Индикация византийского солида из катакомбы Маяцкого могильника

Обращение монет на территории Хазарского каганата неоднократно привлекало внимание исследователей. Прежде всего это касается арабских дирхемов, обнаруженных как в составе кладов, так и в качестве погребального инвентаря или случайных находок. Меньше работ посвящено рассмотрению византийских монет, что обусловлено редкостью их находок.

Наибольшее количество находок византийских монет на территории Ха-зарии тяготеет к Северному Причерноморью. В частности, они встречаются в подкурганных погребениях предсалтовского круга древностей ( Семёнов , 1988. С. 103; Круглов , 2005. С. 173–175). Появление византийских монет в лесостепи также, вероятно, связано с населением, практиковавшим курганный обряд погребения – в кургане у с. Столбище, датируемом серединой VIII в., обнаружены два солида – Феодосия III (716–717, по В. В. Кропоткину) и Льва III (717–720, по А. И. Семёнову) ( Афанасьев , 1987. С. 193).

Известны находки византийских монет и в салтовских древностях (рис. 1). Например, при раскопках Сидоровского городища обнаружен солид Льва III и Константина V, солид императрицы Ирины и фоллис Льва V ( Кравченко , 2020. Табл. 4). В большинстве же случаев находки византийских монет и их подражаний связаны с погребальными комплексами салтово-маяцкой культуры и в целом немногочисленны.

В частности, солид Льва III обнаружен в катакомбе № 10 Ютановского могильника (Афанасьев, 1979. Л. 3). В погребении обнаружены также рогатая

Рис. 1. Карта находок византийских монет и их подражаний в ареале памятников салтово-маяцкой культуры лесостепного Подонья

1 – Маяцкий могильник; 2 – погребение у с. Столбище; 3 – Ютановский могильник; 4 – Дмитриевский могильник; 5 – Старосалтовский могильник; 6 – Нетайловский могильник; 7 – Кицевский могильник; 8 – Сидоровское городище пряжка и шарнирная бляшка с пятиугольным щитком, что говорит о ранней дате комплекса. Два солида Константина V выявлены в погребении № 164Б (Крыга-нов, 1993. С. 84) и № 249 Нетайловского могильника (Лаптев, 2013. Табл. 3), затертый солид Льва III и Константина V, использовавшийся как подвеска, в погребении № 472 того же могильника (Комар, 2011. С. 562–563). Хронологическая позиция погребения № 164Б определяется Т-образной фибулой, двумя серебряными пряжками с ажурным орнаментом и массивными браслетами, что позволило исследователям датировать его последней третью VIII в. (Аксёнов, 2012. С. 178).

Еще одной категорией монетных находок в погребениях салтово-маяцкой культуры являются подражания. География распространения подражаний раннесредневековым византийским монетам широка ( Ртвеладзе, Рунич , 1971; 1976. С. 153–154; Круглов , 2002. С. 91), встречены они и в лесостепном Подо-нье. Позолоченное подражание солиду Тиберия III (698–705) (по определению В. В. Кропоткина) обнаружено в катакомбе № 69 Дмитриевского могильника

( Плетнёва , 1989. С. 58). На том же могильнике в катакомбах № 131 и № 92 выявлено два оттиска византийских монет, а в катакомбе № 185 подражание, которые остались без определения ( Плетнёва , 1989. Рис. 58; Сарапулкин , 2005. Л. 36–38). Одна из индикаций происходит из катакомбы № 14 Старосалтовско-го могильника. В. С. Аксёнов определил ее как сделанную с солида Льва III и Константина V периода их соправления ( Аксёнов , 1999. С. 141). Позже монета была переатрибутирована И. В. Петровым, как подражание солиду Константина V ( Петров , 2014). Еще одна находка – плакированный солид Льва III происходит с территории Кицевского кремационного могильника. Следы пребывания в огне позволяют отнести монету к погребальному инвентарю ( Аксёнов , 2017. С. 20).

Учитывая редкость находок византийских монет и их подражаний в комплексах салтово-маяцкой культуры, актуальной задачей является введение в научный оборот новых материалов. К ним относится индикация, обнаруженная в погребении Маяцкого могильника.

Находка индикации была сделана в катакомбе № 98. Погребальная камера содержала парное захоронение женщины 50–55 лет и ребенка 4–6 лет. Из-за разрушения костяков в ходе повторного проникновения восстановление их первичного расположения невозможно. Кости скелетов были разбросаны в левой половине камеры (рис. 2: 1 ). Среди костей был обнаружен погребальный инвентарь: нож с остатками деревянных ножен (рис. 2: 6 ), серебряная штампованная подвеска со стеклянной вставкой лилового цвета в центре (рис. 2: 2 ), плоская серебряная пластина диаметром 26 мм (рис. 2: 5 ), два позолоченных бубенчика (рис. 2: 3, 4 ), шесть бусин (рис. 2: 7–11 ), ручка чернолощеного сосуда и индикация из золотой фольги на круглой медной бляшке диаметром 18–19 мм ( Плетёва и др. , 1980. С. 53-54) (рис. 2: 12 ).

В монографии, посвященной Маяцкому могильнику, В. С. Флёров указывает не на медную, а на бронзовую основу индикации ( Флёров , 1993. Рис. 52). Осмотр индикации, хранящейся сейчас в фондах археологического музея ВГУ, позволил подтвердить сведения В. С. Флёрова о ее бронзовой основе. Края индикации загнуты для крепления к основе. В верхней и нижней частях проделаны сквозные отверстия: верхнее пробивалось с лицевой стороны, нижнее с оборотной.

Индикация была изготовлена с аверса солида Константина V и Льва IV (741– 775). Прототип – поздний выпуск, уже к концу их совместного правления¹. При этом способ изготовления данной индикации – плакирование золотой фольгой, встречается редко ( Гурулёва , 2018. С. 74).

Из византийских монет эпохи раннего Средневековья наибольшее распространение в Северном Причерноморье получили именно солиды Константина V ( Абрамзон , Остапенко , 2016. С. 270). Эти же солиды доминировали по количеству среди монет Славянского клада ( Гурулёва и др. , 2011. С. 136). По мнению исследователей, данный факт является следствием дружественных политических

• ¹    Выражаю благодарность В. В. Гурулёвой за определение индикации.

Рис. 2. Катакомба № 98 Маяцкого могильника

1 – чертежи и профили катакомбы (по: Флёров, 1993); 2 – подвеска; 3, 4 – бубенчики; 5 – пластина; 6 – нож; 7–11 – бусы; 12 – индикация отношений между Хазарией и Византией (Гурулёва, 2005. С. 44; Абрамзон, Остапенко, 2016. С. 271).

Судя по наличию отверстий, индикация использовалась как украшение. Точнее говорить о способе/месте ношения не приходится, т. к. и костяки, и погребальный инвентарь в катакомбе были перемешаны. И все же наличие двух отверстий предполагает использование индикации в качестве нашивки. Аналогии такому применению индикаций известны у кавказских аланов. Например, кавказские аланы использовали монеты и индикации для украшения женского головного убора и прически ( Иерусалимская , 2012. С. 73; Шестопалова , 2019. С. 72).

Вопрос датирующих возможностей находок византийских монет в раннесредневековых древностях Восточной Европы не раз обсуждался в литературе (подробнее см.: Комар , 2011). Рассмотренная индикация была изготовлена, видимо, в период поступления монет Константина V и Льва IV к населению Хаза-рии. Наличие отверстий свидетельствует о том, что какое-то время индикация использовалась в качестве украшения/нашивки.

При определении времени ее археологизации следует учитывать несколько факторов, первый из которых – возраст погребенной в катакомбе (50–55 лет). Также следует обратить внимание на сопровождающий инвентарь, в частности, на серебряную штампованную подвеску со стеклянной вставкой в центре (рис. 2: 2 ). Прямые аналогии подвеске обнаружить не удалось, однако похожие подвески известны в аланских древностях Северного Кавказа². Например, близка рассматриваемой пластинчатая подвеска из впускного погребения № 2 кургана № 8 Аллероевского могильника ( Виноградов , Мамаев , 1979. Рис. 4: 29 ). Погребение датировано концом VII – началом VIII в. (Там же. С. 69). Внимания заслуживает и тот факт, что погребение Старо-салтовского могильника с подражанием солиду Константина V датировано по сопровождающему инвентарю последней четвертью VIII в. ( Аксёнов , 1999. С. 141).

Таким образом, время совершения захоронения в катакомбе № 98 Маяцкого могильника может быть отнесено к концу VIII – началу IX в.