Способы концептуализации учительства в повести Ч.Т. Айтматова «Первый учитель»

Концепт «учитель» является ключевым для педагогического дискурса и русской, и киргизской культуры. В.А. Маслова определяет ключевой концепт культуры как «ядер-ную единицу картины мира, обладающую экзистенциальной значимостью как для отдельной языковой личности, так и для общества в целом» [8, с. 51]. Авторские тексты позволяют выявить наиболее яркие концептуальные признаки. Используя знания национальной культуры в целом, авторы привносят в нее свое осмысление. В киргизской лингвокуль-туре зафиксировано уважительное отношение к учителю (экинчи эне – мугалим – «учитель – вторая мать»; мугалим чырпыктан чы-нар өстүрөт мугалим – «учитель вырастит из черенка огромное дерево»); к знаниям, учению (окуу – билим азыгы, билим – ырыс – «уче- ние – источник знания, знание – счастье»). Ценностные установки писателя прослеживаются в его ориентации на определенные стороны характеристик мира. Учитель в творчестве Ч.Т. Айтматова выступает образцом образованности и лучших человеческих качеств. «Приоритеты в выборе тех или иных признаков концепта позволяют делать вывод об особенностях индивидуально-авторской картины мира» [11, с. 683]. Как пишет М.В. Пименова, «авторские картины мира объединяет с языковой картиной мира то, что писатели – носители языка – используют общепринятый языковой фонд, вводя в него свои собственные окказиональные метафоры» [Там же]. На выбор тех или иных средств выражения влияет не только жанр и тематика произведения, но и характер, видение автора. Извлечение материала из авторской концептуальной картины мира позволяет увидеть особенности индивидуальноавторского мировидения. В случае данного исследования – повести Ч.Т. Айтматова «Первый учитель», где тема учительства представлена наиболее ярко в содержательном и коннотативном значении.

Индивидуально-авторская картина мира Ч.Т. Айтматова ‒ предмет интереса многих исследователей, среди которых А.Ф. Кофман [7], З.К. Дербишева [2], Ж. Хуан [12], Б.Ж. Касы-малиев, К.Э. Касымалиева [4], Н.Ж. Чонмуру-нова [13], Ж.Ж. Капенова [5].

В статье было использовано несколько методов лингвистического анализа. Описательный метод – для констатации и обобщения языковых фактов; концептуальный – для выявления основных групп признаков, формирующих структуру концепта, интерпретативный – для истолкования фактов русской и киргизской культуры. Все перечисленные выше методы составляют основу методики Санкт-Петербургско-Кемеровской школы, основанной на поэтапном изучении структуры концепта (В.В. Колесов и М.В. Пименова) [6; 9; 10]. Иллюстративным материалов фрагментов текстовой объективации послужила повесть Ч.Т. Айтматова «Первый учитель» [1].

На предварительном этапе исследования концепта «учитель», репрезентированного словами учитель , ученик , учить , неуч , наука, было выявлено 33 понятийных признака: ‘знания’, ‘умения’, ‘навыки’, ‘взгляды’, ‘опыт’, ‘давать образование / обеспечивать возможность учиться’, ‘твердить/вперять в мысль/память’, ‘преподносить уроки / обогащать опытом’,

‘учить’, ‘(вы)учиться’ ‘научить’, ‘заучивать’, ‘постигать что-либо’, ‘обосновывать / развивать / высказывать мысль / теорию / положение)’, ‘объяснять/показывать, как нужно делать’, ‘поучать / внушать / наставлять / воспитывать’, ‘преподавать’, ‘перенимать’, ‘наставление’, ‘обучение’, ‘учение’, ‘учеба’, ‘оказывать влияние’, ‘выучка’, ‘дрессировать’, ‘учитель’, ‘преподаватель’, ‘профессор’, ‘ученый’, ‘наставник(ница)’, ‘лицо, занимающееся преподаванием’, ‘учащийся’, ‘ученик’, ‘человек, который учится чему-либо’, ‘глава / автор / распространитель учения’, ‘заслуженный учитель’, ‘человек, обладающий авторитетом, имеющий последователей’, ‘последователь’, ‘сторонник взглядов / учения / деятельности’, ‘бить’, ‘наказывать’, ‘заставлять’ ‘дом учителя’. Рассмотрим их актуализацию на материале повести.

Признаки ‘учить’, ‘(вы)учиться’, ‘научить’, ‘учение’, ‘учеба’ восходят к мотивирующим (Так вот, комсомол послал меня учить ваших детей; Я не мулла, аксакал, я комсомолец. А детей теперь будут учить не муллы, а учителя ; Мы жили в темноте. А теперь советская власть хочет, чтобы мы увидели свет, чтобы мы научились читать и писать. А для этого надо учить детей). Ликование охватывает душу главной героини в предвкушении начала обучения в школе («Смотрите на меня! Смотрите, какая я гордая! Я буду учиться , я пойду в школу и поведу за собой других!..») . В те годы (1924 г.) цели обучения были минимальные (А через год Дюйшен обещал научить нас писать слово «революция»). Отсутствие специального образования компенсировалось безмерным желанием комсомольца Дюйшена учить детей, открыть им дорогу в жизнь (Буду учить вас всему, что знаю сам… И действительно, он учил нас всему, что знал сам, проявляя при этом удивительное терпение ; Дюйшен учил нас так, как умел, как мог, как казалось ему нужным , что называется, по наитию ; Если бы я мог лучше учить ребят, я бы ни о чем больше не мечтал).

Учительская деятельность главного героя произведения, Дюйшена, начиналась с противоречий, недопонимания (Ты лучше скажи, зачем она нам, школа ?; Мы испокон веков живем дехканским трудом, нас кетмень кормит. В те времена такие слова, как «школа», «учеба», были в новинку и люди не очень-то в них разбирались ; Ей не до учебы ! Не такие безродные, а те, что с отцом да с матерью, и то не учатся).

Фразеологические обороты и просторечия способствуют объективации запрограммированной автором концептуальной информации (И дети наши будут жить так же, на кой черт им учение; Шутка ли учить детей, чьи деды и прадеды до седьмого колена были неграмотны . Я мысленно держала ответ перед моим первым учителем и не смела отступать; Я еще приеду к своему учителю и буду держать перед ним ответ ) .

Мотивирующий признак ‘школа’ объективируется метафорой (Нашла себе забаву – в школу ходить) . Лексема школа сопровождается целым рядом эпитетов, в которых прослеживается эволюция становления школы Дюй-шена: школа Дюйшена – ветхая школа – наша школа – моя первая школа – большая школа с большими окнами . Автор часто прибегает к описанию, повествуя о школе ( В школе , если можно так назвать ту самую мазанку с зияющими щелями ; бугор , где стояли тополя, у нас почему-то называли «школой Дюйшена» ; в неведомом никому промерзшем сарае, именуемом школой ) , часто использует сравнение ( Учитель хочет, чтобы мы увидели свет , чтобы мы научились читать и писать ; Но для нас, Дюйшеновых учеников , все это представлялось такой же истиной, как то, что молоко белое; В нашей школе стало так тихо, будто ее накрыла лавина; Мы (ученики), маленькая частица частицы народа ). Автор использует устаревшие выражения (Чего ради ты мыкаешься с этой школой ) .

Образная составляющая концепта ‘школа’ представлена в произведении очень ярко. Тяжело давалось обустройство школы (Частенько мы его видели с большущей вязанкой курая или соломы на спине; Когда мы в первый раз пришли в школу, учитель усадил нас на разостланную по полу солому и дал каждому по тетрадке, по карандашу и по дощечке). Скромные условия не мешали ученикам мечтать о школе будущего (И мы уже тогда твердо верили, что, когда народ заживет побогаче, наша школа будет помещаться в большом белом доме с большими окнами и что ученики там будут сидеть за столами). В буквальном смысле на своих плечах учитель помогал ученикам добраться до школы (До первых снегов мы ходили в школу вброд <…> А потом ходить стало невмоготу – ледяная вода обжигала ноги <…> И тогда Дюйшен стал на руках переносить их через речку. Он сажал одного на спину, другого брал на руки и так по очереди переправлял всех учеников). Усилия учителя вызывали сочувствие у его учеников (Эх, бедняга! Учительское дело тоже, видно, не из легких).

Учитель и ученик – основные участники педагогического дискурса. Эмоциональнооценочный полюс концепта учитель в рассматриваемом произведении исключительно положительный. В учителе дети видели человека особого статуса ( Учитель , а вы с Лениным за руку здоровались?; Что уж там говорить! Чего только не затевал тогда Дюй-шен! А мы-то ведь всерьез считали его учителем ; Что сказал бы учитель Дюйшен, если бы увидел меня такой беспомощной. И я крепилась, запрещая себе лишний раз оглянуться, точно бы учитель наблюдал за мной со стороны). Будни учителя вызывали большой интерес у его учеников (Мы завернули к школе: интересно было посмотреть, что там делает учитель ). Посвящение себя педагогическому делу является главной идеей этой повести (Каждый раз учитель говорил им о светлом будущем. Даже просыпаясь среди ночи, думал о своих учениках <…> Он вкладывал в свое дело всю душу . Он сам ходил по дворам, собирая учеников ).

Глубокие переживания об учителе охватывали сердце его любимой ученицы Алты-най, когда он уходил в районный центр ( То и дело выбегала я из дома, смотрела в заснеженную безлюдную степь : не покажется ли учитель на дороге ? Но не видно было ни души. Где же ты, учитель наш ? Умоляю тебя, не задерживайся допоздна, возвращайся быстрей. Мы ждем тебя, ты слышишь, учитель! Мы ждем тебя! <…> А голову точила только одна мысль: « Вернулся ли, вернулся ли учитель ?»). Ее переживания и любовь откликались в душе учителя теми же чувствами. Айтматов использует яркий эпитет, усиливая эмоциональную окраску высказывания (И пусть твое счастье будет в учении, звездочка ты моя ясная ) . Он верил в свою любимую ученицу и возлагал на нее большие надежды ( Ты должна учиться <…> Может, ты станешь настоящим учителем и тогда вспомнишь нашу школу, может, и посмеешься) . Автор показывает, как важно было мнение учителя для Алтынай (Как скажете, учитель, так и будет, – ответила я; В самые тяжелые минуты я мысленно держала ответ перед моим первым учителем и не смела отступать). В трагические минуты жизни она сравнивает свои поступки с поступками учителя (Пусть пропаду в дороге, пусть настигнет меня погоня, но я буду биться до последнего дыхания – так же, как мой учитель Дюйшен).

Языковые элементы эксплицитно или имплицитно отображают авторское мировиде-ние. Реализация концептуальной информации обеспечивается путем авторского выбора речевого события. Используя концептуальную метафору, автор передает безмерную скорбь и переживания главного героя после смерти вождя народа – Ленина (Вот и тогда видно было, что учитель наш убит горем <…> И тогда учитель сказал простуженным, прерывающимся голосом : «Умер Ленин. По всей земле люди стоят сейчас в трауре . И вы стойте на своих местах, замрите. Смотрите вот сюда, на портрет. Пусть запомнится вам этот день»; Вот ты все убиваешься. А ведь слезами не воскресишь Ленина!).

Признак ‘ученый’ также восходит к мотивирующим: Алтынай Сулаймановна, хорошо бы вам съездить в аил, повидаться с земляками. Вас там все знают, гордятся вами, но знают-то больше понаслышке и, случается, поговаривают, что, мол, наша знаменитая ученая , видно, чурается нас, дорогу позабыла в свой Куркуреу; Эта ученая женщина , видимо, вспомнила сейчас ту пору своей юности, которой, как поется в наших песнях, не докричишься с самой высокой горной вершины). Ученики Дюйшена хранили память о своей первой школе (Но вот в дом вошел местный паренек и подал хозяину пачку телеграмм. Телеграммы пошли по рукам: бывшие ученики поздравляли своих земляков с открытием школы) .

Повесть «Первый учитель» является выражением индивидуально-авторской картины мира Ч.Т. Айтматова. Анализ авторского художественного текста напрямую способствует восприятию всей социокультурной информации, опосредуемой этим текстом. Концептуализация учительства репрезентируется как эксплицитно, так и имплицитно на основе выделенных концептов педагогического дискурса: «учитель», «ученик», «школа», «учение», «знание», учеба», «ученый».