Деофшоризация экономики Австралии: дела Bywater Investments Limited v FC of T; Hwa Wang Bank Ltd v FC of T [2016] HCA 45

В Российской Федерации вопросы регламентирования предупреждения офшорных практик разрешается в рамках налогового законодательства. Так, еще в Послании Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации в декабре 2012 года было особо отмечено, что: «Нам нужна целая система мер по деофшоризации нашей экономики» [1].

В рамках реализации указанной задачи, были приняты отдельные нормативно-правовые акты, направленные на упорядочение деятельности в указанной сфере. Так, был принят Федеральный закон от 24.11.2014 г. № 376-ФЗ, который установил возможность обложения налогом на доходы компании, которые расположены в офшорных юрисдикциях и не распределяю полученные доходы в пользу российских лиц, которые контролируют такие компании [2].

К рестриктивным мерам можно отнести и внесение изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации [3], которые сделали невозможным получение субсидий различного уровня финансового обеспечения компаниям, которые находятся в офшорных юрисдикциях.

Вместе с тем, стоит отметить, что государство пошло не только по пути «кнута», но и предусмотрело возможность «пряника», описав механизм легализации бизнеса в отечественной юрисдикции без опасения быть привлеченным к уголовной ответственности за отдельные преступления в экономической сфере, в первую очередь, налоговые [4].

Исследователи отмечают [5; 6; 7; 8; 9; 10], что деофшоризация призвана решать не только задачи по формированию благоприятного инвестиционного климата и привлекать дополнительные вливания в экономику государства, но и снижать риски, и минимизировать угрозы национальной безопасности (к примеру, проблема недополученных поступлений в бюджеты различного уровня [11]).

Австралия как одна из крупнейших экономик мира также сталкивается с вызовами деофшоризации. В последние годы правительство страны приняло ряд мер, направленных на поддержку и стимулирование внутренней экономики, и привлечение инвестиций в страну.

Одна из основных причин деофшоризации экономики Австралии — изменение налогового законодательства. Австралийские законодатели ужесточили правила, касающиеся налоговых льгот для компаний, которые регистрируются на территории стран с низкими налоговыми ставками. Это мероприятие направлено на увеличение доходов от налогов и предотвращение утечки налогооблагаемой базы за рубеж.

Другой фактор, влияющий на деофшоризацию, – это укрепление внутреннего регулирования. Австралия оказалось небезопасной для австралийских компаний, удерживающих свои активы за рубежом, так как возникла необходимость соблюдения строгих правил регулирования, в особенности, в отношении отчетности и открытия банковских счетов.

Опасения по поводу безопасности данных и нарушения конфиденциальности информации также сыграли роль в деофшоризации экономики Австралии. Нарушения режима хранения и использования личных данных и кибератаки становятся все более распространенными, и компании все больше полагаются на обработку и хранение данных внутри страны, чтобы обеспечить их безопасность.

Однако деофшоризация также представляет перспективы и новые возможности для австралийской экономики. Возвращение рабочих мест и инвестиций в страну может способствовать созданию новых рабочих мест и увеличению экономического роста. Поддержка внутренней экономики также может способствовать развитию отечественных компаний и стимулированию инноваций.

Кроме того, деофшоризация может привести к улучшению репутации австралийских компаний. Некоторые потребители и клиенты предпочитают делать бизнес с компаниями, имеющими внутренние рабочие места, так как это может гарантировать качество продуктов и услуг, а также достаточный уровень защиты данных.

Для иллюстрации заявленного тезиса нам представляется возможным обратиться к материалам судебной практики в указанной сфере и проследить логику правоприменителя в области регулирования деятельности офшорной компании.

Методы исследования . В исследовании использованы следующие методы: системноструктурный анализ, формально-правовой метод, сравнительно-правовой метод, метод перехода от общего понятия к частному. Информационно-ресурсной базой исследования стали нормативно-правовые акты Австралийского правительства, материалы судебной практики, а также положения доктрины в указанной сфере.

Результаты .

Говоря о предыстории настоящего судебного разбирательства [12], стоит отметить следующее. Основным вопросом, который необходимо было решить суду, заключался в толковании категории «резидент Австралии» в рамках правового регулирования вопроса учета подоходного налога, содержащемся в разделе 6(1) Акта об оценке подоходного налога 1936 года [Income Tax Assessment Act]. Согласно данному акту, компания является резидентом Австралии для целей налогообложения, если она: либо зарегистрирована в Австралии, либо ведет бизнес в Австралии, либо имеет центральное управление и органы финансового контроля в Австралии, а равно ее право голоса контролируется акционе- рами, которые являются резидентами Австралии.

Поводом для судебного разбирательства послужило проведение расследования со стороны Комиссара по вопросам налогообложения Совета по налогам Правительства Австралии, который обратил внимание на три компании [ Bywater Investments Ltd, Chemical Trustee Ltd and Derrin Brothers Properties Ltd ], которые были зарегистрированы за пределами Австралии и в конечном итоге принадлежали двум компаниям, расположенным на Каймановых островах. Истцом-физическим лицом выступал гражданин Швейцарии Боргас (Borgas), который был единственным владельцем как компаний на Каймановых островах, так и директором каждой из компаний-истцов. Он был определен в рамках спора как владелец компаний.

Опираясь на эту конструкцию, компании утверждали, что они не являются резидентами Австралии и не должны платить налоги.

Не согласившись с позицией компаний, Комиссар по вопросам налогообложения инициировал судебное разбирательство для принятия решения о наличии или отсутствии статуса налогового резидента Австралии у данных организаций.

Обсуждение .

Суд принял сторону Комиссара по вопросам налогообложения и в своем решение подчеркнул, что указанные 3 компании все же являлись налоговыми резидентами Австралии и обязаны были платить подоходный налог именно в Австралии, аргументировав это следующим.

В ходе судебных заседаний было установлено, что реальное управление компаниями осуществлялось бухгалтером этих компаний Гулдом (Guld), который работал в Сиднее. Также, было установлено, что он же являлся и истинным владельцем одной из компаний, зарегистрированных на Каймановых островах, и обладал широкими полномочиями в области корпоративного управления этой и подконтрольными компаниями, включая назначение директоров и введение в структуру корпораций дополнительных акционеров.

Суд пришел к выводу о том, что хотя классический подход о том, что компания является резидентом той юрисдикции, где проводятся заседания совета директоров, однако, в описанном случае советы директоров исполняли роли «марионеток» и не обладали самостоятельностью в принятии решений, а всего лишь реализовывали заранее согласованные между третьим лицами планы и назначения в корпоративные структуры. Фактически, Гулд осуществлял полный контроль над деятельностью компаний, а совет директоров не имел каких-либо реальных рычагов управления и не мог влиять на политику компании.

Заключение .

В целом, деофшоризация экономики Австралии – сложный и многогранный процесс, требующий комплексных мер и регулирования. Однако она представляет возможности для укрепления внутренней экономики, создания новых рабочих мест и повышения конкурентоспособности австралийских компаний на мировой арене. Правительство и бизнес-сообщество должны сотрудничать для разработки и реализации мер, способствующих успешной деофшоризации и поощрению внутреннего предпринимательства. Изучение иностранного опыта может быть полезным и для проведения работ по подготовке корпуса нормативно-правовых актов в области предупреждения «бегства капитала» из России и развития внутреннего отечественного инвестиционного рынка.