Константин Дмитриевич Ушинский о воскресной школе

Введение. В настоящее время к воскресной школе как к педагогическому феномену проявляется неподдельный интерес со стороны общества. Сегодня пришло глубокое осознание того, что самая главная задача после задачи устроения приходской жизни в церковном приходе – это воскресная школа, поскольку она является его будущим. Ее крайнюю важность с самого начала возникновения отмечал основоположник отечественной педагогики, православный человек и ярчайший деятель Константин Дмитриевич Ушинский. Его педагогическое наследие хранит немало ценного для организации христианского воспитания и сегодня.

Материалы и методы. В работе над статьей автором использовались современные концептуальные подходы к отечественной истории культуры и образования; аксиологический подход, позволяющий выявить ценное в исследуемом материале; исторический подход и его принципы. Был использован комплекс историко-педагогических методов исследования – сравнительно-сопоставительный, историко-ретроспективный, герменевтический, историко-генетический методы, а также метод актуализации, обобщения и систематизации исторических фактов и опубликованных материалов.

Результаты исследования. В статье «Воскресные школы», опубликованной в «Журнале Министерства народного просвещения» в 1861 г., К. Д. Ушинский систематизировал все имеющиеся знания отечественной педагогики XIX в. об этом новом явлении. Отметим, что великий педагог акцентировал внимание на воспитательной стороне образовательного процесса в воскресных школах [Никитская, 2008, с.123].

Признавая, что «хорошее устройство воскресной школы – одна из самых трудных педагогических задач», Константин Дмитриевич выделил непременное условие в ее внешнем устройстве – ее основание на «совершенно свободном желании, с одной стороны, учиться, с другой – учить» [Ушинский, 1861, с.10–11].

Обратимся к внутреннему устройству воскресной школы. Удивительна дидактика К. Д. Ушинского. Он утверждал, что, обучая и воспитывая, учитель должен постоянно иметь в виду две цели, каждая из которых равноценно важна. Первая – формальная цель представляет собой развитие умственных способностей учащихся, памяти, воображения, фантазии и т. д. При этом задача учителя в большей мере заключается в развитии в ученике желания и способности добывать знания самостоятельно – «указывая, где следует дорогу, но не таская их (учащихся) на помочах» [Ушинский, 1861, с.13]. Для достижения второй, названной Ушинским реальной цели необходим «разумный выбор предметов для наблюдений, представлений и соображений» [Ушинский, 1861, с.14].

Формулируя целевые установки, К. Д. Ушинский советует серьезно подойти к отбору содержания образования. Особого внимания заслуживает выбор учебных предметов. Кроме того, он рекомендует заранее продумывать «предметы бесед с учащимися» на весь учебный год и согласовывать свое планирование с распорядителями школ.

В статье «Воскресные школы» им выделено восемь тем. Среди них [Ушинский, 1861, c.15–17]:

• 1.    Главнейшие события ветхозаветной истории, главные и второстепенные события истории евангельской и истории Церкви, главнейшие священнодействия и обряды богослужения, главнейшие нравственные обязанности всякого человека.

• 2.    Крупнейшие события из русской истории и те из всеобщей, которые находятся в связи с русской или историей христианской Церкви.

• 3.    Главные физические явления: ночь, день, четыре времени года, дождь, снег, гром и т. д.

• 4.    Различие главнейших пород животных.

• 5.    Умственное счисление, знакомство с главнейшими геометрическими формами и свойствами этих форм, наглядное решение геометрических теорем.

• 6.    Рисовка преимущественно с натуры.

• 7.    Знакомство с различными ремесленными производствами.

• 8.    Ознакомление с главнейшими техническими изобретениями посредством моделей и картин.

Ушинский отмечал, что Закон Божий – есть главный предмет, а все содержание учебно-воспитательного процесса должно быть пропущено через призму православного миросозерцания. В своей работе «О нравственном элементе в русском воспитании» он предупреждает учителей: «Как только мы захотим отделить непереходимой гранью преподавание Закона Божия от преподавания других предметов, то хотя преподавание различных предметов и останется, но воспитание исчезнет» [Ушинский, 1857–1861, с. 47–51].

К. Д. Ушинский был уверен в необходимости изучения Библии в школе, объясняя это тем, что обращение к Священному Писанию поможет глубже понять и осознать смысл нравственных общечеловеческих ценностей.

Особый интерес ученого привлекал вопрос преподавания Закона Божия. В статье «Из отчета о командировке за границу» Константин Дмитриевич, сравнивая зарубежные (имеются в виду школы Германии и Швейцарии) и отечественные традиции преподавания Закона Божия, указывает на недостатки последних. Так, первый недостаток российской школы он видит в том, что этот предмет преподается священником. Опираясь на западный опыт преподавания Закона Божия светскими учителями, он утверждает: «Трудно представить себе более непедагогические училища, как наши духовные семинарии, где идет самое худое и схоластическое преподавание, состоящее главным образом в заучивании всего наизусть, или в различных схоластических упражнениях, давно отживших свой век» [Ушинский, 1867]. Великий педагог считал, что священники, получившие образование без должного педагогического воспитания, абстрактно и сухо будут учить своих детей.

В целом надо заметить, что «учитель русских учителей» считал, что «не всякий, кто знает предмет, способен быть учителем». Поскольку задача учителя не просто изложить предмет, а пробудить способности исключительно всех детей. «Умение учителя знать в свой урок всех учеников есть критериум учительского достоинства» [Струминский, 1984, с. 203]. Такой критерий педагогического мастерства актуален и сегодня. По его мнению, без специальной педагогической подготовки была невозможна образовательная деятельность. Константин Дмитриевич жаждал того времени, когда в нашей стране в любой профессиональной школе будут открыты педагогические факультеты [Егоров, 1977, с. 128– 129]. Педагогическое мастерство позволит «уничтожить школьную скуку», к чему призывал Константин Дмитриевич, видя в ней «источник множества детских проступков и даже пороков, шалостей, лени, капризов, отвращения от учения, хитрости, лицемерия, обманов и тайных грехов» [Блинова, 2023].

В статье «Воскресные школы» Ушинский обозначил особую роль образованных женщин в обучении и воспитании детей, поскольку «в женском характере есть удивительно размягчающий элемент, съедающий нечувствительно ту грубую кору, облекающую сердце, которая так упорно мешает развитию мальчика, заброшенного в детстве» [Ушинский, 1861, с.11]. Такая позиция видного педагога оказала в том числе весьма значительную поддержку развитию женского образования в России. Как известно, Константин Дмитриевич создал новый стандарт женского образования в нашей стране, отстаивал полноценную общую образовательную подготовку женщин.

Серьезным недостатком отечественных воскресных школ Ушинский видел разделение обязанностей педагога и священника. Следствием этого было слабое, недопустимое духовно-нравственное влияние школы на воспитанников и их «религиознонравственная деградация». Знакомство с западным опытом позволяло ему заметить, что «например, если на Западе в обязанности учителя входит на протяжении курса трансляция религиозной и нравственной идеи, то в России священник, порой, увлекшись схоластикой, просто не успевает этого делать, в то время как другие учителя не утруждают себя религиозно-нравственным воспитанием, считая это дело сугубо священника» [Ушинский, 1862, с.392].

Размышляя об организации школьного дела, Ушинский задавался вопросом: «До сих пор педагогика больше думает о том, как учить, чем о том, для чего учиться...» [Да-ренский, 2023, с.171]. Его глубокая религиозность приводила к следующим умозаключениям: «нехристианская педагогика есть вещь немыслимая – безголовый урод и деятельность без цели, предприятие без побуждения позади и без результатов впереди … в основу всего положены все истины христианства. Оно служит источником всякого света и всякой истины и указывает высокую цель всякому воспитанию» [Константин Дмитриевич Ушинский о значении].

Видевший душу человеческую предметом воспитания, великий педагог утверждал, что религиозное чувство должно развиваться вместе с формированием самосознания воспитанника [Егоров, 1977, c. 137]. «Но на чем же может опираться нравственное развитие, если не на христианстве?» – это риторическое восклицание, по-видимому, обращено и к нам, современным педагогам [Даренский, 2023, с. 179]. «Лукавое отделение религии от жизни есть идолопоклонство, оскорбляющее религию и разрушающее жизнь», – справедливо замечает Ушинский [Василевская, 1979].

Школа, по мнению Константина Дмитриевича, должна стать преддверием Церкви. Она «учит человека сравнительно недолго, церковь поддерживает и настаивает его от колыбели до могилы» [Василевская, 1979].

К. Д. Ушинский видел в религии и образовании фундамент процветания и могущества государства. «Ведь только просвещенный религией и образованием человек, – писал К. Д. Ушинский, – составляет тот российский народ, который будет обеспечивать благоденствие России, ее силу, спокойствие и богатство» [Цит. по: Никитская, 2008, с.125]. Это замечание не потеряло своей ценности и сегодня не только для развития воскресных школ, но и для всей образовательной системы нашей страны.

Размышляя о нравственном значении воскресных школ для общества и их влиянии на воспитанников, К. Д. Ушинский отмечает, что «что бы они ни услышали в школе, чему бы они ни выучились в ней, все же это будет бесконечно нравственно выше того, что они могли бы выслушать и чему они могли бы выучиться дома, на улице, в трактире или питейном доме…» [Ушинский, 1861, с. 7– 8]. Он справедливо говорит о том, что проведение хотя бы двух часов в окружении порядочных людей, ласковое и вежливое обращение, забота будет иметь великую пользу для людей, почувствовавших вдруг, что они христиане. А это, в свою очередь, удержит их от необдуманных поступков [Дейч, 2013, c. 72].

Посещение воскресных школ, где организация педагогического процесса была построена должным образом, радовала К. Д. Ушинского. С восторгом он отзывается о педагогах этих учебных заведений: «Видно, что все эти люди… собрались сюда не шутку шутить, не из пустого любопытства, а собрались дело делать, и что это дело, для которого они пожертвовали несколькими часами единственного свободного дня своей трудовой недели, кажется им не только делом полезным, серьезным, но каким-то святым, каким-то религиозным делом» [Никитская, 2008, с.123]. Его изумляла дисциплина в школе и поведение воспитанников. О них он писал так: «Я был поражен той напряженностью внимания, без всяких усилий со стороны наставников, которую заметил в учениках воскресных школ» [Никитская, 2008, с.123].

Заключение. К. Д. Ушинский – интереснейшая личность. Он тот, кто воплотил в себе то, о чем писал в своих педагогических трудах.

Российский ученый Андрей Ильич Фурсов подметил совершенно точно, что «истинное учение педагога-философа не просто связано с христианством, а вытекает из него, строится на нем» [Константин Дмитриевич Ушинский о значении].

Современная православная школа пытается возродить и использовать идеи православной педагогики К. Д. Ушинского. Осознана и оценена его идея о соработничестве церкви, школы и семьи для эффективного воспитания. Такое триединое сотрудничество в настоящее время понимается как «внутреннее духовно-нравственное влияние церкви на школу» [Шевчук, 2006, с. 15].

Сегодня православная школа, руководствуясь принципами православной педагогики, заложенными Ушинским, реализует их с помощью современных дидактических средств.

Учительству нельзя забыть о том, что воспитание невозможно без религиозной основы. Любые попытки альтернативных вариантов могут привести к плачевным и непоправимым результатам. По мнению К. Д. Ушинского, православие – единственная религия, которая «может стать религией великого и образованного народа…» [Василевская, 1979].

Закончить хотелось бы следующими словами Константина Дмитриевича: «Воскресные школы – замечательное и отрадное явление, из которого мы можем заключить разом с одной стороны о том, что народ наш дозрел, наконец, до той степени, когда учение его сделалось неизбежным, жизненным вопросом; а с другой стороны, что церковь наша, правительство и образованный класс, удовлетворяя сколько возможно этой потребности, открывают перед глазами нашими успокоительную и светлую будущность» [Ушин-ский,1861, с.25].