Особенности употребления лексики, обозначающей родственные отношения, в новгородских берестяных грамотах

В научной литературе существует большое количество работ, описывающих термины родства и свойства в разных аспектах: этимологическом [2; 12; 14; 17], лингвокультурологическом [7], диалектологическом [9]. В настоящей статье на материале новгородских берестяных грамот XI–XV вв. проводится лексико-семантический анализ терминов родства и свойства.

В качестве материала исследования выбраны новгородские грамоты на бересте, которые позволяют судить об особенностях не только развития древнерусского языка в структурно-системном отношении, но и лексикосемантического употребления слов разных лексико-тематических групп, в частности терминов родства и свойства. Временной охват в период с XI по XV в. создает синхронный срез, на основе которого прослеживаются некоторые нюансы такого употребления исследуемых терминов.

Анализ усложняется тем, что в качестве материала исследования используются только письменные источники, которые не могут в полной мере отразить богатство и своеобразие лексико-семантического употребления исследуемых терминов в устной речи древних новгородцев. Однако тексты новгородских грамот на бересте, как известно, приближены к разговорной речи древних новгородцев и в своем большинстве представляют собой их частную переписку.

Таким образом, цель настоящей статьи – выявить лексико-семантические особенности употребления терминов родства и свойства на материале новгородских берестяных грамот XI–XV вв., а также определить способы и варианты их употребления в письменной речи древних новгородцев. Заметим, что анализ лексико-семантических особенностей использования данных терминов позволяет говорить и об особенностях их коммуникатвного употребления. При этом «под коммуникативной культурой понимается часть национальной культуры, обуславливающая совокупность норм и традиций общения народа и воплощаемая в его коммуникативном поведении» [10, с. 107], т. е. в их «бытовой культуре <...> реализуемой в повседневном поведении и общении людей» [13, с. 35–36].

Новгородские берестяные грамоты были исследованы по следующим изданиям: [3–6; 15; 16; 20]. Основными методами исследования были метод лингвистического описания и лексико-семантический анализ материала.

Лексико-семантические особенности употребления терминов родства и свойства. Путем сплошной выборки в новгородских берестяных грамотах зафиксированные лексемы, обозначающие родственные отношения, были разделены нами на две группы:

• а)    слова, которые передают понятие ‘родственник’;

• б)    термины родства и свойства.

Рассмотрим эти две группы слов более подробно.

Словоформа пелемчахъ является, согласно А.В. Арциховскому, «своеобразной формой слова “на племянниках”, что тогда значило ‘на родственниках’» [1, с. 48]. Образованная от лексемы племѧ , пелемчахъ встречается в новгородских берестяных рамотах всего 1 раз: на онане на пелемчахъ полтина (№ 162, 20-е гг. XV в.).

Б. Термины родства и свойства. Общая особенность терминов родства и свойства заключается в том, что в данной лексике реализуется относительная номинация, показывающая родственную связанность данного лица с другим. «Лицо, названное тем или другим термином родства, является таковым <...> только по отношению к каким-либо другим, в каждом конкретном случае определенным лицам. <...> одно и то же реальное лицо может быть названо по-разному – и отцом и сыном, и дедом и внуком <...> – в зависимости от того, по отношению к каким другим лицам это лицо определяется» [11, с. 122].

Термины родства и свойства представлены следующими лексемами.

• I.    Кровное родство

  • 1 . Дедъ/дидъ : ѡцтина наша и дидѣна а нас оу вымолчовъ господа имали (№ 248, 80-е – 90-е гг. XIV в.); и диду молисѧ (№ 354, 40-е – 70-е гг. XIV в.); и ѡтѣць и дѣдъ ѥго пѣлъ (№ 963, начало XV в.).

  • 2    . Баба : ѿ онцифора к бабѣ к марѣ-мь˫анѣ (№ 578, 60-е – 70-е гг. XIV в.).

  • 3    . Отьць : еже ми отьць да˫алъ и роди съда˫али (№ 9, середина 30-х гг. – середина 70-х гг. XII в.); оттьправить отьцу (№ 19, 20-е гг. XV в.); во iмѧ ѡца i сна (№ 28, XIV/ XV в.); въ имѧ оца и сына (№ 42, 80-е – 90-е гг. XIV в.); ѡцтина наша и дидѣна а нас оу вы-молчовъ господа имали (№ 248, 80-е – 90-е гг. XIV в.); ѡт михалѧ к отцеви (№ 404, XIII в.); господи благослови отьче (№ 418, конец XIII в.); благослови отьць (№ 419, 1290– 1300 гг.); поклонъ отъ гюргеѧ къ отьчеви и къ матери (№ 424, первая четверть XII в.); а на

    то богъ полухъ и отець мои душевнеи (№ 520, XIV в. – первая четверть XV в.); от отци по-клонъ к олоскадру (№ 528, 70-е – 80-е гг. XIV в.); далъ ѥсемъ полотину отьць юдшевному нестеру (№ 689, 60-е – 80-е гг. XIV в.); слава оте-цю и сыну во вѣкы (№ 727, середина 50-х гг. XII в. – первая четверть XIII в.); поклонъ отъ ѥвана к леньтею со ѡтцмъ (№ 749, вторая половина XIV в. – первая четверть XV в.); от радъко къ отьцьви покланѧние (№ 952, вторая половинаXII в.); и ѡтѣць и дѣдъ ѥго пѣлъ (№ 963, начало XV в.); ѡт лоукѣ ко оть-цеви (№ 999, середина XII в.); ѡт лоукы къ ѡтьцеви (№ 1004, вторая четверть – середина XII в.); ѡт лоукѣ покланѧние ко отьцьви (№ 1005, вторая четверть – середина XII в.); ѡт лоукъ грамота ко ѡтечьви (№ 1006, вторая четверть – середина XII в.); покланѧние к отьцеви (№ 1012, вторая четверть – середина XII в.);

• 4    . Батька: беи чело батку (№ 290, первое сорокалетие XIV в.).

• 5    . Мати/матка: покланѧние ко матери, не моги же ми матоко согре, одино мати (№ 227, 60-е гг. – 90-е гг. XII в.); нѣ дома ни дровня ни матери (№ 272, 70-е гг. – начало 80-х XIV в.); ѡт стьпана и о матьри ко полю-доу (№ 350, вторая треть XIII в.); ко госпожи матери (№ 354, 40-егг. – 70-е гг. XIV в.); по-клонъ оспожи матери (№ 358, 10-е гг. – 60-е гг. XIV в.); ѡт стъенѣга къ матери (№ 384, вторая половина XII в.); поклоно от григори ко матери (№ 395, вторая половина XIII в.); по-клонъ отъ гюргеѧ къ отьчеви и къ матери (№ 424, первая четверть XII в.); ѡт радиле ко матери (№ 442, конец XII в. – середина XIII в.); поклонѧние к онотану ото матери (№ 670, середина 50-х гг. XII в. – начало 1210-х гг.); а мати ти знаеть (№ 1025, 60-е гг. – середина 90-х гг. XII в.); мати микула (№ 1091, конец XII в. – начало XIII в.); ѿ лукерии ки мак-ти (№ 1102, середина XIV в.).

• 6    . Чадо : и ты чадо издѣи при собѣ (№ 125, конец XIV в. – 1400-е гг.).

• 7 . Дитѧ / дѣтѧ / дѣтѧтичь / дѣ-тѧти / дети / дѣтѣ : какъ се господо мною попецалуете и моими дѣтми (№ 49, вторая половина XIV в. – первая половина XV в.); i дѣтѣi моiхо (№ 100, 40-е гг. – 70-е гг. XIV в.); ѥси посла дѣтину да сѣдла да выжлѧ (№ 135, последнее двадцатилетие XIV в.); се доконь-цѧху мысловѣ дѣтѣ труфале з братьею да-вати оусповъ (№ 136, 40-е гг. – 70-е гг. XIV в.); отъ завида къ мън кх женѣ и къ дѣтьмъ (№ 156, середина 30-х гг. – 50-е гг. XII в.); i дѣтиi к онсиѳору (№ 180, первая половина

  XIV в.); дѣтми съ племенемъ, косте с дѣтми (№ 250, XIV – XV вв.); у вдовкиныхъ дѣтѣi (№ 353, 80-е гг. XIV в. – 1400-е гг.); пережата черосъ межѣ дѣть˫ϵѣ моихъ (№ 474, конец 1380-х гг. – 1400-е гг.); сидовы... детемъ (№ 476, середина XIV в.); а призывае животъ свои детемь своимъ (№ 519, 1380-е гг. – первая половина XV в.); а то даниловимъ детемъ (№ 520, XIV в. – первая четверть XV в.); вологу соби коупи а дитьмо порти (№ 687, 60-е гг. – 80-е гг. XIV в.); хоцьть ти твоего дѣтѧтиць (№ 731, 50-е гг. – 70-е гг. XII в.); дѣтѧтию присли весте (№ 771, конец XIII в. – первая половина XIV в.); от коузьме и отъ дети его (№ 831, вторая четверть XII в.); кузму з дит-ми (№ 932, конец XIV в. – первая четверть XV в.); детѧ (№ 1017, середина XIII в.); а мнѣ ть и моимъ дѣтьмъ .в. соху (№ 1066, вторая четверть XIV в.); оу дитьи на берези (№ 1068, вторая четверть XIV в.); поклонъ ѡт смена и ѡт ѥго дѣтеи (№ 1079, XIV в.); се еси продале дѣтѧ мое (№ 1105, конец XII в.).

• 8    . Сынъ : ходилъ ѡсподину сынъ мои (№ 22, 1380 ‒ 1400-е гг.); во iмѧ ѡца i сна (№ 28, XIV/XV в.); во имѧ оца и сына (№ 42, 80-е гг. – 90-е гг. XIV в.); а ци воспрашееть Местиловь сына цого малаго даи (№ 68, конец 60-х гг. – 70-е гг. XIII в.); иванко сыно дьмеѧн-ко (№ 72, XIII в.); пклонъ ѡт маринѣ къ сыну к моѥму григорью (№ 125, конец XIV в. – 1400-е гг.); мтрь сына божии (№ 128, 80-е гг. – 90-е гг. XIV в.); надо мною мынъ мои ѡлофереи (№ 183, середина XIV в.); оу питина сына, ...вуѥва сына, киреѥвь сыно ино взѣ, оу гю-виѥва сына, ой вармина сына (№ 249, XIV/ XV в. или начало XV в.); костка сына лукина, ѡфрѣмова сына, купра иванова сына, ку-пра фомина сына, игнатъ˫а юрьѥва сына (№ 298, 30-е гг. – середина 40-х гг. XV в.); осподиню михаилу юрьвицу синю посадницу (№ 301, 20-е гг. – середина 40-х гг. XV в.); у хоцу у сына его цетверте (№ 348, 40-е – 70-е гг. XIII в.); олександровичю сну посадни-чю (№ 352, 20-е гг. XV в.); а на то рѧдьцѣ и послусѣ давыдъ лукѣнъ сынъ (№ 366, 40-е – 70-е гг. XIV в.); а поцне прошати жени или си-нови жени 2 бели а сину белка (№ 406, середина XIV в. – начало XV в.); поиди соуноу домовь свободне еси (№ 421, 20-е – 30-е гг. XII в.); ни его сыну фоми (№ 535, вторая половина XIV в.); улеѧна опишу рукъписание синъмъ моимъ (№ 580, 40-е – 50-е гг. XIV в.); блезо-ке селѧтине сыно (№ 632, середина 20-х гг. – середина 50-х гг. XII в.); а попровади ко моне сестроу (№ 705, первое двадцатилетие XII в.); годь ти село возѧти а сыно ти (№ 719, вто-

  рая половина XII в. – первая половина XIII в.); слава отецю и сыну во вѣкы (№ 727, середина 50-х гг. XII в. – первая четверть XIII в.); оу ко-тораго т сыноу вьрьшь повели (№ 798, 60-е – 80-е гг. XII в.); сыноу его гривьна (№ 926, первая половина XIII в.); выправиле ти есмъ сыно съ гавошею (№ 934, 1180-е гг. – 1220 г.); ѡт оноса поклоно ко данилѣ сыну моему (№ 1053, первая половинаXIV в.); сыну моему полуторь грѣвни (№ 1054, вторая половина XIII в.); сынъ (№ 1074, XIV в.); во имѧотьца и сына и стго дха (№ 1077, XIV в.); федере сънъми схмене съ братъмъ (№ 1088, XIII в.); оубѣле сына моѥго (№ 1094, конец XIV в. – первая четверть XV в.); оу боткова сына .з. бѣлъ (№ 1118, рубеж XIII/XIV вв.).

В новгородских берестяных грамотах значение ‘сын’ передавалось также словообразовательным способом, а именно через посредство суффикса притяжательности -ич- , который употреблялся в составе не только патронимов (более позднее функционирование этого суффикса), но и в составе слов, называющих звания, профессии, социальный статус человека. Например: у поповицѧ по 10 резано (№ 215, вторая половина XIII в.) – поповиць (поповичь) , т. е. сын попа; а ѡт бирица бѣлъ в отъсилкѣ билъ ми труфане (№ 471, конец 1400-х – 1410 гг.) – бириць (биричь) , т. е. сын бирича; оузда кована робична (№ 500, 20-е – 30-е гг. XIV в.) – робичьна , т. е. сын рабыни; а ѫ лѫкѣ ѫ бирицьвича възьми (№ 1106, вторая половина XII в.) – бириць (биричь) , т. е. сын бирича.

• 9    . Доць : на мою сестроу и на доцерь еи, назовало еси сьстроу мою коровою и доцере блѧдею, и даѧла моѧ доци коуны (№ 531, конец XII в. – первая половина XIII в.).

• 1 0 . В ноукъ : позвале дворѧнине ѳедоре внездове внуке (№ 289, 10-е – 30-е гг. XIV в.); и ньпробоужѧ воноука (№ 630, середина 20-х гг. – середина 50-х гг. XII в.); малѧта ра-донежь воноуке (№ 688, середина 50-х гг. – середина 90-х гг. XII в.); внуцаты а мнѣть (№ 1066, вторая четверть XIV в.); за въноухъ-цью ти .ѳ. коунъ (№ 1087, не позднее середины XII в.).

• 1 1 . Дѧдѧ : с дорофѣемъ з дѧдею слова твоего (№ 183, середина XIV в.).

• 1 2 . Тетъка : тетъка ѿ микиѳора ко тьтоке (№ 346, 80-е гг. XIII в. – 1300-е гг.); къ тетъке приде (№ 635, середина 20-х гг. – начало 40-х гг. XII в.).

• 1 3 . Сестра : а возывахо тѧ сьстрою ньвѣстокою (№ 487, середина 20-х гг. – середина 50-х гг. XII в.); и ко сестори моеи ко ули-

  ти (№ 497, 40-е – середина 80-х гг. XIV в.); возложило пороукоу на мою сестроу, назовало еси сьстроу мою коровою, выгонало сьстроу мою, оже боудоу люди на мою сьстроу, тобе не сестра (№ 531, конец XII в. – первая половина XIII в.); а не сестра ѧ вамо (№ 644, середина 10-х гг. – 20-е гг. XII в.); а попровади ко моне сестроу, ныне слышю боленоу сестроу (№ 705, первое двадцатилетие XIII в.); сестрѣ мое пришли полотена (№ 1053, первая половина XIV в.).

• 1 4 . Сеструха ‘родная сестра’, ‘старшая сестра’, ‘двоюродная сестра’ [14]: любо пришли сеструохои (№ 1102, середина XIV в.).

• 1    5 . Братъ : павлу петрову брату (№ 5, 10-е гг. – 60-е гг. XIV в.); къ моеи къ бъратьи (№ 49, вторая половина XIV в. – первая половина XV в.); на смьне три гривнѣ со братомь (№ 73, XII/XIII вв.); кланѧюсѧ братъ (№ 82, последняя четверть XII в.); на брате ѥго лсосъ (№ 92, 40-е гг. – 60-е гг. XIV в.); ѧ ѡмеши двое за ѳедора з братомъ (№ 96, 1410–1420 гг.); слово добро ѡт ѥсифа брату фомѣ (№ 122, 10-е гг. – начало 20-х гг. XV в.); цолобитьѥ ѡт ѥсифа брату фомѣ (№ 129, 80-е гг. – 90-е гг. XIV в.); поклонъ ѡт синофонта ко брату моѥму офоносу (№ 178, 80-е гг. – 90-е гг. XIV в.); овьса оу боуѧкъва брата дови гри-вене (№ 219, конец XII в. – первая четверть XIII в.); пограбила мѧ въ братни долгъ (№ 235, 60-е гг. – 70-е гг. XII в.); а братѣ не надъби (№ 274, 70-е гг. – начало 80-х гг. XIV в.); по-клоно ѡт ѡндреѧ со братию (№ 276, 70-е гг. – начало 80-х гг. XIV в.); у игалина брата поло-рублѣ (№ 278, 70-е гг. – начало 80-х гг. XIV в.); ѧзъ тобѣ много кланѧсѧ брату своѥму (№ 283, 70-е гг. – начало 80-х гг. XIV в.); покланѧние и къ братѫ (№ 296, последняя четверть XII в.); се замѣните михалу брату (№ 318, 40-е гг. – 60-е гг. XIV в.); ˫азо тобе братоу своѥмоу приказале (№ 344, 1280-е гг. – начало 1310-х гг.); у гымуѥва брата полуторѣ бѣлки (№ 403, XIV в.); ты брате смене даи жене моеи (№ 414, 40-е гг. – 50-е гг. XIV в.); носилѣ фодорку слепеткову съ з братѣю (№ 417, 10-е – 30-е гг. XIV в.); ты дбромь жила братом (№ 487, середина 20-х гг. – середина 50-х гг. XII в.); иевькѧ степанѧ братомъ (№ 528, 70-е – 80-е гг. XIV в.); брате господине, ты же браце господине молови ему, ты пако брате испытаво (№ 531, конец XII в. – первая половина XIII в.); ѳаоустове брате (№ 570, вторая половина XIV в.); покланѧние ѡт ефрѣма къ братоу моемоу исоухиѣ (№ 605, вторая четверть XII в.); брать милѧто (№ 675, 40-е гг. – начало 60-х гг. XII в.); ты моiбратъ

  (№ 749, вторая половина XIV в. – первая четверть XV в.); ѧзъ тѧ есмѣла акы братъ собѣ (№ 752, 80-е гг. XI в. – 1100 гг.); покланѧниѥ ѡт данила ко брату к ыгнату, братъ попецѧли-сѧ о мне, брать даи ми место зади (№ 765, первая половина XIII в.); а брате его (№ 806, последняя четверть XII в.); а се даю въхо бра-тоу (№ 818, 60-е – 70-е гг. XII в.); брать сотвори жь ми добро (№ 829, середина – третья четверть XII в.); крали ти братъни холопи (№ 907, конец XI в. – начало XII в.).

• 1    6 . Братанъ ‘племянник’, ‘двоюродный брат’ [2]: а скутовескаѧ землѧ матфею и его братану григорию (№ 519, 1380-е гг. – первая половина XV в.); у братана полъ коро-бьи ржи (№ 938, последняя четверть XIV в.); за родника моего теретиѧ за братана его (№ 1097, вторая половина XIV в.).

• 1    7 . Сестричь ‘племянник’ [14]: оувьри-на сьстрича на молодогъ (№ 974, 60-е гг. – середина 90-х гг. XII в.).

• II . Термины свойства

  • 1    8 . Близокъ ‘свойственник’: тоудоро-ве блезоке (№ 632, середина 20-х гг. – середина 50-х гг. XII в.); а нынѣ ти сѧ съмълъвивъ съ близокъ (№ 907, конец XI в. – начало XII в.).

  • 1    9 . Моужь : тобе не сестра а моуже-ви не жена (№ 531, конец XII в. – вторая половина XIII в.).

  • 20    . Жена : а ныне водѧ новую жену (№ 9, середина 30-х гг. – середина 70-х гг. XII в.); возми дворнюю х ѳомине жене в акосво (№ 55, XIII в.); хрьстеѧнова жена (№ 70, XIII в.); хонѧ жена тое грамоте господыни (№ 112, конец XII в. – 1230 г.); или къ жене мъ˫ϵи (№ 142, 1300-е гг. – начало 1310-е гг.); отъ за-вида къ мън къ женѣ и къ дѣтьмъ (№ 156, середина 30-х гг. – 50-е гг. XII в.); про женьню татбу буди сто суднеѥ куне (№ 213, середина – третья четверть XIII в.); доброю женою (№ 227, 60-е – 90-е гг. XII в.); а поцне проша-ти жени или синове, жени 2 бели (№ 406, середина XIV в. – начало XV в.); а цто буде на-добе жене моеи; даи жене моеи (№ 414, 40-е – 50-е гг. XIV в.); жона моѧ зобижона (№ 474, конец 1380-х гг. – 1400-е гг.); жьна маѧ (№ 513, вторая половина XII в.); тобе не сестра а моу-жеви не жена (№ 531, конец XII в. – первая половина XIII в.); нынеча жена моѧ заплатила 20 гривнъ (№ 603, 60-е – 70-е гг. XII в.); вьльли бь себь жьнитисѧ (№ 672, середина 50-х гг. – середина 90-х гг. XII в.); възмутисѧ море из-иидоша .з. женъ простовласыхъ (№ 930, конец XIV в. – первая четвертьXV в.); приказъ къ смену о жени, о женѣ (№ 931, конец XIV в. – первая четверть XV в.); со женои (№ 939, вторая половина XIV в.); къ жени своѥи уль˫ани

    (№ 942, последняя четверть XIV в.); со женою не поменю (№ 1004, вторая четверть – середина XII в.); ѳома стш жена (№ 1091, конец XII в. – начало XIII в.).

Значение ‘жена’, как и понятие ‘сын’, в новгородских берестяных грамотах могло передаваться не только конкретной лексемой жена , но и присоединением притяжательных суффиксов к мужским антропонимам. Например: оу сологовѣи дова дьсѧть (№ 1063, конец XII в.) – слово сологоваѧ образовано из сочетания антропонима Сологъ и притяжательного суффикса -ов- , т. е. жена человека по имени Сологъ ; оу сьмьюнье кадь (№ 1029, 60-е гг. – середина 90-х гг. XII в.) – слово сьмьюнье образовано из сочетания антропонима Семенъ и притяжательного суффикса *-je-, т. е. жена Семена; а повьжь и оу твьрдѧть чьто сѧ ѧло коуно (№ 672, середина 50-х гг. – середина 90-х гг. XII в.) – слово повьжь образовано из антропонима Поведа и притяжательного суффикса *-jь-.

Из всех представленных до настоящего дня берестяных грамот только в одной грамоте при антропониме с притяжательным суффиксом употреблена также лексема жена : оспожѣ нашеи настасѣи михаиловѣ женѣ чоломъ бѣю хрѣстьѧнѣ (№ 307, 20-е гг. – середина 40-х гг. XV в.). Как видно из примера, это сочетание употреблено в отношении Настасьи, жены Михаила Юрьевича, который являлся одним из представителей древнего новгородского боярского рода Мишиничей-Он-цифоровичей [19]. С социолингвистической точки зрения такое использование обозначает указание на различие статусов общающихся. «Статусный признак (признак социального статуса человека) устанавливается в значении слов, употребляемых в функции обращения и выражающих соотносительную позицию человека в социальной иерархии» [8, с. 196].

• 2    1 . Тесть: а пожарискаѧ землѧ тесту (№ 519, 1380-е гг. – первая половина XV в.).

• 22 . Свекръ : что далее свекре мъе (№ 580, 40-е – 50-е гг. XIV в.);

• 23    . Сватъ : ѿ лаь˫ана ко свату (№ 91, 70-е гг. – начало 80-х гг. XIV в.);

• 24 . Зѧть : от посени ко зати моему (№ 497, 40-е гг. – середина 80-х гг. XIV в.); дала роукоу за зѧте, при комо боудоу дала ро-укроу за зѧте (№ 531, кон. XII в. – первая половина XIII в.); на сопшахъ съ зѧтомъ коробьѧ соли (№ 568, 40-е гг. – 70-е гг. XIV в.); баран-та оу зѧтѧ (№ 1077, XIV в.);

• 25    . Невѣстъка: поклонъ ѿ смена к не-вѣстъкѣ (№ 363, 1380-е – 1400-е гг.); а возы-

• вахо тѧ сьстрою ньвѣстокою (№ 487, середина 20-х гг. – середина 50-х гг. XII в.);

• 26    . Сноха: и снохою и своимъ грабь-жъмъ поедъмъ в городъ (№ 252, вторая половина XIV в.); ѿ фомине снохы (№ 263, 70-е – 90-е гг. XIV в.).

• 27    . Своѧкъ : своѧка а мати ти знаеть (№ 1025, 60-е гг. – середина 90-х гг. XII в.);

• 28    . Шуринъ : у въицина шурина на кони (№ 78, 60-е – 70-е гг. XII в.); моли воньзда шю-рина (№ 82, последняя четверть XII в.); на шю-рине его лосо (№ 92, 40-е – 60-е гг. XIV в.);

• 29    . Мацеха: ѧнока мацеха (№ 1091, конец XII в. – начало XIII в.). Фонетическая замена ч на ц является характерной чертой древненовгородского диалекта [6, с. 34 и след.].

• 3    0. Пасынокъ: убиле мѧ пасынке (№ 415, 40-е– 50-е гг. XIV в.);

• 3    1 . Падцерица: моѧ падцерица на ра-дѧтинѣ оулице (№ 1113, 1180-е – 1200-е гг.);

• III.    Индивидуальный статус

  • 32 . Въдова: нѣту у вдовниныхъ дѣ-тѣи (№ 353, 80-е гг. XIV в. – 1400-е гг.); ѿ тѣшькакъ въдъвиноу (№ 954, первая половина XII в.). В новгородских берестяных грамотах корень -въдова- отмечен только в составе притяжательных прилагательных.

• IV.    Духовные отношения

• 3    3 . Кумъ: ѿ давыда къ матѳию кȣме (№ 146, 10-е – 30-е гг. XIV в.); ȣ кȣма полоцет-ве (№ 218, середина – третья четверть XII в.); поклоно ѿ ѧкова куму (№ 271, 70-е гг. – начало 80-х гг. XIV в.); ко горигори жи куму (№ 497, 40-е гг. – середина 80-х гг. XIV в.).

Представленные лексемы вызывают определенный интерес в разных аспектах. Так, с точки зрени гендерной распределенности следует отметить, что из 33 слов 19 лексем указывают на лиц мужкого пола, а 13 – на лиц женского пола. При этом среди терминов родства и свойства выделяются:

• 1)    лексемы, образующие гендерные пары: дедъ – баба, отьць – мати, сынъ – дочь, пасы-нокъ – падчерица, дѧдѧ – тетъка, братанъ – сеструха, моужь – жена, сноха – зѧть;

• 2)    лексемы, не образующие гендерные пары: невѣстъка, своѧкъ, шуринъ;

• 3)    слова, имеющие гендерные пары, но не употребленные в новгородских грамотах на бересте: вноукъ, сестричь, тесть, свекръ, кумъ, въдова, сватъ.

Заметим также, что данные термины могли употребляться в грамотах в прямом и переносном значениях. Так, в берестяных грамотах с частным содержанием лексемы отьць и сынъ встречаются, как правило, в значении терминов родства, тогда как в грамотах с церковным содержанием переосмысливались и наполнялись значением христианской идеологии: слово отец обозначало 1) Бога и 2) духовного наставника; лексема сынъ употреблялась для обозначения сына «Божьего» или в качестве обращения к мужчине-христианину.

В новгородских грамотах на бересте термины родства и свойства употребляются не только в нормативном порядке, свойственном для литературного древнерусского языка, но также в их диалектных вариантах. В новгородских берестяных грамотах диалектные формы отмечены только у лексем, обозначающих родителей: отьць – батька, мати – матка.

Термины родства и свойства в древнерусском языке встречались также в составе личных имен и прозвищ: шидовицихъ на нѣгосѣмѣ на рьжьковѣ зѧти (№ 789, последняя четверть XI в.) – Нѣгосѣмѣ ‘любящий свою семью’; къде ти недоемае безьдѣде тъ вѣдаеши (№ 788, последняя четверть XII в.) – Безьдѣдъ ‘не имеющий деда’; ѡт павъла из ростова къ братонѣжькоу (№ 745, конец XI в. – первая четверть XII в.) – Братонѣжъка (уменьшительное от Братонѣгъ ‘любящий брата’); поклонъ ѡт шижнѧнъ ѡт братило-виць господину ˫акову (№ 361, конец XIV в. – 1400-е гг.) – как отмечает А. Зализняк, «брати-ловичи – жители волостки, которая в ту эпоху тоже называлась Братиловичи, а в документах XVI–XVII вв. уже именуется Братлови-чи; она располагалась по течению реки Паши и входила в Спасский Шиженский погост О бонежской пятины» [6, с. 614]; ѡтбогоши ко оуике (№ 114, конец XII в. – первая четверть XIII в.) – оуикъ ‘дядюшка’ и др. В основном эта тенденция была характерна для дохристианских имен, которые входили в «архаический пласт» (по А. Зализняку) и были вытеснены позднее группой христианских имен.

Выводы. Исследование употребления лексики, обозначающей родственные отношения, в новгородских берестяных грамотах позволяет заключить следующее.

• 1.    Понятие родства передавалось как отдельными лексемами, так и словообразовательными способами, в частности суффиксами притяжательности.

• 2.    Гендерное распределение употребительности лексем указывает на преимущественное предпочтение слов, обозначающих лиц мужского пола. Тому свидетельством может служить не только количественный перевес терминов родства и свойства, указывающих на лиц мужского пола (19 лексем, называющих мужчин, 13 лексем, называющих жен-

• щин), но и преимущественное употребление притяжательных прилагательных, образованных соединением мужских имен с притяжательными суффиксами и обозначающие жен этих мужчин.

• 3.    В употреблении лексем, называющих родственные отношения, доминирует разговорный стиль общения, что выражается в употреблении как диалектных форм, так и разговорных вариантов, выраженных притяжательными прилагательными, передающими значение ‘жены’ посредством соединения мужского имени с суффиксами притяжательности.