Из истории послеоккупационного города Кропоткина (в протоколах и решениях Кропоткинского ГК ВКП (б)). 1943–1944 гг.

Введение. Специальных исследований по истории повседневности города Кропоткина в начальный послеоккупационный период в годы Великой Отечественной войны встречается мало [1, 2]. Тема только начинает изучаться и разрабатываться.

Основной целью статьи является пополнение фактологической базы истории повседневной действительности городов и районов Кубани в годы Великой Отечественной войны, в том числе и города Кропоткин.

Основным источником для написания статьи стали архивные документы Фонда – 2061: «Кропоткинский городской комитет КПСС» 1943-1991 гг., находящиеся на хранении в Центре документации новейшей истории Краснодарского края (ЦДНИКК), г. Краснодар. В фондах отложились документы, созданные по времени их появления в период Великой Отечественной войны. И, в частности, документы, датируемые с ноября 1943 года по апрель 1944 года. По своему содержанию это информационные сводки, протокол заседания оргбюро Краснодарского крайкома ВКП (б), посвященный сложившемуся положению в городе Кропоткин, протоколы заседаний Бюро Кропоткинского ГК ВКП (б), его обращения в адрес секретаря Краснодарского крайкома ВКП (б) и в адрес Командующего СКВО.

Содержанием всех рассмотренных документов являлись меры, предпринимаемые для полного восстановления власти, обеспечения населения города Кропоткина продовольствием, наведения порядка пользования уцелевшим жилым фондом. А также по принятию мер для противодействия в городе участившимся случаям группового хулиганства, воровства и мародерства.

Приведенные в статье сведения имеют недостаток, там выбраны из документов и воспроизводятся только фамилии участников событий, без имен и отчеств, или их инициалы, которые в документах не упоминаются.

Восстановление всех сфер экономической и социальной жизни населения в Краснодарском крае после освобождения большинства его районов в январе-феврале 1943 г. от немецко-фашистских захватчиков стало одной из составляющих частей общегосударственной программы восстановления народного хозяйства районов РСФСР, находившихся в оккупации (ранее) или прифронтовой зоне.

Тема изучалась исследователями в обобщающих трудах о роли РСФСР в общей победе СССР над оккупационной германской армией и силами ее союзников [3].

Исследовалось и такое направление, как история восстановления освобожденных от фашистской оккупации районов СССР в годы Великой Отечественной войны. Так, этой теме посвятил монографию Ю.А. Приходько [4] и свои статьи Г.Е. Корнилов [5], К.А. Никитенко [6].

Восстановление органов власти Крыма после окончания немецко-фашистской оккупации стало темой исследования П.А. Румянцева [7].

Повседневность населения Полоцкой области в послеоккупационный период Великой Отечественной войны изучала и опубликовала по этой теме статью И.В. Николаева [8].

Социально-экономические последствия нацистской оккупации на территории РСФСР и восстановительный процесс в годы Великой Отечественной войны стали темой статей В.А. Македонской [9, 10]. Возрождение промышленности Юга России в 1943-1945 гг. исследовалось Н.В. Селюниной [11].

Шефская помощь областей Поволжья освобожденным регионам страны в период 1943-1944 гг. стала темой статьи О.С. Левиной [12] и др.

Статья посвящена повседневности города Кропоткин, связанной с трудностями восстановления снабжения населения хлебом, проблем в наведении общественного порядка и в жилищной сфере, пресечении махинаций и воровства продовольствия в конце 1943 – начале 1944 гг.

Усилия партийного и государственного руководства города Кропоткин были направлены на преодоление существовавших трудностей и проблем, возникших вследствие разрушений городской инфраструктуры немецко-фашистскими оккупантами. Процессы преодоления такого рода трудностей, стоявших перед жителями Кропоткина, недостаточно отображены в научной литературе и архивных источниках.

Методы исследования . В статье были использованы историкосравнительный и хронологический методы исторического исследования, а так же методы и приемы, характерные для таких исторических направлений, как история повседневности и микроистория. Использовались методы систематизации и обобщения, позволившие решить поставленную цель.

Обсуждение. Восстановление экономической и социально-общественной инфраструктуры в подвергшихся оккупации городах и районах Кубани стало первоочередной задачей и началось сразу же после их освобождения от оккупационных войск. Фашистская оккупация территории Краснодарского края нанесла колоссальный ущерб всем сферам жизни населения. Задачи восстановленной после немецкой оккупации уже в полном объеме власти, были многообразны и трудны для исполнения, учитывая общую ситуацию всеобщей нехватки многих ресурсов.

В частности, очень остро стоял вопрос о снабжении населения города Кропоткина печеным хлебом. Так, на заседании оргбюро Краснодарского крайкома ВКП (б) от 16 декабря 1943 года специально обсуждался вопрос о перебоях в снабжении хлебом города Кропоткин и причин, приведших к такой ситуации.

Дело было в том, что в первой половине декабря 1943 г. хлебное снабжение проходило с большими перебоями. Основной причиной тому были действия краевой конторы «Заготзерно», которая задерживала наряды на муку, т.е. вовремя ее не поставляла. Наряды были получены только во второй декаде декабря. Причем, вопреки распоряжению Наркома заготовок, тов. Субботина от 24.07. 1943 года, о немедленном прекращении отпуска зерна вместо муки для хлебопечения, Крайзаготзерно, из месяца в месяц продолжало поставлять вместо муки зерно. Так ему было легче и проще.

Например, в ноябре месяце 1943 года, городу было отпущено по разнарядке 100 тонн зерна, в декабре еще 50 тонн. Причем зерно город получал в ассортименте, как правило, ячменем. А стандартный выход муки из ячменя составлял 87 %. Таким образом, город систематически недополучал 13 % муки. Кроме того, вызывала большие трудности и сами транспортировка зерна для города в связи с разрушениями транспортной инфраструктуры.

Исходя из сложившегося положения, Бюро Кропоткинского ГК ВКП (б) постановило:

• 1.    Просить крайком ВКП (б) и Крайисполком: Принудить контору Крайзаготзерно в последующие месяцы 1944 года высылать наряды только на муку [13, л. 2].

• 2.    В целях недопущения дальнейших перебоев в снабжении города хлебом, директора «Заготзерно», тов. Глущенко обязывался полностью выдавать Кропоткинскому хлебокомбинату до конца месяца (декабря) 140 тонн занаряженной муки и тот же декабрь месяц 1943 года – 50 тонн зерна. Причем указанное зерно, вместе с хлебокомбинатом необходимо было завести на городскую мельницу и в пятидневный срок его перемолоть.

• 3.    Заведующий райторготделом, тов. Харченко, обязывался выделить артели «Красный Октябрь» из общего фонда муки 20 тонн для хлебопечения.

• 4.    Председатель артели «Красный Октябрь», тов. Мартиросянц, обязывался завезти все 20 тонн указанной муки с Гетьмановской мельницы в артель, до 1 января 1944 года переработать ее на хлеб и выдать городскому торгу.

• 5.    Директор МЭЗ (Мастерских электромонтажных заготовок), тов. Белозеров обязывался дать мельзаводу № 9 во временное пользование дробилку для дробления жмыха.

• 6.    Директору мельзавода № 9, тов. Соловьеву предлагалось в двухдневный срок установить указанную дробилку на мельнице и, не медля приступить к дроблению и помолу жмыха, занаряженного Крайисполкомом. В тот же срок ему предписывалось установить магниты для вылавливания металлических примесей при помоле жмыха.

• 7.    Директор хлебокомбината тов. Стройков обязывался в трехдневный срок завести с маслозавода занаряженные 30 тонн жмыха на мельзавод № 9, немедленно приступить к его помолу и ввести его в качестве примеси при хлебопечении, в количестве 10 %. Указанная примесь должна была добавляться при выпекании хлеба и на пекарнях Кавказского ОРСа, и артели «Красный Октябрь».

• 8.    Начальник службы железнодорожного движения, тов. Симоношвили, обязывался регулярно обеспечивать подачу вагонов по заявкам конторы «Загот-зерно» и Кропоткинского хлебокомбината на пункты заготзерно и мельницы, для переработки зерна и муки.

• 9.    Директору Кропоткинского хлебокомбината, тов. Стройкову, горкомом ВКП (б) строго указывалось на несвоевременную погрузку и выгрузку подаваемых вагонов, в результате чего были допущены их большие и неоправданные простои.

• 10.    В целях улучшения качества выпечки хлеба и бесперебойного снабжения им населения города Кропоткин, директор хлебокомбината, тов. Стройков обязывался к следующему: 1. Немедленно завести на хлебокомбинат необходимое количество муки и все время иметь трехдневный запас таковой. 2. Разработать твердый график выпечки и выборки хлеба торгующими организациями с таким расчетом, чтобы в торговую сеть хлеб развозился не позже 4 часов дня [13, л. 2].

В конце каждого месяца давать телеграфное указание местному отделу «Заготзерно» об отпуске авансом муки на последующий месяц в счет будущего наряда.

Кроме того, категорически запрещалась выдача хлеба с хлебокомбината потребителям в горячем виде.

Директору горпродторга, тов. Скрипнику, указывалось на несвоевременную и неполную выборку хлеба с хлебокомбината в дни его полной выпечки, отчего уже испеченный и готовый к отгрузке хлеб лежал на комбинате, вовремя не доходя до потребителя.

Руководителям торгующих организаций города убедительно предлагалось обеспечить своевременную выборку хлеба с хлебокомбината, своевременный завоз его в торговую сеть.

Директор хлебокомбината тов. Стройков, директор «Заготзерно», тов. Глущенко, директор мельзавода, тов. Соловьев, директор Раймельуправления, тов. Пушкарь и председатель артели «Красный Октябрь» предупреждались, что они несут персональную ответственность за срыв снабжения населения хлебом.

Заведующему райторготделом, тов. Харченко предлагалось проследить за выполнением этого решения и усилить ежедневный и надежный контроль качества выпечки хлеба [13, л. 3].

Перед городом остро стояла не только проблема надежного и достаточного обеспечения горожан хлебом. Оккупация Кропоткинского района Краснодарского края длилась с 4 августа по 29 января 1943 года [14, с. 199], сопровождалась большим объемом разрушениями жилой и социально-производственной инфраструктуры. Но и после изгнания врага, особенно в первые месяцы, положение города и в целом Кропоткинского района было отчаянным.

«Только за период с 20 марта по 2 апреля 1943 года фашисты сбросили с самолетов «Ю-88» и «ХЕ-111» 627 бомб калибра 250 килограммов и 630 зажигательных. В ночь на 13-14 мая противник сбросил с 14 самолетов «ХЕ-111» 23 крупнокалиберных бомбы (более 250 кг). Последний налет на Кропоткин фашисты произвели в сентябре» [15, с. 324-325].

Перед городом стояла очень сложная и медленно решаемая проблема обеспечения жилыми помещениями и административными площадями жителей и организаций города. Осенью 1943 года в связи с невозможностью, в силу больших разрушений в городе, разместиться в городе Кропоткине центрам города и района одновременно, в Крайком ВКП (б) от городского комитета партии поступила просьба о перенесении центра Кропоткинского района в менее разрушенную станицу Кавказскую [13, л. 3].

Туда же должны были переехать все районные организации и их работники, еще не приступившие к работе. Но, все уже приступившие к работе межрайонные организации: Межраймельуправление, Кропоткинское Отделение Госбанка, Межрайконтора, Торгплодовощетрест, Межрайотделение Крайзаготззер-на, Межрайконтора Заготскота и им подобные все же оставались в городе Кропоткин [16, л. 65].

В связи с теми же большими разрушениями очень остро, как упоминалось выше, стояла и жилищная проблема. В связи с этим к уплотнению и рациональному использованию жилищного фонда призывал Кропоткинский горисполком совета народных депутатов.

В целом, в городе, по сведениям ГК ВКП (б) часто имели место случаи спекуляции и перепродажи жилого фонда горисполкома. Отмечалось многократное превышение норм жилья на одного человека, в том числе и среди коммунистов. В тоже время инвалиды войны, семьи военнослужащих, ответственных и партийных работников, а также граждане, пострадавшие от бомбардировок и др., бедствовали, не имея никакой жилплощади, им приходилось ютиться по углам.

Сами квартиросъемщики, без каких-либо уведомлений Кропоткинского городского жилищного управления, вселяли в свои квартиры случайных людей, получая за это от них большие суммы денег, а домоуправления давали незаконные справки об обеспеченности этих граждан жилплощадью. Затем, на основании этих же справок городской паспортный стол прописывал их в городе.

Прокуратура и суды, по мнению ГК ВКП (б), все это считали нормальным и законным, никак не помогая Горисполкому в его борьбе со спекуляциями жилплощадью, не практикуя дачи санкций на выселение лиц, которые по существу незаконно занимали жилую площадь в городе.

В связи со всеми этими фактами, Бюро Кропоткинского горкома ВКП (б) [13, л. 3] постановило немедленно обязать Горисполком, Горкомхоз и Горжилу-правление к осуществлению следующих действий:

• 1.    В течении 10 дней проверить с обмером и составлением акта каждую квартиру горуправления, со сверкой живущих в квартире согласно прописке в домовой книге. Проверить правильность начисления квартирной платы, согласно существующего законоположения и с учетом своевременности уплаты квартплаты жильцами. Излишки жилой площади учесть и использовать для представления гражданам, согласно поданным ими заявлениям, в первую очередь обеспечивать жилплощадью инвалидов отечественной войны, семей фронтовиков и др.

• 2.    Секретари городских парторганизаций обязывались выявить всех коммунистов, занимавших излишнюю жилплощадь, обсудить на собраниях своих парторганизаций их вопрос. Привлечь виновных к партийной ответственности за их спекуляции на трудностях с жилплощадью в городе.

• 3.    Начальник Кропоткинского РО НКВД, тов. Лаворко, обязывался дать соответствующее указание паспортному столу о прописке граждан в том случае, если справки домоуправления и квартальных комитетов заверены Кропоткинским горисполкомом.

• 4.    Городской прокурор и народные судьи обязывались оказывать действенную и всестороннюю помощь Кропоткинскому горисполкому в наведении строгого порядка с городским жилищным фондом [13, л. 3об].

Требовалось установить строгую и обязательную очередность и регистрацию поступавших заявлений от граждан. При представлении жилплощади согласно поданным заявлениям, требовалось производить предварительную проверку действительной нуждаемости в жилплощади просителей. Жилуправлению, домоуправлениям и всем квартиросъемщикам категорически запрещалось вселять и давать справки на право прописки гражданам без ведома соответствующих отделов горисполкома. За нарушение этого постановления Бюро ВКП (б) Кропоткинского горкома предлагало привлекать виновных к судебной ответственности.

Еще более неприятными и неудобными для действующей власти были некоторые случаи «мародерства и хищений» в тяжелых условиях военного времени. Особенно случаи, когда мирное население ущемляли действующие военнослужащие. Следующий документ, приводимый в статье, дает представление о сложившемся положении.

Сов. Секретно.

«Командующему СКВО, генерал-лейтенанту тов. Курдюкову.

Копия: Секретарю Крайкома ВКП (б), тов. Селезневу.

В дополнении к сообщению № 1/665 от 27.11. 1943 г., ставлю Вас в известность о том, что хулиганские действия, граничащие с бандитизмом со стороны военнослужащих в городе Кропоткине продолжают иметь место до сих пор.

В частности, 2 декабря 1943 года, группа военнослужащих в числе 7 человек, вооруженная палками и финскими ножами, явилась на рынок в г. Кропоткине, где учинила погром над колхозниками и колхозницами.

Погром сопровождался избиением колхозников, отбором у них продуктов (масло, сало, колбасы и проч.). У многих колхозников была разбита посуда, находившаяся с продуктами.

В течении 2-х часов эти военнослужащие терроризировали население, разбив голову одному красноармейцу и 13-летнему мальчику, избили женщину.

Находившиеся в это время на рынке комендантские патрули в числе 4 человек, на глазах которых собственно и происходили бандитские действия военнослужащих, оказались безучастными и никаких мер к бандитствующей группе принять не решились.

В связи с тем, что произвол против мирного населения со стороны военных в г. Кропоткин принял угрожающий характер, настоятельно прошу принять срочные меры по прекращению этих безобразий.

Начальник Управления НКВД по Краснодарскому краю

Комиссар Госбезопасности – Медведев.

№ 1/725. 7 декабря 1943 г. гор. Краснодар» [16, л. 3].

К сожалению, в материалах дел по этим событиям нет данных, какие меры были приняты для противодействия хулиганам. Город Кропоткин был крупным населенным центром. Из 60 тысяч населения города перед началом войны, по состоянию на 15 июня 1944 года, в нем постоянно проживало 39 тысяч человек [17, л. 40]. И, конечно же, вопросы обеспечения и соблюдения правопорядка в городе имели большое значение и подлежали срочному их решению.

Как уже выше упоминалось, в городе отмечалась большая нехватка самых необходимых продовольственных товаров, продуктов. Что, собственно, породило волну их расхищений (и случаев разбазаривания), в которых, как было выявлено и доказано, принимали участие и некоторые должностные лица, работавшие в сфере снабжения. Такие явления были отмечены в некоторых районах Краснодарского края.

Собственно, под разбазариванием в статье понимается нерациональное использование продовольственных товаров на складах и в Отделах рабочего снабжения (ОРС), например, таких как их растрата или расточительство, выражавшееся в ненадлежащем хранении, что вело к их порче и т.д.

Теперь о случаях расхищения и воровства. В ночь с 21 на 22 апреля 1944 г. Кропоткинским городским отделом НКВД была разоблачена воровская шайка (организованная преступная группа), которая орудовала в основном на железнодорожной станции станицы Кавказская. Членами этой шайки, в том числе, состояли и работники военной комендатуры железнодорожной станции станицы Кавказская. Объектом воровства, в первую очередь, было остродефицитное продовольствие.

Следствие выявило, что по выясненным и затем уточненным данным, начиная с октября 1943 по апрель 1944 гг., этой шайкой, как минимум, были похищены три вагона картофеля, один вагон риса, и, по имевшимся данным, один вагон муки.

По этому делу (о множественных хищениях), в апреле 1944 года было арестовано около 15 человек сообщников, из них трое были офицерами военной комендатуры. В их числе находился и диспетчер военной комендатуры станции Кавказская – лейтенант Токарев [17, л. 14-15]. По тому времени объем похищенного и денежная сумма, в которую оценивалось похищенное, были очень крупными.

За 4 квартал 1943 и январь-февраль 1944 гг., в Краснодарском крае органами НКВД были выявлены растраты и хищения продовольствия в ряде Отделов Рабочего Снабжения (ОРС):

В Тимашевском ОРСе, где начальником был тов. Наконечный, было расхищено хлеба – 1415 кг, мясо-рыба – 1296 кг, сахарокондитерских изделий – 92 кг, крупы (разной) – 807 кг. Большое количество продуктов и промтоваров было незаконно отпущено по спискам и запискам.

В Краснодарском ОРСе Учстроя (Начальник тов. Безуглый) было расхищено и разбазарено мясо-рыбы – 2725 кг, крупы – 332 кг, муки – 131 кг, консервы – 284 банки, жиров – 88 кг, хлеба – 990 кг.

В Туапсинском ОРСе (Начальник тов. Руденко), было доказано расхищение соли – 2074 кг, а так же испорчено в результате ненадлежащего хранения муки-зерна – 2359 кг., крупы – 1320 кг., и картофеля-овощей – 4416 кг.

В Тихорецком ОРСе (Начальник тов. Дибривный) было разбазарено 386 голов поросят, которые были выделены для подсобных хозяйств различных организаций [18, л. 40].

Разбазаривание в этот период достигло больших масштабов по всей стране, что и породило, собственно, Постановление Совета Народных Комиссаров РСФСР № 440 от 26 мая 1944 г. «О мерах по усилению борьбы с разбазариванием промышленных и продовольственных товаров на предприятиях местной промышленности, промысловой кооперации и кооперации инвалидов РСФСР». Постановление, прежде всего, было направлено именно на борьбу с разбазариванием.

Выводы. Анализ документов Центра документации новейшей истории Краснодарского края позволяет сделать вывод, что реальной повседневностью города Кропоткина послеоккупационного периода, в 1943-1944 гг., являлось выживание в тяжелых условиях нехватки продовольствия и неразберихи с обес- печением им горожан, общей жилищной нехватки и неустроенности уязвимых категорий граждан, борьбы с противоправными действиями и иными многочисленными проблемами.

Местные партийные и советские органы власти пытались решить и постепенно решали вопросы по удовлетворению материально-бытовых нужд населения, прилагали все усилия по восстановлению правопорядка. Но повсеместная нехватка средств и продовольствия, бесхозяйственность, дефицит самого необходимого для жизнедеятельности города никак не позволяли оказать действенную практическую помощь всем нуждающимся в поддержке и в быстрые сроки ликвидировать разруху. Именно по причине разрухи и отсутствия подходящих зданий городские власти города Кропоткина просили Краснодарский Крайком ВКП (б) о переносе центра Кропоткинского района в станицу Кавказскую, которая тоже была разрушена, но в меньшей степени.

Но, несмотря на все трудности и потери, тяжелые условия повседневной жизни, абсолютное большинство жителей города своим упорным, самоотверженным трудом всемерно приближали по-настоящему мирную жизнь, выживая сами и помогая решать основные задачи восстановления своего города, страны в целом. В послеоккупационном Кропоткине, в настроениях его жителей преобладал патриотизм и желание достижения скорейшей победы над фашистской Германией и ее союзниками.