Реализация в России международных стандартов по соблюдению правового статуса несовершеннолетних осужденных

Социально-экономические и политические реформы, осуществляемые в России, потребовали интенсивного законотворчества. Речь идет не только о крупномасштабном обновлении и совершенствовании законодательства, но и о выработке многих принципиально новых правовых институтов, а также ранее неизвестных комплексных структурных объединений правовых норм, отвечающих условиям рыночной экономики, принципам демократического государства, международным стандартам защиты прав и свобод личности. Необходимость корректировки отечественного законодательства в сторону приближения к международным стандартам обусловливается еще и тем, что специалисты предлагают ввести новую отрасль – международное пенитенциарное право 1.

ми, с точки зрения установления их соответствия, а также выявления между ними различий, целесообразно начать с сопоставления наиболее общих, имеющих концептуальное значение норм.

Проведенное нами анкетирование 260 несовершеннолетних женского пола, отбывающих наказание в воспитательных колониях Рязанской и Томской областей, позволило нам сделать вывод о том, что около двух третей девушек, содержащихся в ВК, в достаточной степени осведомлены о своих правах и обязанностях, предусмотренных в отечественном законодательстве. Однако треть из них не знают своих прав либо знают их частично. На наш вопрос: «Откуда в большинстве случаев Вы узнаете о своих правах?» – значительная часть респондентов из числа воспитанниц ответили: «От администрации учреждения» и лишь одна шестая их часть: «От других осужденных или иных источников». Необходимо также отметить, что чуть более половины осужденных девушек, содержащихся в воспитательных колониях, совсем не осведомлены о содержании международных договоров и документов в области защиты прав несовершеннолетних осужденных.

В результате анализа нормативной правовой базы и изучения практики функционирования воспитательных колоний было выявлено частичное, а в некоторых случаях и полное несоответствие предъявляемым международными стандартами требованиям. Так, Уголовноисполнительный кодекс (УИК РФ) не содержит в числе основных форм воспитательной работы с осужденными трудовое соревнование (в ИТК РСФСР такая норма имела место).

Hами был проведен опрос несовершеннолетних женского пола в целях выявления влияния трудовой деятельности на их исправление. Результаты свидетельствуют, что у воспитанниц 15–16 лет преобладало недобросовестное отношение к трудовой деятельности, в то время как с 17-летнего возраста наблюдается улучшение отношения к труду. Получается, что взросление несовершеннолетних женского пола приводит к осознанию не только необходимости своего исправления, но и возможности личностной реализации в различных направлениях при исполнения лишения свободы.

Значение труда как средства исправления осужденных подтверждается и на международном уровне. Так, в правиле 43 Правил, касающихся защиты несовершеннолетних, лишенных свободы, говорится о том, что «каждому осужденному к лишению свободы подростку должна быть предоставлена возможность самостоятельного выбора вида трудовой деятельности в пределах, позволяющих сделать соответствующий выбор» 2.

Отечественное уголовно-исполнительное законодательство не гарантирует подобного права осужденному подростку на соответствующий выбор, более того, в ч. 1 ст. 103 УИК РФ имеет место норма общего характера, в соответствии с которой каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений.

Hа наш взгляд, нет необходимости в ограничении права на свободный выбор рода деятельности и профессии несовершеннолетними осужденных-девушек. Тем более что в зависимости от взросления непонимание роли труда будет у них возрастать. Важное место в авторском анализе результатов опроса воспитанниц заняло выявление мотивов трудовой деятельности; на первом месте значилось стремление заслужить условно-досрочное освобождение; на втором – получение дополнительных льгот; на третьем – проявить себя в трудовом соревновании; на четвертом – доказать свое исправление; на пятом – избежать наказания; на шестом – стремление искупить свою вину. Таким образом, на практике общественно полезный труд необходим как средство исправления осужденных, но он неэффективен, если осужденные не заинтересованы в своем труде либо у них нет стремления к общественно полезному труду.

Отсутствие надлежаще организованного общественно полезного труда в ВК приводит к тому, что у многих несовершеннолетних женского пола отсутствуют денежные средства на лицевых счетах. В частности, как показали результаты нашего исследования, из-за этого каждая пятая воспитанница не использует своего права на приобретение продуктов питания и предметов первой необходимости.

Hормативное закрепление права на свободный выбор вида трудовой деятельности и профессии несовершеннолетними, отбывающими наказание, может стать еще одной юридической декларацией, если не решать проблемы, связанные с расширением производственной и профессионально-образовательной сфер в воспитательных колониях. Одно из направлений решения указанной проблемы следует из смысла правила 45 Правил, касающихся защиты несовершеннолетних, лишенных свободы, в котором записано: «Всегда, когда это осуществимо, несовершеннолетним должна предоставляться возможность для выполнения оплачиваемой работы, по возможности в рамках местной общины, в дополнение к профессиональной подготовке, осуществляемой в целях улучшения перспектив их подходящего трудоустройства по возвращении в свою общину» 3.

Таким образом, предлагается решение проблем занятости несовершеннолетних осужденных посредством привлечения их к труду не только в условиях изоляции, но и за пределами исправительного учреждения на предприятиях и в организациях, располагающихся в местах дислокации данных учреждений.

Особого внимания требуют аспекты реализации права на охрану здоровья несовершеннолетних женского пола, предусмотренные в различных международных документах 4 (игнорируемые в российских нормативноправовых актах):

– медицинское обслуживание и лечение следует организовывать в тесной связи с местными или государственными органами здравоохранения. В соответствии со ст. 101 УИК РФ в уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осужденных организуются лечебно-профилактические учреждения (больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы) и медицинские части для содержания и амбулаторного лечения осужденных, больных открытой формой тубер- кулеза, алкоголизмом и наркоманией, – лечебные исправительные учреждения; для получения осужденными, в том числе несовершеннолетними женского пола, дополнительной медицинской помощи со стороны «гражданских» врачей Правилами внутреннего распорядка ВК установлен ряд дополнительных требований;

– в соответствии с медицинским заключением и разрешением врача осужденный может иметь при себе лекарства или медикаменты, среди перечня вещей и предметов, которые осужденным запрещается иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать, присутствуют лекарственные вещества, а в перечне предметов индивидуального пользования, которые осужденные могут хранить в специально оборудованных администрацией учреждения местах, лекарства и медикаменты отсутствуют;

– применение лекарственных препаратов осуществляется с согласия несовершеннолетнего, что не предусмотрено действующим российским законодательством; по решению суда к осужденным несовершеннолетним, имеющим психическое или иное заболевание, могут применяться принудительные меры медицинского характера, а по решению медицинской комиссии – обязательное лечение (ст. ст. 22, 97 и другие УК РФ; ст. 18 УИК РФ);

– следует принимать меры по обеспечению, в случае необходимости, продолжения психиатрического лечения несовершеннолетнего после освобождения. В УИК РФ не содержатся указания как на право осужденных, так и на обязанность администрации исправительного учреждения по обеспечению преемственности и непрерывности психиатрического и иного лечения. Hа практике отсутствуют преемственность и непрерывность обследования, лечения и контроля за состоянием здоровья и поведением осужденных, а также надлежащее взаимодействие в этой области между медицинскими службами ФСИH и территориальными органами здравоохранения;

– принадлежность к женскому полу несовершеннолетнего, по международным документам, должна учитываться при разработке и реализации программы по предупреждению злоупотребления наркотиками и реабилитации наркоманов под управлением квалифицированных сотрудников. В России пол виновного лица, употребляющего наркотики или алкоголь, не учитывается при назначении медицинских мер, в том числе обязательного лечения, при этом принудительные меры медицинского характера не применяются к несовершеннолетним наркоманам и алкоголикам (что критикуют многие специалисты 5).

Очевидно, что многогранные положения международных актов ориентируют государства, в том числе Россию, на максимально дифференцированный подход к различным категориям осужденных, в частности, в зависимости от их пола. У осужденных появляется ряд возможностей (прав или законных интересов), которые могут быть реализованы в процессе исполнения лишения свободы.

В этом контексте положения российского уголовноисполнительного законодательства не в полной мере закрепляют разнообразие указанных выше подходов к процессу исполнения наказания в отношении несовершеннолетних женского пола. Это ущемляет правовой статус рассматриваемой категории осужденных в связи с отсутствием нормативного регулирования многочисленных вопросов, связан- ных с реализацией их прав и законных интересов и закреплением соответствующих полномочий государственных и иных органов в области исполнения лишения свободы.

Представляется, что российское законодательство (в первую очередь, уголовно-исполнительное) должно в большей степени учитывать международные стандарты обращения с несовершеннолетними заключенными, особенно женского пола, что должно положительно отразиться на правовом регулировании их правового статуса.

• ¹    См. подробнее: Чорный В. Н. Международное пенитенциарное право: быть ли отрасли? // Уголовно-исполнительное право. 2007. № 2. С. 62–66.

• ²    Защита прав ребенка : информационно-методическое издание / общ. ред., сост. О. В. Пишкова, А. Ф. Радевич. Ижевск, 2006. С. 224.

• ³    Там же. С. 224.

• ⁴    См., напр.: Декларация прав ребенка (1959 г.) ; Минимальные стандартные правила ООH, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних («Пекинские правила») (1985 г.) ; Конвенция о правах ребенка (1989 г.) ; Правила ООH, касающиеся защиты несовершеннолетних, лишенных свободы (1990 г.)

• ⁵    Бакаева Ю. В., Бойко И. Б., Кашуба Ю. А. Правовые, пенитенциарные и медико-социальные аспекты проблемы превенции алкоголизма в подростковой среде : монография. Рязань, 2004. С. 24.