Феномен архетипов и архетипических образов в традиционной культуре бурят

Исследование культурных архетипов и архетипических образов является одним из актуальных направлений культурологического анализа. В современной науке понятие «архетип» обрело многоаспектный смысл и выступает в роли культурфилософской и этнокультурной универсалии, является предметом исследования различных гуманитарных наук. Культура народа уходит своими корнями в незримый лабиринт бессознательного, ядро которого составляют архетипы. Согласно К.Г. Юнгу, «это не просто имена и даже не философские понятия. Это куски самой жизни, образы, которые через мост эмоций интегрально связаны с живым человеком. Вот почему невозможно дать произвольную (универсальную) характеристику любого архетипа. Его нужно объяснить способом, на который указывает вся жизненная ситуация индивида, которому он принадлежит» [9, с. 71].

В чистом виде архетипы не входят в сознание, не имеют психического содержания, а всегда соединяются с опытом и подвергаются сознательной обработке, проявляясь во множестве архетипических образов. Любая культура функционирует на базе присущей только ей системе архетипов.

Культурные архетипы носят устойчивый характер и передаются из поколения в поколение посредством семиотических систем, функционирующих в данной культуре. Культурный архетип состоит из первообразов человеческого сознания, определяющих онтологическую, аксиологическую и гносеологическую составляющие культуры. Субъективные переживания человека тесно связаны с архетипами и выражаются с помощью определенной символики архетипических образов, которые являются основными элементами мифологии и фольклора.

Окружающий мир предстает перед нами в двух ипостасях: реальной и символической. Можно сказать, что образ является единицей символического мира. Архетипы несут в себе метафизические значения, смыслоформирующие коды. Формой архетипа является архетипический образ. Мифология выступает изначальным способом обработки и трансляции архетипических образов.

Трансляция определенных типов сознания, основанной на передаче ценностей, смыслов и символов происходит через традиционную культуру. Культурные архетипы ориентированы на восприятие мира, постижение взаимосвязи природы и человека. Архетипы обнаруживают себя в образно-символической форме, проявляются в различных сферах социокультурной деятельности. В культуре любого народа существуют определенные универсалии, на которых базируется устойчивость этнической культуры. Это универсальные константы, диктующие определенные нормы, идеалы, ценностные ориентиры. В них «зашифровано» отношение человека к явлениям, событиям, нормам, ценностям и т.д. С помощью культурных архетипов через мифологические, фольклорные, религиозные образы и мотивы можно осмыслить традиционную культуру бурят. Архетип – это достаточно устойчивая конструкция, благодаря которой этнос сохраняет этническую прочность, а ее носители осознают связь с родной культурой.

Традиционная культура бурят – основа этнического самоосознания, мировоззрения, миропонимания, мировосприятия и миросозерцания. Архетипы и архетипические образы позволяло дать более полное представление об особенностях традиционной культуры, о доминирующих константах в жизни бурят. Архетипы предельно абстрактны, и как таковые, недоступны непосредственному наблюдателю, они раскрываются, наполняясь конкретным содержанием, лишь через их проекцию на внешние объекты, что проявляется в виде архетипических образов и символов. Наша жизнь буквально «соткана» из архетипов и символов.

Архетипические образы как зри-мые/незримые символы придают окончательное оформление бурятской культуре в ее неповторимом и уникальном облике. Изучение наличия архетипов в материальной и духовной культуре бурят и их влияния на психологию, мировоззрение, культуру бурятского народа дает возможность вскрыть сущностные и ценностные особенности исторической динамики бурятского этноса. Это позволит не только понять прошлое, культуру бурятского этноса, но и заложить некоторые основы для будущего этнокультурного развития. Архетипические образы как в материальной культуре, так и в традиционном мировоззрении и картине мира бурят, несомненно, участвуют в процессе трансляции этнических традиций и являются важными маркерами этнокультурной идентификации бурятского этноса. Возможно, способность традиционной культуры к самосохранению обусловлена наличием в ней малоизменяющихся культурных архетипов и архетипических образов.

Традиционная культура бурят представляет собой комплекс устойчивых традиций, что и обеспечивает социальную связь и взаимодействие человека, общества, природы и культуры. В традиционной культуре бурят существуют свои архетипические образы, определяющие уникальность и самобытность бурятского этноса. Традиционная культура понимается нами как совокупность материальных и духовных ценностей; система отношений, включающих в себя нормы и образцы поведения, которые освящены традицией, обязательны для представителя данного этноса и различных его слоев. Традиционная культура оперирует архетипами, первообразами.

Любой традиционной культуре присуще множество архетипов. Архетип напрямую связан с мифом. Ведь мифология – изначально присущий человечеству способ обработки и трансляции архетипов. Содержание мифологии – это «смысл всего», а сам миф – «воссоздание первобытной реальности в форме повествования» [10, с. 17]. Следовательно, архетипы – источник мифов, а мифы – выражение архетипов.

Мифотворчество, по существу, есть трансформация архетипа в образ. А. Руткевич пишет, что «в коллективном бессознательном осели праформы, которые находят свое выражение именно в мифах. Даже если бы все религиозномифологические традиции были одним ударом уничтожены, то вся мифология возродилась бы уже в следующем поколении, поскольку символы религии и мифологии укоренены в психике каждого индивида, они унаследованы нами от тысяч поколений» [3, с. 22].

Поскольку миф – это изначальная форма познания человеком окружающего мира, естественно, что первой моделью мира у человечества была мифологическая картина мира. Говоря о мифе, нельзя не подразумевать архетипы. Коллективное бессознательное состоит из множества архетипов, которые являются мифообразующими компонентами. По мнению Э. Тейлора, «каждый из нас воплощает архетипы <…> коллективного бессознательного <…> собственным уникальным образом, в то же время повторяя основную модель, разделяемую всеми человеческими существами» [5, с. 144].

«Вообще мифы, – отмечает М. Элиаде, – показывают, что мироздание, человек и жизнь имеют сверхъестественное происхождение и сверхъестественную историю и что эта история значима, обладает большой ценностью и является образцом для подражания» [7, с. 25].

«Феноменальность мифа, – утверждает А.С. Храпов, – интегрирует в себе бессознательную и ментальную сущность духовной жизни общества, ибо он содержит архетипический и более осознанный ментальный уровни. Уникальность любого мифа состоит в том, что в его основе лежит интеграционная структура – архетип, укорененный в коллективном бессознательном. Следовательно, его полное исчезновение невозможно; в зависимости от культурноисторических обстоятельств он принимает новую форму» [6, с. 40].

В мифах, по нашему мнению, объективировались коллективные переживания, впечатления, страсти, чувства, настроения, вызываемые определенными явлениями действительности. Мифы как бы систематизировали коллективный опыт людей, воплощали его в наиболее сжатом, концентрированном и универсальном виде. Они объективировали элементы общественного сознания, порожденные существенными связями и отношениями в обществе [8].

Важнейшей составляющей культурного архетипа, на наш взгляд, является архетипический образ, который представляет собой символическое выражение установок и ориентиров, обусловливающих жизнедеятельность человека.

О.А. Свирепо подчеркивает, что «образы (по К.Г. Юнгу) имеют естественное происхождение и удовлетворяют потребности человека в самовыражении. Данная ступень души существует в каждом из нас наряду с сознанием и личным бессознательным. Как показали исследования, коллективное бессознательное состоит из мифологических образов, и мифология является отражением тех общих структур, которые обнаруживаются в любом из нас. Внешние психологические условия так же, как и физические, оставляют мифологические следы в психике. Опасные ситуации, повседневность достаточно типично отражены в сознании. Эти отражения формируют то, что Юнг назвал архетипами. Осадок всего того, что связано с образами опыта предков, представляет собой не только форму проявления инстинктов, но и систему адаптации, определяющую человеческую жизнь. В целом коллективное бессознательное является огромным духовным наследием, вживленным в структуру мозга. Оно содержит источник сил, приводящих душу в движение, а регулятивными формами его являются архетипы» [4, с. 29-30].

Психолог М. Хобсон, определяя основные критерии архетипического образа, подчеркивает, что «архетипические образы должны быть выдержаны временем, чтобы можно было определять образ как архетипический; их материал должен быть особым, проявляться регулярно у разных людей, также и у одного человека; образная система должна проявляться в различных культурах и в разные эпохи; должно присутствовать сходное значение, когда бы и где бы ни возникал этот образ; не должно быть никакой возможности приобрести образную систему через аккультурацию» [2, с. 44].

В свою очередь, под архетипическим образом мы подразумеваем фундаментальный и глубокий образ, формирующий систему ценностей этноса, чрезвычайно сильно влияющий на человека и наиболее активно проявляющийся в фольклоре, в мифах, представлениях и т.д. Архетипические образы формирует символы, с помощью которых мы воспринимаем архетипы.

Архетипические образы традиционной культуры бурят (образ тоонто, Матери-Земли, Вечного Синего Неба и т.д.) складывались под влиянием географических, хозяйственных, социальных, религиозных, культурных условий. Основополагающие архетипы бурят, образ мировосприятия, ценностные ориентации сформировались в процессе адаптации образа жизни к окружающему ландшафту. Л.Л. Абаева выделяет шесть главных характеристик любой этнической общности: территория (ландшафт, климат и пр.), хозяйственно-культурный тип (оседлая, кочевая цивилизация), язык (коммуникативный, язык жестов, язык культуры), культура, этническое самосознание и особенности психологическою склада – все то, что создает уникальный, неповторимый и очень характерный, свойственный только конкретному этносу стереотип мышления, мировосприятия и мироощущения [1, с. 252].

Л.Н. Гумилев выделял особенную роль географического фактора в происхождении этноса. Действительно, характерные особенности географической среды оказывают определенное влияние на некоторые стороны духовной культуры и психического склада этноса. Адаптация к ландшафту, к природно-климатическим условиям позволяет этносу осуществлять непосредственную жизнь в первичной природной среде. Ведь особенности ландшафта, сезонные ритмы, кочевая жизнь, своеобразие флоры и фауны – все это предопределило становление важнейших архетипов в традиционной культуре бурят.

Таким образом, архетипы родной культуры позволяют носителям бурятской культуры осознавать его нравственные стороны, формировать в себе чувство принадлежности к традиции, причастности к своему этносу, ориентироваться этносу в пространстве и времени.

Архетипичность каждого из нас проявляется в повторении образцов поведения и жизни наших предков, которые обрели в памяти статус идеальных образцов жизни. Архетипы бурят определяют образ жизни и мировоззрения. Вышеперечисленные архетипы являются «визитной карточкой» традиционной культуры бурят.

Архетипические образы сохранены в генетической памяти современных бурят, исторически некоторые образы модернизировались, но тем не менее продолжают жить в памяти носителей традиционной бурятской культуры.

Таким образом, понимание всего богатства, самобытности, уникальности традиционной культуры бурят невозможно без учета компонентов бессознательного – архетипов, архетипических образов. Ведь за каждым архетипическим образом стоит опыт предыдущих поколений – история, культура, традиция. Каждый архетипический образ вносит свой уникальный, неповторимый вклад в лик традиционной бурятской культуры.