Семиотическая концепция исследования лингвистических реалий

Семиотика - наука о знаках и знаковых системах, сформировавшаяся в самостоятельное научное направление в XX в., ввела в научный обиход ряд понятий и описала принципы работы с ними. Основной единицей рассмотрения при этом стал знак, воспринимаемый как нечто, «чье наличие или отсутствие ‘обозначает’, ‘репрезентирует’, ‘демонстрирует‘ что-то важное для получения или обработки информации» [Соломоник, 2011, с. 15]. При этом форма знаков может быть самой разнообразной, а содержание оставаться неизменным в пределах принятой семиотической системы [там же, с. 33]. В то же время следует отметить, что общепризнанного определения знака не существует, и даже основоположники семиотики понимали знак каждый по-своему. Так, например, в работах одного из них Чарльза Пирса (1837 - 1914) представлено более 70 определений знака [Соломоник, 2006, с. 108].

Знаки классифицируются вместе с типами знаковых систем, количество которых так велико, что свести их в единую базу не представляется возможным. Основной компонент знаковой системы - базисные знаки. Они определяют её свойства, задают направление, в котором система развивается в соответствии с заложенной в характере знаков логикой. Функции знаков определены обозначением некоего референта (дезигната) и возможностью использовать знак для представления его референта в процессе исследования и работы с ним с помощью методов семиотики.

Основная часть

Выбор чего-либо в качестве базисного знака системы можно назвать как осознанным, так и случайным. В подтверждение этому приведем такой факт: в системе языка базисным знаком обычно признается слово, но польский германист Юзеф Дарский в своем фундаментальном труде «Deutsche Grammatik. Ein vollig neuer Ansatz» (Немецкая грамматика. Принципиально новый подход) [Darsky, 2010, S. 105-120] пишет о минимальных значимых единицах языка и о первичных, вторичных и третичных словоформах как о существенной проблеме смыслообразования. При этом он заостряет свое внимание на полнозначности одних слов и вспомогательной функции других (предлогов, коннекторов и т.п.). Таким образом, позиция Ю. Дарского свидетельствует об условности выбора слова как базисного знака языковой знаковой системы, что, однако, не является доводом в пользу несостоя- тельности семиотического подхода к лингвистике. Примерно также можно трактовать и мнение В.Б. Шкловского, требовавшего в одной из литературоведческих работ: «не анализируйте слово, анализируйте систему слов» [Шкловский, 1983, с. 448]. Иначе говоря, слово признается базисным знаком языковой системы весьма условно и становится таковым при условии его комплексного функционирования и включения во все взаимосвязи этой системы с учетом всевозможных вариантов иерархической сочетаемости.

Ни одна отрасль знания, которая формируется в процессе познавательной деятельности людей, не может существовать без общепринятой научной парадигмы. Об этом писал Томас Кун [Кун, 2001, с. 149], утверждая, что без предписаний парадигмы не существует никакой нормальной науки. Под парадигмой он понимал целостный взгляд на мир и его устройство, некую модель, позволяющую прийти к тем или иным конкретным выводам в какой-либо научной области [там же]. Перенося данное определение парадигмы на отдельно взятое научное направление, можно трактовать её как целостный взгляд на все входящие в него элементы с соответствующей иерархией их упорядоченности, позволяющей их исследование с формулировкой выводов относительно функционирования и взаимодействия этих элементов.

В парадигму семиотических исследований включаются элементы - знаки определенной знаковой системы, которая охватывает фрагмент окружающей нас действительности. Для того чтобы некий элемент предстал перед человеком как знак, необходим опыт восприятия и обобщения того, что окружает человека, соответствующий уровень интеллектуального осознания мира, философский взгляд на явление. Подобные обобщения происходят не одномоментно, накапливаются в работе многих поколений ученых, наблюдающих, обобщающих, исследующих реальность. За понятием «реальность» не закреплено каких-либо универсальных смыслов, что связано с произвольным употреблением данного слова, непосредственно зависящим от контекста [Оводова, 2013, с. 101]. Абстрагируясь от философских категорий объективности и субъективности, вслед за А. Соломоником, мы обозначаем данную среду как онтологическую реальность, включающую ряд уровней онтологии: биологический, психологический, ментальный, духовный и др., то есть как то, что большинством воспринимается как окружающий мир. Именно он, будучи поделенным на области научного познания, превращается в материал для наблюдений и позволяет исследователю соответствующего профиля обобщить наблюдаемое на уровне реальности иного типа - семиотической, в которой анализ элементов переходит на уровень знаков и знаковых систем. В семиотической реальности знаки выступают заменителями реальных предметов и явлений, как бы «шифруя» их. Иными словами, они становятся «посредниками» между двумя материальными системами, одна из которых рассматривается как означающее другой [Степанов, 1971, с. 129]. Типы знаков (естественные, образные, языковые, иероглифические, математические, формализованные и т.д.) различаются по «кванту абстрактности» [Соло-моник, 2006, с. 14], то есть по степени приближенности к их референтам в онтологической реальности. В классификации Ч.С. Пирса рассматриваются три типа знаков: иконические, индексальные и знаки-символы в зависимости от вида отношений означаемого и означающего [Никитина, 2006, с. 46]. Очевидно, что оперировать знаками может только специалист, который имеет представление и о знаках определенного вида, и о референтах данных знаков, и о знаковой системе, в которую они входят. Наблюдая за знаками как за некими явлениями и постоянно происходящими с ними процессами, он выявляет закономерности в повторяющихся событиях и систематизирует их на уровне семиотического обобщения.

Для работы с семиотическими системами необходимо определение входящих в неё конституэнтов и связанных с ними понятий, объяснение работы с ними. В качестве инструмента, позволяющего реализовать эти действия, выступает метаязык - «свод сведений о том, для чего создается данная система, каковы её основные и производные от основных знаки, как они организованы внутри системы, по каким правилам изменяются и функционируют» [Соломоник, 2006, с. 126]. С помощью метаязыка интерпретатор анализирует процессы внутри семиотической системы, формулирует выводы относительно среды наполнения, определяет правила работы внутри семиотических систем, логику их трансформаций, поясняет наличие или отсутствие каких-либо компонентов, освещает все стороны происходящего.

В процессе наблюдения за функционированием семиотической системы её исследователь сталкивается с тем, что система не остается неизменной, а постоянно трансформируется в результате сознательной и целенаправленной деятельности людей. Поэтому процесс анализа знаковых систем не останавливается, методы его совершенствуются, а сам он углубляется, расширяется, становится все более разноплановым. Модификации знаков, возникающие со временем в рамках системы, приводят к тому, что сама система все больше удаляется от исходного варианта того времени, когда она начинала формироваться. Основные (базисные) знаки дополняются вспомогательными, сращиваются с ними и превращаются в единый сложный знак. Количество дополнений зависит от качеств референтов новых знаков и того места, которое они получают в общей знаковой парадигме системы, решая поставленные перед ними задачи.

Принято различать открытые и закрытые знаковые системы. К закрытым системам относят в основном точные науки. Так Людвиг фон Берталанфи пишет в своей книге «Общая теория систем: Основы, Развитие, Применения» (1968), что традиционная физика работает только с закрытыми системами, по тому же принципу действуют физическая химия и термодинамика [Bertalanffy, 1968, р. 39-40]. Закрытые системы функционируют изолировано от своего окружения в онтологической реальности, в то время как открытые системы подобны живому организму, который существует и развивается благодаря постоянному притоку и оттоку, созданию и разрушению входящих в них компонентов [там же].

Для открытых систем характерно постоянное проникновение в них новых типов знаков. Чтобы это было возможно, система должна обладать достаточной степенью прозрачности. Тогда при определенных условиях новые знаки органично воспринимаются системой, не затрудняя пользователю работу с ней, а их появление предопределяется, как правило, объективными предпосылками. По прошествии какого-то времени знаки нового типа воспринимаются уже как естественные элементы знаковой системы, в которую они вводятся.

Как закрытые, так и открытые знаковые системы состоят из базисных и произвольных знаков, которые, в свою очередь, не существуют (то есть не воспринимаются) как знаки вне соответствующих знаковых систем. Если знак изолирован от его окружения, он может быть исследован, но без соотнесения с другими знаками, то есть не как элемент знаковой системы, а как самостоятельное явление онтологической реальности.

Процесс, в котором нечто функционирует как знак, называется семиозисом [Моррис, 1983, с. 46]. Семиозис определяют три фактора: 1) нечто, воспринимаемое как знак (означающее), имеющее соответствующий - дезигнат / референт (означаемое); 2) интерпретанта или воздействие, которое знак оказывает на воспринимающего его человека, и 3) интерпретатор, способный понять и расшифровать происходящее в процессе семиозиса. Последний должен не только иметь представление о знаках системы, но и оперировать знаками в полноценной семиотической деятельности, то есть владеть навыками их восприятия, анализа и интерпретации. В результате семиозиса выявляются закономерности, оперируя которыми интерпретатор устанавливает порядок взаимодействия, взаимовлияния и взаимозависимости знаков друг от друга.

В ходе познания окружающего мира исследователь переходит от хаотической и нерас-члененной картины онтологической реальности к её внешне и внутренне организованному представлению, которое дискретно и получает отражение в виде знаков - соответствий, представленных в семиотической реальности. Знаки неоднородны, они располагаются на различных уровнях дискретно и последовательно. В результате семиозиса выявляются закономерности, оперируя которыми интерпретатор устанавливает порядок взаимодействия, взаимовлияния и взаимозависимости знаков друг от друга.

Знак соединяется в системе с другими знаками, благодаря чему его семантические возможности расширяются, синтаксические связи наделяют его потенциалом иного уровня реализации, демонстрации референта в новых неожиданных ракурсах. Постепенно формируется некое семиотическое образование, в определенном смысле равное онтологической реальности, при систематизации, обобщении свойств и закономерностей функционирования которого оно приобретает вид модели. Моделями называются схематические представления сложных объектов или процессов, которые упрощают их и ограничивают самыми существенными компонентами [Gross, 1990, S. 24].

Семиотическая модель не воссоздает онтологической реальности в её осознаваемых очертаниях, а воспроизводит её, являясь обобщающим мыслительным образом. Поэтому она может значительно отличаться от своего прототипа. Важно, однако, чтобы модель отражала самые существенные характеристики «натуры», показывала возможные типы связи между элементами-знаками, для демонстрации которых она создается [Соломоник, 2006, с. 54].

Семиотическая модель включает, как правило, знаки разного уровня и поэтому должна отражать способы связи между ними. Речь идет о синтаксической связи элементов, благодаря которой модель может расширяться и обогащаться. Иными словами, знак в модели получает поддержку других знаков, приобретая в результате вид, позволяющий актуализировать то прагматическое значение, к которому в определенном контексте стремиться вся модель.

Заключение

Обратившись к тексту как к некой среде, в которой слова выступают в качестве базисных знаков, известные семиологии стали трактовать его как знаковую систему, имеющую закономерности построения и функционирования. Дискретность знака, обозначающего какое-либо отдельное явление, влияет в таком ракурсе на его самостоятельность. В результате соединения знаков общего класса в нечто связное, знаки приобретают континуальные свойства за счет расширения в синтагматическом направлении и открывают новые качества дискретности. Потенциал новых структурных связей дает возможность функционировать знаковой системе как единое целое, развиваться как континуум по своим законам.

В соответствии с положениями семиотики текст рассматривается как открытая знаковая система, в которой наряду с конвенциональными знаками появляются новые, не имевшие места ранее знаки. Подобное можно наблюдать при появлении в письменных текстах знаков неязыковой природы, которые и ранее включались в тексты определенного типа (таблицы, схемы, рисунки моделей и т.п.), и все чаще включаются сейчас и, очевидно, будут включаться в будущем (фотографии, коллажи, смайлики и др.). Такие элементы текста никоим образом не связаны со словом, а способность текста включать их в себя обусловлена тем, что он должен отображать жизнь со всеми её нововведениями, вбирая в себя достижения прогресса. В результате семиотическая реальность текста постоянно модифицируется, а её форма меняется, отражая черты онтологической реальности, преобразуется на семиотическом уровне посредством все более сложных разновидностей знаковых форм. Хотя текст функционирует как замкнутая система, она остается открытой и гибко реагирует на преобразования, без которых человеческая жизнь немыслима. Пересекаясь с другими знаковыми системами, она включает их в себя по необходимости и приобретает благодаря этому большую выразительность, увеличивая свой семантической и прагматический потенциал.

Своеобразие новых форм знаков в семиотической реальности текста объясняется не только появлением в онтологической реальности чего-то ранее не встречавшегося, но и одним из общих свойств знаковых систем, чутко реагировать на любые внешние и внутренние преобразования. Их новые типы появляются не тогда, когда завершено построение систем предыдущего уровня, а тогда, когда новые явления уже укоренились в сознании людей, и возможность появления знаковой системы продвинутого типа превращается в стимул к обобщению уже осознаваемых идей.