментарий массового поражения продолжает оставаться предпочтительным для лиц, ориентированных на причинение максимального ущерба. Систематическое применение поджогов, взрывных устройств и организация массовых насильственных действий демонстрирует наличие стабильного интереса криминальной среды к общеопасным способам реализации преступных замыслов, что обусловливает необходимость углубленного криминологического анализа психологического портрета субъектов, избирающих данные деструктивные модели поведения [9].

В процессе осуществления научно-исследовательской деятельности была реализована определённая цель – проведен многоаспектный криминологический анализ личностных характеристик преступника, применяющего общеопасный способ при совершении противоправных деяний, а также идентифицированы факторы, обусловливающие избрание данного способа криминальной активности.

Проведённое исследование обеспечило возможность сформулировать следующие ключевые положения.

Во-первых, системный анализ дефиниции общеопасного способа реализации преступного посягательства продемонстрировал, что рассматриваемая правовая категория обусловливается использованием таких инструментов и поведенческих паттернов, которые генерируют вероятность нанесения ущерба неопределённой совокупности субъектов и характеризуются значительным разрушительным потенциалом.

Во-вторых, применение общеопасного способа характеризуется осознанным выбором преступником модели объективации преступного намерения, что определяет повышенную криминологическую актуальность данной категории противоправных деяний. Кроме того, практически подтверждено наличие особенных психологических характеристик личности преступника, избирающего общеопасный способ совершения преступления. Психологический профиль указанных субъектов демонстрирует эмоциональное напряжение, повышенный уровень тревожности, проявления агрессивного поведения, предрасположенность к аффективному реагированию, а также признаки социально-психологической дезадаптации. Доминирующую роль в мотивационной структуре занимают конфликтно-эмоциональные детерминанты, включая возмездные цели, актуализирующиеся в состоянии фрустрации и экзистенциального кризиса.

В-третьих, анализ статистических показателей демонстрирует относительную стабильность количественных параметров преступных деяний, реализуемых посредством общеопасных способов. Удельный вес данной категории преступлений в общей структуре тяжких криминальных проявлений сохраняется на существенном уровне, при этом в ряде классификационных групп фиксируется позитивная динамика роста. Приведённые данные говорят об оптимизации превентивных мероприятий и пенитенциарно-коррекционного воздействия на субъектов, входящих в группу повышенного криминогенного риска.

Резюмируя изложенное, следует констатировать, что проведенное исследование способствовало установлению факторов зарождения и реализации общественно опасных преступных деяний, идентификации значимых характеристик личностного портрета преступника. Эмпирические и теоретические данные, полученные в ходе исследования, обладают потенциалом применения, как в контексте последующих научных изысканий криминологической направленности, так и в рамках прикладной деятельности субъектов правоохранительной системы, психологических служб пенитенциарных учреждений и органов, осуществляющих профилактику противоправного поведения.