Меры поддержки в рамках реализации демографической политики: российский и зарубежный опыт

Одним из ключевых российских вызовов является улучшение демографической ситуации на фоне снижения коэффициента рождаемости и сокращения миграционного потока. Традиционные меры поддержки демонстрируют снижающуюся эффективность. После роста суммарного коэффициента рождаемости (СКР) до 2015 года наметилась устойчивая тенденция к его снижению, а с 2023 года усугубляющаяся сокращением миграционного притока. Основная проблема заключается в поиске моделей воздействия, способных обеспечить устойчивый положительный тренд.

Цель данного исследования – путем комплексного анализа зарубежного опыта и российской региональной практики выявить ключевые направления эффективной семейной политики и предложить принципы ее адаптации в российском контексте. Для достижения цели были поставлены следующие задачи : проанализировать и систематизировать зарубежные модели поддержки рождаемости; оценить российские региональные практики; 3) провести сравнительный анализ и выявить факторы положительной динамики в рамках демографической политики.

Материал и методы исследования

В процессе исследования используется системный подход, обеспечивающий выявление причинно-следственных связей между рассматриваемыми объектами и явлениями. При обработке данных применялись статистические методы, такие как сравнение и группировка. При осуществлении выводов использовался сравнительно-исторический метод.

В ходе исследования был проанализированы основные демографические показатели; суммарный коэффициент рождаемости и продолжительность жизни в Европе и России. Далее изучены стимулирующие меры в европейских странах, влияющие на рождаемость. Исследование завершается существующими мерами поддержки семей с детьми в отдельных регионах России.

Основу методологии составляет сравнительный анализ, позволяющий сопоставлять политики разных государств и регионов. Для структурирования эмпирического материала применялись статистические методы группировки, на основе которых были выделены кластеры стран со схожими моделями поддержки. Системный подход обеспечил рассмотрение мер (финансовых и инфраструктурных) как взаимосвязанных элементов единого механизма. Источниками данных послужили отчеты Росстата, ООН, а также аналитические публикации и нормативно-правовые акты исследуемых стран и регионов.

Результаты исследования и их обсуждение

При изучении опыта стимулирующих мер поддержки зарубежных стран в рамках демографической политики, рассмотрим суммарные коэффициенты рождаемости (СКР) в мире в целом, где положительные аспекты наблюдаются в странах Африки, где данный коэффициент более 3,5, наибольший суммарный коэффициент рождаемости – в Сомали: 6,1319.

Среди развитых стран наибольший суммарный коэффициент рождаемости в 2023 году наблюдался в Израиле – 2,8301, в Европе – в Монако 2,1099, Болгарии – 1,7494 и Франции – 1,6389 [1].

Для анализа влияния факторов на увеличение рождаемости, необходимо рассмотреть применяющиеся стимулирующие меры в развитых странах, поскольку данный сценарий наиболее близок российским реалиям. Например, в Израиле пособие на детей родители получают до достижения их совершеннолетия, помимо этого существует пособие по обеспечению прожиточным минимумом (пособие по прожиточному минимуму, или социальную надбавку к пенсии), существует программа «Сбережения для каждого ребенка», которая заключается в открытии государством счета для ребенка с возможностью его пополнения родителями и по достижении 18 лет ребенок может воспользоваться средствами. Аналогичную программу ввели с 2024 года в Казахстане для стимулирования рождаемости.

Полномасштабный анализ в Европейских странах показал, что рост суммы детских пособий на 25% дает прирост суммарного коэффициента рождаемости на 4% или на 0,07 ребенка. Тесную корреляцию между услугами по уходу за детьми и рождаемости выделил Ф. Кастлз, при этом данный эффект превосходит стимулирующий эффект гибких графиков работы. Д. Адкинс, изучая 18 европейских государств, установил, что средний размер государственной помощи на ребенка оказывает благоприят- ное влияние на рождаемость: увеличение размера пособия на каждые 10% приводит к повышению деторождения на 25%. Исследования, проведенные в Норвегии, показали, что рост числа детей, посещающих детские сады, на 20% приводит к увеличению рождаемости в данной возрастной группе на 0,05 ребенка, а женщины, проживающие в населенных пунктах с развитой системой помощи по уходу за детьми, чаще решаются на рождение детей в более молодом возрасте [2].

Тем самым необходимо уделять данной мере повышенное внимание. В Российской Федерации доступность дошкольных образовательных учреждений для детей до 3 лет является одним из показателей эффективности реализации государственной программы «Развитие образования».

Также исследователями отмечается, что вероятность рождения второго и третьего ребенка положительно зависит от наличия мер, позволяющих совмещать работу и семейную жизнь. Подчеркивается, что такие меры особенно эффективны для женщин с более высоким уровнем образования [3, 4].

В странах Западной Европы проводится активная демографическая политика, направленная на оказание социальной помощи семье. Так, почти во всех странах Европейского Союза семьям выплачиваются детские пособия, а во Франции, Великобритании, Ирландии и Португалии семьи, имеющие низкий уровень дохода, получают дополнительные субсидии. Женщинам предоставляются дотации и отпуска по уходу за ребенком, если они были вынуждены уйти с работы для воспитания ребенка. Данная практика может быть введена и в России в рамках реализации новых целевых ориентиров по национальному проекту «Семья и дети», который запущен с 2025 года.

В некоторых станах Европы размер пособий зависит не от доходов семьи, а от количества детей в ней (Австрия, Бельгия, Греция). В Швеции отпуск по уходу за ребенком длится 480 дней, 90 из которых обязательно выделены отцу, при этом отпуск можно брать по частям: неделя, месяц или несколько дней. Такие меры, как совместное использование отпуска по уходу за ребенком прижились в Скандинавских странах (Швеция, Норвегия, Дания, Финляндия). В России отцы также имеют право уходить в отпуск по уходу за ребенком, но данной ме- рой пользуется около 12% мужчин по опросам компаний.

Франция, демонстрирующая одни из самых высоких показателей рождаемости в Европе, служит образцом успешной демографической политики. Реализация мер поддержки рождаемости началась во Франции в начале XX века. Стимулирование рождаемости осуществляется посредством выплаты детских пособий, предоставления льгот и реализации различных программ поддержки семей. Эти программы условно делятся на несколько направлений: выплаты семейных пособий и пособий при рождении ребенка; выплаты пособий, направленных на активизацию трудоустройства (активная помощь в поиске работы, получении образования и повышении квалификации); жилищные субсидии; налоговые льготы для супружеских пар и семей с детьми; пенсионные льготы. Кроме того, во Франции активно создаются специализированные учреждения и службы, обеспечивающие уход и присмотр за детьми дошкольного возраста, что, по мнению экспертов, является важным фактором, способствующим увеличению рождаемости в стране [2, 5].

Среди мер государственной поддержки семей в США можно выделить: налоговые льготы и вычеты на каждого ребенка, налоговые кредиты на усыновление, на оплату услуг присмотра за детьми и др. [6, 7].

Исходя из показателей рождаемости, можно выделить следующие кластеры, эффективность которых определяется согласованностью мер с экономическим укладом и социокультурным контекстом.

I кластер. Универсально-инфраструктурная модель (Скандинавские страны, Франция). К основным характеристикам модели относятся высокие бюджетные затраты на стимулирующие меры поддержки семей (3-4% ВВП) с инфраструктурой «делегированного родительства». Ключевым элементом, демонстрирующим высокую положительную корреляцию с СКР (как показали исследования Ф. Кастлза и др.), является доступность услуг по уходу за детьми 0-3 лет, охватывающая более 50% детей в этой возрастной группе [8]. Французский опыт дополняет эту модель системой долгосрочных семейных пособий и налоговыми льготами (скидкой для семей с детьми), что обеспечивает стабильный доход на протяжении всего периода взросления ребенка. Важным аспектом является активное вовлечение от- цов через обязательное участие в отпуске по уходу за ребенком.

II кластер. Ценностно-селективная модель (Израиль). Израиль одна из немногих развитых стран, где СКР выше необходимого для воспроизводства населения (2.83 в 2023 г.). поддерживается в значительной степени социокультурными и религиозными факторами. Государственная политика здесь играет скорее усиливающую и селективную роль, адресуя дополнительные меры (например, увеличенные пособия) определенным группам населения. При этом важным универсальным инструментом является долгосрочная программа «Сбережения для каждого ребенка», формирующая отложенный капитал к совершеннолетию. Подобная программа была введена в Республике Казахстан – «Национальный Фонд – детям».

III кластер. Либерально-фискальная модель (США, в некоторой степени – Великобритания). Основная роль стимулирующей политики стран данного кластера отводится не прямым выплатам, а налоговым льготам (например, Child Tax Credit в США), которые компенсируют расходы на детей работающим семьям. Эта модель в меньшей степени стимулирует рождаемость как таковую, но эффективно снижает уровень бедности среди семей с детьми. Ее результативность зависит от состояния рынка труда и стоимости услуг по уходу, которые в США являются существенными для бюджета домохозяйства.

Тем самым, в качестве стимулирующих мер работает система, состоящая из совокупности социальных пособий, налоговых льгот, программ долгосрочных сбережений для детей. Исследователи (Адкинс Д.) отмечают, что увеличение размера пособий на 10% может давать прирост рождаемости, но лишь в условиях развитой инфраструктуры ухода и гибкой занятости [9, 10].

В Российской Федерации среди мер поддержки семей можно выделить материнский капитал, введенный с 2007 года, пособия нуждающимся семьям, региональные выплаты многодетным семьям.

Но стоит отметить, что с переносом материнского капитала на первого ребенка, его эффективность снизилась. При этом по оценкам аналитиков, 88% семей использовали материнский капитал на приобретение недвижимости или улучшение жилищных условий, но рост стоимости не- движимости с 2020 года по 2024 год, снижение лимитов по семейной ипотеке приводит к некоему обесценению материнского капитала, что также влияет на снижение его эффективности.

Следовательно, необходимо искать комплексный подход для повышения уровня рождаемости. Здесь важна материальная поддержка и меры по совмещению родительства и занятости.

В России пособия на детей имеют адресный характер и направлены, прежде всего, на снижение бедности семей с детьми и многодетных семей.

Регионами с высокой рождаемостью в России остаются регионы Северного Кавказа. Высокая рождаемость здесь обеспечивается сильными традиционными и религиозными институтами, что сближает эту модель с израильским кластером. Государственные меры выполняют поддерживающую, а не стимулирующую функцию. Существенную роль в реализации демографической политики играют региональные меры поддержки [11, 12, 13].

В качестве успешной реализации мер региональной поддержки можно выделить Сахалинскую область, именно там была реализована комплексная система стимулирующих мер, направленная на повышение рождаемости. Всего в регионе с 2011 по 2016 годы суммарный коэффициент рождаемости вырос с 1,56 до 2,16. Безусловно, данный рост пришелся на увеличение СКР по всей стране, но коэффициент достиг необходимого для воспроизводства населения [14]. Среди мер поддержки согласно Закона Сахалинской области от 06.12.2010 № 112-ЗО «О социальной поддержке семей, имеющих детей, в Сахалинской области» можно выделить:

региональный материнский капитал для женщин, родивших первого ребенка составляет 150 000 рублей, при рождении (усыновлении) второго, третьего или последующего ребенка размер областного материнского (семейного) капитала увеличивается на 45737 рублей и составляет в общей сумме 250000 рублей;

При распоряжении материнским капиталом, также его получатели имеют право на единовременную выплату, а также на ежемесячную или ежеквартальную выплату по желанию получателя:

ежемесячная денежная выплата на каждого ребенка, в том числе обучающегося в высших учебных заведениях – в размере 2550 руб.;

единовременная денежная выплата при одновременном рождении трех и более детей при условии регистрации рождения детей в государственных органах записи актов гражданского состояния на территории Сахалинской области – 1000 000 руб.;

единовременная социальная выплата в размере 50 процентов стоимости приобретаемого жилого помещения или расходов на его строительство на территории Сахалинской области, при рождении третьего ребенка или последующих детей – не более 2000000 руб.;

ежемесячная денежная выплата семьям, в которых третий ребенок или последующие дети рождены (усыновлены) не позднее 31 декабря 2022 года, до достижения ребенком возраста трех лет в случае, если среднедушевой денежный доход указанной семьи ниже среднедушевого денежного дохода населения, установленного Правительством Сахалинской области за год, предшествующий году обращения за ежемесячной денежной выплатой – в размере величины прожиточного минимума детей, установленной постановлением Правительства Сахалинской области;

социальные меры, связанные с оплатой жилого помещения и коммунальных услуг и др. выплаты1.

Данные меры зарекомендовали себя как успешные и применялись в Сахалинской области в течение длительного периода с 2011 год по текущее время.

Также в качестве успешных мер реализации демографической политики на уровне региона может служить пример Нижегородской области, где с 2025 года, где были введены дополнительные меры социальной поддержки семей, имеющих детей согласно Закона Нижегородской области от 30.05.2025 № 64-З «О дополнительных мерах социальной поддержки семей, имеющих детей», среди которых:

единовременная выплата при рождении, начиная с 1 января 2025 г., третьего или последующего ребенка в молодой семье в размере 300 000 руб.;

единовременная выплата для женщин, обучающихся очно и вставших на учет по беременности – размер 100 000 рублей;

региональный материнский капитал на второго и последующего ребенка – 25 тысяч рублей – на второго или последующего ребенка, рожденного с 1 сентября 2011 года по 31 декабря 2016 года включительно, 100 тысяч рублей – на третьего или последующего ребенка, рожденного с 1 января 2017 года по 31 декабря 2026 года включительно;

организация кратковременного присмотра и ухода за детьми до 3 лет на дому – «социальная няня» для отдельных категорий семей с детьми;

выплата на погашение ипотеки для семей с детьми – 450 000 руб.

Также при рождении ребенка с 1 июля 2025 г. предоставляется «родительский доход» в рамках проекта «Основа» при поддержке Правительства Нижегородской области в размере 10 000 руб. ежемесячно в течение 3 лет, на второго ребенка предоставляется сертификат в размере 500 000 руб. и ежемесячная выплата 20 000 в течение 15 месяцев или 22 222 руб. в течение 3 лет, на третьего ребенка предоставляется сертификат на 700 000 руб. и 30 000 руб. в течение 10 месяцев или 30 000 в течение 3 лет, на 4 и последующих детей – 1000 000 руб. сертификатом или 30 000 в месяц в течение 3 лет2.

Существуют отдельные меры поддержки для студенческих семей, но данные меры нельзя считать стимулирующими, поскольку денежные выплаты не столь существенны при учете расходов на содержание ребенка [15].

Нужно отметить, что в большинстве случаев – 84% получателей регионального семейного (материнского) капитала, выбрали формат ежемесячных выплат.

Об эффективности мер поддержки семей в Нижегородской области пока говорить рано, поскольку «родительский доход» был введен с 1 июля 2025 года, следовательно, результативность данных мер будет видна после марта 2026 года.

Проведенный анализ подтверждает, что для преодоления демографического спада требуется переход к целостной системе, адаптированной к разнообразию российских регионов. На основе зарубежного и отечественного опыта можно сформулировать следующие принципы для новой модели демографической политики:

• 1.    Принцип кластеризации и адаптивности. Необходимо отказаться от унифицированного подхода. Для регионов с традиционным укладом (Северный Кавказ) эффективна ценностно-поддерживающая модель с акцентом на жилищную помощь и социальную инфраструктуру. Для индустриальных и урбанизированных регионов – универсально-инфраструктурная модель по образцу Сахалина и Нижегородской области, с фокусом на яслях, гибкой занятости и долгосрочных выплатах.

• 2.    Принцип системности. Меры должны покрывать весь жизненный цикл семьи: от рождения первого ребенка (поддержка молодых родителей) до взросления третьего и последующих (жилье, образование). Ключевой задачей является интеграция денежных трансфертов, услуг по уходу и программ поддержки карьеры родителей.

• 3.    Принцип долгосрочной предсказуемости. Демографическое поведение основано на долгосрочных ожиданиях. Условия программ (материнский капитал, «родительский доход») должны быть стабильны на горизонте 10-15 лет, а выплаты – индексироваться с опережением инфляции.

• 4.    Принцип фокусировки на втором и третьем ребенке. Поскольку основной демографический потенциал лежит в рожде-

• нии вторых, и особенно – третьих и последующих детей, меры для этих очередностей рождений должны быть наиболее весомыми и стимулирующими, включая существенные жилищные субсидии и долгосрочные ежемесячные выплаты.

Таким образом, демографическая политика должна представлять собой не набор льгот, а инфраструктуру для реализации жизненных планов семьи, где рождение и воспитание детей воспринимается как социально значимая, защищенная и поддерживаемая государством и обществом деятельность.

Заключение

Таким образом, анализ мер поддержки свидетельствует, что работающими мерами являются стимулирующие выплаты, включенность обоих родителей в полноценное воспитание детей, гарантии для женщин после выхода из декретного отпуска, налоговые льготы для семей с детьми [16].

Для эффективной реализации мер демографической политики в плане поддержки рождаемости и продолжительности жизни помимо социальных мер поддержки, необходимо особое внимание уделять системе здравоохранения, образования, комплексным мероприятиям поддержки семей, поиску новых форматов, таких как, институт социальных нянь и родительских (семейных) выплат на системной основе.