Изменение антибиотикограммы возбудителей инфекций мочевыводящих путей после пандемии COVID-19 (обзор литературы)

Бюллетень науки и практики / Bulletin of Science and Practice

УДК 616.61-002.5-085.33                           

По данным сайта «covid.observer» по всему миру 669581551 человек заболело коронавирусной инфекцией SARS-COV2, 20139214 выздоровели. В Кыргызской Республике зарегистрировано 206591 человек кто заболел SARS-COV2 из них 203600 выздоровели (https://covid.observer/.ru/).

Во время пандемии COVID-19 наблюдалось ненадлежащее использование антибиотиков как в учреждениях здравоохранения, так и в обществе, что, в свою очередь, сыграло роль в увеличении АР [1-3].

Было задокументировано, что около 72% пациентов, госпитализированных с COVID-19, лечились противомикробными препаратами, тогда как только у 8% из этих пациентов была бактериальная или грибковая коинфекция [1].

Кроме того, были исследованы или предложены различные антибиотики для лечения пациентов с COVID-19, например, азитромицин [1, 2].

Как беспокойство, так и неправильное использование антибиотиков напрямую влияют на доступ к антибиотикам без рецепта, особенно в странах с низким и средним уровнем дохода, где система контроля антибиотиков слаба. С начала 2020 года эта ситуация распространилась по всему миру и могла способствовать развитию чрезвычайно резистентных микроорганизмов, что могло сыграть решающую роль в ухудшении состояния некоторых пациентов, особенно тех, кто был госпитализирован в отделения интенсивной терапии (ОИТ). Сообщалось о некоторых смертельных сопутствующих инфекциях, вызванных панрезистентными микроорганизмами среди пациентов с COVID-19. S. Aureusи A. baumannii были основными, которые были устойчивы к антибиотикам расширенного спектра действия, которые в основном использовались для лечения опасных для жизни заболеваний, вызванных бактериальными инфекциями [4].

Кроме того, недавние отчеты показали, что антибиотикорезистентность во время пандемии COVID-19 был выше, чем в предыдущие периоды [5].

Несмотря на растущее число публикаций, анализирующих связь между COVID-19 и антимикробной резистентностью, имеющиеся данные носят преимущественно фрагментарный характер. Большинство исследований сфокусировано либо на пациентах отделений интенсивной терапии, либо на респираторных патогенах, в то время как специфические    изменения    антибиотикорезистентности    основных    инфекций мочевыделительного тракта остаются недостаточно изученными и несистематизированными. Эта нехватка обобщенных данных создает зону высокой неопределенности для клиницистов-урологов и формирует критическую потребность в их анализе.

Обращаемость по поводу инфекций мочевых путей в Кыргызской Республике (острый и хронический пиелонефрит) за 2022 г — 54518, за 2023 — 47896, за 2025 г — 50908 человек, 789,5 на 10 тыс населения — в 2022 г, 674,6 на 10 тыс населения — в 2023 г, 726,6 на 10 тыс населения — в 2024 г.

Таблица 1 ОБРАЩАЕМОСТЬ НАСЕЛЕНИЯ ПО ПОВОДУ ИНФЕКЦИЙ МОЧЕВЫХ ПУТЕЙ

Абсолютное количество                         На 10 тыс населения

2022          2023          2024          2022          2023          2024

54518          47896          50908           789,5           674,6           726,6

В связи с актуальностью данной проблемы разрабатываются при поддержке ВОЗ, совместные программы такие как «Первое национальное пилотное исследование распространенности антимикробной резистентности (АМР) при бактериальных инфекциях в Кыргызской Республике при технической поддержке ВОЗ» [6].

Таким образом, целью настоящего обзора является систематизация и оценка имеющихся научных данных о влиянии пандемии COVID-19 на профили антибиотикорезистентности основных возбудителей инфекций мочевыводящих путей.

Материалы и методы

Для улучшения качества материала данная обзорная литература будет выполнена по структуре PICO(S) (Таблица 2) [7].

Таблица 2 ПРАВИЛО PICO(S) ДЛЯ ФОРМУЛИРОВКИ ВОПРОСА ПРИ ПЛАНИРОВАНИИ НАУЧНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

Пункт	Расшифровка	Определение
P	Patient, Population, Problem	Как описывается группа пациентов (популяция, теоретическая проблема), наиболее близкая к цели моего исследования?
I	Intervention, Prognostic factor, Exposure	Какой тип вмешательства, прогностический фактор или внешнее воздействие будет изучено?
C	Comparison or alternative intervention	С чем именно будет сравниваться изучаемый тип вмешательства?
O	Outcome	Что является результатом применяемого вмешательства?
S	Study	Какой тип исследования (методологически) необходимо использовать для достижения цели?

В группу исследования были взяты взрослые пациенты (старше 18 лет) с верифицированными данными о перенесенной SARS-CoV-2.

Исследование бактериального посева мочи с определением на антибиотикорезистентность.

Группы сравнения пациенты с антибиотикорезистентным ИМП до и во время и после пандемии SARS-CoV-2.

Конечной точкой является снижение негативного влияния антибиотикорезистентности.

В исследование были включены только рандомизированные контролируемые исследования (РКИ), систематические обзоры, метаанализы, исключались обсервационные исследования, описания случаев, редакционные статьи. Были отобраны статьи с 2019 (начала пандемии COVID-19) по настоящее время на английском и русском варианте. Для поиска опубликованных статей, в которых сообщалось об антибиотикорезистентности во время пандемии COVID-19, в период с декабря 2019 г по октябрь 2025 г, проводился электронный поиск в следующих базах данных: PubMed, MEDLINE, Elibrary, Google Scolar. Для обеспечения всестороннего поиска также был выполнен поиск в базе данных ведущих медицинских организаций: Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ), Центры по контролю и профилактике заболеваний США (CDC), Европейский центр профилактики и контроля заболеваний (ECDC)

Для извлечения данных была создана стандартизированная форма в Microsoft Excel 2021. Один исследователь извлекал данные, а второй проверял их на точность и полноту. Из каждой статьи извлекались следующие сведения: автор и год публикации, дизайн исследования, характеристики популяции (количество, возраст, пол), данные по конечным исходам, источники финансирования.

По данным общемировой литературы один из наиболее масштабных мета-анализов, объединивший данные 173 исследований с совокупной выборкой в 892 312 пациентов, представил статистику, свидетельствующую о значительном давлении отбора: общая распространенность организмов с множественной лекарственной устойчивостью (МЛУ) в когорте пациентов с COVID-19 составила 42.9%. Критически важным механизмом, способствовавшим этому, стало повсеместное применение антибиотиков: 76.2% госпитализированных пациентов получали антибактериальную терапию, часто эмпирически в соответствии с протоколами лечения тяжелой вирусной пневмонии, для профилактики или лечения предполагаемых бактериальных коинфекций [8].

Применение мета-регрессионных моделей в рамках этого же исследования позволило выявить ключевые предикторы риска: госпитализация в отделение интенсивной терапии (ОИТ) и сам факт назначения антибиотиков были напрямую связаны с более высокой вероятностью колонизации или инфекции МЛУ-штаммами. Однако другой крупный метаанализ, сфокусированный на динамике изменений, не выявил общего статистически значимого роста распространенности МЛУ-инфекций при сравнении до- и пандемического периодов (отношение шансов [ОШ] = 0.91; 95% доверительный интервал 0.70-1.17). При этом была подчеркнута выраженная географическая гетерогенность результатов: в странах Азии наблюдался статистически значимый рост МЛУ на 18%, тогда как в Северной Америке, напротив, было зафиксировано снижение на 10.3% [9].

Эта глобальная, но неоднородная картина была существенно детализирована данными ретроспективных когортных исследований, которые позволили оценить ситуацию на микроуровне, сфокусировавшись на инфекциях мочевыводящих путей (ИМП) — одной из самых частых причин назначения антибиотиков [10-15].

Результаты этих исследований вскрыли сложную мозаику локальных трендов, отражающих различия в клинической практике. Например, крупное исследование в Африке (Уганда и Танзания) выявило разнонаправленную динамику: в Танзании был отмечен резкий рост МЛУ среди грамотрицательных бактерий (74-83.4%), в то время как в Уганде аналогичный рост наблюдался среди грамположительных возбудителей (31.4-51.6%), что, вероятно, отражает различные локальные протоколы эмпирической терапии и ресурсы инфекционного контроля, по-разному перегруженные пандемией [14].

На Ближнем Востоке (Саудовская Аравия) ретроспективный анализ показал клинически значимое увеличение доли штаммов E. coli, продуцирующих бета-лактамазы расширенного спектра (БЛРС), с 37.7% до 43.1% (p<0.001). Этот механизм резистентности напрямую связан с селективным давлением, создаваемым широким использованием цефалоспоринов III поколения, которые повсеместно назначались пациентам с COVID-19 [15].

Исследования в Турции также продемонстрировали сложную динамику. Одна работа зафиксировала снижение чувствительности у K. pneumoniae на фоне роста чувствительности E. coli к некоторым цефалоспоринам (p=0.04) [13], тогда как другое исследование в том же регионе выявило настораживающее снижение эффективности препаратов для лечения неосложненных ИМП, таких как нитрофурантоин и фосфомицин (p=0.001 для обоих) [13].

Анализ данных из Индии подтвердил общемировую тревогу, указав на тенденцию к увеличению устойчивости уропатогенной E. coli к карбапенемам — антибиотикам «последнего резерва». Этот опасный сдвиг, вероятнее всего, является прямым следствием их интенсивного применения в ОИТ для лечения вторичных инфекций у наиболее тяжелых пациентов с COVID-19 [11].

Динамика изменений данных по антибиотикорезистентности до и во время и после пандемии COVID-19 представлена на Рисунке.

Рисунок. Разница показателей антибиотикорезистентности уропатогенов до пандемии в сравнении с во время и после пандемии COVID-19

Важным фактором является наличие сопутствующих патологий, повышающих риск инфекционных осложнений и способствующих формированию устойчивости возбудителей к антибиотикам. Так в исследовании беременные пациентки в 10% случаев госпитализированные с почечной коликой на фоне обструкции развился вторичный осложненный пиелонефрит с выраженным интоксикационным синдромом [16].

Так-же развитие ИОХВ связано с формированием и масштабным распространением нозокомиальных инфекций, обладающих резистентностью к антибактериальным препаратам, что в свою очередь влияет на исход лечения пациентов что так же требует исследования антибиотикограммы [17].

Таким образом, комплексный анализ доступных научных данных позволяет заключить, что пандемия COVID-19 выступила мощным, но крайне неоднородным фактором, изменившим глобальный ландшафт антимикробной резистентности. Если мета-анализы указывают на общее высокое бремя МЛУ среди пациентов с COVID-19, то ретроспективные исследования на местах вскрывают сложную картину региональных и локальных изменений, обусловленных синергией множества факторов: от избыточного назначения антибиотиков до нарушения программ инфекционного контроля.

Заключение

Анализ научной литературы позволяет заключить, что пандемия COVID-19 выступила мощным катализатором, изменившим ландшафт антимикробной резистентности в урологической практике. Сочетание факторов, особенно сильнейший отбор, вызванный массовым использованием мощных антибиотиков широкого спектра ослабление программ инфекционного контроля и надзора за антимикробной терапией, привела к ускоренной эволюции и распространению мультирезистентных уропатогенов. Основным и наиболее тревожным выводом является утрата актуальности до пандемических данных о чувствительности. Клиническая практика, основанная на устаревших антибиотикограммах, больше не может считаться безопасной или эффективной. Это ставит под угрозу успех эмпирической терапии инфекций мочевыводящих путей и повышает риски неудач при периоперационной профилактике. В связи с этим, существует критическая потребность в переоценке существующих клинических протоколов. Необходимо инициировать локальные региональные исследования мониторинга антибиотикорезистентности для пересмотра существующих стратегий. На основе этих актуальных данных могут быть разработаны новые, доказательные и эффективные рекомендации по лечению и профилактике урологических инфекций в постпандемическую эру.

Список литература: