Криминогенные угрозы беспилотных летательных аппаратов: новые вызовы и старые проблемы

Введение .

Современный технический прогресс, несмотря на все блага, которые он приносит человечеству, неизбежно порождает новые вызовы и угрозы, в связи с чем, примечательным является тезис Н.Ш. Козаева, согласно которому, любое достижение научно-технического прогресса, которое

может быть использовано с целью совершения преступления, однозначно будет использовано с этой целью [5]. Такого рода угрозы и вызовы обусловлены появлением новой высокотехнологичной преступности.

Высокотехнологическая преступность, по нашему мнению, это – совокупность преступлений, совершаемых с использованием современных, ранее не существовавших, технологий, где технология выступает не просто орудием, а фактором, определяющим способ их совершения, упрощает достижение преступного результата, повышает уровень их общественной опасности, а также обеспечивает их латентность.

Как нам представляется, любое преступление, совершенное с использованием современных технологий следует относить к такого рода преступности. Кроме хищений и сбыта наркотиков с использованием информационнотелекоммуникационных технологий, к высокотехнологической преступности, например, можно относить распространение порнографии, так как виновные лица для конспирации своей деятельности используют различного рода информационно-телекоммуникационные технологии, организацию и проведение незаконных азартных игр, разработка и использование вредоносного программного обеспечения.

Однако информационно-телекоммуникационные технологии являются не единственным фактором, который обуславливает развитие и формирование высокотехнологичной преступности.

Социально значимые и социально полезные свойства и функции беспилотных летательных аппаратов (далее – БПЛА) от аэросъемки и доставки товаров до мониторинга и спасательных операций, а также их использование в военных целях (доставка провизии и боекомплекта, разведка и корректировка боевых действий, а также огневое поражение противника) в последнее время все активнее используется криминалитетом.

Кроме того, следует отметить доступность не только приобретения, но и изготовления такого рода аппаратов, сравнительную простоту их использования, что объективно привило к значительному увеличению числа их активных пользователей. Технические и аппаратные свойства, а также отсутствие детальной правовой регламентации применения БПЛА дает основание утверждать, что в сложившейся обстановке созданы благоприятные условия и для их эксплуатации в преступных целях [2] и соответственно развития самостоятельного вида высокотехнологичной преступности.

Анализ современной литературы и эмпирических данных, представленных в трудах А.Н. Антипова, А.И. Быкова, А.И. Коробеева, С.М. Кочои, В.А. Робака и других авторов, позволяет констатировать: БПЛА стали универсальным инструментом, способным выступать одновременно и как орудие, и как средство совершения преступлений.

Общественная опасность криминальной эксплуатации БПЛА, как объективно существующего явления, заключается в том, что их использование трансформировало ранее существовавшие способы совершения преступления, что требует соответствующей реакции как от законодателя, так и правоприменителя.

Обсуждение . Результаты .

Одной из наиболее остро стоящих проблем, широко освещаемой в научных публикациях, является использование дронов для доставки запрещенных предметов на территорию исправительных учреждений (ИУ) и следственных изоляторов (СИЗО). Эта деятельность представляет собой прямую угрозу режиму и безопасности пенитенциарных объектов, росту пенитенциарной преступности, сбыту и употреблению (незаконному обороту) наркотических (средств и психотропных) веществ (и иных запрещенных предметов, включая оружие) в учреждениях исполнения наказания.

Так, например, А.Н. Антипов приводит многочисленные примеры таких правонарушений, начиная с 2017 года, когда с помощью квадрокоптеров пытались передать осужденным смартфоны, сим-карты, зарядные устройства и другие предметы, изъятые из оборота [1]. Автор подчеркивает, что реальное число подобных случаев исчисляется сотнями, а то и тысячами и имеет тенденцию к росту, а также обладает высокой долей латентности.

Более поздние данные, приведенные С.М. Ми-хайлиди и В.И. Николаевым, подтверждают эту динамику: только в 2020 году сотрудниками ФСИН России было зафиксировано 79 случаев появления БПЛА над учреждениями; причем, в 76 из них фиксировалась попытка доставки запрещенных предметов [9].

Общественная опасность данного деяния выходит за рамки простого нарушения установленного внутреннего распорядка в пенитенциарных учреждениях. Средства связи (телефоны, планшеты и ноутбуки), доставляемые таким образом, позволяют осужденным продолжать криминальную деятельность, совершать «телефонные мошенничества», координировать действия сообщников, воздействовать на следствие, что напрямую влияет на общую криминогенную обстановку. Более того, как было указано выше, БПЛА могут доставлять не только средства связи, но и наркотики и иные запрещенные предметы, например, оружие и взрывчатые вещества, что создает угрозу совершения побегов, массовых беспорядков и терактов внутри пенитенциарных учреждений.

Как отмечает А.И. Быков, «беспилотные летательные аппараты создают новую группу рисков, которая характеризуется особыми свойствами», главное из которых – возможность дистанционного и скрытного воздействия [2].

Помимо пенитенциарной системы, спектр преступного использования дронов необычайно широк. Современные исследователи выделяют несколько основных направлений, где БПЛА выступают в качестве орудия или средства преступления.

Во-первых, это террористическая угроза. М.А. Демьянович в своем исследовании приводит примеры использования дронов-камикадзе для покушения на президента Венесуэлы, сброса взрывчатки на стратегические объекты, а также попытки применения радиоактивных материалов [4].

В условиях современных военных конфликтов, как было отмечено в анализе М.Й. Муркштиса и Л.А. Букалеровой, БПЛА используются не только для разведки, но и для поражения целей, а также для распыления биологических агентов [10]. Одним из последних примеров применения БПЛА в террористических целях является предотвращенная ФСБ России попытка приобретения украинскими спецслужбами тяжелых БПЛА, используемых Вооруженными Силами Российской Федерации, которые планировались для организации террористических актов на территории г. Москва [14]. Это выводит угрозу на уровень стратегической безопасности государства.

Во-вторых, БПЛА выступают как эффективное средство контрабанды и незаконного оборота наркотиков и оружия. Упоминания о перехвате дронов, перевозящих наркотики через границы США и Мексики или в тюрьмы, стали обыденностью [4]. БПЛА позволяют преодолевать физические преграды (заборы, КПП, естественные рубежи) и зоны действия стационарных систем обнаружения, что делает этот способ контрабанды для криминалитета экономически выгодным и высокоэффективным, а для государства – высокозатратным и труднопредотвратимым; это объясняется тем, что, в большинстве случаев, воздушные дроны являются незаметными для систем ПВО в силу малых габаритов и малой высоты полета, а системы РЭБ не обеспечивают тотального контроля над государственной границей.

В-третьих, БПЛА превращаются в инструмент шпионажа и нарушения неприкосновенности частной жизни.

Как отмечают В.Н. Куфлева и соавторы, технические возможности дронов (камеры высокого разрешения, тепловизоры, системы прослушивания) позволяют использовать их для сбора сведений, содержащих государственную тайну, конфиденциальной информации, наблюдения за потенциальными жертвами и перемещением товарно-материальных ценностей или силовыми структурами [8]. Это создает угрозу для безопасности государства и общества, личной безопас-

ности граждан и деятельности правоохранительных органов.

В-четвертых, развитие автономных систем и искусственного интеллекта (ИИ) порождает новую категорию угроз, связанных с ответственностью за действия, совершенные «роботом».

Случаи с летальными исходами с участием автономных автомобилей, описанные в работах А . И . Коробеева и А.И. Чучаева, демонстрируют проблему «казуса вагонетки» и сложности определения виновного [6].

Однако если перенести эту проблему на БПЛА, используемые в террористических целях, мы сталкиваемся с ситуацией, где орудие преступления (дрон) может действовать не только автономно, но и избирательно, определяя приоритет цели самостоятельно без прямого вмешательства оператора, что усложняет процесс квалификации содеянного деяния, сбора доказательств и уголовного преследования в целом.

Проведенный анализ действующего законодательства, а также научных публикаций свидетельствует о том, что существующее законодательство, прежде всего, уголовное и практика его применения не успевают за развитием технологий; если так можно сказать, правовая регламентация отстает от объективной реальности, а уголовно-правовая реакция законодателя по вопросу использования дронов вообще отсутствует.

Вопрос уголовно-правовой охраны общественных отношений в сфере использования беспилотных аппаратов, начиная с 2014 года, находится в сфере исключительно научных интересов.

Важный вопрос в своей работе поднимает С.М. Кочои, а именно: Нужно ли создавать специальные уголовно-правовые нормы для каждого вида использования БПЛА или же достаточно использовать существующие статьи, признав противоправное применение дрона отягчающим обстоятельством преступления? [7]. Автор предлагает рациональное решение – дополнить ст. 63 УК РФ нормой, предоставляющей суду право считать использование БПЛА отягчающим наказание обстоятельством. Однако, учитывая высокую общественную опасность и специфичность деяний, связанных с вмешательством в работу правоохранительных органов, учреждений исполнения наказаний, критической инфраструктуры, а также возможностью их использования в целях дистанционного сбыта наркотических веществ, оружия и иных предметов изъятых или ограниченных к обороту, совершения террористических преступлений, возможно, потребуется и введение дополнительных квалифицирующих (особо квалифицирующих) признаков преступлений в соответствующие статьи (например, ст. 205, 222, 228 УК РФ).

Кроме того, с учетом общественной опасности, В.А. Робак предлагает установить самостоя- тельную уголовную ответственность за незаконный оборот БПЛА как вооружения или военной техники [3; 11]. Исследователи также предлагают криминализировать неосторожные общественно опасные деяния, связанные с эксплуатацией беспилотников, а также разработку ненадлежащего программного обеспечения для них, нарушение технологии его установки и обслуживания, создавшие угрозу причинения тяжкого вреда здоровью, смерти человеку либо крупного имущественного ущерба [13].

Заключение .

Беспилотные летательные аппараты прочно вошли в нашу жизнь, но амбивалентность их использования создает серьезные вызовы для общества и государства.

Общественная опасность БПЛА заключается в их универсальности: они являются доступным, малозаметным, высокоэффективным и дистанционным инструментом для совершения широкого круга преступлений – от хулиганства и вандализма до террористических актов и диверсий.

Проведенный анализ дает основание утверждать, что БПЛА могут использоваться как вооружение, средство доставки запрещенных веществ, устройство обеспечивающие слежение.

В целом действующее уголовное законодательство имеет необходимый набор норм, которые позволяют привлечь виновное лицо к уголовной ответственности за совершение преступлений с использованием БПЛА, однако, они не учитывают ту возросшую общественную опасность, которую представляет использование данных устройств.

В целом с позиции криминологической теории, преступления с использованием БПЛА следует признавать одним из направлений современной высокотехнологичной преступности.

Для эффективного противодействия этим угрозам необходим комплексный подход, включающий:

– совершенствование уголовного законодательства путем признания использования БПЛА отягчающим обстоятельством и, в ряде случаев, введения специальных квалифицирующих признаков в составы преступлений против общественной безопасности, порядка управления и в сфере незаконного оборота оружия и наркотиков, и криминализации использования БПЛА в качестве оружия;

– развитие технических средств защиты (систем радиоэлектронной борьбы, перехвата управления, оптического и акустического обнаружения) для критически важных объектов, включая учреждения уголовно-исполнительной системы;

– повышение квалификации сотрудников правоохранительных органов и УИС, а также усиление оперативной работы по выявлению лиц, использующих дроны в противоправных целях;

– лицензирование использования и управления БПЛА, а также предприятий по их изготовлению и разработки специального программного обеспечения, создание специальной базы данных операторов и разработчиков БПЛА;

– адаптацию международных и межгосударственных норм к новым реалиям, поскольку проблема незаконного использования БПЛА не знает границ и требует унификации подходов на международном и межгосударственном уровнях, особенно в сфере предупреждения контрабанды.

Игнорирование этих угроз или запоздалая реакция на них могут привести к необратимым последствиям, подрывающим безопасность личности, общества и государства.