Регулирование тюремного заключения и ссылки в Московском государстве второй половины XVII века

Институт уголовного наказания в современном его понимании на системном уровне стал регулироваться с изданием Соборного уложения 1649 г. [1], и прежде всего речь идет о лишении свободы, учитывая, что именно этот вид наказания сопрягается со значительными организационными мерами и материальнотехническими затратами на оборудование уголовно-исполнительных учреждений, содержание арестантов, необходимостью формировать штаты надзирателей и других работников тюремных учреждений, оплачивать их труд и т.д. [2]. Так, упоминание о «тюрме», куда следовало помещать «татей, разбойников» и других злоумышленников, содержится в 41 статье Уложения. В этом акте закрепляется и цель наказания – «чтоб на то смотря и иным неповадно было». Согласно ст. 101 главы XXI указывалось, что «в городех тюрмы ведают губные старосты, и губным старостам доведется тюрмы и тюремных сидельцов осматривати почасту, чтобы тюрмы были крепки, и у тюремных бы си-дельцов в тюрмах ничего не было, чем им ис тюрмы вырезатися» [1].

С лишением свободы в значительной степени было связано и наказание в виде ссылки. Это наказание применялось как самостоятельно, так вкупе с тюремным заключением (например, согласно ст. 9 главы 21 Уложения «татя за первую татьбу бить кнутом и отрезать ему левое ухо, и посадити его в тюрму на два года, а животы его отдати исцом в выть, и ис тюрмы выимая его, посылать в кайдалах работать на всякия изделья, где государь укажет. А как он два года в тюрме отсидит, и его послать в Украинные городы, где государь укажет» (обратим внимание, что говорится о «кайдалах» (кандалах) и трудоиспользо-вании арестантов.

Что касается сроков указанных видов наказания, то в Уложении не было четкости – от указания на конкретное количество дней до «как государь укажет». В дальнейшем лишение свободы (тюремное заключение) находило развитие в других правовых актах Московского государства, особенно после восшествия на престол Федора Алексеевича (1676 г.), при котором, в частности, «был упразднен полицейский Приказ тайных дел, а центром решения всех государственных вопросов стала постоянно заседающая Дума, причем число думцев было увеличено с 66 до 99 человек» была проведена налоговая реформа, приняты другие меры в сфере государственного управления [3, с. 75].

Рассмотрим основные из них, которые были приняты во второй половине XVII в. Так, 13 ноября 1676 г. был принят имен-ный указ [4], суть которого состояла в том, что в тюрьмах скапливались «помещиковы люди», которых помещики сами приводили в Разбойный приказ, указывая в челобитных, что эти люди «бегая от них, были в воровстах», то есть, совершали преступления. При расследовании, включая пытки, они были оправданы – «очистились, и по указу Великого Государя по делам довелись свободы». Однако «отдать их с роспискою» было некому, так как их помещики и вотчинники жили в разных городах, не было на них и чьих-либо порук. Между там на них приходилось делать затраты, и прежде всего на пропитание. В этой связи государь, с согласия бояр (Боярской думы) решил отпустить этих людей без расписок и без порук, а впредь «помещиков людей» на тюремный двор принимать без кормовых денег, возложив эти затраты на самих помещиков. Как видно, бюджетные средства на содержание тюрем в то время имели счет, и государство не желало оплачивать недоказанные подозрения обвинителей-помещиков.

Финансовых дел касался и ноябрьский (1679 г.) указ от 27 ноября 1679 г. [5]. Согласно этому акту «градские и уездные люди» освобождались от сбора «в подмогу подьячих и сторожам и палачам, и тюремным губным целовальникам … и в тюремное строении» и ряда других связанных с деятельностью казенных учреждений выплат ввиду их «тягостей». Причем речь шла о сборе, которые уплачивался заранее, и именно это обстоятельство, вероятно, было причиной освобождения от уплаты сбора. Однако это было временным решением – «впредь до валовых писцов», когда, очевидно, должны были быть скорректированы особенности уплаты сбора.

Иной характер имел Указ от 22 марта 1683 г. [6], согласно которому тем, кто «объявлялись в Москве и в городах и говорили в народе на соблазн и на страхование людям, многие затейные дела вмещая в смуту», вместо смертной казни (а именно такое наказание определялось ранее Соборным уложением») бить кнутом и «ссылать в ссылку». Причина такого решения заключалась в том, что Московия активно расширяла свои территории, и для их освоения требовались человеческие ресурсы (такой подход будет использоваться и в период петровских реформ). Как видно, и здесь также некоторым образом решались экономические интересы государ- ства. По этому поводу позже были изданы еще ряд указов, причем речь не просто об отдельных «затейниках», но о бунтовщиках, когда в ссылку вместо смертной казни направлялись участники стрелецких бунтов, в их числе: ««Об учинении бунтовщику и изменнику - стрелецкому начальнику Федору Шакловитому – с единомышленниками смертной казни... некоторым из его сообщников телесного наказания, о ссылке их на вечное житье в Сибирские города за злодейское их покушение на жизнь царя Петра Алексеевича и матери его, царицы Натальи Кирилловны» (11 сентября 1689 г.); «О наказании за соучастие в злоумышлениях к бунту» (13 ноября 1689 г.) и др.

При этом согласно указу от 3 мая 1691 г. [7] преступникам, приговоренным к смертной казни, но которым это наказание было заменено иному наказанию ссылке, следовало делать «пятнать» клеймом в виде буквы «В» – чтобы в случае побега «было бы по чему познать»; тем же беглым, кто вновь будет уличен в «воровстве», то есть, в новых преступлениях, за которые смертная казнь не полагалась, этим указом предписывалось отрезать уши. Подобный подход применялся и к осужденным за общеуголовные преступления так, согласно указу от 8 сентября 1691 г. [8] виновные в трех кражах (тать-бах) следовало не казнить, как это предписывалось ранее по ст. 9 главы 32 Соборного уложения, а «бить кнутом, и запятнав ссылать в Сибирские горды, а смертью их за три татьбы не казнить» [8]. В ссылку виновных направляли, как правило, вместе с семьями – характерным являлся указ от 7 марта 1691 г. «О телесном наказании раз-стриги Ивашки, и о переведении из Яран-ска сосланных туда в ссылку Князя Ва-силья и Князя Алексея Голицыных на вечное житье в Пустозерский острог за их преступные замыслы и непризнание в винах своих»; вместе с тем ссылка вместе семьями касалась в основном «политических» преступников, когда власть признавала целесообразным, чтобы изоляция оппонентов была более полной.

По мере расширения практики применения тюремного заключения и ссылки вполне закономерно стали возникать вопросы об их более совершенной организации. Это касалось, в частности, технического состояния тюремных строений, что видно из указа от 19 декабря 1687 г. [9], согласно которому предписывалось направлять «добрых подьячих» из приказа Сыскных дел в те города, откуда воеводы писали о том, что «у них тюрьмы худы» с целью проверки фактического состояния тюремных строений, при этом следовало выяснять, «впрямь ли те тюрьмы худы и мочно ли их починить», следовало при этом «сметить», сколько лес и других материалов необходимо, а если тюрьмы совсем худы, то нужно было рассчитать потребность в стройматериалах и рабочей силе, включая оплату работ плотников; и далее «сметные росписи» подьячих с подписями воевод и оценщиков нужно привезти в Москву для принятия решения. Ес- ния количества ссыльных стали формироваться централизованные этапы передвижения ссыльных и места ее отбывания, в частности, по указу 21 января 1696 г. предписывалось для ссыльных в Верхоту- рье «построить двор со стоячим тыном и поставить в нем сколько изб пристойно» [10]; там же решались вопрос о том, каким образом должны выделяться кормовые деньги для их содержания.

В дальнейшем, уже при активной управленческой деятельности Петра I, из тюремного заключения и ссылки будет сформирован новый вид уголовного наказания в виде ссылки в каторжные работы, которые будут активно использоваться для привлечения дешевого труда каторжников для решения экономических задач государства, в том числе будет востребован предшествовавший опыт о замене смертной казни ссылкой в каторгу.

ли иметь в виду ссылку, то ввиду увеличе-