Формирование педагогического состава учреждений профтехобразования Тюмени в 1920-е гг.

современных исследователей освещаются вопросы государственной политики в сфере профессионального образования, материальной базы учреждений и их вклада в подготовку квалифицированных кадров для советских предприятий (Ананьев и др., 2022; Ларина, 2019). Тема нашла также отражение в работах тюменских ученых, которые посвящены истории создания и развития местных средних специальных учреждений в 1920–1930-е гг. и становлению советской интеллигенции в Тюмени (Бородулина, Скочин, 2022а,б; Гончаренко, 2011).

Целью данной статьи является изучение процесса формирования педагогического состава учреждений профтехобразования Тюмени в 1920-х гг. Этот период развития советского общества связан с тяжелейшими экономическими и политическими потрясениями в стране, обусловленными разрушением старого режима и формированием нового советского общественного устройства. В первые годы советской власти крах прежних социальных институтов и учреждений, недовольство новой властью, страх за свое будущее, вынуждали многих представителей российской интеллигенции покидать страну. Другая их часть в этот период оказалась втянутой в кровопролитную гражданскую войну, а в дальнейшем подверглась политическим репрессиям. Между тем для реализации принятого советским правительством курса на всеобщее образование и решения проблемы дефицита квалифицированных специалистов в самых разных профессиональных сферах деятельности стране требовались учебные заведения и целая армия педагогов для подготовки этих специалистов.

Материалы и методы . Основным источником данного исследования являются документы фондов Государственного архива Тюменской области, а именно делопроизводственная документация Отдела народного образования Уральской области (Ф. 80), Тюменского окружного отдела народного образования (Ф.84), документация промышленно-экономического техникума (Ф. 115), сельскохозяйственного техникума (Ф. 1202). Использовались для анализа также материалы Государственного архива социально-политической истории Тюменской области, в частности, фонд Тюменского городского комитета КПСС (Ф. П-7), в котором содержатся протоколы заседаний и решения по вопросам профессионального образования в регионе. Данная документация включает характеристику персонального состава и требований к кадрам профтехобразования, а также обсуждение проблем отрасли. Также источником исследования стали публикации в газете «Трудовой Набат» и журнале «Красные вехи» за 1923–1925 гг., где освещены важные события в деятельности учреждений образования Тюмени и направления совершенствования их работы, также в статьях сообщалось о проблемах в работе отдельных учебных заведений.

Основная часть . В начале 1920-х гг. на повестке заседаний съездов советов стоял вопрос расширения сети образовательных учреждений. Первый Тюменский губернский съезд советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов в июне 1920 г. потребовал вернуть все педагогические силы, работающие в то время не по специальности, и организовать курсы подготовки педагогов (Рощевский, 1963: 26). Решением кадрового вопроса в сфере профтехобразования занимался Тюменский губернский комитет профессионально-технического образования. Уже в феврале 1921 г. на 1 Губернском съезде по профтехобразованию председатель тюменского Губпрофобра, отчитываясь о проделанной комитетом работе по созданию сети учебных заведений в губернии, указывал на «крайний недостаток преподавателей социальных и специальных предметов» в профтехниче-ских учебных заведениях губернии ¹ .

Для решения проблемы в качестве первоочередной меры было принято создание ряда «ускоренных профтехнических курсов, школ, показательных мастерских и техникума с отделениями, содействующими поднятию производства в губернии» ² . Одними из первых в Тюмени весной 1920 г. были организованы курсы квалифицированных рабочих металлообрабатывающей промышленности по двум специализациям: «машинное, литейное дело, инструмент» и «станки, двигатели и электротехника». С сентября начали работу сразу несколько курсов: финансово-счетные, рассчитанные на 90 слушателей и продолжительностью 2 месяца; почтово-телеграфные – на 100 человек и продолжительностью 6 месяцев, при них – курсы телеграфных и телефонных надсмотрщиков. Были также организованы восьмимесячные курсы телеграфных и телефонных механиков на 20 человек; подготовки делопроизводителей волостных исполкомов; строительных рабочих со специализацией «каменные, плотницкие, малярные и столярные работы» продолжительностью 4 месяца на 200 человек; огородничества и садоводства продолжительностью 2 года на 80 человек; налоговые и бухгалтерские курсы на 115 человек (Животова, 2018: 244).

Ведущим образовательным учреждением города в 1920 г. стал сельскохозяйственный техникум. В октябре 1920 г. в Тюмень была переведена фельдшерско-акушерская школа, созданная в Тобольске еще в 1878 г. (с января 1923 г. – фельдшерско-акушерский техникум, с 1928 г. – медицинский техникум) (Соловьева, 2000: 192). В 1921 г. была начата работа по созданию педагогического техникума (в 1933 г. его объединили с прибывшим из Омска учебным заведением аналогичного профиля) (Бородулина, Скочин, 2022а: 93).

Промышленно-экономический техникум был открыт в феврале 1926 г. и включал единственное счетно-финансовое отделение1. Однако в конце 1928 г. он был ликвидирован вследствие отсутствия финансирования (Соловьева, 2001: 154–158). По той же причине недолго просуществовал в Тюмени вечерний механический техникум (1923–1924), его выпускники должны были получить профессию техника, механика и электротехника (Соловьева, 2000: 193). Начало 1920-х гг. в Тюмени было отмечено появлением рабфаков (рабочих факультетов). Первый был создан в декабре 1922 г. на базе Тюменского сельскохозяйственного техникума под руководством П.А. Мартэна. Открытие рабфака состоялось 2 февраля 1923 г., и уже на следующий день начались учебные занятия для поступивших 65 человек.

Главной проблемой функционирования учреждений профтехобразования в 1920-е гг. была нехватка преподавательских кадров. С 1921 г. просьбы об откомандировании специалистов для нужд профтехобразования стали одной из основных тем в корреспонденции Тюменского Губпро-фобра. Уже в июне 1921 г. были переданы в Главпрофобр и Уралпрофобр списки необходимых для губернии специалистов: 19 преподавателей для 5 отделений Тюменского сельскохозяйственного техникума2.

В соответствии с предписаниями Наркомата просвещения помощь образовательным учебным заведениям должны были оказывать все государственные учреждения и предприятия. Председатель Губпрофобра Безсонов искал помощи в решении кадрового вопроса в различных организациях как на территории губернии, так и в целом по стране. Были обращения в правления местного Союза работников просвещения, Союза металлистов, в лесной подотдел земельного отдела губисполкома, в Екатеринбургский губернский комитет РКП (б), в различные отделы Главпрофобра (Москва)3. По согласованию с отделом принудительных работ Тюменского губис-полкома для работы в профтехнических учебных заведениях были привлечены специалисты, находящиеся в заключении в Тюменском концентрационном лагере. Это были представители рабочих профессий и «конторского труда», осужденные за контрреволюционную деятельность. Представителям Губпрофобра приходилось решать вопрос об освобождении преподавателей, попавших под арест Губернской чрезвычайной комиссии, в частности, руководителей химического и дорожно-строительного отделений техникума Будиловича и Василенко, арест которых в 1921 г. поставил под угрозу работу техникума4.

Следует сказать, что осуществляемая Губпрофобром работа по формированию кадрового состава профтехобразования города и губернии в целом давала ощутимые результаты. Коллектив Тюменского сельскохозяйственного техникума к 1922 г. включал 30 преподавателей5. Среди них было много иногородних, в том числе прибывших из Красноярска, Читы, Томска, Омска, Тобольска, Верхнеуральска, Кургана, Екатеринбурга, Оренбурга, Иваново-Вознесенска, Новгорода, Петропавловска, Петрограда, Москвы. Были педагоги из Украины, Белоруссии, Кавказа и даже Южной Америки6. Многие из них имели военный опыт, имели высшее или среднее образование и относились к разным социальным группам: служащим, мещанам, крестьянам, священнослужителям, купцам и даже дворянам7.

Важную роль в становлении и развитии профессиональных учебных заведений Тюмени играл их административно-управленческий персонал. Особо следует отметить директора тюменского техникума П.А. Мартэна8. Павел Августович Мартэн родился в 1881 г., его детские годы прошли в Сызрани. Имея три диплома о высшем образовании, он постоянно расширял свои знания и был активным общественным деятелем. В 1911 г. был сослан на Урал, в Красноуфимск, в годы Гражданской войны участвовал в боях против Колчака. Переехал в Тюмень по направлению гублескома (Копылов, 2000: 317–319). Его сподвижником в деле создания и развития техникума был Э.К. Хилькевич, выпускник Тюменского реального училища и Санкт-Петербургского института инженеров путей сообщения, впоследствии – один из организаторов Уральского автодорожного института и руководителей Тюменского педагогического института, кандидат физико-математических наук (Хилькевич, 2002: 83). У них было много общего, но главное – это желание принести пользу обществу.

В техникуме удалось сильный педагогический коллектив, что было обусловлено планами его дальнейшего перевода в категорию высших учебных заведений ¹ . В 1924 г. в списках преподавателей техникума значилось 38 человек. Позднее продолжили свою педагогическую деятельность в первых вузах Тюмени Э.К. Хилькевич, М.К. Богидаева, Г.Т. Огибенин, А.Я. Граусман, А.Н. Куратов, Ф.Ф. Ларионов, А.Н. Серебренников, Е.В. Царевич и др.

В становление и развитие медицинского образования в Тюмени большой вклад внес Дмитрий Захарович Жуков, который в октябре 1921 г. возглавил работу фельдшерско-акушерской школы и руководил этим учебным заведением до 1930 г. Его заслугой стало то, что он привлек к преподаванию в школе лучшие медицинские кадры города, большое внимание уделял развитию материально-технической базы, организовав учебные аудитории при тюменских больницах. Д.З. Жуков успешно сочетал педагогический труд с практической деятельностью в здравоохранении: работал инспектором по охране труда, терапевтом, а позже инфекционистом в городской больнице. Он внес большой вклад в оздоровление труда рабочих на фабриках и заводах Тюмени (Костоварова, Ревнивых, 2007: 138–139).

Значимой фигурой в образовательной и культурной среде города являлся уроженец Тюмени Павел Афанасьевич Россомахин, который в ноябре 1924 г. был назначен директором Тюменского педагогического техникума. Он окончил Тюменское Александровское реальное училище, обладал талантом художника, педагогическим даром и большим опытом организаторской деятельности. Много внимания уделял общению с детьми, проводил экскурсии, занимался с учащимися краеведением, собирал материал по истории фабрик, заводов, был автором ряда исторических очерков и воспоминаний по истории гражданской войны и революции в Тюменском крае (Скипина, Щербич, 2019: 18–19).

Несмотря на включенность руководителей в решение кадрового вопроса, дефицит специалистов сохранялся. Ухудшение ситуации в этом вопросе было связано с реализацией нового курса экономической политики. Уже в январе 1922 г. на заседании коллегии тюменского Губпрофобра обсуждался вопрос сокращения штатов профтехнических учебных заведениях губернии2. В декабре 1923 г. заведующий медицинским техникумом Д.З. Жуков писал: «Лекторов … приходиться искать с большим трудом. Оплата лекторская крайне мала, подготовки требуется много и тоже требуется практическая работа. Привилегиями особыми также не пользуется за исключением бесплатного обучения детей, да и то не всегда и не везде. Чтобы читать хорошо, нормально, на это нужно затратить много время, самому готовиться и для подготовки иметь достаточный материал. В силу всего этого лекторов искать трудно. И в настоящее время нет лекторов по некоторым предметам. Нет лекторов по физиологии на 2 курсе. Не читают до сих пор политпрофграмоту»3.

Одним из путей решения кадрового вопроса тюменского профтехобразования в эти годы была практика совместительства, которая предполагала работу преподавательского, технического и управленческого персонала одновременно в нескольких учреждениях города. Так, П.А. Мартэн, профессиональные качества которого были востребованы целым рядом советских учреждений: Губфинотделом, Гублесподотделом, Губземотделом, Губпрофобром и др., с апреля 1921 г. был откомандирован в техникум, а в августе ему была вручена повестка с предложением явиться на работу в Губфинотдел. По соглашению между сторонами П.А. Мартэн был оставлен на основной службе в техникуме с тем, чтобы три часа ежедневно он занимался в Губфинотделе4.

Несмотря на большую нагрузку, такая форма самоорганизации в деятельности образовательной интеллигенции города отчасти давала возможность педагогам увеличить свой доход, но, безусловно, не могла решить проблему их низкого материального положения. В 1926/1927 учебном году из 16 преподавателей сельскохозяйственного техникума только трое не были заняты работой в других учреждениях5. Коллектив промышленно-экономического техникума в начале полностью был представлен совместителями6. Так, П.А. Россомахин в 1924/1925 учебном году одновременно возглавлял два учебных заведения: педагогический техникум и городскую школу II ступени7.

Проблема низких зарплат педагогов нашла отражение в публикации газеты «Трудовой набат» 1923 г., где приводилось такое сравнение: «Квалифицированный работник высшей марки получает в среднем 30–40 тыс. руб., преподаватель с высшим образованием, работая 12 часов неделю, – 2,5–3 тыс. руб., работая 4 часа – 800 руб.»8. По оценке автора одной из публикаций журнала «Красные вехи», к началу 1923/1924 учебного года профтехнические учебные заведения находились в критическом материальном положении. Выделявшиеся из госбюджета средства на зарплату были ничтожно малы. Ситуация улучшилась после того, как в конце 1923 г. содержание профессионально-технических учебных заведений было переведено в местный бюджет. Тогда зарплата поднялась на 100–150 %, но учебные заведения пережили большое сокращение персонала1.

Для формирования кадров преподавателей профтехобразования в 1920-е гг. актуальным был вопрос их профпригодности, а именно приверженности новой власти. В условиях дефицита педагогов и насущной потребности страны в квалифицированных кадрах в первые годы советской власти для комплектования преподавательских коллективов использовали самые разные ресурсы. Обычным делом было и наличие среди преподавательского коллектива представителей «буржуазных» классов или служивших в рядах Белой армии. Все это говорит о лояльном отношении советской власти к данной категории специалистов в самом начале 1920-х гг. Ощущая острую необходимость в кадрах, управленцы от народного образования сознательно привлекали к преподавательской деятельности «старых» специалистов, стараясь сделать их сторонниками нового строя. Однако уже со второй половины 1923 г. в этом вопросе происходят изменения, это заметно по публикациям в средствах массовой информации города. В статье «Дела просвещенья» автор пишет: «Ряд преподавателей тюменских техникумов каждое воскресенье, а иногда и в будни аккуратно посещают церкви и слушают с умилением проповеди батюшек… Процент коммунистов среди учителей до мизерности низок. Мы должны взять в работу “осветить”, “окоммунистить” наш педтехникум»2. Статья «Надо что-то делать» повествует, что в результате инспектирования школ Тюмени выяснилось, что «вопрос идеологии меньше всего волнует педагогов»3.

Большинство преподавателей, в том числе и в учреждениях профтехобразования Тюмени, в 1920-е гг. были беспартийными. Так, по данным статистических отчетов о составе ячейки РКП (б), работавшей при Тюменском сельхозтехникуме в мае 1924 г. членов РКП (б) насчитывалось 10 человек. При этом 7 из них были представителями рабочих и крестьян, 1 – из служащих и 1 – из интеллигенции4. В этих условиях партия начала применять меры воздействия на формирование педагогического состава учебных заведений. В 1924 г. на одном из собраний партячейки при сельхозтехникуме шло обсуждение 8 кандидатур членов партии, по трем из них было принято решение об исключении5.

К чистке внутри педагогических коллективов продолжали призывать партийцы образовательных учреждений Тюмени. Так, на пленуме горкома ВКП (б) в марте 1929 г. работник одного из техникумов Горбунов высказался следующим образом: «Мы должны уделять внимание тому, кто же преподает в техникумах. Например, есть бывшие помещики, 2 или 3 офицера, есть такие специалисты, как Веденянин, который предсказывал гибель коммуны в Тюменском округе. Преподают чуждые нам люди»6.

Решение о необходимости проведения массовой чистки советского аппарата было принято уже в апреле 1929 г. на XVI Всесоюзной конференции ВКП (б). Летом того же года были опубликованы постановления ЦИК и СНК СССР «О чистке аппарата государственных органов, кооперативных и общественных организаций»7. В соответствии с этим постановлением с весны 1929 г. по всем техникумам прошли чистки социально чуждого элемента. После обследования социального состава учащихся и преподавателей комиссия Тюменского ОкрОНО пришла к выводу, что «техникумы и школы повышенного типа чрезвычайно засорены социально чуждыми элементами: детьми кулаков, торговцев, попов, мулл, бывших полицейских, служащих и т. п.». Часть студентов была лишена стипендии, другая исключена. Начались увольнения среди преподавательского и управленческого состава. Вакантные места были заняты членами партии, окончившими вузы или присланными УралОНО. В трех техникумах Тюменского округа был заменен руководящий состав (Гончаренко, 2011: 110–111).

Однако количество членов партии внутри коллективов тюменских техникумов в это время не выросло. На собраниях партийной ячейки техникумов в 1928/1929 г. присутствовало от 5 до 8 членов ВКП (б)8. Среди обсуждаемых проблем были вопросы идеологической компетентности преподавателей техникума. Так, в феврале 1929 г. на повестке дня одного из таких заседаний было обсуждение вопроса «о ненормальностях в сельскохозяйственном техникуме», который касался одного из преподавателей (Невского). Речь шла о том, что лекции преподавателя не имели идеологической платформы, а сам он считал, что агроному не нужно быть общественником. Это стало причиной отказа студентов слушать его лекции и отстранения его от преподавания по решению партячейки тюменских техникумов1.

Заключение . Подводя итоги, следует сказать, что кадровое обеспечение учреждений профтехобразования Тюмени в 1920-е гг. проходило в сложных политических и экономических условиях разрушения старого режима и формирования нового советского общества, что привело к острому дефициту педагогических кадров. Решение кадрового вопроса в сфере профтехобразования началось с создания профтехнических курсов, а затем сети профтехнических учебных заведений в городе. Главной проблемой начала 1920-х гг. стал дефицит преподавателей открывшихся учебных заведений, в связи с чем органы управления образованием прибегали к запросам в другие регионы и в различные организации с просьбой о содействии; к привлечению «старых» кадров; к активному совмещению должности преподавателя с основной работой; привлечению некоторых специалистов, находящихся в заключении. На первом этапе эти методы позволили обеспечить работу основных учреждений профтехобразования в Тюмени, но некоторые были закрыты из-за невозможности финансирования.

Низкие зарплаты и дефицит педагогических кадров в сфере профтехобразования города вынуждали педагогов идти на совместительство, которое предполагало работу одновременно в нескольких учебных заведениях, что негативно отражалось на качестве преподавания и трудоспособности педагогов. Вместе с тем имел место энтузиазм и инициатива отдельных преподавателей и руководителей учебных заведений, которые прилагали серьезные усилия не только для достижения образовательных результатов, но и принимали активное участие в развитии науки и культуры города Тюмени в этот период.

Если в начале 1920-х гг. главной проблемой была нехватка педагогических кадров и привлечение специалистов осуществлялось вне зависимости от их сословной принадлежности или политических взглядов, то к концу десятилетия курс на «чистку» социально чуждых элементов привел к массовым увольнениям педагогов и замене кадрового состава техникумов на сотрудников, идейно приверженных правящей партии и ею подготовленных. Таким образом основным направлением кадровой политики к концу 1920-х гг. стало ужесточение требований к идеологической профпригодности преподавателей.