Типичные следственные ситуации и версии первоначального этапа расследования преступлений, совершенных должностными лицами ФССП

В литературе под следственной ситуацией понимается состояние, в котором находится конкретное производство по уголовному делу. Это состояние характеризуется наличием решенных задач, достигнутых результатов – с одной стороны и задач, еще подлежащих своему решению, а также условий, создающих или не создающих возможности для следователя решить эти задачи, а также условий, препятствующих их решению – с другой. Например, по определению Т.С. Волчецкой, следственная ситуация – это «совокупность информации, характеризующей состояние расследования по уголовному делу без учета обстановки и условий, в которых оно происходит)» [1, с. 14]. Однако такое определение характеризует не столько следственную ситуацию, сколько представление следователя о ней. Поэтому целесообразнее рассматривать следственную ситуацию в объективном смысле и в субъективном.

В объективном смысле это совокупность процессуальных и тактических элементов: уровня продвижения производства по делу, наличия или возможности получения средств доказывания, возможности проведения следственного действия, избрания или фактической реализации меры пресечения, сокращения тактического риска и т.д. На следственную ситуацию оказывают влияние время, ме- сто, обстановка расследования, отношения следователя с другими объективными процессами, значимые для дела действия иных участников. Обобщая содержание следственной ситуации, Р.С. Белкин выделяет в ней:

• 1)    психологический;

• 2)    информационный;

• 3)    процессуальный;

• 4)    тактический;

• 5)    материальный;

• 6)    организационно-технический (хотя провести различие между материальным и организационно-техническим элементами следственной ситуации представляется сложным) элементы [2, с. 72].

Следственная ситуация – понятие с динамическим содержанием: она способна объективно меняться и не всегда следователь выявляет это изменение своевременно. Ее динамика вызвана как изложенными выше объективными обстоятельствами, так и интересами и действиями людей (субъективными факторами). Субъективные факторы – противодействие следствию, ошибки следователя и иных участников уголовного процесса (например, экспертов), иные непредвиденные действия третьих лиц.

В субъективном смысле она включает в себя также: состояние следователя, в том числе наличие конфликта между ним и иными участниками следственной деятельности; уровень информированности следователя о факте преступления и доказывающих его средствах, в том числе о возможностях их выявления и исследования, о намерениях лиц, препятствующих расследованию.

К типичным следственным ситуациям начала расследования можно отнести следующие:

• 1.    Выявлено совершение преступления должностным лицом правоохранительного органа, о котором стало известно из СМИ.

• 2.    Выявлено совершение преступления должностным лицом, о котором стало известно из заявления, в том числе – заявления потерпевшего.

• 3.    Выявлено совершения преступления должностным лицом, о котором известно данных, собранных при расследовании другого преступления.

• 4.    По результатам ОРМ, выявлено совершения преступления должностным лицом правоохранительного органа, о чем имеется рапорт.

• 5.    Выявлено совершение преступления должностным лицом, однако персональных данных о должностном лице или конкретном круге виновных должностных лиц у следствия нет.

Как видно, в подавляющем большинстве следственных ситуаций имеет место «наличие информации о конкретном должностном лице правоохранительных органов, его корыстной заинтересованности, обстоятельствах преступного события и его участниках и т.д.» [3, с. 92]. Как видно, ученые рассматривают известность следствию данных о должностном лице как отличительную особенность всей криминалистической характеристики должностных преступлений и следственных ситуаций по ним.

В литературе предлагается и другая классификация. Она основана на том, что факт преступления – имел место и уже установлен, различие состоит лишь в доказательственном обеспечении производства по делу: факт преступления установлен и есть заявление потерпевшего; факт преступления установлен, но заявления потерпевшего – нет, а имеет место информация из заявлений третьих лиц; факт преступления установлен, но потерпевший за защитой своих прав не обратился (а о факте становится известным из иных источников, в частности, публикаций в прессе); факт преступления установлен в результате оперативно-розыскных мероприятий [4, с. 43].

Данная классификация обращает на себя внимание по той причине, что различает ситуации, когда заявление потерпевшего имеется (и отношения с потерпевшим становятся тактически бесконфликтными) и ситуации, когда заявления потерпевшего нет и, следовательно, потерпевший не желает раскрытия данных отношений с виновным (что означает ситуацию острого конфликта и необходимость применять тактические комбинации, направленные на выявление и разоблачение ложных показаний потерпевшего).

А.А. Борзов для должностных преступлений, предполагающих передачу возмещения (возмездность), выделяет следующие следственные ситуации: предположительно известно о будущем вознаграждении (посуле или вымогательстве) за совершение должностным лицом правоохранительного органа противоправного деяния; предположительно известно о совершенной передаче вознаграждения за совершение должностным лицом правоохранительного органа законного или незаконного деяния; предположительно известно о совершении должностным лицом правоохранительного органа преступления за вознаграждение и о его задержании в момент передачи вознаграждения; об уже совершившемся преступлении и уже совершившейся передаче вознаграждения; о множественных эпизодах преступлений, совершенных должностным лицом правоохранительного органа за вознаграждение [3, с. 93].

Как видно, из данной классификации выпадают следственные ситуации, когда становится известно о совершении должностным лицом преступления за вознаграждение, но само вознаграждение по каким-либо причинам им не получено. Поэтому целесообразным представляется принять эту классификацию А.А. Борзова, но с внесением в нее данного типа ситуаций. При таком условии классификация получает следующий (как представляется, логически завершенный) вид:

• 1)    имеются сведения о будущем вознаграждении и будущем преступлении. Эта ситуация подразделяется на два подвида:

  • 1.1)    когда имеется информация о вымогательстве вознаграждения;

  • 1.2)    когда имеется информация о добровольном предложении вознаграждения («сделке»);

• 2)    имеются сведения об уже переданном вознаграждении, но нет сведений о совершении преступления. Данная ситуация должна, как представляется, включать случаи, когда сведения о передаче вознаграждения зафиксированы в ходе задержания с поличным. Данная ситуация также может быть подразделена на два вида:

  • 2.1)    имеются сведения об уже переданном вознаграждении, но известно, что преступление еще не совершено;

  • 2.2)    имеются сведения об уже переданном вознаграждении, но совершено ли уже преступление или еще нет – не известно. Как правило, данное различие (между 2.1 и 2.2) существенно влияет на объем документальной проверки [5, с. 104-105], а потому представляется значимым;

• 3)    имеются достоверные сведения о передаче вознаграждения должностному лицу – с одной стороны и уже совершенном данным должностным лицом правоохранительного органа преступлении – с другой;

• 4)    имеются достоверные сведения о множественных эпизодах преступной деятельности должностного лица правоохранительного органа;

• 5)    имеются достоверные сведения о множественных эпизодах совместной (организованной) преступной деятельности группы должностных лиц правоохранительного органа:

• 5.1)    имеются достоверные сведения о множественных эпизодах совместной (организованной) преступной деятельности группы должностных лиц правоохранительного органа, все члены которой известны;

• 5.2)    имеются сведения об эпизодах преступной деятельности группы, не все члены которой известны.

Во всех случаях необходимо точное выявление формы совершения и вредных последствий совершенного преступления, в частности: неисполнения должностных полномочий (должностного бездействия), исполнение должностных полномочий с нарушением порядка, установленного законом, принятие не- законного правового акта (решения), осуществление правоприменительных полномочий формально законно, но в противоречии с целями правоприменения и т.д.

Как правило, начальные следственные ситуации по рассматриваемой категории дел характеризуются как конфликтные, но благоприятные, субъект предполагаемого деяния в большинстве случаев – известен или может быть точно установлен, но противодействие следствию – как правило множественное (групповое или коллективное) и, с учетом, что расследование происходит в отношении должностного лица правоохранительного органа, компетентное.

Еще одна особенность начального этапа данных следственных ситуаций для должностного лица, занимающего руководящее положение – типичность случаев его коррупционной связи с подчиненными ему должностными лицами.

Криминалистическая версия – это обоснованное предположение о факте, явлении или группе фактов, явлений, имеющих или могущих иметь значение для дела; версия указывает на наличие и объясняет происхождение этих фактов, явлений, их содержание и связь между собой и служит целям установления истины по делу [6, с. 514]. По другому определению, версия – это «логически построенное и основанное на фактических данных обоснованное предположительное умозаключение следователя (других субъектов познавательной деятельности по уголовному деду) о сути исследуемого деяния, отдельных его обстоятельствах и деталях и их связи между собой, требующее соответствующей проверки и направленное на выяснение истины по делу» [7, с. 93].

Как считает А.Ф. Реховский [8, с. 27], в понятие версии включаются:

• 1)    логическая форма версии (предположение);

• 2)    обоснованность ее фактическими и иными данными (например, непроцессуальной информацией для оперативно-розыскных версий);

• 3)    объект исследования (событие преступления и его элементы);

• 4)    субъект выдвижения (установленные законом должностные лица, обладающие определенными полномочиями);

• 5)    служебная роль версии (для достижения истины);

• 6)    направленность на конечный результат, т.е. версия должна быть либо доказана в том или ином виде, либо отвергнута и заменена другой.

К сказанному можно лишь добавить, что, в качестве умозаключения, следственная версия представляет собой не дедукцию, а индукцию, поскольку всегда стремится к обобщению из нескольких известных фактов.

Версии могут быть общими, касающимися модели поведения должностного лица правоохранительного органа (Р.С. Белкин предлагал предположения наиболее общие называть типичными версиями) [9, с. 183], и частными. Типичные версии по данной категории дел отличаются тем, что они возникают уже на стадии возбуждения уголовного дела, поскольку в подавляющем большинстве случаев основаны на результатах оперативнорозыскных мероприятий, на заявлениях потерпевших, достаточно хорошо осведомленных о факте и обстоятельствах преступления, а также на материалах органов прокуратуры, уже содержащих, в качестве предположения, основные элементы состава. Менее информативными оказываются публикации в СМИ, поскольку построение журналистской версии может существенно отличаться от фактических обстоятельств и, в частности, оказаться «ложным следом», сформированным в целях противодействия следствию. К числу наиболее общих версий относятся:

• 1)    приготовление должностного лица к получению возмещения за совершение преступления;

• 2)    приготовление должностного лица к совершению преступления за последующее возмещение;

• 3)    фактическое получение возмещения за несостоявшееся пока преступление;

• 4)    клеветнические действия заявителя;

• 5)    индикаторов, свидетельствующие о прикрываемом взяточничестве (возврат несуществующего долга);

• 6)    получение вознаграждения за обманное (неисполненное) деяние;

• 7)    получение вымогаемого вознаграждения.

В этом случае изучаются такие вопросы, как объект возмещения: посредством переда- чи денег, товаров, выполнения работ (услуг). В случае, если речь идет о передаче денежных средств, необходимо определить, в какой форме они передаются: наличными или безналичными. В случаях, когда денежные средства передаются путем безналичной оплаты, возникают вопросы о валюте платежа, о способах перевода и получения денежных средств. В частности, проверке, в силу высокого интеллекта данной категории преступников, подлежат такие версии, как получение виновным оплаты посредством криптотрейдинговых средств: биткойна, эфириума (Ethereum) и других криптовалют. Подобные находки могут влечь появление и иных версий, например, не является ли должностное лицо лишь «кассиром» преступной группы должностных лиц данного правоохранительного органа.

Частные версии касаются следующих обстоятельств совершения преступления:

• 1)    факультативных обстоятельств объективной стороны (место, время, обстановка);

• 2)    в более редких случаях – субъекта преступления.

Например, среди версий расследования взяток за сокрытие административных правонарушений в сфере дорожного движения, совершаемых сотрудниками ГИБДД, имелась версия о том, что эти преступления совершаются не самими сотрудниками, а переодетыми в форму сотрудников лицами, в связи с чем и она подлежала проверке. Лишь после собирания достаточного объема материалов по данным фактам стало возможным проведение следственного эксперимента и на его основе – точное установление всех членов преступной группы должностных лиц в количестве 16 человек [10, с. 3]. В еще более редких случаях – конкретного объекта преступления, при проведении проверочных действий уже, как правило, установлено, в чем состоит вред, причиненный гражданам, организациям, государственной или муниципальной власти.

Наиболее сложным представляется построение версий о форме вины, мотиве и цели, т.е. о субъективной стороне, поскольку в полномочиях должностных лиц правоохранительных органов широка, а нередко – избыточно широка сфера правоприменительного усмотрения. Этой широтой сферы правоприменительного усмотрения может быть «прикрыто»

значительное число коррупционных правонарушений, поэтому построение версий следствия и опровержение версий защиты представляются, с позиций доказывания виновности должностного лица, особенно сложными.

Еще более сложным представляется построение следственных версий об условиях, способствовавших совершению должностного преступления (что, в соответствии с ч. 2 ст. 73 УПК РФ, входит в предмет доказывания по уголовному делу), поскольку требует выявления как нормативных проблем (коррупцио-генных правил, регулирующих организацию и деятельность данного правоохранительного органа), так и проблем постановки антикоррупционной работы в данном органе. В зависимости от сформированной версии следователь способен наиболее эффективно организовать следственную деятельность. Например, если речь идет о множественности эпизодов деятельности должностного лица или о нескольких лицах, целесообразно с самого начала сформировать следственную группу, включить в нее сотрудников оперативнорозыскных органов и т.д. От этого же зависят характер и объем технического обеспечения следственной группы. Чем более конкретна та или иная версия, тем более точно можно сформировать план действий оперативноследственной группы, определить обязанности каждого ее участника. В проверке нуждаются и контрверсии – в случаях, когда виновный (например, в результате задержания с поличным) не признает вину, а выдвигает собственные объяснения.

Итак, если типичные следственные ситуации начального этапа расследования позволяют определить статическое состояние производства по уголовному делу, то опора на типовые версии – позволяет определить его динамику: спланировать следственные дей- ствия и корректировать их в зависимости от их (версий) подтверждения или опровержения.