Социальное проектирование в теории и практике предупреждения преступлений: предпосылки и основные направления криминологического познания
Бесплатный доступ
В статье представлены предпосылки и основные направления криминологического познания социального проектирования в предупреждении преступлений. Определена высокая степень социальной значимости проектной деятельности в Российской Федерации и обоснована необходимость её адаптации к современной антикриминальной практике. Выявлены проблемы в разработке и реализации социальных проектов профилактической направленности. Представлены теоретические предпосылки криминологической концепции социального проектирования в сфере предупреждения преступлений. Намечены наиболее перспективные направления криминологического познания поднятых вопросов.
Криминология, криминологическое исследование, социальное проектирование, предупреждение преступлений, социальный проект
Короткий адрес: https://sciup.org/14137104
IDR: 14137104 | УДК: 340 | DOI: 10.24412/2220-2404-2025-3-13
Social design in the theory and practice of crime prevention: background and main directions of criminological cognition
The article presents the prerequisites and main directions of criminological cognition of social design in crime prevention. The high degree of social significance of project activity in the Russian Federation is determined and the need for its adaptation to modern anti-criminal practice is substantiated. Problems have been identified in the development and implementation of social projects of a preventive nature. The theoretical prerequisites of the criminological concept of social design in the field of crime prevention are presented. The most promising areas of criminological knowledge of the issues raised are outlined.
Текст научной статьи Социальное проектирование в теории и практике предупреждения преступлений: предпосылки и основные направления криминологического познания
Введение .
Активное развитие российского общества, сопровождающееся модернизацией экономического и научно-технологического потенциала государства, социальным и культурным обогащением населения, укреплением традиционных российских духовно-нравственных ценностей, а также усилением чувства патриотизма в социуме, способствует последовательному достижению национальных целей и стратегических задач Российской Федерации.
Указанные позитивные трансформации достигаются путем разработки и реализации документов стратегического планирования, федеральных, региональных и местных программ, а также совершенствования законодательства в различных областях общественных отношений. Особое место среди механизмов развития государства и общества занимает социальное проектирование.
Обсуждение .
Традиционно, социальное проектирование представляет собой последовательный творческий процесс конструирования системы социальных действий, направленных на преодоление различных социальных проблем и способствующих развитию государства, общества и отдельных видов социальных отношений путем предоставления грантовой поддержки в виде денежных средств для достижения поставленной в проекте социально-полезной цели [1, c. 4].
Высокая степень значимости социального проектирования не единожды подчеркивалась Президентом Российской Федерации. Участвуя во встрече с гендиректором Фонда президентских грантов, В.В. Путин отметил: «…Особенно приятно, когда люди, особенно в социальной сфере, реализуют свои идеи и планы, сказал он. Это напрямую связано с поддержкой тех, кто ждет этой помощи, и она приходит как раз вовремя, эффективно реализуются средства, получаемые от государства» [2].
В соответствии с открытыми данными Фонда президентских грантов, за период с 2017 по 2023 гг. гранатовую поддержку получили более 41 проекта, направленных некоммерческими организациями. По итогу 1 сезона конкурса «Росмолодежь. Гранты» для физических лиц в 2024 году поддержку получили более 1300 проектов [3]. Указанная поддержка осуществляется по наиболее важным для развития государства социальным направлениям.
Реализация подобных общественных инициатив оказывает влияние и на область антикриминаль-ной практики. Грантовая поддержка социальных проектов по укреплению межнационального и межрелигиозного согласия, защите прав и свобод человека и гражданина, в том числе по защите прав заключенных, охраны здоровья граждан, пропаганды здорового образа жизни, а также финансирование проектов по профилактике социально негативных явлений и противодействию идеологии экстремизма и терроризма в молодёжной среде, напрямую оказывает влияние на минимизацию причин и условий преступности, способствует снижению криминогенного потенциала отдельных социальных групп, позволяет оптимизировать антикриминальную деятельность субъектов профилактики.
Вместе с тем, качественный и количественный анализ представленных некоммерческими организациями и физическими лицами проектов в области профилактики преступлений посредством изучения информационно-телекоммуникационных ресурсов, несущих информацию о содержании грантовых инициатив в области анти-криминальной практике, наглядно демонстрирует ряд проблем [4–5].
Отдельные некоммерческие организации и физические лица не в полной мере осознают содержательную часть профилактической работы, упускают категории лиц, которые в большей степени требуют оказания профилактического воздействия, расплывчато формулируют цели и задачи проекта в данной области, практически не взаимодействуют со специальными субъектами профилактики преступлений. В свою очередь, специальные субъекты профилактики и вовсе исключены из практики разработки и реализации подобных проектов, слабо ориентированы на взаимодействие с некоммерческими организациями и физическими лицами, разрабатывающими и реализующими проекты в сфере профилактики преступлений. В результате, социальное проектирование в сфере антикрими-нальной практики существенно теряет свою эффективность.
Наряду с представленными трудностями социального проектирования в исследуемой области, важным моментом, усугубляющим ситуацию, выступает отсутствие должной научнометодической основы и стандартов оценки эффективности социального проектирования в сфере профилактики преступлений. Нередко, разработчики проектов, стремясь продемонстрировать активность и добиться краткосрочных положительных изменений, не учитывают необходимость систематического сбора данных, анализа ситуации и формулирования четких критериев результативности. Между тем, для формирования устойчивого антикриминального пространства недостаточно разовых акций, даже если они достигают кратковременного успеха, – требуется целостная программа, увязанная с научно обоснованной стратегией, которая учитывала бы специфику целевых групп и масштабы социальной среды, где происходит формирование и эскалация криминального поведения.
В свою очередь, вопросы социального проектирования практически не освещены и в научной плоскости. Наряду с имеющимся определением социального проектирования в правоохранительной практике, под которым следует пони- мать процесс создания идеи совершенствования правоохранительной практики и соответствующих сфер общественной жизни посредством постановки конкретных целей и задач по их достижению, а также описания необходимых мероприятий и ресурсов для практической реализации идеи в поставленные сроки, данные вопросы в науке практически не освещены [6].
Криминологическая теория не обогащена фундаментальными положениями о социальном проектировании в сфере предупреждения преступлений, механизмах разработки и реализации подобных инициатив, отсутствуют конкретные предложения по включению социальных проектов в антикриминальную практику субъектов предупреждения преступлений.
В совокупности, указанные обстоятельства определяют актуальность и социальнополитическую значимость социального проектирования в сфере предупреждения преступлений, указывают на необходимость накопления криминологических знаний в данной области. Тем более, что в криминологической науке накопилось достаточно информации, способствующей разработке полноценной концепции социального проектирования в сфере предупреждения преступлений.
Концепция социального проектирования, как нам видится, является закономерным продолжением теории предупреждения преступлений и основывается на фундаментальных трудах советских и российских криминологов. В первую очередь, это работы Г.А. Аванесова, А.И. Алексеева, Ю.М. Антоняна, М.М. Бабаева, Ю.Д. Блувштейна, С.В. Бородина, Н.И. Ветрова, Я.И. Гилинского, А.И. Долговой, А.Э. Жалинского, З.С. Зарипова, В.И. Игнатенко, К.Е. Игошева, И.И. Карпеца, В.Е. Квашиса, Н.Г. Кобеца, М.И. Ковалева, В.Н. Кудрявцева, Н.Ф. Кузнецовой, С.Я. Лебедева, А.Г. Лекаря, Г.М. Миньковского, И.Б. Михайловской, А.Р. Рати-нова, А.Б. Сахарова, А.В. Симоненко, И.А. Стручкова, И.В. Жарова, A.M. Яковлева и др.
Отдельные вопросы участия граждан и некоммерческих организаций в разработке и реализации профилактических инициатив рассматриваются в трудах: С.А. Васильева, С.И. Герасимова, Е.В. Грибанова, Ю.Ф. Гладыря, В.С. Ивановой, В.С. Прохонова Т.В. Раскиной, М.В. Хомутова.
Результаты .
Вместе с тем, невзирая на широкие масштабы и высокую степень социальной политической значимости социального проектирования в сфере профилактики преступлений, в криминологической теории отсутствует комплексное научное знание о содержании проектной деятельности и её антикриминогенном потенциале, механизмах разработки и реализации социального проекта, направлениях трансляции антикриминальных проектных инициатив практику предупреждения преступности.
Указанные социально-политические и теоретические предпосылки, а также отсутствие комплексного криминологического знания об анти-криминогенном потенциале социального проектирования обуславливают необходимость разработки теоретических положений в данной области.
Находясь лишь в начале исследовательского пути уже сегодня, можно наметить основные направления изучения социального проектирования в сфере антикриминальной практике. Среди обилия направлений криминологического познания, выделим наиболее важные из них:
– теоретические и социально-политические предпосылки социального проектирования в сфере предупреждения преступлений;
– понятие, содержание и основные направления социального проектирования в предупреждении преступлений;
– система социального проектирования в предупреждении преступлений;
– антикриминогенный потенциал социального проектирования;
– механизмы трансляции результатов социального проектирования в антикриминальную практику;
– социальное проектирование в общесоциальном и специально-криминологическом предупреждении преступлений;
– социальное проектирование в виктимологи-ческой профилактике преступлений;
– социальное проектирование в предупреждении отдельных видов преступлений;
– социальное проектирование в противодействии современным криминальным угрозам в сети Интернет;
– социальное проектирование в противодействии распространения идеологии экстремизма и терроризма;
– социальное проектирование в предупреждении правонарушений в сфере незаконного наркооборота и наркопотребления;
– социальное проектирование в противодействии негативным социальным явлениям, связанным с преступностью.
Заключение .
Резюмируя вышесказанное, следует отметить, что усиленное внимание представителей государственных органов, расширение масштабов финансирования деятельности в сфере социального проектирования, а также необходимость беспрерывного совершенствования системы предупреждения преступлений, обуславливают
ГУМАНИТАРНЫЕ , СОЦИАЛЬНО - ЭКОНОМИЧЕСКИЕ И ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ / HUMANITIES, SOCIAL-ECONOMIC AND SOCIAL SCIENCES. 2025. № 3 ( март )
–– ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ –– необходимость разработки и запуска самостоятельного направления антикриминальной практики – социального проектирования в сфере предупреждения преступлений. С этой целью криминологическая наука должна обогатиться новыми теоретическими положениями о природе, содержании и механизмах функционирования социальных проектов в России, определить антикриминогенный потенциал рассматриваемого явления, выявить наиболее перспективные направления и механизмы реализации социальных проектов в сфере предупреждения преступлений.
Решение подобных научных задач позволит существенно обогатить криминологическую теорию новыми теоретическими положениями, а их «претворение в жизнь» способно значительно повысить эффективность антикриминальной практики.