Функциональный потенциал исключительных норм права

Введение. Исключительная норма, как и любая другая правовая норма, выполняет целый конгломерат функций при ее закреплении в юридически значимых источниках (формах) права.

Функциональное предназначение данного правила имеет собственную оригинальную специфику, что детерминировано целевой парадигмой данных разновидностей специальных норм. Оно заключается в специализации права, которая

«по сути представляет собой зеркальное отражение глобализации права» [8, с. 28].

Если более глубоко раскрывать содержание подобного фактора, то на элементарном уровне можно указать на то, что исключительная норма направлена на учет вариативной жизни социально-правовой действительности, объединения статики и динамики правовой регуляции. Поставленная задача является трудно выполнимой

для фактической реализации, что только актуализирует необходимость исследования подобной тематики как на теоретическом, так и на практическом уровне.

Анализ функций исключительных норм права предположительно позволит сформировать определенные критерии, в соответствии с которыми можно установить их многокомпонентную роль в нормативной регуляции общественных отношений и перспективным образом определить векторы для более эффективного применения и толкования подобного рода специального инструментария.

Обсуждение. Итак, рассмотрим обозначенную проблематику с разных точек зрения для определения функционального потенциала исключительных норм.

Для первичного изучения настоящей тематики необходимо раскрыть и конкретизировать генеральные дефиниции, используемые в данном исследовании, а именно «функция права», «функция норм права» и «специальная норма права», «исключительная норма права».

Указанным феноменам, в том или ином контексте, посвящали свои труды такие ученых как С.С. Алексеев, С.А. Белоусов, Е.Н. Бондаренко, А.Г. Бордакова, Н.А. Власенко, А.А. Деревнин, А.М. Зацепин, А.В. Константинова, Л.А. Можайская, О.В. Пискунова, Т.Н. Радько, А.Г. Репьев, И.Н. Сенякин, С.Ю. Суменков, Ю.А. Тихомиров, В.Д. Филимонов, Е.В. Фоменко, Б.В. Яцеленко.

Как мы полагаем, для установления семантического смысла словосочетания «функция права» следует оперировать достаточно лаконичным и точным определением, данным Т.Н. Радько.

Под функцией права он понимает, прежде всего, «такое направление его воздействия на общественные отношения, потребность в осуществлении которого порождает необходимость в существовании права как социального явления» [15, с. 28]. Здесь наиболее ярко осуществляется апелляция к такому свойству функций права, как связь с социумом, его требование в наличии самого права. Подобное суждение вполне возможно проецировать и на функции исключительных норм. Именно потребность граждан в исключительной норме права обеспечивает ее функциональную принадлежность.

Что касается лексической конструкции «функция норм права», то наиболее удачным понятием, по нашему мнению, будет его авторское определение О.В. Пискуновой. Согласно ее позиции, функции норм права представляют собой единую систему, состоящую из «относительно обособленных, отличающихся постоянством, обусловленных целями и задачи развития современного общества, направлений воздействия на общественные отношения, а также устойчивых видов взаимодействия норм права с друг другом (внутрисистемных функций), в которых раскрывается сущность и юридическая природа правовых норм» [12, с. 7].

Корреляция языковых компонентов «функция права» и «функция норм права» осуществляется по смысловому значению самого слова функция – изменение другого явления [19, с. 1124]. В этом контексте, под этим качеством подразумевается преобразование общества, трансформация отношений, по поводу которых принята та или иная юридическая норма.

Общая норма права совместно со специальной нормой права регулирует социальные вопросы, напрямую воздействуя на них. Каждая из них связана со сферами действия, где объем влияния на правоотношения у общей нормы права больше, чем у специальной нормы права.

В самом общем виде, смысл специальной нормы права можно раскрыть, обратившись к трактовке данного явления С.С. Алексеевым. Согласно его концепции, специальная норма права представляет собой, прежде всего правовую норму, направленную на урегулирование конкретных действующих правоотношений [2, с. 77–78].

Ее функциональное предназначение достаточно велико и может включать в себя следующий перечень функций:

• – охранительно-регулятивную;

• – гарантийно-легитимирующую;

• – информационно-ориентационную;

• – ценностно-мотивационную;

• –    оценочно-интерпретационную;

• –    инструментально-предупредительную;

• –  юридико-техническую.

Впрочем, указанный регистр функций может быть дополнительно расширен в зависимости от сферы действия самой нормы права, ее разновидности или от отрасли права, в которой она имеет юридическое значение. К примеру, у специальных уголовно-правовых нормы-запретов возможно выделение таких функций, как:

• – конкретизация общих норм;

• – расширение  содержания общих норм-

• запретов;

• –    устранение расхождения между степенью общественной опасности конкретного деяния, закрепленной в норме права и её законодательной оценкой [22, с. 94–97].

В силу последних тенденций по специализации и унификации российского законодательства, специальные нормы права приобретают все большее значение, и поэтому их функциональная роль в правовой регуляции активно возрастает.

Наиболее ключевыми формами выражения указанных веяний является активное применение таких элементов, как дифференциация, конкретизация и детализация. Их главное предназначение состоит в том, чтобы наиболее полно и точно учесть все динамические аспекты общественных отношений, раскрыть новизну и последствия подобных качественных и количественных изменений в социуме [16, с. 7].

С целю реализовать последние формы на практике, законодатель прибегает к такой разновидности юридического инструментария, как исключительная норма права. Фактически, она представляет собой самобытную вариацию специальной нормы права. Исключительная норма аналогичным образом влияет на социальные связи посредством своего функционального потенциала. Однако в силу своей специфики комплекс функций, которые она выполняет, отличается как от конгломерата общих функций права и функций норм права, так и от плеяды специальных норм права вообще.

Для того, чтобы установить отличительные особенности исключительной нормы права нужно первоначально рассмотреть определение данного явления. По нашему мнению, для подобного рода компонента правовой действительной достаточно использовать лаконичную формулировку следующего плана.

Исключительную норму права можно представить, как «разновидность специальной нормы, предусматривающая возможность посредством изъятия или дополнения из общего либо специального предписания существования альтернативного варианта регламентации общественных отношений» [9, с. 67].

Важно отметить, что отличительными чертами настоящего компонента правовой регуляции будет неотъемлемая связь с общей нормой права и детерминанты ее применения в виде экстраординарных факторов, возникающих в повседневных реалиях жизни [5, с. 13–14]. Проецирование подобных характерных черт на определение функций исключительных норм права позволит более точно установить, как количественный перечень выполняемых функций специальных предписаний, так и самобытность последних.

В качестве отправной точки исследования на данном этапе обратимся к видовому разнообразию функций норм права. Основанием для классификации функции норм права достаточно часто используется критерий социального влияния правовых норм на природу общественных отношений.

К примеру, В.Д. Филимонов при установлении вариативности функций норм права определяет главным дифференцирующим фундаментом их социальную направленность. Так, он проводит деление на первоочередные организующие, охранительные функции и на частные, образованные от них (упорядочивающая, восстановительная, предупредительная функция) [20, с. 7–10].

О.В. Пискунова предлагает выделять общие и специальные функции в зависимости от воздействия на общественные отношения. Они в свою очередь градируются следующим образом «к общим относятся: системообразующая функция, регулятивная, информационно-ориентирующая, охранительная, целеопределяющая, мотивационная, гносеологическая, воспитательная и функция социального контроля поведения человека. К специальным, которые присущи некоторым нормам, ею относятся: учредительная функция, компенсационно-восполнительная, карательная, конкретизационная» [11, с. 88–91].

Результаты. В контексте определения функционального потенциала исключительных норм, необходимо оперировать спецификой влияния подобных разновидностей специальных норм на социум. Тем самым, следует отталкиваться как от вышеобозначенных тезисов по характерных чертам исключительных предписаний, так и от сущности самих функций права. На основании этого тезиса, попробуем установить наиболее значимые компоненты функционального предназначения исключительных норм. По нашему мнению, прежде всего, следует выделить следующие функции.

Регулятивная функция исключительной нормы права детерминирована самой семантикой права по упорядочиванию общественных отношений [1, с. 8–9]. Эта функция является основной, так как ключевая задача создания исключительной нормы заключается в обеспечении правового порядка. От результативности выполнения данной функции зависит эффективность всех остальных.

Охранительная функция исключительной нормы права связана с предыдущей функцией и направлена на нивелирование таких отношений, которые посягают на провозглашенные ценности, установленные в том или ином обществе [7, с. 7–9]. Фактически, роль исключительной нормы здесь состоит в образовании условий для беспроблемной реализации положений общей нормы права.

Аксиологическая функция исключительной нормы права обусловлена отсутствием в общем правиле универсального решения для всех уникальных ситуаций из жизни [3]. Для установления связующего элемента между вариативными событиями из жизни и высшими идеалами, которые вплетены в положения общей нормы, используется корректирующий юридический инструментарий в виде исключительной нормы.

Идеологическая функция исключительной нормы права коррелирует с аксиологической функцией исключительной нормы права, но не совпадает с ней. Ее направленность значительно шире и охватывает духовные, нравственные идеи, критерии, представления, ценности, которые становятся на определенный промежуток времени фундаментом для развития общества [14, с. 72–78]. В этом ключе, благодаря исключительной норме права, идеологические факторы проецируются как на само общество, так и на всю правовую систему.

Оценочная функция исключительной нормы права сводится к тому, что в исключительной норме права отражаются часто встречающиеся ситуации и случаи из жизни. Следует говорить о том, что в данном аспекте норма права несет в себе юридический анализ законодателем тех или иных обстоятельств действительности. В силу этого, граждане могут корректировать свое поведение, соотнося его со своими представлениями о должном [6, с. 41–42].

Системная функция исключительной нормы права направлена на поддержание иерархичности правовой регуляции, создании более логичных и предсказуемых юридический положений [4]. В результате, благодаря исключительной норме, более эффективно оптимизируется нормативное поле, что в итоге также обеспечивает удобство в соблюдении законности.

Конкретизационная функция исключительной нормы права . Исходя из неотъемлемого соподчинения между общей и специальной (исключительной) нормой, формируется баланс между абстрактными и конкретизирующими элементами нормативного предписания [10, с. 70–72]. Как правило, исключительная норма права детализирует общее правило под конкретную ситуацию, нередко имеющее экстраординарные или чрезвычайные качества и свойства.

Адаптивная функция исключительной нормы права состоит в создании предпосылок для оперативного разрешения экстраординарных обстоятельств, исключительных случаев, чрезвычайных ситуаций без обращения к пересмотру общего правила [13, с. 60–66]. Обозначенная функция исключительной нормы на данный момент более чем актуальна в связи с последними глобализационными тенденциями в виде цифровизации права [17, с. 56–58].

Прогностическая функция исключительной нормы права связана с анализом и учетом векторов развития общества для того, чтобы оперативно выстраивать механизмы по их эффективному правовому регулированию. И хотя некоторые ученые высказывают по этому поводу вполне обоснованный скептицизм, это ни в коем мере не умаляет функциональной роли исключительной нормы права [21, с. 94–96].

Контролирующая функция исключительной нормы права детерминировав содержанием в ее