Альтруистические установки и просоциальное поведение как предикторы зрелых форм патриотизма

Kseniya P. Shtraukh, post-graduate student at the chair of Psychology of Management and Service 1; ;

Аsat G. Аbdullin, Doctor of Science (in Psychology), Professor, senior researcher at the chair of Psychology of Management and Service 1; ;

Актуальность, значимость, сущность проблемы. Патриотизм в литературе чаще всего позиционируется как «субъективное выражение принадлежности индивида к нации, основанное на чувствах, эмоциях и настроениях» [1]. Как отмечено исследователями, ощущение патриотизма базируется на чувстве принадлежности или идентификации с государством, которое лежит в основе наших более широких представлений о справедливости [2]. Нередко данная категория изучается через призму ее взаимосвязи с «любовью к родной земле или стране», т. е. говорят, что патриоты «любят родину за ее ландшафт, городскую среду, погоду, культуру, кухню, характер ее жителей и многое другое». Самое же чувство описанной выше любви позволяет провести следующую параллель: патриотизм подразумевает чувство принадлежности к нации, и его ритуалы обычно отсылают к этой идее.

Высказывается и мнение, что патриотизм — это эмоциональная привязанность к группе, выражающаяся в чувстве принадлежности, ответственности и гордости [3]. Такая привязанность основана на положительных чувствах индивида и его привязанности к своей стране [4]. Процесс национальной идентичности опирается на когнитивное осознание гражданином своего политического сообщества и берет во внимание его склонность принимать политические, культурные и этнические ценности страны. Истоками патриотизма выступает чувство национальной идентичности [5]. По этой причине можно утверждать, что политические взгляды, ценности и участие человека в политической жизни — это не что иное, как проявления патриотизма.

Как для нации, так и для каждого отдельного гражданина патриотизм невероятно значим, потому что он представляет собой жизненно важный фактор развития гражданских отношений [6]. Человек идентифицирует себя с общей культурой, историей и политической системой своей страны, и в нем просыпается гордость за них [7]. Еще оной способностью патриотизма называют возможность обеспечить гражданские свободы и национальную безопасность [5]. Исследования показали, что «патриотизм играет решающую роль в формировании гражданских установок и поведения, положительно коррелируя с различными просоциальными результатами, включая реагирование на кризисы» [8], а также на и экологические установки и поведение [9].

Большая часть работ специалистов ориентирована на рассмотрение процесса влияния патриотизма на эмоциональное и социальное поведение [10]. Но далеко не во всех исследованиях рассматриваются вопросы о факторах, предшествующих развитию патриотизма. Однако есть мнение, что отдельные категории, такие как альтруизм и просоциальное поведение, могут оказывать прямое влияние на развитие патриотизма. Именно альтруизм служит отправной точкой для формирования патриотических взглядов, а просоциальное поведение выступает механизмом, который позволяет личности реализовать свои желания и действия, связанные с проявлением сострадания, желанием помочь близкому и совершать те или иные действия на благо своей Родины и народа. Такое позитивное поведение отражает более сильное патриотическое стремление [11].

Таким образом, альтруизм и просоциальное поведение выступают как естественные предикторы развития патриотизма у определенной группы людей. Цель — определить степень и особенности влияния альтруистических установок, а также просоциального поведения личности на формирование у нее истинного патриотизма.

Материалы, результаты и обсуждение

Определение понятия категорий патриотизма, альтруистических установок и просоциального поведения. Понимание категории «патриотизм» достаточно многогранно. С одной стороны, это некий комплекс позитивных чувств и эмоций, направленный на выражение отношения субъекта к Родине и Отечеству. С другой стороны, это мотивированное внутренними механизмами поведение субъекта, включающее конкретные действия и поступки в области реализации функций физической защиты и охраны государственных устоев, пропаганды исторической памяти и пр. Однако сами структурные составляющие комплексного понятия «патриотизм» достаточно спорны в литературе до сих пор. По мнению Е. М. Харитонова и его соавторов, суть патриотизма заключена в готовности действовать [12]. При этом сама по себе готовность не может возникнуть. Она формируется на основе ценностей личности, которые в свою очередь реализуются на основе ее альтруистических установок и просоциального поведения.

Специалисты также отмечают, что просоциальность охватывает широкий спектр действий, основанных на определенной цели и направленных на благо отдельных людей или общества в целом [13]. С опорой на эмпатию, социальные нормы и ценности она выступает объединяющей основой для реализации альтруизма. Просоциальность многогранна, она включает комплекс действий, приносящих пользу другим, «от немедленной, наблюдаемой помощи до стратегических, ориентированных на будущее инициатив». По мнению психологов, просоциальное поведение — это врожденная или биологическая функция личности, которую нельзя только воспитать или развить в себе самостоятельно [14]. Во многих религиях просоциальное поведение выступает как социальная норма.

Просоциальность рассматривается в российских и зарубежных источниках с различных позиций. В частности, изучаются ее связь с личностью, особенности стилей воспитания и т. д. [13]. Внимание к данной категории со стороны специалистов достаточно пристальное, однако концептуальная ясность не носит конкретного характера. Просоциальность обычно определяется в широком смысле как «любое действие, приносящее пользу другому» [1]. Такое действие включает сочувствие, привязанность, эмпатию, сотрудничество, пожертвования, волонтерскую деятельность и т. д. Но расширение понятия приводит к теоретической путанице, так как авторы часто либо уравнивают, либо практически разделяют конструкты, которые имеют плотную связь, например, эмпатию и просоциальное поведение.

Отдельными исследователями подчеркивается, что эмпатия и просоциальные действия — различные понятия [12]. Другие авторы, наоборот, доказывают, что между названными категориями существует тес- ная связь [4]. Это создает вариативность исследований, опирающихся на различные концептуализации.

Кроме того, существуют теоретические модели, согласно которым просоциальное поведение необязательно возникает из эмпатии или явно просоциальных мотивов. Так, есть мнение, что просоциальные действия могут выступать как результат мотивов, имеющих эгоистическую основу. Данная трактовка понятия усложняет его концептуальные границы, проводя точные различия между просоциальностью и связанными с ней конструктами, такими как альтруизм, вызов [1].

Современные авторы неоднозначно понимают просоциальность, ее определение либо содержит широкую трактовку, либо максимально сужает ее. При этом происходит смешение ряда связанных конструктов (эмпатии, мотивационных процессов) с просоциальными действиями. Соответственно, без четкого концептуального разграничения понимание сути просоциальности достаточно сложно. По нашему мнению, просоциальность, в первую очередь, отражает и этические соображения, и результаты, связанные с самооценкой, такие как благополучие или психологическая устойчивость. Просоциальность — понятие динамическое, оно напрямую связано с временными периодами реализации, а также общими стандартами и правилами, установленными в обществе. Кроме того, формирование просоциального поведения все же происходит под воздействием общественных и педагогических факторов, исключать которые нельзя.

Что касается альтруизма , то обычно он определяется как добровольное поведение, которое влечет за собой личные издержки и направлено на благо других без внешних обязательств или ожидания личной выгоды. В литературе присутствует дискуссия о том, имеет ли место альтруизм в чистом виде, или, как его называют, «истинный» альтруизм. Такой вид рассматриваемого понятия представляет собой «помощь исключительно ради других или из-за внутренних или ожидаемых эмоциональных вознаграждений» [15]. Однако нами не найдено обоснованных позиций относительно существования альтруизма в чистом виде. Некоторые авторы выносят на первый план мотивацию, другие опираются на поведенческие характеристики альтруистической личности, а также акцентируют внимание на отсутствии личной выгоды [12]. Специалистами была подчеркнута роль эмпатии и морального мышления в альтруизме.

В социально-психологических теориях присутствует различие эгоистических и альтруистических мотивов просоциального поведения. Альтруистическое поведение обычно рассматривается как «тип просо-циального поведения, мотивированный искренним желанием принести пользу другому человеку, без каких-либо ожиданий выгоды для себя» [16].

Психологи также рассуждают о том, может ли существовать альтруистическое поведение в чистом виде [2], при этом большая часть их единодушна в том, что просоциальное поведение часто обусловлено эгоистическими (неальтруистическими) мотивами. Так, может иметь место желание испытывать благополучие, улучшить свое социальное положение или избежать неприятных чувств: грусти, тревоги или вины. В исследованиях, имеющих целью разделить между собой альтруистические и эгоистические мотивы, применяются эксперименты, которые «манипулируют возбуждением отвращения, социальной оценкой или вознаграждением и связывают их с просоциальными намерениями, про-социальными реакциями на гипотетические сценарии или реальным просоциальным поведением» [6]. Применяются также различные опросы с целью изучить мотивации волонтерства, включая эгоизм и альтруизм [9].

Отсутствие единой позиции авторов порождает совпадение трактовки понятия «альтруизм» с рядом родственных конструктов, таких как просоциальное поведение в более широком смысле [3]. При рассмотрении, например, альтруизма на организационном уровне он позиционируется как составляющая организационного гражданского поведения, реализуемая в добровольной поддержке других без формального вознаграждения. Но при этом ни в одном исследовании четко не очерчены границы альтруизма, что создает сложности при попытках отличия альтруизма от других форм просо-циального поведения.

Еще одно понятие — поведение, направленное на оказание помощи. Оно обычно нацелено на субъектов, которые в такой помощи нуждаются, и формируется на базе каких-либо конкретных действий. Есть мнение, что помогающее поведение выступает как фундаментальная подгруппа просоциальности. В литературе также идут споры о характеристиках такого поведения, а также о том, в какой степени оно совпадает с альтруизмом. Одни авторы полагают, что субъект, реализующий помогающее поведение, осуществляет некие эмоциональные затраты, и именно это прямо граничит с альтруизмом [1]. Однако другие считают, что помогающее поведение может иметь корыстную основу: помогающий может совершать поступки, которые, как ему кажется, дадут общественное признание или позволят получить внутреннее удовлетворение [17]. Последнее имеет, как указывают исследователи, прямую связь с широкими просоциальными действиями, необязательно реализующими концепцию альтруизма.

В современных исследованиях просоциальность трактуется широко, понятие включает непосредственную поддержку, долгосрочные, многомерные аспекты, например двойную выгоду. Эта эволюция отражает всеобъемлющую функцию просоциальности, подчеркивая ее роль как всеобъемлющей концепции, объединяющей различные формы поддерживающего поведения в рамках более широкой теоретической структуры. Альтруизм неизменно фокусировался на моральной жертвенности и бескорыстии, хотя постепенно включал в себя такие реляционные и культурные факторы, как взаимность и нормы. Поведение, направленное на помощь, сместилось от чисто ситуативной реакции к более глубоким моральным и эмоциональным измерениям, при этом современные определения ставят помощь ближе к другим просоциальным конструктам, подчеркивая сострадание и этическую ответственность. Современными авторами в структуре проактивности отчетливо выделяются ориентированные на будущее и предвосхищающие элементы, что отличает ее от более реактивного характера спонтанной помощи.

Проактивное поведение специалисты часто позиционируют в качестве отдельной концепции, которая включает проявление инициативы, принятие ответственности, предложение своего мнения, а также внедрение инноваций. Особенностью инноваций именно в рамках проактивного поведения выступает следующее: они являются продуктом человеческой инициации, ориентированы на будущее и направлены на изменение себя или ситуации. Кроме того, в литературе выделены подкатегории проактивного поведения: предлагается ввести такие термины, как проорганизационное, про-социальное и проэгоистичное поведение [18]. Это влечет за собой понимание просоциальности в качестве подкатегории проактивности, что опять же свидетельствует о единении этих двух понятий.

Соответственно, определения альтруизма и просо-циального поведения имеют различия, причина — базирующаяся в их основе мотивация, издержки и выгоды, воспринимаемые автором, а также контекстуальные факторы. Рассматривая альтруизм и просоциальное поведение в качестве предикторов зрелых форм патриотизма, мы предполагаем, что альтруизм относится конкретно к бескорыстным действиям без ожидаемой личной выгоды, тогда как просоциальность — более широкое понятие, охватывающее различные формы помогающего поведения. Мы не согласны с мнением авторов, что альтруизм и просоциальность в значительной степени пересекающиеся понятия [19]. Различия налицо не только в их определяющих характеристиках, но и в контекстуальных предикторах. Можно заключить, что эти понятия связаны, но невзаимозаменяемы. Так, если альтруизм в первую очередь характеризуется бескорыстным поведением, сопряженным с затратами, без ожидания отдачи, часто в контексте морально заряженных индивидуальных действий [19], просоциальность, как правило, включает сценарии с двойной выгодой. Кроме того, она формируется более широкой социальной динамикой и соображениями благополучия [18]. Соответственно, при наличии одной цели — совершения блага — понятия имеют различные мотивационные основы и контекстуальное применение.

Просоциальные конструкты исторически динамичны и реагируют на более широкие социальные измене- ния. В начале 2000-х гг. в работах исследователей уже присутствовало усиление акцента на двойной выгоде и эмоционально-моральных аспектах, что указывает на отход от чисто нормативного или моралистического понимания просоциальности. Возможно, в будущем просоциальность станет все чаще отражать не только этические соображения, но и результаты, связанные с самооценкой, такие как благополучие или психологическая устойчивость.

Так, различие понятий заключается в мотивах, лежащих в их основе, а также в связанных с ними моделях поведения. Например, широкое понимание просоциальности охватывает действия, приносящие пользу другим, безотносительно мотивации, а альтруизм представляет собой бескорыстное и добровольное поведение, которое сопряжено с рядом затрат и лишено ожидания выгоды. Считаем необходимым отделить от понятий «альтруизм» и «просоциальное поведение» еще две смежные категории. Так, поведение, направленное на оказание помощи, в первую очередь подчеркивает немедленную, контекстно-специфическую помощь. Проактивность же делает акцент на ориентированном на будущее, инициированном самими собой поведении. Такое поведение может включать или не включать социально полезные мотивы.

Альтруизм и просоциальное поведение как предикторы зрелого патриотизма. Прежде чем рассмотреть альтруизм и просоциальное поведение в качестве предикторов зрелого патриотизма, необходимо проанализировать особенности видов патриотизма в целом. Патриотизм может быть как конструктивным (зрелым и осознанным), так и деструктивным («слепым»). Второй часто включает случайные, эмоциональные проявления (влияние толпы, личные одномоментные эмоции, связанные с позитивными или негативными массовыми событиями, и пр.). Первый вид патриотизма — это осознанная жизненная концепция, базирующаяся на четких установках личностного роста и имеющая под собой определенные основы, связанные с жизненным кредо, особенностями развития интеллекта, а также духовными приоритетами.

В качестве психологического фундамента «зрелого» патриотизма выступает именно альтруизм: человек, которому свойствен такой вид патриотизма, готов бескорыстно заботиться о благе других, принося пользу окружающим и государству без попытки извлечь личную выгоду. И именно альтруизм, по нашему мнению, выступает в качестве первоосновы рассматриваемого понятия, поскольку при его отсутствии патриотизм и тем более зрелый патриотизм существовать не могут.

Что касается просоциального поведения, то оно представляет собой дальнейшее развитие личности, которой свойствен зрелый патриотизм.

В частности, такие акты, как волонтерская помощь, могут расширять сферу реализации патрио- тических установок: гражданин, который заботится о близких, оказывает помощь обществу, а одновременно стране.

Однако следует также критически оценивать уровень альтруистических установок личности, поскольку именно он определяет степень выраженности патриотизма личности. Так, патриотизм может быть только формальным, если гражданин не считает необходимым для себя активно участвовать, например, в деятельности, которая носит добровольный или волонтерский характер, и принимает участие в такого рода актах только потому, что «так делают его однокурсники или соседи по дому». Деятельный же патриотизм реализуется в постоянной и целенаправленной деятельности, которая, как считает сама личность, принесет пользу обществу. Исследования показали, что альтруисты, имеющие высокий уровень проявления данного качества, заботятся не только о собственных интересах, но и о благополучии других [1]. Например, альтруисты с высоким уровнем альтруизма уделяют большое внимание результатам, касающимся как себя, так и других, в то время как альтруисты, имеющие низкий уровень альтруизма, направляют больше внимания на собственные результаты, чем на результаты других [16].

При высоком уровне альтруизма будет иметь место проявление большего количества альтруистических наклонностей без относительно межличностной дистанции. Это происходит благодаря высокому уровню эмпатии и социальной ответственности [15]. Часто в этом случае демонстрируется более просоциальное поведение даже в отсутствие других и без выгоды для своей репутации [6]. При низком же уровне альтруизма присутствует мотивация максимизации собственной выгоды: личность в этом случае ведет себя более эгоистично при взаимодействии с социально дистанцированными людьми [20]. Проявление просоциального поведения в данном случае возможно только при таких условиях, как поощрение репутационными стимулами или направление просоциальности на родственные связи [1]. Необходимо также остановиться на разграничении потребности в альтруизме при проявлении того или иного вида патриотизма. При «слепом» патриотизме потребность в альтруизме нулевая, человек, вольно или невольно оказавшись участником событий или действий, не считает необходимым жертвовать ради них, его поведение стихийно и подвержено настроению общества, в котором он находится. В свою очередь, зрелый патриотизм не может существовать без альтруизма, поскольку концептуально он основан на ценностных установках, предполагающих прямое участие или самопожертвование без желания получить личную выгоду от собственных действий.

Выводы

Обобщая вышесказанное, следует заключить: зрелый патриотизм — это не эмоциональные проявления, а четкая форма просоциального поведения. В его основе лежат альтруистические установки, которые выступают в качестве двигателя всех процессов, связанных с выражением патриотических начал.

Проявление истинного зрелого патриотизма может иметь различные формы, поскольку в основе любой личности имеются определенные ценностные компоненты, формирующие ее отношение к миру. И если для одних естественно оказание прямой помощи пожилым людям, как физической, так и моральной, то другие видят свое предназначение в бескорыстном участии в городских и районных субботниках. Однако обе рассматриваемые категории, проявляя альтруизм, демонстрируют просоциальное поведение, направленное на бескорыстную помощь отдельным людям и обществу в целом. В качестве психологического фундамен- та зрелого патриотизма выступает именно альтруизм: человек, которому свойствен такой вид патриотизма, готов бескорыстно заботиться о благе других, принося пользу окружающим и государству без попытки извлечь личную выгоду.

Область применения и перспективы. Зрелый патриотизм у студентов и молодежи нельзя сформировать только в ходе лекций или путем демонстрации символов и атрибутов; это возможно лишь на личном примере участия в оказании социальной помощи, в проведении волонтерских мероприятий и на вовлечении подрастающего поколения в рассматриваемые процессы. Важно осуществлять целенаправленную воспитательную работу по формированию истинных патриотических установок личности, основанную как на теории, так и на практике.