Набор ременных украшений из цветного металла рубежа I–II тыс. из Минусинской котловины: комплексное исследование

Минусинская котловина – место формирования государственного образования енисейских кыргызов, на короткий исторический период (вторая половина IX – начало X в.) ставших не только в регионе Саяно-Алтая и прилегающих территорий, но и севера Центральной (Внутренней) Азии решающей военной и политической силой, активно контактировавшей с ближними и дальними соседями. Ременные украшения из цветного металла воина-всадника рубежа I–II тыс., найденные в Минусинской котловине, происходят в основном из случайных сборов. Преимущественно это литые, разнообразно декорированные предметы.

1 Исследование выполнено в рамках темы НИР ИА РАН «История России в ее археологии…» (№ НИОКТР 126011315526-5).

Универсальной и наиболее рациональной технологией изготовления подобных изделий было тонкостенное литье с использованием восковой модели для отливки матрицы, образующей рельефную декорированную поверхность с проработанными деталями. Благодаря вставному сердечнику при литье создавались пустотелые легкие украшения, имитирующие объемные изделия. Для их широкого тиражирования в качестве «матрицы» можно было можно было применять уже готовый предмет. При многократном реплицировании происходило значительное ухудшение качества декора, но такая технология позволяла производить значительное количество изделий и снабжать воинов-всадников обширного региона.

Декор таких украшений (см.: Король , 2008) разнообразен и имеет сформировавшиеся в иной среде формы. Преобладают растительные мотивы, иногда в сочетании с зооморфными и другими изображениями, нередко имеющими особое символическое значение в инокультурной среде, где они были или произведены, или заимствованы. Отдельные рыбы-изображения на ременных украшениях – редкая находка, единичные образцы происходят в основном из Минусинской котловины ( Король , 2025).

Цель исследования – введение в научный оборот и комплексное изучение комплекта ременных украшений, включающих набор с единым мотивом рыбы, в том числе в сочетании с растительными элементами, а также несколько предметов с единой композицией из растительных мотивов. Задачи исследования – анализ декора, технологии изготовления и химического состава металла изделий, предположительная датировка.

Объект исследования – случайная находка 2023 г. из окрестностей с. Беллык Краснотуранского р-на Красноярского края². Место находки (рис. 1: 1 ) расположено рядом с проселочной дорогой в березовом лесу, примерно в 2 км к юго-западу от села.

Морфология предметов и декор

Комплекс представлен 13 литыми ременными украшениями из цветного металла. Они подверглись внешнему термическому воздействию (огню) разной степени. Отсюда и сохранность декора разная (рис. 1: 2 ), что, возможно, связано и с качеством металла изделий. Они разделены на четыре группы по форме и декору. Одна представлена одиночными предметами, остальные – небольшими комплектами с практически идентичным декором. В группах I–III есть по 1–2 предмета относительно хорошей, а в группе IV все хорошей сохранности.

Группа I. Накладки «длинные» – удлиненно-пятиугольной формы (короткая сторона со скругленным выступом), с изображением рыбы с растительным мотивом (пальметта с бутоном в виде трилистника) во рту – 4 шт. (рис. 2).

Группа II. Накладки «короткие» – пятиугольной формы с фестончатыми бортиками (короткая сторона с вырезом), с изображением рыбы – 4 шт. (рис. 3: 1–4 ).

Рис. 1. Беллык. Ременные украшения и условные аналогии

1 – местоположение; 2 – комплект; 3 – макрофотография участка накладки; 4, 5 – случайные находки (ММ, из архива авторов); 6 – случайная находка из Хакасии (по: Оборин , 2019); 7 – керамика XV в. (Музей-галерея керамики, Сокчо, Южная Корея); 8 – худ. Лаошу Хуахуа (арт-центр MARKOR C.A.V.E., Пекин)

7, 8 – фото И. С. Жущиховской

Рис. 2. Беллык. Ременные украшения группы I ( 1–4 ). Здесь и далее – худ. С. Л. Богаченко

Рис. 3. Беллык. Ременные украшения групп II ( 1–4 ) и III ( 5, 6 )

Группа III. Одиночные накладки: 8-образная (короткие стороны вытянуто-скругленные), с изображением (рис. 3: 5 ) рыбы и растительных мотивов; «средняя» по размерам (рис. 3: 6 ) – удлиненно-пятиугольной формы (короткая сторона с острым выступом), с изображением рыбы на основной поверхности и растительными элементами на «рамке» накладки.

Группа IV. Накладки «длинные» (рис. 4: 1 ) – удлиненно-пятиугольной формы с фестончатыми бортиками (короткая сторона с выступом в виде бутона) – 1 шт., «короткие» пятиугольной формы (рис. 4: 2, 3 ) с фестончатыми бортиками (короткая сторона с выступом в виде бутона) – 2 шт. Декор на всех литой в виде овальных условных 4-лепестковых цветочных розеток в окружении разнотипных лепестков (на длинной – это повторяющийся раппорт орнамента).

Мотив рыбы. Декор, судя по хорошо сохранившимся образцам, на первый взгляд отличного качества и тонкости рисунка. Детальное рассмотрение показало, что каждое изображение индивидуально и при всей тонкости рисунка не всегда удачно. Для группы I образцом может служить относительно хорошо сохранившаяся накладка (рис. 2: 1 ), где и композиция в целом гармонична, и проработанные детали на своем месте. На других накладках – некоторый «хаос» и в размещении элементов, и в прорисовке, и даже форме пальметты во рту рыбы (рис. 2: 3 ). В группе II две относительно хорошей сохранности накладки (рис. 3: 1, 3 ), но вроде однотипные рыбки отличаются как общим обликом, так и оформлением чешуек. В группе III на 8-образной накладке рыбка без плавников (рис. 3: 5 ). Фон на всех образцах обработан рядами и отдельными оттисками пуансона (рис. 1: 3 ), имитирующими водную среду.

Выделим «среднюю» накладку группы III, отличающуюся не слишком обычной формой для предметов конца I тыс. Особенности формы предмета (выступающая над остальной поверхностью центральная декорированная площадка – выступ-«ступенька») имеют аналогии в тувинских материалах из могильника Аймырлыг-2 конца X – начала XI в. ( Овчинникова, Длужневская , 2000. Рис. 15: 2, 6 ). Кроме того, случайные находки рубежа I–II тыс. с гравированным декором происходят из Минусинской котловины. На одних он выполнен пуансоном, рабочий край которого дает оттиск в виде условного цветка или цветочных лепестков (рис. 1: 4, 5 ). На других – с небрежно выполненным резцами растительным декором упрощенных почти до схематизма форм, а также отдельными крупными отпечатками пуансона с круглым рабочим краем ( Король , 2021а. С. 62, 63. Рис. 6).

Оформление бордюра накладки двойными «скобками» и штрихами между ними, своего рода «лепестками», также можно считать поздним этапом развития декора на ременных украшениях. Параллельными продольными полосами совершенно идентичного орнамента украшена поверхность двух длинных и пяти коротких позолоченных накладок из могильника Аймырлыг-3 в Туве³. Оттиски лепесткового штампа разных форм характерны для танского искусства, получили распространение в торевтике Согда ( Маршак , 1971. С. 48–50, 72), известны и в Минусинской котловине IX–X вв. ( Гаврилова , 1974. Рис. 3).

Рис. 4. Беллык. Ременные украшения группы IV ( 1–3 ). Стрелками указаны облои

Мотив одиночных (не парных⁴) рыбок на ременных украшениях, в том числе с гравировкой и пуансоном, известен в основном из Минусинской котловины ( Король , 2025. Рис. 5: 8, 9 ). Мотив рыбы в сложной композиции с растительным декором украшает и традиционную торевтику – серебряный с позолотой кувшинчик без ручки (рис. 1: 4 ), случайную находку 2011 г. из Минусинской котловины ( Оборин , 2019. Рис. 8). Декор искусно выполнен с применением чеканки и гравировки в мастерской высокого уровня ремесленных и художественных традиций. Форма сосуда почти идентична золотым кувшинам-кружкам с ручкой из Копенского чаатаса ( Киселев , 1949. Табл. LVI: 1, 2 ). На серебряном кувшинчике и пары, и по четыре рыбы размещены среди растительных мотивов и ртами фактически соприкасаются со стеблями полупальметт.

Возможно, образ рыбы с «ветвью» (условным «цветком») во рту, так же как и мотив пары рыб (см.: Король, 2025. С. 111–113), изначально восходит к символам буддийской традиции, позже стал популярным благопожелательным мотивом. Аналогии композиции не выявлены, но сохранение образа в искусстве Китая, Кореи подтверждают некоторые примеры. В Корее подобный мотив на традиционной корейской керамике пунчхон (рис. 1: 7) приобрел популярность в XV в. (Koehler, 2012. P. 64–66; см., напр.: Buncheong Ware…) Керамика с этим мотивом стала настолько символом культуры Кореи, что и в настоящее время сохраняет актуальность. В живописи Китая представители стиля гохуа нередко используют образ рыбы с веточкой («цветком») во рту как объект природы, а современные художники – и в шуточно-игривой манере (рис. 1: 8).

Растительный мотив . Декор на накладках группы IV в виде овальных условных 4-лепестковых цветочных розеток (схематичный лотос?) в окружении разнотипных лепестков совершенно нетипичен для растительного орнамента на ременных украшениях рассматриваемого времени Саяно-Алтая и прилегающих территорий. Идентичные накладки (длинная и две короткие) известны лишь из коллекции И. П. Товостина, хранящейся в Хельсинки ( Король , 2021б. Рис. 2: 1–3 ). По описи коллекции они происходят из разных мест Минусинской котловины. В целом предметы воспринимаются как детали одного комплекта. Они не были в огне и сохранили очень темный цвет бронзы (патина?) с остатками позолоты. Длинная накладка также с железной пластиной на обороте.

Технология

Об универсальной технологии литья в общем виде сказано выше (детали см.: Конькова , 1996. С. 19, 20, 37; Конькова, Король , 1999. С. 59, 61, 67, 68; 2001. С. 96, 97). Важно, что основной прием – литье «по восковой модели со вставкой» – позволял получать не только единичные (при литье по выплавляемой модели с ее утратой – схема А), но и серийные (при литье по оттиску готового ременного украшения хорошего качества в пластичной массе – схема Б) изделия с литым рельефным декором любой сложности. Таким приемом можно было тиражировать изделия сериями по одной условной «матрице»⁵. Схема В – литье по оттиску копий в литейной форме. Как и с какой скоростью идет процесс деградации орнамента, вплоть до его полной «нечитаемости», при отливке по этой схеме наглядно показали экспериментальные исследования серийного литья подобных предметов из Минусинской котловины ( Давыдов и др. , 2025. С. 84–86).

Группа I. Все накладки разной степени сохранности, слегка и неравномерно деформированы из-за внешнего термического воздействия, на наиболее поврежденных участках декор также поврежден. Для изготовления накладок (рис. 2) была применена схема литья В – по оттиску готового изделия, вероятно, не раз реплицированного, распространенной во второй половине IX – начале X в. формы. Об этом свидетельствуют стандартный общий контур предмета с фестончатыми краями, рельефные (но уже «затертые») декоративные детали в виде простейших пальметт с бутоном по углам и краям бортиков. «Матрица» была одна – все боковые размеры накладок совпадают, а бортики могли быть дополнительно подработаны. Оборотная сторона пустотелых ременных накладок имеет мощные бронзовые штифты, закрыта железными крепежными пластинами.

Лицевая поверхность использовавшегося длительное время («старого») предмета, изначально, вероятно, имевшего рельефную декорированную поверхность, но совершенно затертого в результате длительного использования или вторичных реплик, в процессе подготовки опочной массы для литья была, возможно, дополнительно выровнена, ибо следов рельефного орнамента на основном декоративном поле нет. Оно украшено гравировкой. При этом фон обработан пуансоном, рабочий конец которого имел мелкую зубчатую (?) полукруглую форму (рис. 1: 3 ). В итоге с помощью гравировки и пуансона на ровную центральную поверхность накладок была нанесена новая оригинальная композиция.

Как отмечено выше при рассмотрении декора, все четыре рыбки разные, с индивидуальными особенностями размещения композиции в целом и деталей основного изображения и сопутствующих ему растительных элементов. Очевидно, что предметы изготовлены в одной мастерской, но вряд ли один мастер гравировал бы каждый предмет с такими значительными отличиями. Можно предположить, что поставленную задачу выполняли подмастерья (один или скорее несколько) под наблюдением мастера. Именно поэтому на первый взгляд такой сложный тонкий декор на небольшом предмете исполнен в итоге с явными погрешностями как в композиционном построении, так и в некоторых деталях (число и размещение плавников рыб, особенности растительных элементов).

Группа II. Небольшие накладки предназначены для узкого ремня оголовья сбруи (рис. 3: 1–4 ). Они изготовлены, возможно, по схеме литья А или Б (по оттиску готового предмета с ровной центральной поверхностью). На обороте литые бронзовые штифты такие же мощные, как и на накладках первой группы, и узкие железные пластины (в одном случае – остатки непосредственно вокруг штифтов). Они разной степени сохранности: две (рис. 3: 1, 3 ) без явных следов внешнего термического воздействия; одна сохранилась хуже всех, часть ее оборотной пластины «оплавилась» и вытекла (рис. 1: 2 ; 3: 4 )⁶ на бортик – возможно, это еще и результат глубокой коррозии металла. Все накладки изготовлены по одной «матрице».

Декор в виде одиночной рыбки нанесен гравировкой. Детали имеют небольшие различия (число и размещение чешуек). Рыбка на хорошо сохранившемся образце (рис. 3: 3) с чуть вытянутым заостренным носом, что отличает ее от остальных. На всех накладках фон украшен полукруглым пуансоном, который нанесен хаотично, – рядами и отдельными оттисками.

Группа III. Накладки изготовлены так же, как и предметы группы II, возможно, по схеме литья А (или Б?), слегка деформированы в результате внешнего термического воздействия. На обороте обеих мощные бронзовые штифты. Восьмеркообразная накладка представляет собой предмет с рельефной перемычкой подтреугольного сечения между двумя частями (рис. 3: 5 ). На обороте у штифтов литейный брак в виде остатков металла (облои). Поверхность готового предмета с гравированным декором – рыбка и растительные элементы, соответствующим основному замыслу комплекта. Перемычка украшена «елочкой».

«Средняя» накладка – с немного расплющенным верхним бортиком (рис. 3: 6 ). По форме отличается от предметов группы I. Украшаемая поверхность разделена на основную часть (выступ-«ступенька»), которая возвышается над остальной на 0,1 см и обрамлена гладкими полосками, и декоративную общую «рамку». Вероятно, дефект отливки (нарушение температурного режима?) в месте соединения со штифтами еще при эксплуатации предмета (и в дальнейшем после внешнего термического воздействия) был причиной того, что он треснул в этих местах и далее по корпусу в верхней части у места стыка с общей «рамкой», которая повреждена справа. Декор гравированный, круглый и полукруглый пуансон фона основного поля нанесен рядами, но не строго, есть и отдельные отпечатки, рамка декорирована пуансоном, рабочий край которого дает оттиск в виде условного цветочного лепестка с прожилками.

Группа IV. Накладки этой группы (одна длинная, две короткие с идентичным по замыслу литым растительным декором) изготовлены, вероятно, по схеме литья Б, о чем говорят высокое качество декора (рис. 4) и идентичные аналогии. В целом литье качественное, хотя на обороте есть затеки металла (облои). Сохранность в основном хорошая (рис. 1: 2 ), бортик длинной стороны накладки (рис. 4: 1 ) поврежден. Следы огня проявлены в шероховатой поверхности выпуклых участков декора. Оборотные штифты мощные и длинные – для крепления на толстом ремне, как и у накладок других групп. На обороте длинной накладки – широкая железная пластина, на одной короткой – узкая.

В целом оборотные пластины ременных украшений комплекса Беллык железные – на больших накладках сплошные, на малых – узкие. Таким способом проводился ремонт доступными средствами изношенных изделий на позднем этапе существования ременных украшений из цветного металла конца I – начала II тыс. (см.: Король и др. , 2025. С. 268).

Все штифты бронзовые. Это могла быть толстая проволока, которая нарезалась и фиксировалась в не полностью остывшем металле отливки. Возникающие при этом углубления в дальнейшем при длительной активной эксплуатации предметов, возможно, могли вести к повреждениям в этих местах. На предметах с облоями на обороте (рис. 3: 5 ; 4: 3 ), вероятно, литые штифты. Размеры штифтов, напомним, – свидетельство того, что накладки предназначались для толстых ремней и украшали конскую сбрую.

Литой рельефный декор, получаемый в результате универсальной технологии литья, – основной для ременных украшений рубежа I–II тыс. не только Минусинской котловины, но и большого региона Саяно-Алтая с прилегающими территориями. Гравированный декор литой заготовки с плоской поверхностью распространен незначительно и в основном на позднем этапе распространения бронзовых ременных украшений, фиксируя упрощение всех технологических приемов. В основном он украшает небольшие предметы – обоймы и довольно простые накладки. Преимущественно это растительный декор, есть и мотив рыбок (см. выше) с украшением фона пуансоном.

Образцы качественного и сложного гравированного узора единичны ( Король , 2021а. С. 60, 61). Это статусные импортные изделия из серебра и золота, которые диктуют технологию как материал для чеканки и гравировки. Такая технологическая традиция в сочетании со сложным декором и обработкой фона круглым пуансоном характерна для торевтики эпох Тан (618–907) и Сун (960–1279), а также для качественных ременных украшений, в том числе бронзовых, эпохи Ляо (916–1125)⁷. Для рубежа I–II тыс. Саяно-Алтая ременные украшения с гравировкой по бронзе и пуансоном отражают в основном деградацию технологии изготовления литых ременных украшений с литым декором на позднем этапе.

Состав металла

Исследование выполнено И. А. Сапрыкиной8 на приборной базе ЦКП ИА РАН методами оптической микроскопии и безэталонного рентгенофлуо-ресцентого анализа (РФА). Методом РФА исследован химический состав металла предметов из выборки на портативном спектрометре 5i Tracer (Bruker), с предварительной механической очисткой поверхности анализируемых находок на участке взятия анализа. Время измерения каждой точки составляло 60 сек., глубина анализа – около 50 мкм. Источник возбуждения: рентгеновская трубка (мощность 4 Вт) с зеркалом из родия (Rh), напряжение: 6–50 кВ, ток: 4,5–195 мкА, параметр автоматической подстройки напряжения и тока под режим работы. Метод заключается в получении и обработке спектров выхода флуоресцентного излучения, возбуждаемых рентгеновским излучением, при программной обработке спектров содержание (%) элементов приводится к 100. На стереомикроскопе Stemi-2000C (Zeiss, Германия), снабженном камерой AxioCam ERc5s, проведена макрофотосъемка отдельных участков орнамента, нанесенного на лицевую сторону поясных бляшек (×1,0; 1,5).

По результатам анализа (табл. 1) проведено ранжирование сплавов и дальнейшее их описание на основе учета принципов геохимии (порог легирования 1,0 %) по классификации, отработанной на средневековом археологическом материале (Цветные…, 2008. С. 121–132). С учетом пребывания в огне исследуемых предметов полученные данные указывают фактический состав металла на момент проведения их анализа.

Таблица 1. Состав металла ременных украшений из Беллыка

04 ОО чо

04 ОО 40

40 04 ОО 40

со 40

04 ОО 40

со 40

О1 ОО 40

ОО О1 ОО 40

04 О1 ОО 40

со 40

со 40

со 40

со 40

ОО ОО 40

ОО 40

04 ОО 40

ОО 40

40 ОО 40

40 ОО 40

ОО 40

ОО ОО 40

04 ОО 40

04 ОО 40

ОО 40

оо 40

ОО 40

5Л

ОО

o'

о

40

о"

04

о”

о”

Я

oi"

04 ^1

04

04

40

-o Ph

О

2

О

о

я

40

o'

о

о

o'

о"

о

40

04

40

04 04"

04

а а" of

-o СЛ

04

О1

Я

ОО

О

О

40

о"

□

^

о of

^

£

Я

40" 40

п

04

04

W) c

о

о

о”

о”

О1

Я

o'

о"

o'

о"

О1

40 ^1

ОО 04"

40 °0,

40 °0,

Я

о"'

c n

ОО

*4

о

Я

^1

о

о

о

о

о”

О

04

О1"

Я

о

о

o'

о"

40

о"

о U

o'

04

О1 °0,

Я

o'

40

40

я

я

ОО 04"

о”

ОО

04

ОО

о

О

о"

о"

Я

о"'

о"'

с s

о

2

о

о

о

о

о

о

о.

О

о

с сл

я

р

ОО

of

О1 °f

of

О1 04" of

40 °0,

ОО °0,

я

Я

2

я

04 °0, of

of

of

о of

п

40 40" оо"

04 оо"'

оо

оо 04"

z

я

я

Я.

04 04^

о

o'

о”

о

40

04 40"

о"

40

o'

о

О

4» fa

04 40^

я

а 04

Я

ОО 04

04

40 04

О1 ^1

04

о

о"

ОО оо

ОО

О1

04 со

o'

04 40"

о"

04"

ОО

04

о"

Я

о"

□ и

ОО Г1 о

04 40^ о

О1 °\ 04

04

40 ^1

04

ОО 40 04

о

—

40 04

Ял 04

О1 40" 04

04

О

Я 04

04 а

я

оо" ОО

04 04

40 °0, 04

04 40" СЮ

04" of ОО

2

О

ОО

а ^1 of оо

д a U

о д S

о

о и

о

ft О ю О

о

О S

о

ft о О

ft О и

О S

о

о

О ft О О

О ^

о

ft О ю О

о

О

О д Д й

о Д Д Ч

о д д ч

О д

О д S 7

О д

о д д

н в g a к и

04

со

04

со

S S а о

3

5 а

04 5 а

s д эд « Д О О Д Й ® О Д 2 Й S -Eg Д

сЗ *2 эд а 2 11               о О, сз П С О to Д Ч о 2

сЗ л Н S о Е н с п о >> и & g g

сз а sgl to Д ОО

сЗ Н  & to Д О

ЭД > s Й

д

’—1

04

со

in

40

Г-

ОО

04

о

04

Состав металла включает в себя базовую геохимическую группу элементов (кобальт, никель, мышьяк, сурьма), которая связана с происхождением металла, и легирующие добавленные компоненты: олово, свинец, цинк. Разброс в концентрации геохимических компонентов свидетельствует чаще всего об использовании металлолома.

Группа I. Накладки отлиты из низколегированной оловянной бронзы (CuSn), содержание олова зафиксировано на уровне 1,75–5,88 %; микропримеси представлены железом, никелем, марганцем, кобальтом, цинком, серебром, сурьмой, свинцом, мышьяком (табл. 1: 1–4). Для некоторых проб зафиксировано повышенное содержание кобальта (Co) – 1,1; 1,16 %, никеля (Ni) – 1,02 % и железа (Fe) – 1,0–1,19 %; содержание остальных примесей находится ниже уровня 1,0 %. В целом зафиксированная номенклатура микропримесей позволяет предположить использование металла из полиметаллических руд; в то же время широкий разброс в показателях по содержанию микропримесей указывает на возможное использование лома цветного металла. В одной пробе накладки № 4 отмечено повышенное содержание свинца – 1,57 %, что, скорее всего, говорит о попадании места взятия пробы на участок, обогащенный свинцом. Оборотная пластина выполнена из железа.

Некоторые пробы с лицевой стороны накладок фиксируют высокое содержание золота (Au) в пределах 2,67–4,1 %. Это позволяет предположить наличие золочения деталей поясного набора, что характерно для ременных украшений рассматриваемой эпохи в регионе.

Группа II. Накладки также отлиты из низколегированной оловянной бронзы (CuSn), содержание олова на уровне 2,89–4,63 %; номенклатура микропримесей (табл. 1: 5–8) сходна с набором в сплаве группы I.

Наличие никеля в обеих группах говорит о том, что для отливки предметов использовался однородный металлолом, имеющий какое-то определенное происхождение с территорий, где был единый источник металла с никелем (Ni), который, напомним, служит характеристикой полиметаллической руды. Оборотная пластина выполнена из железа. Лицевая сторона накладок со следами золочения (Au – 3,64; 6,6 %); визуально они не фиксируются, но отметим, что анализ бортов накладок не показал присутствия золота в самом металле.

Группа III. Это единичные накладки (табл. 1: 9, 10), одна – 8-образная, отлита из низколегированной оловянной бронзы (CuSn), где содержание олова 2,53; 2,71 % и повышенное содержание кобальта – 1,02; 1,18 %, что объединяет металл этой накладки с металлом групп I и II. Следы позолоты также не зафиксированы.

Другая накладка («средняя») оригинальная (исходная), отлитая из высоко-оловянной бронзы (CuSn) с содержанием олова на уровне 12,76; 15,73 %; номенклатура микропримесей не выделяется, повышенных концентраций нет. Отметим все же, что геохимическая группа элементов, связанная с происхождением металла, и особенно очень низкое количество никеля (до 0,09 %) подчеркивают отличие этого сплава от металла первых двух групп и 8-образной накладки из этой условной группы. Но металл накладки в целом также из переплавки, о чем свидетельствуют примеси свинца и серебра. Следы золочения на ней не зафиксированы.

Группа IV. Накладки с единым растительным мотивом декора отлиты из нескольких типов сплавов: длинная (табл. 1: 11) – из высокооловянной бронзы (CuSn), где содержание олова 18,32; 18,66 %; номенклатура микропримесей стандартная для рассматриваемой выборки, повышенное содержание зафиксировано для свинца (1,29; 1,36 %). На лицевой поверхности анализом зафиксировано присутствие золота (5,3; 5,72 %) – следы золочения. Можно заключить, что это хороший ремесленный металл с минимальными добавками. Никель и мышьяк (геохимические показатели, характеризующие руду) отсутствуют.

Короткие накладки (табл. 1: 12, 13) отлиты из оловянной бронзы , где олово – 11,28; 11,58 %; в сплаве зафиксировано повышенное содержание свинца в пределах 1,39; 2,99 %, но мы относим его к категории микропримесей, т. к., судя по их номенклатуре, сплав для отливки этих накладок был получен путем сплавления лома цветного металла и разбавления его оловом. В составе немного никеля (около 0,09 %) и присутствует мышьяк (до 0,72 %). Можно говорить, что это другой металл (по сравнению с длинной накладкой), как по геохимическим, так и по металлургическим показателям. В металле одной из коротких накладок также зафиксировано присутствие золота на уровне 1,42 %.

В целом в выборке выделяется несколько разных рецептур сплавов: это, прежде всего, «чистая» высокооловянная бронза, из которой отлит «оригинал» из группы III; это низколегированная оловянная бронза со сходной рецептурой сплава (повышенные концентрации, в основном кобальта), из которой были отлиты накладки групп I–III; и высоколегированная бронза группы IV, составленная путем смешения лома цветного металла и дополнительных порций олова. За исключением группы III, накладки имеют следы позолоты, выполненной, видимо, методом холодного золочения (присутствие ртути не зафиксировано).

Таким образом, комплексное исследование набора ременных украшений из цветного металла рубежа I–II тыс. из Минусинской котловины (местонахождение – Беллык) показало следующее. Он представлен накладками с сюжетом на одну тему (рыба, в том числе среди «цветов»), дополнен (возможно, только для совершения поминального обряда и захоронения набора) тремя накладками с растительным декором в виде условных цветов (лотоса?). В смысловом аспекте эти украшения с разным декором дополняют друг друга. В Китае рыба/рыбы в окружении цветов (как правило, лотосов) – популярный сюжет в традиционном искусстве9. Такое изображение – прямое пожелание процветания.

Набор представлен еще и разными по технологии изготовления образцами. Литой декор качественных изделий с растительным орнаментом, характерный для конца I тыс., сочетается с изделиями с гравировкой. Последние включают в себя и оригинальную накладку («среднюю»), отличную по металлу от других и особенностями формы тяготеющую к хронологически переходному этапу от бронзовых ременных украшений к железным со своей системой декорирования поверхности, характерным элементом культуры следующего этапа развития культуры енисейских кыргызов (Кызласов, 1983. С. 42–44). Их совместное нахождение известно в археологических комплексах Тувы конца X – начала XI в.

В части набора с образом рыбы тоже имеются накладки (группа I), которые сохранили сложившиеся формы предметов с литым декором, но не сохранили литой декор, т. е. в месте их производства уже не было традиции литья по восковой модели со сложным рельефным орнаментом. Накладки обработаны инструментами для гравировки и пуансоном. На них нанесен совершенно оригинальный декор, не имеющий идентичных аналогий. Возможно, он был сделан срочно (из переплавленного металла разного происхождения) по индивидуальному заказу для конкретного человека. Умозрительно можно предположить, что перед мастером (с учениками?) был оригинальный первоисточник изображения (сосуд?), с которого и «срисована» композиция.

По аналогии «средней» накладки-оригинала группы III с материалами могильника Аймырлыг в Туве можно предположительно датировать весь комплект также концом X – началом XI в.

Исследованный набор в целом представляет синкретичный вариант, созданный на сломе эпох, на базе старых традиций декора и технологий. Таким образом, на конкретном примере можно наблюдать смену технологических традиций востока Саяно-Алтайского региона (Средний и Верхний Енисей). Нарушение культурно-технологических связей после ухода енисейских кыргызов с политической арены Центральной (Внутренней) Азии в первой трети X в. и активизации там других сил было существенной основой технологических изменений в их культуре.