Группообразующие характеристики современной российской студенческой молодежи: социокультурный аспект

Victoria V. Kotlyarova

Associate Professor,

Professor of the Department of Social and Humanitarian Disciplines, Institute of Service and Entrepreneurship (branch)

G ROUP-FORMING CHARACTERISTICS

OF MODERN RUSSIAN STUDENT YOUTH

Молодежь как объект социокультурного воздействия всегда представляла научный интерес для исследователей, что детерминировано особенностями ее возрастной группы, которой свойственны юношеский максимализм, сопро- тивление в воспроизводстве уже накопленных паттернов поведения, а также – структурная маргинальность. Причем, последнее свойство имеет отношение к студенческой молодежи как маргинальной части населения, которая «не участвует в производственном процессе, не выполняет общественные функции, не обладает социальным статусом и существует на те средства, которые либо добываются в обход общепринятых установлений, либо предоставляются из общественных фондов», имея при этом собственные группообразующие характеристики [1, с. 253].

Итак, какие же группообразующие характеристики можно выделить у современной студенческой молодежи?

Первой и главной, по нашему мнению, группообразующей характеристикой является статус студенческой молодежи, который определяется процессом прохождения учебно-подготовительной профессиональной деятельности, ориентированной на ее будущее социально-профессиональное положение. Согласно определению И.С. Кона, студенческая молодежь – это «особая социально-демографическая группа, выделяемая на основе совокупности возрастных характеристик, особенностей социального положения и обусловленных социально-психологическими свойствами» [2, с. 39]. Кроме того, студенческой молодежи приписывают ее прошлый социальный статус, коим можно считать статусное положение родителей.

Второй важной характеристикой студенческой молодежи является единство возрастных границ в диапазоне от 18 до 23 лет. Здесь стоит заметить, что возраст вообще имеет большую социологическую значимость, поскольку на каждом конкретном возрастном этапе индивид по-разному отражает и воспринимает окружающий мир, и по-особому реагирует на события социальной жизнедеятельности, претерпевает психосоматические и социальные изменения, которые отражаются на его личностных свойствах и состоянии социального самочувствия. Кроме того, восприятие возраста неизменно культурно и исторически социально обусловлено. Так, хотим обратить внимание на несколько более раннее взросление молодежи на постсоветском пространстве.

К примеру, современная российская студенческая молодежь, экстраполируя свою раннюю взрослость и проявляя социальную активность и включенность в социальные сети, зачастую, еще обучаясь на первом-втором курсах, уже озадачивается поиском работы, соответствующей своим потребностям (потребностям, которые, кстати сказать, не всегда могут быть социально здоровыми и приемлемыми) и сопротивляется тем стереотипным поведенческим моделям молодости, которые предполагают ее исключить из общества.

Говоря о возрастных границах, необходимо также подчеркнуть, что по мере взросления, при переходе на более старший курс обучения, у студенческой молодежи могут отмечаться определенные дифференциации и в профессиональной ориентации, и в заинтересованности отношения к учебе, и удовлетворенности качеством обучения, и восприятии собственных социальных и профессиональных перспектив. Все это накладывает свой отпечаток на социальное самочувствие и отражается на общей картине социального здоровья студенческой молодежи [3].

Третьей группообразующей характеристикой будем считать специфические черты субкультуры студенческой молодежи, которую принято именовать досуговой, поскольку эта субкультура иллюстрирует отмежевание от жизни старших поколений, не затрагивает трудовые и семейные отношения, а является ориентированной в основном на область развлечений, досуга и общения.

Cпецифические черты субкультуры студенческой молодежи, как известно, определяют ценностные, формирующиеся в процессе ее социализации, «в ходе которого происходит интериориза-ция норм общества в ценности личности», а чтобы регулятивные нормы социума результативно трансформировались в мотивационные ценности личности молодого человека, важно включение личности в значимые референтные группы: формальные и неформальные (образовательные, трудовые, семейные, гражданские, культурные, досуговые) [4, с. 175].

Как отмечают в своей монографии, посвященной анализу образа жизни и здоровью, исследователи В.А. Медик и А.М. Осипов, некоторые виды студенческого досуга могут соприкасаться с очень опасными для социального здоровья течениями в молодежной псевдокультуре, пропагандирующей и продвигающей доктрину индивидуализма, гедонизма, свободу интимных отношений, алкоголя и т.д., и лежащей, по сути своей, в русле интересов индустрии развлечений и алкогольного бизнеса [5]. Подобного рода ориентированность, направленную в основном на область развлечений и досуга, С.И. Левикова объясняет тем, что для большинства студенческой молодежи характерно определенное состояние свободы от множества повседневных обязанностей и ответственности, за исключением лишь учебы (да и то далеко не для всех) [6].

Трансформационный и рискогенный формат российского общества, детерминированный в т.ч. и пандемией, вызывает затруднения для молодежи, в том числе, студенческой, прохождения процессов социализации и социальной интеграции [7].

В социальных условиях риска и неопределенности, обусловленных изменяющимся характером социума, молодежная досуговая субкультура студентов, способствуя субъективному ощущению благополучия и удовлетворенности жизнью в целом, начинает играть роль некоего своеобразного «амортизатора», несколько смягчающего переход во «взрослое общество» и позволяющего оптимизировать социальное воспроизводство путем понижения уровня конфликтности с ним. Стоит отметить, что посредством молодежной студенческой субкультуры можно констатировать такие важные для становления и развития студенческой молодежи процессы, как процесс самоутверждения и самоидентификации (социального самоопределения).

Здесь хотелось бы обратить внимание на условия формирования социальной идентичности студенческой молодежи. Если в стабильном обществе социальная идентичность данной когорты трактовалась с позиций освоения ценностей и норм образовательного пространства, наделенного высоким статусом, то в отличие от этого, в так называемом на сегодняшний день, обществе риска, социальное самоопределение студенческой молодежи подвергается неуверенности в своем потенциальном будущем, ощущению социальной несправедливости в виду отсутствия равенства общественного положения, а вследствие этих процессов – в социальном алармизме (тревожности) в характеристике социального самочувствия и недоверия студенческой молодежи к различным происходящим процессам в современном социуме.

В подтверждение вышесказанного, приведем слова Г.И. Герасимова и Е.С. Топилиной, которые также утверждают, что в условиях системной трансформации общества одновременно проходит смена духовно-культурных ориентиров социального развития студенческой молодежи, которые аккумулируют в себе и традиционные представления о нормах и ценностях, и аксиологические инновационные практики, характеризующие процесс переоценки норм и ценностей в культурном сознании студенческой молодежи [8].

В силу неоднородного характера социального происхождения и соответственно материальноэкономического положения, студенческая молодежь представляется очень разнородной по своему составу. Однако по причине единства рода деятельности, коей выступает учеба и учебный процесс, а, следовательно, и определенной общности интересов, а также, вследствие однородности возрастных границ наряду с территориальным сосредоточением (например, проживание значительной части студентов в общежитиях), среда студенческой молодежи будет характеризоваться определенным самосознанием, специфической субкультурой и относительно схожим образом жизни.

Четвертой, но уже не общей, а особенной характеристикой, разделяющей студенческую молодежь, является ее этнокультурная принадлежность или, как принято называть, ее этническая идентичность, которая формируется в процессе социализации, социального воспроизводства и интеграции личности. В этой связи, этапы становления этнической идентичности принято