Актуальность обеспечения криминологической кибербезопасности несовершеннолетних, находящихся в социально опасном положении

Введение .

Подрастающее поколение в силу несовершеннолетнего возраста и, соответственно, недостаточного умственного и физиологического созревания составляет наиболее уязвимый для противоправных угроз социальный сегмент.

Данное обстоятельство уже само по себе актуализирует деятельность любого цивилизованного общества по защите прав и интересов своих несовершеннолетних граждан. При этом налицо дополнительное деструктивное информационнотехнологическое воздействие на ментальное здоровье современных детей и подростков, ста-

новящихся жертвами инновационных преступлений либо вовлекаемых в совершение криминальных деяний, в том числе и со стороны организованной преступности.

Обсуждение .

В докладе о деятельности Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по правам ребенка за 2022 г. отмечено: «Нередко интернет-среда становится источником непосредственной агрессии в отношении детей и подростков в виде кибербуллинга или травли в интернете, воздействие которого имеет психотравмирующий характер и стимулирует девиантное поведение.

Проведенные исследования комплексных судебных психолого-психиатрических экспертиз несовершеннолетних, совершивших суициды, а также обвиняемых в нападениях на образовательные организации, показывают, что среди комплекса факторов, формировавших их ауто- и гетероаг-рессивное поведение, немалую роль сыграло влияние деструктивных интернет-сообществ» [1, с. 499]. Согласно докладу о деятельности Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по правам ребенка за 2023 г., «дети входят в первоочередную категорию риска с точки зрения информационной безопасности вследствие оказываемого на них негативного и психотравмирующего воздействия, кибербуллинга и интернет-манипуляций, вовлечения в деструктивную деятельность, усвоения ими антисоциальных норм поведения, побуждения к совершению общественно опасных действий, в том числе способных причинить вред самому ребёнку. Данные обстоятельства приводят к трагическим последствиям в виде выполнения смертельно опасных заданий из так называемых «групп смерти» или вовлечения в террористическую деятельность. Дети, свободно пользуясь сетью «Интернет», могут столкнуться с опасным контентом, включая порнографию и насилие, или стать жертвами травли и шантажа» [2, с. 210]. Очевидно, что уровень психологического насилия на несовершеннолетних, находящихся в социально опасном положении, обусловленном воздействием информационнотелекоммуникационных технологий, никаким образом не снижается.

Часть 4 статьи 67 Конституции Российской Федерации указывает: «Дети являются важнейшим приоритетом государственной политики России. Государство создает условия, способствующие всестороннему духовному, нравственному, интеллектуальному и физическому развитию детей, воспитанию в них патриотизма, гражданственности и уважения к старшим. Государство, обеспечивая приоритет семейного воспитания, берет на себя обязанности родителей в отношении детей, оставшихся без попечения» [3].

За последнее годы вопросы обеспечения благополучной жизненной среды для несовершеннолетних сограждан получили свое развитие в ряде важных государственных документов, к при меру, в ключевых задачах общенационального проекта «Десятилетие детства», объявленного Указом Президента Российской Федерации от 29 мая 2017 г. № 240 [4], в «Стратегии комплексной безопасности детей в Российской Федерации на период до 2030 г.», утвержденной Указом Президента РФ от 17 мая 2023 г. № 358 [5] и других государственных актах.

Однако предпринимаемые государством меры, нацеленные на обеспечение безопасности несовершеннолетних на современном этапе, являются недостаточно эффективными, поскольку количество детей и подростков, становящихся жертвами преступлений, остается стабильно высоким. Так, например, в 2020 г. число несовершеннолетних, признанных потерпевшими от криминальных посягательств, составило 94881 чел., в 2021 г. – 112387 [6], из которых 7673 и 8402 чел., соответственно – стали жертвами насильственных действий своих родителей [7]. Что касается статистики за 2022 и 2023 гг., то количество преступлений против несовершеннолетних составило соответственно цифры 113304 и 107925 [8], что свидетельствует о сохранении напряженной криминальной ситуации в рассматриваемой сфере.

Как свидетельствует современная правоприменительная практика, в особой защите нуждаются дети и подростки, находящиеся в социально опасном положении (далее – СОП), обусловленном воздействием информационнотелекоммуникационных технологий (далее – ИТКТ). Речь идет о системе традиционных и инновационных криминальных рисков, и угроз безопасности детей и подростков рассматриваемой категории, которые вследствие безнадзорности (в том числе вследствие чрезмерной вовлеченности собственных родителей в социальносетевые процессы) или беспризорности находятся в обстановке, представляющей опасность для их жизни или здоровья, либо не отвечающей требованиям к их воспитанию или содержанию, либо совершающих правонарушения или антиобщественные действия.

Именно дети и подростки, относящиеся к категории «специальные объекты уголовно-правовой охраны», наиболее подвержены риску стать жертвой психологически-насильственного, в том числе сексуального преступления в виде развратных действий в дистанционном формате (причем, нередки случаи идеальной совокупности преступлений при одновременном изготовлении порнографического контента), зачастую, переходящего в физически-насильственный сексуальный формат при, так называемом «грумин-ге» (сущность данного явления будет подробно рассмотрена далее), быть вовлеченными в совершение таких противоправных и социально порицаемых действий, как мошенничество, вымогательство, употребление наркотических или психоактивных веществ, проституция, самоубийство и пр.

Среди причин складывающейся ситуации, помимо высокой степени латентности, обусловленной издержками в общественном сознании, выступают различные региональные подходы к решению вопросов об отнесении несовершеннолетнего к рассматриваемой категории, приводящие к межведомственной разобщенности, а также фактор недостаточной информационнотехнологической квалификации субъектов соответствующей правозащитной деятельности. Отдельно отметим явную недостаточность действующего российского уголовно-правового ресурса в охвате всей совокупности общественно опасных проявлений, до настоящего времени не криминализированных по различным причинам (к примеру, проблема травли/буллинга). В результате, несовершеннолетние, нуждающиеся в защите своих прав и законных интересов, по сути, выпадают из орбиты правоохранительной деятельности.

Анализ деятельности субъектов профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, органов и учреждений по защите прав и законных интересов детей позволяет выявить ряд пробелов и недостатков, снижающих эффективность правозащитной деятельности в отношении несовершеннолетних, находящихся в СОП. Например, формальный подход к реализации индивидуальных программ социальной реабилитации, пострадавших от противоправных деяний детей и подростков [9, с. 30], недостаточную распространенность механизмов обучения детей «цифровой гигиене», а также механизмов организации и проведения профилактической работы в подростковой среде в сфере защиты персональных данных в сети «Интернет» [1, с. 499].

Результаты .

Правовое обеспечение криминологической безопасности несовершеннолетних, находящихся в СОП вследствие деструктивного воздействия информационно-телекоммуникационных сетей (далее – ИТКС) (криминологической кибербезопасности несовершеннолетних, находящихся в СОП), затрудняется, с одной стороны, сложной междисциплинарной природой самого явления «социально опасное положение», с другой - колоссальным массивом исторически сложившихся международных и национальных норматив- ных актов, регулирующих права несовершеннолетних, что приводит к несогласованности в деятельности ведомств, органов и учреждений по их защите.

Заключение .

Отмеченное выше позволяет предложить ряд конкретных мер, нацеленных на выправление существующей негативной ситуации.

Во-первых, представляется возможным введение в научно-практический оборот понятия «деструктивное информационно-телекоммуникационное воздействие» (ДИТКВ) и соответствующего данному понятию определения: «Деструктивное информационно-телекоммуникационное воздействие – систематическая разрушительная «обработка» информационно-телекоммуникационным пространством (киберпространством) психики человека, обусловливающая риски и угрозы как для его жизни/здоровья, так и для его социального окружения».

Во-вторых, необходимо в скорейшее время решить ряд научно-исследовательских задач, прежде всего:

– проанализировать и оценить теоретикометодологические предпосылки изучения криминологической кибербезопасности несовершеннолетних, находящихся в СОП;

– произвести криминологическую характеристику инновационной преступности, посягающей на безопасность несовершеннолетних, находящихся в СОП, ее закономерности, состояние, тенденции, правовую, социально-психологическую, инновационно-технологическую и иную детерминацию;

– предложить пути модернизации уголовного законодательства и практической правоохранительной деятельности обеспечения криминологической кибербезопасности несовершеннолетних, находящихся в СОП;

– дать конкретные предложения по оптимизации междисциплинарного взаимодействия правовых, правоприменительных, общественных и образовательных ресурсов обеспечения криминологической кибербезопасности несовершеннолетних, находящихся в СОП.

Не указан