О некоторых проблемах, связанных с исполнением постановлений о лишении специального права в виде права управления транспортным средством соответствующего вида или другими видами техники

П рава и свободы человека и гражданина являются выражением ценностей и интересов всего общества в целом. Они, как закрепляет Конституция Российской Федерации, свойственны каждому от рождения [1]. Также, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Государство, устанавливая правоотношения в той или иной сфере общественной жизни граждан, обязано вводить санкции за нарушение правовых норм. Отрицательные последствия применяемых санкций являются гарантом соблюдения защищаемых государством прав и свобод человека.

Если норма поведения имеет правовой характер, то она является общеобязательной для соблюдения, при этом охрана данной нормы обеспечивается государством. Как отмечает в своем исследовании О.Ю. Бакаева, «…несоблюдение норм различных отраслей права, приводит к различным видам ответственности: уголовно-правовой, гражданско-правовой, административно-правовой и другим видам» [2]. Основными по объему и частоте применения являются меры уголовной и административной ответственности.

Среди основных мер административной ответственности выделяется административное наказание, предусмотренное ч. 3 ст. 3.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) – лишение специального права в виде права управления транспортным средством, которое чаще всего применяется в контексте вопросов обеспечения безопасности дорожного движения и подразумевает ограничение (лишение) на определенный срок гражданина права управления транспортным средством (далее – ТС).

Административное наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений, как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Большое значение для общества и государства имеет исполнение административных наказаний. Без соответствующего исполнения, применяемых в обществе наказаний, государство не способно решать поставленные перед конкретной отраслью права задачи. В случаях, если правонарушитель, после совершения противоправного деяния, не будет привлечен к ответственности, то законные интересы физических и юридических лиц, а также общества и государства будут уязвимы [3].

Нормы права, регулирующие и констатирующие порядок исполнения постановлений по делам об административных правонарушениях, призваны гарантировать такой принцип административного законодательства, как равенства перед законом. Российское законодательство постоянно развивается в данном направлении, повышая эффективность применения этих норм, но так же, законодатель должен постоянно соблюдать баланс и осуществлять изменение норм в сторону ужесточения или смягчения с особой внимательностью, так как они затрагивают конституционные права лица, в отношении которого начато производство по делу об административном правонарушении.

В соответствии со ст. 3.8. КоАП РФ, лишение физического лица, совершившего административное правонарушение, ранее предоставленного ему специального права, устанавливается за грубое или систематическое нарушение порядка пользования этим правом, а также, за уклонение от исполнения иного административного наказания, назначенного за нарушение порядка пользования этим правом в случаях, предусмотренных статьями Особенной части КоАП РФ.

Применение органами внутренних дел (далее – ОВД) мер административного воздействия, связанных с исполнением постановления о лишении специального права в виде права управления ТС устанавливаются на основании норматино-пра-вовой базы, регламентирующей применение данного вида административного наказания. Однако, как отмечают в своем исследовании В.В. Головко и др., «…исполнение административных наказаний на практике встречает определенные трудности», «…большое количество лиц уклоняется от сдачи водительских удостоверений» [4, с. 206].

Важно отметить, что обеспечение безопасности дорожного движения, а также, осуществление государственной регистрации транспорта и право выдавать водительское удостоверение соответствующей категории всецело возложено на подразделения ГИБДД МВД России (далее – Госавтоинспекция).

Актуальность применения административного наказания в виде лишения права управления ТС обусловлена соответствующей статистикой. Так, в 2021 году сотрудниками Госавтоинспекции пресечено 547 900 фактов управления ТС водителями в состоянии опьянения и водителями, отказавшимися от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, из них:

– 66300 правонарушений отнесены к уголовной юрисдикции (ст. 264.1. Управление транспортным средством в состоянии опьянения лицом, подвергнутым административному наказанию или имеющим судимость);

– 304800 административных правонарушений за управление ТС в состоянии опьянения (ст. 12.8. Управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, передача управления транспортным средством лицу, находящемуся в состоянии опьянения);

– 176600 административных правонарушений за отказ водителей ТС от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (ст. 12.26. Невыполнение водителем транспортного средства требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения).

Почти 283800 водителей были лишены права управления ТС за совершение наиболее распространенных административных правонарушений, а именно по статьям 12.8 и 12.26 КоАП РФ [5].

Таким образом, правовое регулирование, обеспечение и применение лишения специального права в виде права управления ТС крайне актуально не только в карательных целях, но и в целях изъятия правонарушителей из общей массы правомерно управляющих ТС водителей. Вместе с тем, существует определенный перечень специальной техники (примечание к ст. 12.1. КоАП РФ), которая также может передвигаться по дорогам общего пользования, но ее регистрация, а также, выдача удостоверений на право управление данными видами ТС осуществляется государственной инспекцией по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники (далее – Гостехнадзор).

В КоАП РФ закреплено исполнение должностными лицами ОВД постановлений судьи о лишении специального права в виде права управления транспортным средством за исключением трактора, самоходной машины и других видов техники (ч. 1 ст. 32.5), а должностные лица органов Гостехнадзора исполняют постановление судьи о лишении права управления трактором, самоходной машиной или другими видами техники (ч. 2 ст. 32.5). Рассматриваемые нормы вызывают определенные осложнения, как в вопросах правоприменения административного законодательства, так и во взаимодействии между подразделениями Госавтоинспекции и Гостехнадзора.

О.И. Бекетов и С.И. Корыц подчеркивают, что «…именно фрагментарность административноправового регулирования, прежде всего порождает необходимость значительного усиления координации при исполнении постановлений судей о лишении водителей права управления ТС в части лишения право управления трактором, самоходной машиной и другими видами техники» [6, с. 119]. С ними соглашается Е.В. Гвоздева, утверждая, что «правовое регулирование в данной сфере имеет ряд пробелов, влекущих конфликты и риски правоприменения» [7, с. 36].

На фоне сказанного, обратим внимание на содержание ч. 1 ст. 32.6. КоАП РФ, согласно которой: «Лишение права управления ТС определённого вида означает, что субъект административной ответственности одновременно лишается права управления и другими ТС…» [7, с. 36], если судья вынес решение о его лишении права управления всеми видами ТС.

Представленный анализ правоприменительной практики в сфере исполнения административного наказания связанного с лишением права управления ТС соответствующего вида или другими видами техники позволил определить следующую проблематику:

– отсутствует достаточная нормативно-правовая база, регламентирующая систему взаимодействия органов исполняющих постановление о лишении специального права в виде права управления ТС;

– имеет место недостаточный уровень взаимодействия, в том числе отсутствие межведомственного электронного взаимодействия между подразделениями Госавтоинспекции и Гостехнадзора [8].