Патриотическая направленность экологического воспитания в условиях возрастания угроз суверенитету России

Введение .

Динамика состояния экологической безопасности на нашей планете, начиная со второй половины ХХ века, свидетельствует лишь о нарастании глобального экологического кризиса как следствия продолжающейся масштабной по интенсивности эксплуатации биосферных ресурсов. Это не просто происходит на фоне обострения геополитического противостояния, с присущими ему санкционными акциями со стороны сил, пытающихся сохранить гегемонистские позиции в мире, но, что в еще большей мере усиливает экологические угрозы, сопровождается нескончаемой серией вооруженных конфликтов с применением опасных биологических патогенов, химического оружия и боеприпасов, содержащих ядерный потенциал поражения. Ярчайший пример – террористические атаки вооруженных сил Украины против самой крупной в Европе Запорожской АЭС, последствия которых предсказуемо грозят всему биосферному разнообразию планеты, включая и само человечество.

Вполне ожидаемо, что биосфера Земли, подвергаясь деструктивному воздействию западоцентристской политики ряда стран, теряет за год значительно больше ресурсов, чем может воспроизвести.

Очевидно, что для Российской Федерации экологические проблемы давно вышли на уровень принципиально важных и это потребовало разработки стратегии ее экологического развития с целью выхода на уровень нового экологичного технологического уклада жизни [2; 4].

Решение данной проблемы нам видится на путях включения все большего числа россиян, особенно представителей молодого поколения, в дело моделирования и реализации креативных экологических практик. И это вполне соотносится с консолидационной темой укрепления патриотического потенциала нашего сообщества как важнейшего условия его качественного обновления, соотносящегося с реальным улучшением общего благополучия в стране. На значимости этого аспекта в деятельности всех ветвей власти и гражданского сообщества неоднократно делал акцент Президент Российской Федерации В.В. Путин.

Такая ценностная ориентация трансформации российского общества на современном этапе исходит из понимания неотложной необходимости перестройки воспитательной работы всех подсистем институтов власти и гражданского сообщества в русле реализации императивов солидаризации и патриотизма, которые естественным образом связаны с почитанием экологических социокультурных традиций всех российских этносов. Эффективное использование их воспитательного потенциала видится на основе органичного синтеза экологической мудрости носителей разных типов этноконфессио-нальной ментальности, что вскрывает подлинную интернациональную солидаристскую приро- ду отечественного патриотизма, сформировавшуюся в вековом диалогическом взаимодействии российских этносов, основанном на взаимном уважении жизнеутверждающих ценностей их социокультурного кода.

Обсуждение .

В социогуманитарном знании этой проблематике за последние четверть века посвящен ряд монографических работ, среди которых можно, в частности, отметить труды Н.С. Илларионовой, И.Д. Коротец, З.Г. Лапиной, О.И. Марар, М.А. Никулиной, М.В. Рыбаковой, И.А. Сосуновой, Г.К. Су-хоставской, А.Д. Урсула, К.И. Шилина, О.Н. Яниц-кого, которые в последние годы дополнились новыми выводами и элементами аргументации, значимыми для дальнейшего обоснования и императивной коррекции стратегии экологического развития Российской Федерации. Впрочем, именно патриотическая направленность экологического воспитания и его результирующей – экологического поведения оказалась вне поля зрения исследователей.

Результаты .

С нашей точки зрения, при моделировании концепта экологического воспитания следует исходить из понимания того, что экологичность присуща человеку изначально, с самого рождения, характеризуясь всеобщностью в том смысле, что выступает в качестве свойства бытия любой формы жизни.

В подобном ракурсе можно, в принципе, рассматривать жизнь и экологичность с точки зрения тождества, поскольку жизнь предстает как тотальная предпосылка существования биосферного разнообразия, а экологичность как жизнеутверждающее качество социально инсти-туциализируется в ракурсе правового измерения бытия.

В указанном контексте, феномен жизни выявляется высшей биосферной ценностью, почитание которой императивно закреплено и религиозными канонами, и законодательно в качестве прирожденного права на жизнь. А поэтому ключевым конституционным, законодательным императивом является защита государством и обществом права на жизнь как высшей правовой, социальной ценности посредством осуществляемых правовыми институтами правоохранительных мер.

Таким образом, в процессе конструирования модели экологического воспитания комплекс императивов относительно защиты права на жизнь в аксиологически расширенной содержательной трактовке такого права, как присущего всем формам биосферной жизни, имеет фундаментальное значение. Выступая в качестве ментального основания указанной модели, эти императивы обусловливают как направленность процесса правотворчества, так и правоприменительной деятельности признающих ее субъектов.

В связи с этим, гармонизация императивов экологического и природоресурсного законодательства становится обязательным условием обеспечения экологического суверенитета страны, а вовлеченность россиян в ценностно ориентированное правоприменение выявляет его как общественный идеал, воплощающий патриотическую направленность их экологического поведения.

Формируемая в таком ключе экологически воспитанная личность, приобретает комплекс качеств, характеризующих её как социального субъекта и субъекта экологического права. Основное место среди них принадлежит признанию в качестве главной ценности права на жизнь, присущего всем представителям биосоциосферы. Это связано, прежде всего, с особенностями экософской рефлексии, направленной на переосмысление концепта прав человека и экологических прав, в том числе.

В рамках экософской парадигмы, экологические права понимаются иначе, нежели в антропоцен-тристском их сопоставлении с правом на природную среду определенного качества, безопасную для жизни и здоровья людей, хотя эти права рассматриваются в неразрывной связи, выявляя как заботу о грядущих поколениях, перед которыми ответственны современные люди, так и определенный уровень экологической сознательности внутри поколений.

Экософский же ракурс осмысления выдвигает на передний план легитимацию идеи распространения на природную среду таких же прирожденных прав, которыми обладают сами люди. Приобретая навыки такой рефлексии, человек получает возможность подняться над антропоцен-тристской трактовкой статуса субъекта права как господина природной среды и преодолеть её, ограничив деятельность по эксплуатации природы.

Укоренение такого типа рефлексии в сознании человека, как социального субъекта, свидетельствует о том качественном ментальном сдвиге, который и представляет акт экологизации сознания. Результатом этого акта становится обретение им того уровня правовой ответственности, который позволяет заявить о выработке у него уважения права на жизнь как высшей биосоцио-сферной ценности, в равной степени присущей всему сущему. Именно это является критерием сформированности у него искомого идеала гармоничного жизненного формата, характеризующего зрелость экологической воспитанности личности.

Реализуя это качество, личность становится способной осуществить осознанный выбор такого способа удовлетворения жизненных потребностей, который будет одновременно отвечать критериям правомерности и иллюстрировать отклик на естественную потребность в экологически ориентированном поведении. Это не означает исключение любой деятельности, воздей- ствующей на природу, так как подобное воздействие в принципе отвечает естественной диалектике всеобщего энерго-информационного обмена в природе и обществе.

Цель воспитания экологично действующей личности обретает признаки реализуемости, когда опирается на адекватное понимание того, как соотносятся в человеке биологическое и социальное, и каковы основания и траектории экстраполяции такого понимания в сферу правосубъектности личности и общества [7].

В конечном итоге, это и обусловливает специфику правопонимания, которое можно отнести к интегральному типу и которое выступает основой формирования экологичного «образа» права в обществе и, в то же время, призмой, через которую субъекты права воспринимают все уровни правовой реальности, от идеи права до правовой нормы и конкретных правоотношений. Именно такой акцент вносит механизм экологического воспитания в реализацию модели формирования патриотического компонента сознания наших современников как творцов ныне остро востребованного экологичного технологического уклада жизни.

Таков концептуальный контекст моделирования определенного ментального конструкта – идеи справедливости как фундаментального проявления идеального измерения правового среза той сферы реальности, где происходит вечное взаимодействие социума и природы.

Упомянутый контекст порождает и базис для воплощения этой идеи, и условия для обеспечения на основании него биосоциосферной жизни соответствующего качества. И, прежде всего, они подразумевают формирование социокультурного поля, ориентированного на экологичность как традицию, поскольку экологически ориентированные традиции социального взаимодействия обладают необходимым потенциалом воспитательного воздействия для утверждения правосознания патриотически настроенного репрезентанта постиндустриальной экологичной правовой культуры.

Экологичный модус такого типа культуры, в известной мере, только возрождается, трансформируясь с уровня ментального конструкта в формате экологичных социокультурных традиций разных поколений социума в феномен современной модели экологического поведения. Это связано, в частности, с формированием и распространением ряда экологических социальных практик, сочетающих как чисто экологическую, так и патриотическую, экономическую, личностную мотивацию. Такой интегративных характер экологических практик позволяет вовлекать в них представителей любых поколений и, в особенности, молодежи.

Заключение .

В заключение нашего исследования отметим значимость выявления специфики экологическо-

го воспитания для анализа возможностей реализации его концептуальных оснований с учетом их экстраполяции в формируемую модель эко-фильного социального поведения как предпосылки осознанного включения воспитуемых в созидание инновационного экологичного технологического уклада в нашей стране.

Как и в любой концепции, предполагающий целенаправленное воздействие на личность с целью выработки у нее определенных навыков (в нашем случае – экологического поведения), экологическое воспитание ориентировано на некий воспитательный идеал. По нашему мнению, он связан с экоправовой характеристикой личности как носителя гражданской и экологической позиции, осознающей себя субъектом правоотношений в экосфере, действующим конструктивно, исходя из понимания необходимости поддержания здоровья биосферы путем использования экологического права как инструмента, гармонизирующего правовые отношения ее элементов.

Поэтому целью ментально ориентированной личности является создание условий для ее самореализации в формате того типа экологического поведения, который полностью соответствует интернациональной природе отечественного патриотизма.

В этом смысле, экофильные установки правосознания позитивно влияют на уменьшение доли эгоизма в отношении человека к природной среде, а также, логично, на расширение зоны ответственности за свою и общесоциальную преобразующую деятельность в месте проживания. Это открывает перспективы развития патриотично ориентированных экологических практик. Собственно, с заинтересованности в экологическом благополучии собственно края начинается ответственное экологическое поведение личности, не заинтересованной в эмиграции в другие регионы и страны, обладающие большей экологической привлекательностью. При этом важно начать обустройство своего природного окружения самым актуальным образом, даже в отсутствии систематической помощи со стороны госу-