Идентификация наследодателя цифровых прав

Введение .

Не так давно цифровые права получили свое законодательное регулирование в Гражданском кодексе Российской Федерации [1]. Проблемы их наследования активно изучаются учеными-цивилистами и практиками, но единого мнения по поводу их разрешения в доктрине не выработано.

Одним из препятствий при осуществлении права наследования цифровых прав является проблема идентификации наследодателя [2, с. 360]; то есть, процедура посмертного установления принадлежности соответствующего цифрового объекта конкретному лицу.

В рамках исследования, автор рассматривает цифровые права шире, чем это установлено законом; и помимо цифровых финансовых активов, а также утилитарных цифровых прав на краудфандинговых платформах, причисляет к данному виду объектов гражданского права учетные записи, аккаунты, доменные имена, криптовалюты, невзаимозаменяемые токены и иные имущественные права, которые возникают, осуществляются и прекращаются в автоматизированной информационной системе и имеют имущественную ценность.

В статье предпринята попытка определить эффективный механизм внесудебной и судебной идентификации владельца цифровых прав в контексте их наследования.

Обсуждение .

В некоторых странах существуют трансграничные системы и национальные стратегии идентификации в глобальной сети [3]. В России такой нормативно-правовой акт отсутствует, в связи с чем, вопросы цифровой идентификации разрешаются в индивидуальном порядке.

В ряде случаев, российское законодательство возлагает на операторов распространения ин-

формации в сети интернет обязанность по идентификации пользователей по абонентскому номеру оператора подвижной радиотелефонной связи [4], но, в контексте цифровых прав, данное правило практически не работает.

Несмотря на распространенное в науке мнение о необходимости формирования систем обязательной идентификации в сети Интернет [5], национальные правила идентификации могут оказаться неэффективными ввиду трансграничного характера деятельности большинства информационных систем, в которых возникают, осуществляются и прекращаются цифровые права.

При указании идентификаторов цифрового права в завещании, а также в случае сообщения наследодателем ключей доступа к информационной системе в закрытом завещании проблем в получении у нотариуса свидетельства о праве на наследство возникать не должно. Однако оператор информационной системы может не передать цифровое право во владение наследнику по ряду причин, среди которых:

– наличие запрета на наследование цифрового права в пользовательском соглашении;

– невозможность идентификации личности наследодателя как владельца цифрового права при указании им в регистрационной карточке недостоверных сведений о себе;

– отказ наследодателя от прохождения процедуры подтверждения личности после регистрации в информационной системе.

Представляется, что в таких случаях, а также в случае отказа нотариуса в выдаче свидетельства о праве на наследство, наследникам следует воспользоваться правом на судебную защиту нарушенных прав и законных интересов, допустимыми и относимыми доказательствами устанавливая принадлежность цифрового права наследодателю. При рассмотрении таких споров требуются специальные технические познания в сфере информационных технологий, целесообразно назначение судебной компьютерной экспертизы.

Следует отметить, что эксперт не вправе самостоятельно собирать доказательства. Сторонам спора, а иногда и третьим лицам при содействии суда, следует их предоставить в материалы дела в надлежащей форме до назначения судом экспертизы.

Некоторые проблемы цифровой идентификации в настоящее время разрешаются проще, если наследодатель использовал для регистрации и авторизации в информационных системах подход «одно лицо – одна идентичность», то есть единую систему идентификации [6, c. 91]. Примерами таких систем являются сервисы авторизации VK ID и Единая система идентификации и аутентификации в инфраструктуре, обеспечива- ющей информационно-технологическое взаимодействие информационных систем, используемых для предоставления государственных и муниципальных услуг в электронной форме. Оператор подобного сервиса способен сообщить заинтересованному лицу не только информацию о регистрации и авторизациях пользователя этого сервиса, но и предоставить необходимые для идентификации сведения о соответствующем пользователе иных информационных систем с интегрированным единым сервисом авторизации.

Наибольшую сложность представляет идентификация наследодателя криптовалют и иных цифровых прав, существующих в информационных системах, сконструированных на основе технологии блокчейн в ее децентрализованной форме, так как у такой системы, во-первых, отсутствует оператор, и, во-вторых, пользователи регистрируются и осуществляют транзакции анонимно. Тем не менее, в науке выработан механизм идентификации владельцев криптокошельков с использованием сервисов-обозревателей блокчейна, например, blockchair.com, tokenview.com и blockchain.com, с применением эвристического метода, кластерного анализа и системы анализа графов [7, c. 104].

Важную роль в процессе идентификации наследодателя цифровых прав играет концепция цифрового следа. Деятельность пользователя социальных сетей и других цифровых прав оставляет уникальные информационные отпечатки в сети интернет, например, фотоизображения, видеоматериалы, адреса электронной почты, абонентские номера, идентификаторы различных учетных записей. Такие следы делятся на пассивные, то есть оставляемые в глобальной сети без ведома и согласия пользователя, и активные, которые владелец цифровых прав добровольно указал и распространил в интернете [8, c. 4]. Более того, соответствующие цифровые следы могут содержаться в компьютерах и иных устройствах наследодателя, а также на материальных носителях информации, содержащих ключи доступа к информационным системам (токены). Наличие и значение таких цифровых данных для идентификации наследодателя цифровых прав сложно установить лицу, не обладающему специальными познаниями в сфере информационных технологий. Соответственно, устройства, носители информации и ключи доступа следует предоставить для анализа специалисту или эксперту в соответствующей технической сфере.

До момента появления и распространения технологии подделки личности «deep fake» одним из самых достоверных способов идентификации пользователя считался анализ и сопоставление биометрической информации [9, c. 258].

В России на законодательном уровне установлены требования к идентификации и аутентификации физических лиц с использованием био- метрических персональных данных, а также существует единая биометрическая система в форме государственной информационной системы [10]. Развитие данного сервиса, по мнению автора, в дальнейшем способно значительно упростить процесс идентификации наследодателя цифровых прав.

Также, идентификация наследодателя цифровых прав может быть произведена на основании письменного ответа оператора соответствующей информационной системы на запрос нотариуса или суда. Подробное указание в таком ответе на предоставленные пользователем при регистрации и последующих авторизациях сведения в своей совокупности позволяют сопоставить личность наследодателя с содержащейся в цифровой системе информацией.

Результаты .

По результатам исследования автор отмечает, что процесс идентификации наследодателя цифровых прав осложнен отсутствием современного правового регулирования и необходимостью применения специальных познаний в сфере информационных технологий. Регламентация данной процедуры на национальном уровне не принесет должного результата ввиду трансграничности большинства информационных систем. В сложных случаях идентификации целесообразно применять концепцию цифрового следа, складывая отдельные фрагменты цифровых отпечатков в единое целое. Развитие еди- ных систем биометрических данных, авторизации и аутентификации, а также добросовестное поведение операторов информационных систем способствуют упрощению и легитимации процедуры идентификации наследодателя цифровых прав.

Заключение .

Исследование показало, что современная наука и техника позволяют идентифицировать даже владельцев криптовалют в анонимных децентрализованных информационных системах, спроектированных на основе технологии распределенного реестра (блокчейн).

Отсутствие законодательно установленных критериев оценки достаточности и качества сведений, позволяющих идентифицировать владельца цифровых объектов, указывает на преимущественно судебную форму осуществления права наследования цифровых прав.

Институт наследования цифровых прав нуждается в ускоренном развитии единой системы идентификации и аутентификации, а также выявлении учеными новых и совершенствовании существующих методик идентификации пользователей информационных систем.

Целесообразно на законодательном уровне закрепить общие принципы идентификации владельцев цифровых прав, не углубляясь в подробную регламентацию этого процесса.