Проблемы правового регулирования применения цифровых технологий в уголовном процессе Российской Федерации в контексте реализации его принципов

В последние годы проблемы использования цифровых технологий в уголовном процессе РФ активно обсуждаются в юридической литературе. Как представляется, причиной тому служит острая практическая необходимость законодательного разрешения отдельных вопросов применения цифровых технологий в уголовном судопроизводстве. Заметим, что в отечественном уголовном процессе уже применяются некоторые цифровые технологии, например, видеоконференцсвязь в судебном производстве, сервисы системы ГАС Правосудие, прием заявлений о преступлениях путем заполнения формы на сайте МВД и некоторые другие. С внесением в 2022 году изменений в УПК РФ и дополнения его ст. 189.1 стало возможным производство некоторых следственных действий, таких как допрос, очная ставка и предъявление для опознания с использованием систем видео-конференц-связи. Также уже достаточно давно в практике используется электронный документооборот, предполагающий пересылку с помощью различных мессенджеров или электронной почты электронного образа того или иного документа. Такая форма электронного документооборота получила нормативное закрепление в ст.ст. 474.1 и ст. 474.2 УПК РФ.

Помимо законодательных новелл в этой области и в науке звучат различные предложения по внедре нию в уголовный процесс конкретных цифровых тех нологий , в том числе способствующих эффективному раскрытию и расследованию преступлений [5].

В научных работах , посвященных данной проблема тике , в качестве достоинств использования цифровых технологий в уголовном процессе отмечается ускорение судопроизводства , обеспечение безопасности его участ ников , экономическая и даже экологическая целесообраз ность [6]. При этом обращается особое внимание на то , что внедрение цифровых технологий должно осущест вляться в строгом соответствии с принципами уголовно го процесса и с уважением к правам его участников [11].

Вместе с тем , на наш взгляд , проблема цифровиза ции уголовного судопроизводства гораздо глубже и за ключается в том , что она безусловно влияет на самые основы уголовного судопроизводства , что , в свою оче редь , невозможно без трансформации принципов уго ловного судопроизводства . Исходя из этого , рассмотрим подробнее применение цифровых технологий в уголов ном процессе в контексте реализации его принципов .

Материалы и методы

Основу исследования составили положения Уголов но - процессуального кодекса Российской Федерации , регламентирующие вопросы применения цифровых технологий в уголовном процессе РФ , а также научные статьи по проблематике исследования . В ходе исследо вании применялся комплекс общенаучных и частно - на учных методов , включая методы анализа отдельных уголовно - процессуальных норм , регулирующих исполь зование цифровых технологий в уголовном процессе , формально - логический метод в целях выявления про белов и коллизий в рассматриваемой сфере правового регулирования , формально - юридический метод для анализа норм УПК РФ , их интерпретации и построения альтернативных юридических конструкций .

Описание исследования

Принципы уголовного судопроизводства определяют содержание всей уголовно - процессуальной деятель ности и оказывают влияние на формирование уголов но - процессуальных гарантий и содержание отдельных правовых норм , регулирующих те или иные правоот ношения в уголовном процессе [12]. Реализация прин ципов уголовного судопроизводства осуществляется через соблюдение правовых предписаний , устанавли вающих порядок уголовного судопроизводства . Эти правовые предписания регулируют различные сферы уголовно - процессуальной деятельности , в частности , связанные с полномочиями его участников , порядком производства следственных действий , осуществлением доказывания и т . д .

Поскольку на момент принятия УПК РФ в 2001 году развитие цифровых технологий находилось на зачаточ ном уровне , большинство судопроизводственных норм и гарантий были сформулированы без учета возможно сти их применения , например , присутствие понятых при производстве следственных действий как удостоверяю щее средство , порядок подачи жалобы на действия и ре шения следователя , дознавателя и суда и т . д . Внедрение в уголовный процесс цифровых технологий требует изменения сформулированных в УПК РФ и отработан ных годами правовых предписаний , устанавливающих порядок уголовного судопроизводства , в связи с чем возникает вопрос , как эти изменения повлияют на ре ализацию принципов уголовного судопроизводства ?

Рассмотрим означенную проблему на примере от дельных принципов .

Принцип законности (ст. 7 УПК РФ) устанавливает, что нарушение норм уголовно-процессуального закона судом, прокурором, следователем, органом дознания, начальником органа дознания, начальником подразделения дознания или дознавателем в ходе уголовного судопроизводства влечет за собой признание недопустимыми полученных таким путем доказательств.

В силу положений ст . 75 УПК РФ доказательства , полученные с нарушением требований уголовно - про цессуального закона , являются недопустимыми . Недо пустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения , а также использоваться в доказывании .

Доказательства , полученные с использованием цифровых технологий , не укладываются в привычную формулу в силу особенностей порядка получения дока зательственной информации и ее закрепления . Ярким примером тому может служить производство допроса , очной ставки и опознания путем использования систем видео - конференц - связи ( ст . 189.1 УПК РФ ).

Так , в силу положений ч . 2 ст . 189.1 УПК РФ в произ водстве следственного действия путем использования систем видео - конференц - связи принимают участие два следователя ( дознавателя ): один тот , в производстве , которого находится уголовное дело , второй — тот , ко торому направлено поручение на производство след ственного действия (« следователь - исполнитель ») [3, с . 120]. В научной литературе обращается внимание на неопределенность процессуального статуса « следо вателя - исполнителя » и как результат возникновение сложностей при заявлении ему отвода или реализации им полномочий по осуществлению привода [9]. Все это существенным образом отражается на реализации по дозреваемым или обвиняемым права на защиту , а по терпевшим права на возмещение вреда , причиненного преступлением .

Также следует обратить внимание на то обстоятельство, что применение цифровых технологий не всегда допустимо в силу недостаточного уровня «информационно-коммуникационной грамотности отдельных слоев населения, которые в силу ненадлежащего состояния здоровья, социальной незрелости, недостаточности технической оснащенности собственного быта не способны воспринять технологические инструменты LegalTech» [9, с. 78]. Применение цифровых технологий в этих случаях может привести к злоупотреблениям и нарушениям прав и законных интересов таких участников следственных действий, к возникновению сомнений в достоверности полученных сведений, а следовательно, и к недопустимости поученных доказательств. Вместе с тем, решение о возможном применении видео-конференц-связи или иных технологий полностью зависит от следователя и не ограничено какими-либо объективными критериями. Как представляется, одним из возможных решений данной проблемы может быть закрепление правила о возможности применения средств видео-конференц-связи только с согласия участников следственного действия или же, как минимум, при отсутствии поступивших от них возражений на такое использование. Также высказыва- ются предложения о закреплении в ст. 189.1 УПК РФ исчерпывающего перечня обстоятельств, при наличии которых возможно производство допроса, очной ставки, опознания путем использования систем видео-конференц-связи [9].

На сегодняшний день вразрез с общими правилами об ознакомлении с протоколами следственных дей ствий идут положения ст . 189.1 УПК РФ , устанавливаю щие единственный способ ознакомления с протоколом следственного действия , произведенного с использова нием средств видео - конференц - связи , в форме оглаше ния . Н . Н . Гаас здесь справедливо указывает на недопу стимость ограничения права участника следственного действия на ознакомление с протоколом лично путем его прочтения [2]. Как представляется , оглашение про токола вслух не всегда позволяет воспринять инфор мацию со всей полнотой и осознать правильность ее фиксации , что в итоге влияет на оценку достоверности протокола допроса , составленного по итогам производ ства следственного действия с использованием средств видео - конференц - связи как средства доказывания . В юридической литературе предлагаются различные решения данной проблемы [2; 15], одним из наиболее обоснованных нам представляется предложение на правлять протокол следственного действия на элек тронный ресурс органа предварительного расследо вания по месту нахождения участника следственного действия , что позволит ему ознакомиться с ним непо средственно [9].

Существуют и иные проблемы , связанные с допу стимостью доказательств , полученных с применением цифровых технологий , например , что касается формы приобщения к материалам уголовного дела документов , полученных посредством электронных отправлений , а также с гарантиями установления достоверности со держащихся в них сведений .

Вопросы о допустимости доказательств возникают также при копировании , осмотре и выемке электронных и иных передаваемых по сетям электросвязи сообщений ( ч . 7 ст . 185 УПК РФ ). Вопрос о том , как процессуальны ми средствами обеспечить достоверность полученных данных , остается открытым . В юридической литературе предлагается разработка самостоятельного следствен ного действия , направленного на получение и фиксацию информации из мессенджеров и электронных сетей [4].

Таким образом , реализация принципа законности при производстве доказывания с применением циф ровых технологий потребует внедрения иных , нежели существующих , правил получения и фиксации доказа тельственной информации .

Применение цифровых технологий непосредственно влияет и на реализацию принципа охраны прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве (ст. 11 УПК РФ), который предполагает возможность применения мер безопасности в отношении отдельных участников уголовного судопроизводства, в частности, путем сохранения в тайне их личных (персональных) данных. Цифровое производство и исполь- зование интернет-ресурсов так или иначе открывают возможность доступа широкого круга лиц, не являющихся участниками уголовного судопроизводства, к материалам уголовного дела и персональным данным его участников, что может негативно отразиться как на результате расследования, так и на безопасности свидетелей, потерпевших и других лиц. В результате обеспечение безопасности участников уголовного процесса при цифровом производстве может стать отдельной значимой проблемой, решение которой лежит не только в организационно-технической плоскости, но и процессуальной.

В современной правоприменительной практике уже существуют способы решения проблемы сохра нения конфиденциальности персональных данных участников судопроизводства , например , обезличива ние судебных решений при их размещении в открытом доступе в сети Интернет . Однако этого представляется недостаточно для обеспечения безопасности участни ков процесса именно на стадиях расследования уголов ного дела и рассмотрения его судом .

В качестве отдельных , требующих принятия особых мер безопасности , можно отметить проблемы сохра нения в тайне факта , условий и данных об участниках досудебного соглашения о сотрудничестве , персональ ных данных свидетелей и потерпевших , а в отдельных случаях данных о подозреваемых и обвиняемых . Сохра нения секретности в ходе расследования может потре бовать и сам факт проведения отдельных следственных действий , равно как и полученные вследствие этого результаты , а также , например , факт получения согла сия суда на их проведение .

В юридической литературе данный вопрос мало исследован . Авторами предлагается введение отдель ных мер по сохранению конфиденциальности сведе ний об участниках процесса . Например , А . А . Количенко , В . Е . Мушаков , О . А . Грачева предлагают в целях обеспе чения конфиденциальности сведений о защищаемом участнике уголовного процесса в условиях цифрови зации предоставить ему право « самостоятельно при нимать меры к удалению цифровых следов в сети Ин тернет » [7, с . 24], что представляется весьма спорным решением возникшей проблемы . В литературе выска зываются и иные предложения .

Изложенное обуславливает необходимость совер шенствования действующего уголовно - процессуально го законодательства в части создания дополнительных гарантий безопасности участников уголовного судопро изводства и сохранения тайны следствия при исполь зовании цифровых технологий .

Внедрение цифровых технологий повлияло и на реализацию права участников уголовного судопроизводства на обжалование процессуальных действий и решений суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, органа дознания, начальника органа дознания, начальника подразделения дознания и дознавателя. Так, еще в 2016 году законодатель впервые допустил возможность использования электронного документооборота на судебных стадиях уголовного судопроизводства. Федеральным законом от 23.06.2016 г. № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» в УПК РФ включена статья 474.1 «Порядок использования электронных документов в уголовном судопроизводстве», которая допускает подачу ходатайств, заявлений, жалоб, представлений в суд в форме электронного документа. Приказом Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 27 декабря 2016 г. № 251 во исполнение данных законодательных нововведений утвержден «Порядок подачи в федеральные суды общей юрисдикции документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа».

В 2023 году законодатель допустил возможность использования электронных документов и в ходе досудебного производства . Федеральным законом от 25.12.2023 г . № 672- ФЗ « О внесении изменений в Уго ловно - процессуальный кодекс Российской Федерации » кодекс был дополнен соответствующей статьей 474.2.

Вместе с тем какие - либо изменения , связанные с возможностями использования электронного доку ментооборота , в главу 16 УПК РФ « Обжалование дей ствий и решений суда и должностных лиц , осущест вляющих уголовное судопроизводство » так и не были внесены , что свидетельствует об отсутствии комплекс ного подхода к внедрению цифровых технологий в уго ловный процесс .

На практике при поступлении в суд или правоохра нительные органы заявлений , жалоб и других обраще ний в форме электронных документов уполномоченные лица вынуждены их распечатывать вместе с приложе ниями самостоятельно , что обусловлено традиционной бумажной формой оформления материалов уголовного дела . Данная проблема , на первый взгляд , кажется чисто технической , но с дальнейшим расширением использо вания цифровых технологий в уголовном судопроиз водстве ее решение видится именно во внесении изме нений в уголовно - процессуальный закон , который бы позволил формировать электронное уголовное дело или материалы по жалобам и обращениям с помощью собственно электронных документов .

Заметим, что идея «электронного уголовного дела» не является новой. В уголовно-процессуальной науке предложены разные модели ведения электронного документооборота между органами расследования, прокурором и судом. Одна из них предложена В. А. Лазаревой и С. И. Вершининой, которые разработали схему, в соответствии с которой орган расследования формирует уголовное дело с помощью автоматизированной информационной системы, затем по окончании расследования формирует и направляет прокурору лишь ту часть материалов, которая подтверждает обвинение, включая обвинительное заключение или обвинительный акт. В свою очередь прокурор, утверждая итоговый процессуальный акт органов расследования, направляет в суд только его, а материалы, подтверждающие обвинение, представляет в ходе судебного разбирательства [1]. Не вдаваясь в обсуждение достоинств и недостатков данного предложения, заметим, что по сегодняшний день на законодательном уровне никаких изменений в уголовно-процессуальный закон, позволяющих органам расследования вести документооборот с применением цифровых технологий, не вносилось.

Таким образом , предоставление участникам уго ловного судопроизводства возможности реализовать свое право на обжалование путем подачи электронного документа не повлияло в целом на форму документо оборота при производстве по уголовному делу , но при этом создало ряд сложностей , связанных и идентифи кацией заявителя , а также породило дополнительные материальные и временные затраты для органов рас следования и суда .

Рассуждая о влиянии цифровизации на реализацию принципов уголовного судопроизводства , следует так же упомянуть о принципе разумного срока уголовного судопроизводства ( ст . 6.1 УПК РФ ). Безусловно элек тронный документооборот должен быть направлен на сокращение сроков уголовного судопроизводства и эффективно этому способствовать . Предоставление органам расследования возможности истребовать справки , характеристики и иные документы в элек тронном виде , в том числе от органов государственной и муниципальной власти , государственных учреждений и должностных лиц , а также внедрение электронного межведомственного документооборота позволили бы существенно сократить сроки расследования , получать информацию в более сжатые сроки и быстрее на нее реагировать . Так , например , в юридической литературе достаточно давно ведется дискуссия о возможности пе ревода судебно - экспертной деятельности на цифровую платформу . Возможно применение цифровых техно логий в уголовном процессе позволило бы во многом снять проблему нарушения сроков предварительного расследования ( с учетом сокращения времени на полу чение ответов на запросы из государственных органов и иных организаций , в том числе экспертных учрежде ний ) и , возможно , даже позволило бы обсуждать вопрос об их сокращении .

Актуальным также является вопрос о реализации принципа состязательности сторон в условиях внедрения в уголовный процесс цифровых технологий. Конструкция ст. 15 УПК РФ указывает на две основные составляющие принципа состязательности: первая из них предполагает разделение уголовно-процессуальных функций обвинения, защиты и разрешения уголовного дела, а вторая устанавливает правило равноправия сторон защиты и обвинения перед судом. Как представляется, применение в уголовно-процессуальной деятельности цифровых технологий влияет на реализацию прав и законных интересов сторон уголовного судопроизводства, чем обуславливает изменения в реализации данного принципа. Не вдаваясь глубоко в дискуссию о реализации принципа состязательности сторон в ходе досудебных стадий уголовного судопроизводства, примем позицию тех процессуалистов, которые считают, что принцип состязательности не в полной мере, но все же реализуется в ходе досудебного производства [10]. Подтверждением тому выступают положения УПК РФ, устанавливающие право подозреваемого и обвиняемого на защиту, и право защитника участвовать в досудебном производстве, собирать и представлять доказательства, принимать участие в следственных действиях, заявлять жалобы, ходатайства, отводы и т. п. [8, с. 55–56].

Конституционный Суд Российской Федерации ука зал , что судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон , что предпо лагает предоставление сторонам обвинения и защиты равных процессуальных возможностей по отстаиванию своих прав и законных интересов . Необходимой гаран тией судебной защиты и справедливого разбиратель ства дела является равно предоставляемая сторонам реальная возможность довести свою позицию относи тельно всех аспектов дела до сведения суда , поскольку только при этом условии в судебном заседании реали зуется право на судебную защиту , которая должна быть справедливой , полной и эффективной ¹.

Возможность использования в уголовном процессе инновационных цифровых технологий вне всяких сомнений влияет на возможности сторон эффективно участвовать в доказывании. В этой связи Я. В. Тучков указывает на перспективу расширения возможностей стороны защиты по включению в материалы дела представленной ею доказательственной информации, в том числе посредствам подачи защитником заявлений и ходатайств в электронном виде и автоматическом включении их в материалы электронного уголовного дела в виду отсутствия у лица, производящего расследование, возможности отказать в их принятии [14]. Некоторые процессуалисты даже допускают возможность в целом изменения соотношения процессуальных возможностей сторон в пользу защиты на досудебном производстве при условии предоставления сторонам защиты и обвинения равного доступа к включению в материалы электронного уголовного дела всей, имеющей, на их взгляд, значение, доказательственной информации [13].

В свете сказанного есть основания надеяться , что цифровые технологи позволят исключить возможные злоупотребления при принятии , рассмотрении и раз решении ходатайств , жалоб и других обращений участ ников уголовного процесса в досудебном производстве , где проблема реализации принципа состязательности сторон стоит особенно остро . В частности , представля ется , что направление ходатайств в электронном виде увеличит шансы стороны защиты на активное участие в доказывании и будет способствовать большей реали зации принципа состязательности сторон .

Заключение и вывод

Изложенное позволяет в целом признать , что внедре ние цифровых технологий в уголовно - процессуальную деятельность оказывает существенное влияние на ре ализацию принципов уголовного судопроизводства и требует создания новых уголовно - процессуальных гарантий прав и законных интересов участников уго ловного судопроизводства , а также совершенствования правовой регламентации применения таких технологий в уголовном процессе .

В частности , требуют расширения пределы допу стимости доказательств , полученных с применением цифровых технологий . Для этого необходима комплекс ная переработка существующих правовых положений , регулирующих процесс доказывания .

Необходимым представляется создание дополни тельных гарантий безопасности участников уголовно го судопроизводства , в том числе в целях сохранения тайны следствия .

Кроме того , применение цифровых технологий могло бы существенно сократить сроки уголовного судопроизводства , что положительно бы сказалось на соблюдении прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства .

Наделение же стороны защиты возможностью представлять органам предварительного расследова ния доказательственную информацию в электронном виде , при закреплении правила об обязательности ее включения в материалы уголовного дела , способство вало бы более полной реализации принципа состяза тельности сторон в досудебном производстве .