Жизненный мир москвичей (по материалам инициативного социологического исследования)

Введение . Концепция жизненного мира, впервые предложенная немецким философом Э. Гуссерлем (Гуссерль, 2004), в современной социологии оказывается инструментом анализа как субъективного мира человека, так и интерсубъективной социальной реальности в их взаимосвязи и взаимообусловленности (Дивисенко, 2014: 6). Понятие «жизненный мир» в отечественной социологии является основополагающим для теории социологии жизни, разработанной Ж.Т. Тощенко, который предлагал рассматривать этот многомерный конструкт через анализ нескольких переменных: сознания, его состояний и особенностей развития; поведения, его изменяющихся и устойчивых форм; внешних условий, главным образом, социальной инфраструктуры; форм гражданского участия; препятствий и рисков развития поведения и сознания (Тощенко, 2015: 13–14). Под его руководством было проведено масштабное исследование жизненного мира россиян (конец 1980-х – середина 2010-х гг.), в рамках которого подробно изучена динамика экономических и политических установок, миграционных намерений, здоровья и качества жизни, ценностных ориентаций (Жизненный мир россиян …, 2016).

Пространственно-территориальные особенности российского государства, тесно связанные с асимметрией социально-экономического, культурного, политического развития, актуализируют рассмотрение вопроса о жизненном мире через призму дихотомии «федеральное – региональное», учитывающей несоразмерность функционирования социальных процессов в разных локальных общностях. Горизонтальная и вертикальная дифференциации были наиболее подробно и системно изучены в рамках мониторинговых проектов, проводимых с 2005 г. под руководством Н.И. Лапина, направленных на создание социокультурных портретов субъектов России1. Жизненный мир в данном случае рассматривается как важная социологическая категория, требующая верификации по некоторым параметрам – как фиксации экзистенциального опыта людей, так и определения уровня взаимопонимания участников общественных отношений (Лапин, 2017).

Несоразмерность регионального развития в условиях российской действительности проявляется не только в диспропорции между разными территориально-административными единицами, но и в концентрации экономических, человеческих, инфраструктурных, культурных ресурсов в столичных городах. Подобный дисбаланс усложняет всю систему общественных процессов в целом и требует более тщательной проработки основных вопросов внутренней политики, более продуманных и гибких управленческих решений, оказывает непосредственное влияние на каждого гражданина – как жителя провинции, так и жителя мегаполиса. Следует отметить, что при анализе жизненного мира таких городских агломераций выделяют отдельный вид идентичности – мегаполисную, отличающуюся культурной нелокальностью, разомкнутостью социально-духовного пространства, высокой степенью открытости к модернизации, низким уровнем распространения патриархальных стереотипов (Ильиных, 2019: 53–54).

Уникальность жизненного мира москвичей связана с высокими темпами развития мегаполиса, который обладает рядом качественных характеристик, отличающих его от других, менее развитых городов России. Так, для Москвы характерно высокое культурное многообразие, город является магнитом для людей из разных концов нашей страны и мира, что влечет за собой высокие темпы миграционных потоков и создание уникальной социокультурной среды мегаполиса. Такая ситуация, однако, характеризуется рисками возникновения интеграционных трений. Кроме того, Москва – город с высокой степенью атомизации, где межличностные отношения трансформируются, приобретая новейшие формы. Особенности жилищной инфраструктуры порождают ситуацию, когда огромное количество людей, замкнутых на одной плоскости в пространстве, не имеют возможности создавать субъектные связи. Превосходство личности, обещанное эпохой постмодерна, переходит в ситуацию обезличивания жителей в сознании друг друга. Общность территории проживания не всегда способствует укреплению горизонтальных связей.

Методы . Инициативное социологическое исследование было реализовано в Москве в декабре 2023 г. под руководством доктора социологических наук Е.В. Каргаполовой по типовой методике всероссийской научно-исследовательской программы «Социокультурная эволюция России и ее регионов», разработанной в Центре изучения социокультурных изменений (ЦИСИ) ИФ РАН.

Метод исследования – онлайн-анкетирование (N = 1070). Тип выборки – целевая. Половозрастная структура опрошенных респондентов соответствует структуре генеральной совокупности населения Москвы: опрошено 43,2 % мужчин и 56,8 % женщин, 27,7 % молодежи (от 14 до 35 лет включительно), 46,7 % взрослых (от 36 до 59 лет включительно), 25,6 % пожилых (старше 60 лет).

Исследование носило зондажный характер, поэтому полученные результаты могут распространяться только на выборочную совокупность либо использоваться как справочные. Однако общее количество опрошенных позволяет сделать предположения и общие заключения.

Полученные в ходе исследования данные представлены посредством анализа частотных распределений и визуализированы в форме диаграмм. В данной работе исследовательское внимание сосредоточено на следующих структурных компонентах жизненного мира москвичей: групповая идентичность и круги взаимодействия, степень близости через смысловое противоречие «свой – чужой», межпоколенческие проекты, сферы интересов. Для определения групповых солидарностей был использован коэффициент интенсивности близости (Киб), вычисляемый как отношение числа респондентов, отметивших наличие близости, к числу тех, кто обозначил ее отсутствие (Давыденко, Ромашкина, 2017: 109).

Результаты и обсуждение . Взаимопонимание, трактуемое в качестве проникновения во внутренний мир человека, означает в большей мере отождествление себя с другим, идентификацию. Среди кругов взаимопонимания семья у москвичей находилась на первом месте, далее следовал круг друзей, затем, с большим отрывом, – профессиональный коммуникативный ареал, замыкали перечень соседи и круг людей того же вероисповедания. Реже всего упоминалась близость среди субъектов единой национальности (рис. 1).

Рис. 1 . Распределение ответов на вопрос

«Среди каких людей Вы встречаете наибольшее взаимопонимание?», %1

Fig. 1 . Distribution of Answers to the Question

“Among Which People Do You Find the Most Mutual Understanding?”, %

Семья занимает лидирующие позиции, оказываясь местом, где москвичи находят наибольшее взаимопонимание. Она традиционно для россиян является одной из значимых ценностей, что подтверждается результатами исследований последних десятилетий, как федеральных, так

• ¹    В статье все рисунки составлены авторами.

и региональных. Несмотря на очевидные структурные изменения института семьи в целом (многовариантность индивидуальных ценностных ориентаций, доминирование супружеских внутрисемейных ценностей в противовес детоцентристским, трансформация женской гендерной роли, в том числе по отношению к материнству и т. д.), устойчивой и практически неконкурентной является роль, связанная с обеспечением высокого уровня психоэмоционального комфорта, потребность в котором лишь возрастает. Более того, семья олицетворяет единство, группу, которая сообща способна реализовывать планы и желания (индивидуальные и общие) и преодолевать препятствия (Ростовская и др., 2021: 69), дает то самое чувство «плеча», так необходимого в период нестабильности, а также является «тихой гаванью» в быстром темпе мегаполиса.

Компания друзей является популярной группой, где респонденты чувствуют высокую степень внутреннего единства. В отличие от семьи, эта форма взаимодействия отличается большей неформальностью, добровольностью и слабой институционализированностью, требует большей осознанности, активного участия и взаимной привязанности. В широком социологическом контексте она характеризуется меньшей устойчивостью и многообразием форм, в бытовом - позволяет формировать разные дружеские компании с собственной степенью вовлеченности и вариативностью внутригрупповой солидарности.

Для москвичей рабочий коллектив также является значимым в поиске взаимопонимания. Взаимодействие в группах подобного рода подразумевает другой тип отношений, отличный от родственных или дружеских, требующий соблюдения организационных правил, учета корпоративных ценностей, общего вектора на достижение конкретных, чаще материальных, целей, высокого уровня осознанности, необязательной эмпатичностью и солидарностью. Однако именно в трудовом коллективе велика вероятность встретить единомышленников, стать частью команды, позволяющей реализовать собственные профессиональные навыки, карьерные амбиции.

Важно отметить достаточно низкий уровень взаимопонимания в кругу соседей. Городские соседства сегодня описываются в категориях высокомобильного общества, они более не являются устойчивыми, но становятся ситуативными группами, обеспечение близких отношений внутри которых теперь всецело зависит от самих акторов. Низкий уровень взаимопонимания в этом кругу препятствует реализации потенциала соседства как значимой социальной силы, способствующей солидаризации и мобилизации (Богданова и др., 2021: 145) жителей Москвы. Интересно, что наиболее высокий уровень соседского взаимопонимания иллюстрируют представители возрастной группы пожилых людей. Среди москвичей этой категории взаимопонимание достигается в 22,0 % случаев, в то время как среди молодежи таковых лишь 4,0 %. Пожилые люди, сохраняющие наследие Советского Союза, чаще вовлечены в жизненные циклы друг друга и являют собой соседское сообщество. Подобные результаты подтверждаются рядом исследований в других регионах (Бредникова, 2023).

Внутриконфессиональная идентичность и взаимопонимание в кругу единоверцев развиты достаточно слабо, статус религиозной идентичности москвичей снижен, поскольку индикатором ее измерения выступает чувство интенсивно переживаемой связи с единоверцами. Процессы религиозной идентичности в современном глобализованном московском обществе деформированы. В пространстве города любой человек, даже верующий, интегрирован во множество нерелигиозных отношений, имеющих для него большую значимость. Москва является светским пространством с явными чертами секуляризации, вытесняющей «религиозное» из большинства сфер жизни москвичей.

Подобная ситуация происходит и с этнической идентичностью. В целом, редкое упоминание о доверии среди людей, которые объединены общностью национальной принадлежности, свидетельствует об атомизации мир-систем москвичей. Такие результаты соответствуют основным тенденциям, происходящим в России в последние десятилетия, заключающиеся в снижении актуальности этнической идентичности, доминировании государственно-гражданского самосознания, подкрепляемого приоритетом патерналистских ценностей (Дробижева, 2020: 37).

Результаты опроса иллюстрируют, что осознание степени значимости улучшения жизни от собственных действий индивида составило 91,5 % (рис. 2). Предположим, что в мегаполисе более благоприятная среда для развития самодостаточности. Однако стоит отметить, что такое полное полагание на собственные силы имеет неоднозначную оценку, иногда может принять форму крайнего индивидуализма, проявляя как тенденции атомизации, так и кризиса базовых социальных институтов. Необходимо подчеркнуть, что самодостаточность не являлась традиционной характерной чертой для россиян в целом (Ядов, 2010: 51), однако результаты исследований последних лет подтверждают увеличение доли этой жизненной установки и ее зависимость от активности, предприимчивости, материального и социального успеха (Горшков, Седова, 2015: 4). Более того, подобные активистские ценности могут служить основой для формирования пассионарного мировосприятия (Седова, 2016: 73), отличающегося большей гибкостью, лучшей приспосабливаемостью к быстроменяющимся внешним обстоятельствам, особенно в период кризисных ситуаций.

■ Полностью зависит ■ Пожалуй, зависит ■ Не могу сказать точно

■ Пожалуй, не зависит ■ Совсем не зависит

Рис. 2 . Распределение ответов на вопрос «Как Вы считаете, улучшение Вашей жизни сегодня зависит от…?», %

Fig. 2 . Distribution of Answers to the Question “To What Extent Do You Think the Improvement of Your Life Today Depends on ...?”, %

В контексте возрастной структуры выборки в результатах исследования обнаружена закономерность: чем старше респондент, тем хуже он себя оценивает в отношении собственной значимости для улучшения жизни. Так, если в группе молодежи большинство ее членов считают, что этот процесс полностью зависит от них самих, то среди взрослых респондентов данный показатель снижается до 67,3 %, а в группе пожилых падает почти до одной второй.

Образование также связано с субъективной оценкой влияния собственных усилий. У респондентов с начальным и средним его уровнями значения данного показателя заметно превышали аналогичные в других группах (82,4 %), на втором месте оказались участники исследования, закончившие вуз (68,4 %), при этом самый низкий показатель был выявлен в группе со средним специальным образованием (58,9 %), и ее же представителям было сложнее других определиться с ответом (8,6 %).

Исследование семейного положения респондентов показало, что наиболее высокая доля положительных оценок собственной значимости зафиксирована среди холостых: почти три четверти респондентов, не состоящих в брачных отношениях, убеждены в полной зависимости улучшений в жизни от них самих (78,1 %). Схожие данные мы обнаружили в результатах опроса лиц, проживающих с партнером, не состоя при этом в зарегистрированном браке.

Обратная ситуация наблюдается в ответах вдовцов (вдов): только половина оценивает свой вклад как значимый (50,0 %), при этом именно эта группа лидирует в варианте «Совсем не зависит» (6,3 %). Наилучшим образом свой вклад оценивают бездетные и многодетные респонденты (78,6 и 69,4 % соответственно). Лица с двумя детьми склонны испытывать большие сомнения относительно своей роли (59,4 %).

Достаточно высоко у информантов и осознание зависимости от близких родственников (61,4 %), что подтверждает полученные выше результаты, иллюстрирующие высокий уровень важности взаимопонимания с семьей для участников исследования. Тесная связь с друзьями, земляками (35,0 %) подтверждает относительно высокий уровень значимости круга друзей в структуре кругов взаимопонимания. Осознание зависимости от начальника по работе максимально приближено к уровню зависимости от друзей, земляков (36,2 и 35,0 % соответственно).

Интересными представляются довольно значимые показатели зависимости улучшений жизни респондентов от районных, городских властей (47,5 %) и от федеральных (70,3 %), что отражает процессы укрепления управленческой вертикали в современной России. Анализ возрастного среза в структуре оценок роли общероссийской власти в улучшении жизни демонстрирует, что пожилые люди в среднем склонны с большим энтузиазмом оценивать значимость власти. Доля выбравших ответы «Пожалуй, зависит» и «Полностью зависит» среди них превышает аналогичную в других возрастных группах (45,6 и 31,4 % при 40,6 и 26,7 % – у взрослых и 37,7 и

• 29,6 % – у молодых). При этом взрослые респонденты больше склонны отрицать роль общероссийской власти (9,0 %) или же затрудняются оценить ее вклад (17,9 %). По мере роста уровня образования у информантов снижаются оценки значимости роли общероссийской власти в улучшении жизни: если доля респондентов с начальным и средним общим образованием в совокупности оценок «Пожалуй, зависит» и «Полностью зависит» достигает 60,2 %, то в отношении участников исследования с послевузовским образованием она составляет 72,1 %.

Установки подобного рода, с одной стороны, формируют доверие к властным структурам, что, несомненно, в целом, является фактором стабильности, с другой – могут снижать инициативность и потенциал московской общественности в сфере социальных преобразований и характеризуют особую роль традиционных установок москвичей. В обществе модерна предполагается, что вектор развития страны должен формироваться поддерживаемой активностью самих граждан. Однако более половины жителей Москвы готовы делегировать эту обязанность государству, избегая личного участия в принятии решений. Такая пассивность – яркая характеристика традиционного общества, что говорит о некоторой двойственности жизненного мира мегаполиса (Латова, 2022: 99).

Рассмотрим также профиль территориально-поселенческой идентичности как смыслообразующую модель жизненного мира населения региона. Его репрезентация в исследовании обеспечивалась ответами респондентов на вопрос «В какой мере Вы чувствуете свою близость или отдаленность (“свое” – “чужое”) с такими людьми, как …?», (рис. 3).

■ Свое    ■ Близкое, но не свое    ■ Безраз личное    ■ Далекое, но не чужое    ■ Чужое

Рис. 3 . Распределение ответов на вопрос

«В какой мере Вы чувствуете свою близость или отдаленность (“свое” – “чужое”) с такими людьми, как …?», %

• Fig. 3 .    Distribution of Answers to the Question “To What Extent Do You Feel Your Closeness or Remoteness (“Your Own” – “Someone Ese’s”) with People Like ...?”, %

  Данные результаты можно интерпретировать сквозь призму концепции «жизненного мира» Ю. Хабермаса, в рамках которой социальная реальность рассматривается через призму субъективных переживаний и интерпретаций индивидов. Согласно этой теории, жизненный мир представляет собой сферу повседневных практик, смыслов и ценностей, формирующих основу социального взаимодействия (Хабермас, 2011).

Результаты исследования показывают, что москвичи чувствуют наибольшую степень близости с жителями столицы: 55,4 % респондентов относят представителей своего города к категории «свое» и только 1 % – к категории «чужое».

Согласно А. Шюцу, жизненный мир – это интерсубъективная реальность, разделяемая людьми, находящимися в непосредственном контакте друг с другом (Щюц, 2004). Москва как плотно населенный мегаполис создает условия для интенсивных социальных взаимодействий и формирования общего жизненного мира москвичей, что усиливает их чувство близости и принадлежности к «своему» городскому сообществу.

Более высокая степень близости москвичей к «жителям всей России» и «ЦФО» по сравнению с «представителями бывших республик СССР» может быть проанализирована через концепцию «социального пространства» П. Бурдье. Ученый рассматривал социальное пространство как многомерное, в котором индивиды и группы занимают различные позиции в зависимости от объема и структуры капиталов (Бурдье, 2002). Москва является центром политической, экономической и культурной жизни России и обладает большим объемом различных видов капитала, что обусловливает ее более тесные связи с другими регионами страны.

Локальная идентичность, чувство единства с жителями населенного пункта традиционно являются одними из ключевых у россиян (Дробижева, 2020: 43). Такой тип самоопределения позволяет осознать собственное положение в социальной структуре общества, дает чувство стабильности в быстроменяющейся реальности, подчеркивает связь с малой родиной. Общероссийская идентификация выполняет несколько иную функцию, объединяя субъектов с жителями всей страны, акцентируя внимание на ценностях и ориентациях другого порядка (патриотизм, государство, страна и др.). Значительный рост показателя государственно-гражданской принадлежности свидетельствует о становлении отдельной общности «граждане России», наличии со-лидаризирующей основы, формировании и развитии консолидирующих установок и патриотических ценностей. Большинство москвичей воспринимают жителей страны как членов «своего», близкого круга, а значит, осознают тесноту связи с населением всей страны и ее значимость. При этом более половины из них оценивает степень близости/отдаленности с жителями бывших республик СССР формулировками «близкое, но не свое» и «безразличное». Хотя существует определенная степень признания общности, она не достигает уровня, который характеризует глубокую идентификацию или сильные эмоциональные связи. Однако отношение к данной социальной общности остается, скорее, нейтральным или условно близким, чем полностью отчужденным: меньшинство респондентов оценивает отношения как «далекое, но не чужое» и «чужое». Стоит указать, что подобные формулировки характерны для представителей старших поколений, в портфеле идентичностей которых позиция «советский человек» занимает значимое место.

Наименьшая степень близости москвичей отмечается к «людям во всем мире» и «людям в виртуальном пространстве». Погруженные в локальный жизненный мир своего города жители столицы проявляют меньшую близость к более абстрактным, глобальным и виртуальным сообществам.

Вышеперечисленные выводы подтверждают коэффициенты интенсивности близости, рассчитанные относительно оценок москвичами степени близости/отдаленности разных социальных общностей (рис. 4). Высокий коэффициент интенсивности близости (Киб = 4,52) для жителей Москвы отражает силу их локальной идентичности и укорененности в городском жизненном мире. Для них городская идентичность является ключевой, несмотря на высокий уровень дифференциации (Кашкабаш, 2013: 27), что и проявляется в тесной близости к другим жителям Москвы.

Люди в виртуальном пространстве

Жители всей Земли

Жители бывших республик СССР

Жители ЦФО

Жители всей России

Жители Москвы

Рис. 4 . Коэффициент интенсивности близости москвичей, балл

• Fig. 4 .    Coefficient of Intensity of Proximity of Moscow Residents, Point

  По мере расширения социальной общности (от жителей Москвы к жителям всей России, Центрального федерального округа (ЦФО), бывших республик СССР, всей Земли, людям в виртуальном пространстве) Киб последовательно снижается. В данном случае справедлива концепция Ф. Тённиса о различии между «общностью» и «обществом» – чем шире социальная группа, тем меньше у индивида ощущение общности, солидарности и близости (Тённис, 1998).

Для москвичей в целом характерен высокий уровень территориальной идентичности, который тесно связан с большими возможностями мегаполиса – профессиональной и личной реализацией, качеством жизни и комфорта. Более того, он объясняется исключительностью статуса

«жителя столицы», члена особой (иногда элитарной) группы (Вендина, 2012: 33). Позитивные оценки самоидентификации, уровня близости с жителями Москвы транслируются и на положительную оценку собственного будущего в данном социальном пространстве (Емельянова и др., 2022: 57), и, возможно, своей семьи, будущих поколений.

Большинство респондентов поддерживают идею о том, чтобы их дети построили свою жизнь в родном городе – в Москве (рис. 5). Это отражает их сильную привязанность к месту, ценность укорененности и стремление к стабильности. Концепция «укорененности» М. Грановеттера подчеркивает важность связи человека с локальным сообществом и географическим пространством (Granovetter, 1985). Респонденты, придерживающиеся этой точки зрения, вероятно, ориентированы на поддержание традиций, преемственность поколений и сохранение социального статуса и связей в знакомом им окружении. Также важно отметить, что Москва традиционно считается «городом возможностей» благодаря развитой инфраструктуре, большому количеству рабочих мест и сфер для реализации себя и своего потенциала в обществе, а также благодаря более высокому уровню жизни, что делает столицу России более привлекательной в глазах респондентов.

0,0  10,0 20,0 30,0 40,0 50,0 60,0 70,0 80,0 90,0 100,0

Я хотел(а) бы, чтобы мои дети уехали жить за рубеж, в другую страну

Я хотел(а) бы, чтобы мои дети уехали в менее крупный город/село и жили там

Я хотел(а) бы, чтобы мои дети уехали в другие крупные города нашей страны и жили там

Я хотел(а) бы, чтобы мои дети построили свою жизнь в родном городе – там, где мы живем

■ Совершенно согласен ■ Скорее согласен      ■ Не могу сказать точно

■ Скорее не согласен   ■ Абсолютно не согласен

Рис. 5 . Распределение ответов на вопрос

«Насколько Вы согласны со следующими утверждениями…?», %

• Fig. 5 .    Distribution of Answers to the Question

“How Much Do You Agree with the Following Statements...?”, %

Данный вопрос в исследовании направлен на выявление отношения респондентов к будущему. Учитывая, что большинство опрошенных выбрало свой город в качестве желательного для проживания детей, можно предположить, что эти люди видят Москву как место, где их дети смогут успешно развиваться и жить. Это свидетельствует о позитивном отношении респондентов к перспективам развития Москвы, их удовлетворенности текущими условиями жизни и эмоциональной привязанности к родному городу.

Ответы респондентов также отражают различные уровни социальной дистанции, которую они хотели бы сохранить по отношению к своим детям. Желание, чтобы последние остались в родном городе, может свидетельствовать о стремлении к близости, поддержанию тесных связей и интеграции в локальное сообщество, близкие отношения характеризуются меньшей дистанцией. В то же время готовность респондентов отпустить своих детей в другие города или за границу может свидетельствовать о ценности для них индивидуальной свободы, самореализации и открытости к новому.

Структура жизненных интересов является важнейшей составляющей жизненного мира человека. Рассмотрим области, в которых сконцентрированы главные интересы москвичей (рис. 6). Более половины опрошенных (52,4 %) отметили, что их жизненные приоритеты находятся в семье и дома. Полученные данные еще раз подтверждают, что такого рода благополучие занимает ведущее место в структуре ценностей москвичей, семья для них является доминирующей ценностной ориентацией, несмотря на заметный процесс деформации этого традиционного института. Следующими по актуальности областями концентрации интересов москвичей оказались: работа (14,6 %) и область обеспечения себя заработком (10,2 %).

Рис. 6 . Распределение ответов на вопрос

«В какой области находятся Ваши главные интересы?», %

Fig. 6 . Distribution of Answers to the Question “In Which Area are Your Main Interests?”, %

Стоит отметить существующие различия между возрастными когортами. Для молодежи значимым является интерес к образованию и повышению квалификации (20 % против 5 % у остальных групп). Преобладание ориентаций на семейное развитие достигается в основном за счет ответов взрослых и пожилых респондентов (57 и 37 % соответственно), в то время как молодежь чаще остальных возрастных групп упоминает об интересе в максимизации финансового достатка (17 %).

Заключение . Проведенное исследование жизненного мира москвичей позволило получить комплексное представление о социально-психологических особенностях жителей столицы России. Основные результаты исследования демонстрируют, что жизненный мир современных москвичей представляет собой сложную многомерную реальность, формирующуюся на пересечении глобальных и локальных процессов. Ключевую роль в этой системе играют социальные взаимодействия в городском сообществе, а также противопоставление локального и глобального пространств.

Социальная идентичность москвичей характеризуется выраженной локальной привязкой. Жители столицы демонстрируют высокий уровень территориальной идентичности, воспринимая других москвичей как «своих», при этом идентификация с более широкими общностями у них более слабая. Особенно ярко это проявляется в отношении к будущему детей – большинство респондентов выражают желание видеть их живущими в Москве.

Система ценностей москвичей выстраивается вокруг семьи и дома, что подтверждается приоритетом семейных интересов над другими сферами жизни. При этом наблюдается отчетливая тенденция к самодостаточности и личной ответственности за собственное благополучие, хотя сохраняется высокая зависимость от властных структур в вопросах улучшения жизни.

Территориальная специфика проявляется в особенностях социальных связей: семья и друзья остаются главными источниками взаимопонимания, в то время как межсоседские отношения характеризуются низкой интенсивностью взаимодействия. Профессиональный круг общения также играет значимую роль в жизни москвичей. Исследование показало, что их жизненный мир формируется под влиянием уникальных условий столичного мегаполиса, сочетающих возможности профессиональной реализации, высокого качества жизни и определенного уровня социальной атомизации.

Перспективы исследования связаны с более глубоким изучением динамики жизненных стратегий москвичей, трансформацией их ценностных ориентаций в условиях современных социальных изменений, а также сравнительным анализом жизненного мира жителей различных мегаполисов России. Полученные результаты могут быть использованы для разработки эффективных механизмов социальной политики, направленных на укрепление горизонтальных связей в городском сообществе и повышение качества жизни москвичей.